Идеальный мальчик

20:38. Марк Черный: "Значит так, мой телефон сейчас в той комнате, где Светик. Я говорю, что писать, а ты копируй и отправляй мне смсками. Он не может не прочесть". 20:38. Никита Киоссе: " Мы уже неделю его так доводим. Может, хватит?". 20:39. Марк Черный: "Кис, либо ты делаешь то, что я говорю, либо прощаешься со своей любовью". 20:39. Никита Киоссе: "Что писать?". 20:39. Марк Черный: "Я хочу носить твои толстовки и разговаривать с тобой обо всем до трех ночи. Я хочу держать твою руку и обнимать тебя, когда мне грустно". 20:39. Никита Киоссе: "Как-то слащаво слишком. Он подумает, что у нас любовь и не захочет лезть в наши отношения". 20:40. Марк Черный: "Нет. Это сообщение вроде бы романтичное, но там нет ничего, что говорило бы о том, что мы не просто друзья. Светик разозлится, но лишь от ревности". 20:41. Никита Киоссе: "Отправил. Ты уверен, что он прочтет?". 20:43. Марк Черный: "Держу пари, что он уже сидит с моим телефоном в руках". 20:43. Никита Киоссе: "Хах, прочел. Что дальше?". 20:44. Марк Черный: "Приходи завтра на ВДНХ в три. У меня для тебя сюрприз". 20:44. Никита Киоссе: "Какой?". 20:44. Марк Черный: "Что? Никакой. Напиши это мне, не тупи". 20:44. Никита Киоссе: " А. Сейчас". 20:44. Никита Киоссе: "Все". 20:44. Никита Киоссе: "Он читает, но молчит". 20:45. Марк Черный: "Пиши ему типа: "Маааариииииик, почему молчишь? Отвееееть. Позвони мне". И все в таком духе". 20:45. Никита Киоссе: "ОК". 20:47. Никита Киоссе: "Ахаха, прикинь, пишет: "Никит, не могу говорить. Я занят. И завтра не приду. Не звони мне, пожалуйста, пару дней". Идиот". 20:47. Марк Черный: "Отлично". 20:47. Никита Киоссе: "Можно я напишу: "Свят, отдай телефон Марику"? Пожалуйста". 20:48. Марк Черный: "Нет. Сейчас я пойду к нему и спрошу, звонил ли мне кто-либо". 20:48. Никита Киоссе: "Давай". 21:03. Марк Черный: "Говорит, никто не писал и не звонил. Я взял свой телефон, а он все твои смски удалил". 21:05. Никита Киоссе: "Придурок. Зачем он это делает?" 21:06. Марк Черный: "Думает, что так нас поссорит". 21:06. Марк Черный: "Ладно, я спать. Устал. Завтра на работу". 21:07. Никита Киоссе: "Хорошо. Спокойной ночи". 21:10. Марк Черный: "Светика тебе в сон". 21:10. Никита Киоссе: "Марк, блин". 21:11. Марк Черный: ":*". Никита положил телефон на тумбочку и закрыл глаза, расслабившись. С недавних пор, каждый день начал приносить ему удовольствие. А эта игра на чувствах кажется не такой уж плохой идеей, когда главный в ней ты. Особый кайф Киоссе испытывал, ловя полные ревности взгляды Святослава. Марк действительно помог Никите. Парень снова вернулся в полноценную жизнь. Мир вновь приобрел свои яркие краски. Буквально за пару дней Марик вытащил Киоссе из ямы, в которой тот гнил пол года. Звук входящего сообщения. Никита снова взял телефон. 21:35. Марк Черный: "Кис, ты еще тут?". 21:37. Никита Киоссе: "Да. А ты почему еще не спишь?". 21:40. Марк Черный: "С работы позвонили и сказали, что завтра на весь день им нужен. Какое-то мероприятие. Куда же они без такого талантливого бармена, как я? Ну это слова хозяина клуба". 21:40. Никита Киоссе: "Хах, и во сколько вернешься?". 21:41. Марк Черный: "Планирую после всего этого остаться ночевать у друга. Я кое-что придумал". 21:41. Никита Киоссе: "Что?". 21:45. Марк Черный: "Короче, придешь завтра к Святу и позовешь его куда-нибудь в ТЦ под предлогом выбрать мне подарок. Главное, гуляйте очень долго. Поздно вечером вернитесь к нам. Останешься ночевать. Он тебя уговорит. Ну а там сам разберешься. Я вернусь где-то в обед". 21:46. Никита Киоссе: "А если он откажется? Может, вообще не разрешит мне остаться". 21:46. Марк Черный: "Верь мне". 21:46. Марк Черный: "Спокойной ночи". 21:47. Никита Киоссе: "Хорошо. Спокойной". На часах красовались четыре единицы. Киоссе скрестил пальцы и про себя сказал: "Хочу быть счастлив". Он всегда загадывал желание, когда видел одинаковые цифры на циферблате. Только вот, Никита никак не мог определиться, что является для него самым необходимым, и поэтому просто желал себе счастья. Выйдя из автобуса, Киоссе бегом направился к дому Марика и Свята, предвкушая новый ревнивый взгляд. "Блин, а что говорить? К чему подарок? Когда вообще у Марка День рождения? Ладно, просто скажу, что хочу сделать что-то приятное для него", - рассуждал Никита, поднимаясь по лестнице. Ох, снова слышна эта, уже родная, мелодия дверного звонка.       - Марка нет дома, - сказал Святослав, открыв дверь.       - Знаю. Вообще-то я к тебе, Степанов.       - Зачем? - Свят сразу оживился.       - Хочу сделать Марику подарок. Ты его дольше и лучше знаешь, да и размер у вас одинаковый, поэтому хочу, чтобы ты пошел со мной, - широко улыбнулся Киоссе.       - Нет. Не рассчитывай, - Святослава разозлила такая причина появления Никиты.       - Ты не хочешь провести целый день вместе со мной? Выберем подарок и остаток дня будем гулять. Обещаю.       - Да пошел ты нахер. Одолжения мне еще он будет делать, пф.       - Не одолжение, - Киоссе нежно взял Свята за руку. - Я правда хочу провести этот день вместе с тобой.       - Бесишь. Сейчас выйду. Подожди пару минут на улице.       - Вот и умница, - улыбнулся Никита, и отпустив Степанова, спустился вниз по лестнице. Когда Свят вышел из подъезда, он буквально сиял. Киоссе невольно улыбнулся, смотря на счастливого, каким его давно не видел, Святослава. Никита встал с лавочки и сделал пару шагов навстречу к другу. Парни ухмыльнулись и молча пошли на остановку. По пути к торговому центру Киоссе успел раздать пару автографов и несколько раз сфотографироваться с фанатками. Никите было немного неудобно перед другом, которого никто не замечал. А Свят лишь смеялся, когда подходили очередные поклонницы и протягивали Степанову свои телефоны, дабы тот запечатлил девушек с Киоссе. Парни долго бродили по торговому центру в поисках подарка для Марка. Никита и сам не знал, что хочет приобрести, ведь это был лишь предлог для прогулки со Святом. Киоссе действительно плохо знал Черного. В основном, они общались на тему отношений Святослава и Никиты. Марик практически ничего не рассказывал о себе. Но одно Киоссе смог понять: Марк с ума сходит от красивой, дорогой одежды. Нет, Никита, конечно, мог бы купить какую-нибудь ерунду, но он действительно хотел как-то отблагодарить Черного за помощь в завоевывании сердца Степанова.       - Пошли туда, - указал Киоссе на один из бутиков.       - Ты читать умеешь? Написано же: "Женская одежда".       - Блин. Тогда идем в тот, с английским названием.       - С ума сошел? Там дорого.       - И что? Не каждый день же я такие покупки делаю.       - Ну да, все лучшее для Марка, - съязвил Степанов. Ничего не ответив, Киоссе пошел в сторону магазина. Нахмурившись, Свят пошел следом. Только ребята зашли в помещение, как к ним тут же подлетела милая девушка-консультант и поздоровалась. Парни улыбнулись ей и разошлись, рассматривая товар. Других покупателей не было. "И понятно почему тут так пусто", - подумал Никита, невзначай взглянув на ценник.       - Свят, иди сюда.       - Что? - откликнулся Степанов, подойдя к Киоссе.       - Что тебе больше нравится? - спросил Никита, показывая парню две рубашки.       - Мне больше нравится черная, но Марк любит яркие рубашки. Так что из этих двух - никакая.       - А мне тоже больше нравится черная. Ну ладно, яркие - так яркие.       - Вот что-то из этого, - показал Степанов на рубашки с принтом-калейдоскопом.       - Нет, давай просто голубую.       - Лучше пеструю.       - Посмотрим. Бери рубашку и пошли в примерочную, - ухмыльнулся Киоссе. - Ты наденешь, а я посмотрю.       - Да, ты прав, голубая лучше.       - Нет-нет, не отвертишься. бери вон те три и иди за мной, - сказал Никита, взяв, помимо голубой, еще две рубашки. Степанов послушно последовал за другом. Киоссе подождал пока Святослав зайдет в примерочную и задернул штору.       - Ты будешь смотреть, как я переодеваюсь? - настороженно спросил Свят.       - А что, стесняешься? - улыбнулся Никита. Промолчав, Степанов стянул с себя футболку и вручил ее Киоссе. Тот невольно прикусил губу, увидев торс Свята. Святослав только хотел застегнуть первую пуговицу на голубой рубашке, как рука Никиты невольно легла на торс Степанова. Поймав удивленный взгляд Святослава, Киоссе сделал шаг вперед, сократив расстояние между ними. Но тут же опомнился и стал застегивать рубашку на друге. Когда дело дошло до последней пуговицы, Никита нежно провел теплыми ладонями по шее Свята, касаясь его кадыка, но Степанов быстро отстранился, немного смущаясь.       - Ты чего? - неуверенно спросил Киоссе. В какой-то момент он понял, что перестал быть сдержанным, каким был обычно.       - Я сам могу надеть рубашку.       - Да я просто помочь хотел.       - Если мне будет нужна помощь, я скажу.       - Вот почему ты такой?       - Какой?       - Такой...       - Просто мне неприятны твои прикосновения.       - С каких пор? - хмыкнул Никита.       - С тех самых, как у тебя появился Марк. Я не хочу, чтобы ты пользовался мной, когда тебе удобно.       - Да, пожалуй, возьмем эту рубашку, - сменил тему Киоссе. Он боялся сказать что-то не то, боялся, что все пойдет не по плану.       - А остальные зачем приносили?       - Просто сейчас я лишь еще раз убедился, что изначально был прав. Переодевайся и жду тебя с рубашкой у кассы, - улыбнулся Никита. Выйдя из примерочной, парень направился к кассе, где стояла та самая девушка-консультант и улыбалась. Но уже как-то по-другому, словно смущалась. Киоссе не удивился бы, если бы она оказалась фанаткой-стесняшкой. Вскоре к кассе подошел Святослав и положил рубашку на стол.       - Картой или наличными? - спросила девушка.       - Картой.       - Спасибо за покупку, - протянула она пакет Степанову, пока Никита вводил пин-код.       - Вам спасибо.       - Да, спасибо, - улыбнулся Киоссе, закончив с денежными операциями.       - Знаете, здесь было много пар, но из всех, вы - самая красивая.       - Что? - парни рассмеялись.       - Мы не пара, девушка, - сказал Святослав. - Мы друзья.       - Да многие так говорят. Только проработав в мужском магазине довольно долгое время, я уже могу отличать геев от натуралов.       - Извините, но мы действительно лишь друзья, - улыбался Никита.       - Конечно, все же друзья заходят вместе в одну примерочную, а потом выходят так, - поставив ударение на последнее слово, девушка бросила взгляд на Свята.       - Но, - Киоссе посмотрел на растрепанного Степанова и хотел что-то сказать в оправдание, но тот его перебил.       - Пошли, Никит, - Святослав взял друга за руку и повел за собой к выходу. Девушка широко улыбалась, а Киоссе недоумевающе смотрел то на нее, то на Свята.       - Ужас, - рассмеялся Степанов, когда парни отошли от магазина.       - Что? То, что она приняла нас за геев?       - Нет. Ужас в том, что она думает, что ты меня, а не наоборот.       - Эм, - опешил Никита. - А по-твоему должно быть наоборот?       - А по-твоему ты сверху? - ухмыльнулся Святослав.       - Да, - смутился Киоссе.       - Проверим, идеальный? - подмигнул Степанов, еще больше загнав Никиту в краску. - Ладно, я шучу. Куда теперь?       - ВДНХ.       - Отлично, даже без пересадок получается. Кстати, подарок свой-то забери, - Свят вручил Киоссе пакет и направился к выходу из торгового центра. Никита молча поплелся за другом. Киоссе почувствовал, что снова сдает позиции в этой игре Степанову. Нет, нельзя уступать. Нельзя за один день разрушить то, что с таким трудом удалось построить. Никита не привык все решать сам. Ему нравилось быть зависимым от Святослава. Но эта зависимость не должна причинять боль, верно? В метро было очень людно. Зайдя в вагон, Киоссе не смог найти за что зацепиться. Вдруг Никита почувствовал чью-то ладонь на своей талии. Он обернулся и увидел Свята. Одной рукой Степанов держался за поручень, а другой притянул к себе Киоссе. Никита удивленно посмотрел на друга. Тот улыбнулся. Поезд начал движение, и Киоссе крепко обнял Святослава, чтобы не упасть. Теплые тела вплотную прижимались друг к другу. На каждой станции появлялись новые люди. И несмотря на то, что некоторые уходили, толпа становилась все больше, а вагоне еще теснее. Своей щекой, Киоссе нежно терся о щеку Свята, изредка касаясь ее губами. Закрыв глаза, Степанов кусал свою нижнюю губу, еле сдерживаясь, чтобы не поцеловать парня, и все сильнее прижимал к себе Никиту, хотя, казалось, сильнее уже некуда. "Сейчас выходим", - прошептал Киоссе, опустив Святослава в реальность. Поезд остановился, и двери открылись. Никита первый отпустил парня и вышел из выгона. Степанов резко проследовал вслед за парнем и взял Киоссе за руку. Остановившись, Никита обернулся. Во взгляде Святослава читалась растерянность. Киоссе сделал шаг к другу, сократив расстояние между ними. Пару секунд парни смотрели друг другу в глаза, не отрываясь. Лицо Никиты стало приближаться к лицу Степанова. Святослав жадно облизнул губы, предвкушая горячий поцелуй. Вот, между парнями осталось около пяти сантиметров. Свят закрыл глаза, но вместо ожидаемого горячего поцелуя, его лицо обвеял поток холодного воздуха. Подняв веки, Степанов увидел, что это Киоссе сдувал светлые волосы, которые зыкрывали голубые глаза. Поняв, что шутка удалась, Никита злорадно улыбнулся и пошел к выходу из метро, освободив свою руку от ладони Свята. Святослав нахмурился, но все равно пошел вслед за Никитой.       - Три года назад мы тоже были на этом же месте, помнишь? - вспомнил Киоссе, когда они со Степановым сели на газон в главном павильоне.       - Помню. Потом, когда ты встал, твои джинсы были в пятнах от травы и земли. Я еще их отряхивал, из-за чего окружающие укоризненно на нас смотрели.       - Еще ты боялся идти на колесо обозрения, потому что боялся высоты, - рассмеялся Никита. - Пошел только из-за того, что я пообещал купить тебе в МакДаке все, что захочешь.       - Но потом я все равно ничего захотел.       - А та фигня, которую ты пил?       - Нет-нет, я купил ее до колеса.       - Точно, - Киоссе улыбнулся и растянулся на траве, положив голову к Степанову на колени. - Помню, ты еще напевал какую-то песню весь день. За все время она мне успела надоесть, но я молчал, потому что мне нравился твой голос.       - Что за песня? - ухмыльнулся Свят, перебирая волосы Никиты.       - Жить в твоей голове. И любить тебя. Неоправданно. Отчаянно, - пропел Киоссе.       - Жить в твоей голове. И убить тебя. Неосознанно. Нечаянно, -       - И слушали тихий океан. И видели города. И верили в вечную любовь. И думали - навсегда.       - Запутались в полной темноте. Включили свои огни. Обрушились небом в комнате. Остались совсем одни.       - Припев пропустил, - с легкой ухмылкой, сказал Никита.       - К черту припев, - Степанов улыбнулся и посмотрел Киоссе в глаза. Они безумно притягивали. Свят наклонился к Никите, собираясь поцеловать, но внутри что-то щелкнуло, и Святослав поднял голову вверх, якобы его заинтересовала, пролетающая птица. - А ты изменился.       - Как?       - Повзрослел. Стал еще идеальней, - улыбнулся Степанов.       - Ты же знаешь, что я не люблю, когда ты меня так называешь.       - Это было раньше. Сейчас я ничего о тебе не знаю.       - Ты и раньше не особо мной интересовался, - с какой-то обидой в голосе, сказал Киоссе.       - Прости. Я, правда, слишком пренебрегал тобой.       - Забыли. Что было, то прошло.       - Какие у вас отношения с Марком?       - Думаю, тебя это не касается никаким образом.       - Я просто поинтересовался. Повисло молчание. Парни просидели в тишине еще около десяти минут, а потом Киоссе предложил прогуляться по городу. Ребята бродили по улицам Москвы, обсуждая самые разнообразные темы. Парни отдыхали, веселились, словно наверстывая то, что не успели сделать за время, которое провели порознь. Около десяти вечера они все-таки решили отправиться домой к Степанову. Никита сказал, что хочет дождаться Марика, чтобы вручить ему подарок. Киоссе решил не говорить другу о том, что Черный не будет ночевать сегодня дома. Святослав предложил посмотреть фильм. После недолгих обсуждений, выбор пал на французскую трагикомедию "1+1". Расположившись поудобней не диване, ребята приступили к просмотру. Никита положил свою голову на плечо Степанову и взял друга за руку. Фильм давался очень тяжело. И хоть в нем было много забавных моментов, он нес за собой огромную силу и навевал грусть. На одном их драматических моментов, Киоссе так сильно сжал ладонь Свята, что услышал хруст костяшек. К удивлению Святослава, по окончанию фильма, он увидел, что Никита уснул. И как бы парень не хотел воспользоваться таким раскладом событий, он решил, что правильней всего будет отнести Киоссе на кровать. Аккуратно приподняв Никиту, Степанов потащил его по полу в комнату Марика. Затем Святослав раздел друга и уложил на двуспальную кровать. Шел первый час ночи, но спать Свят пока что не хотел, поэтому приступил к просмотру следующего фильма. В этот раз его выбор пал на фильм ужасов "Грибы", о подростках, поехавших в поход за галлюциногенными грибами. Еще в начале фильма Степанов провалился в сон. Проснулся он от того, что кто-то вцепился в его колено. Открыв глаза, Свят увидел Никиту. Киоссе рассказал, что проснулся от криков, пришел сюда и увидел, что это лишь телевизор. Но фильм Никиту заинтересовал, и парень решил посмотреть. Досмотрев кино вместе, ребята пошли на кухню и выпили по кружке чая, после чего разошлись обратно по комнатам. Сколько Степанов не пытался, уснуть не получалось, и он решил посмотреть, как там Никита. Зайдя в комнату Марика, Свят сел на кровать, где находился Киоссе.       - Спишь? - прошептал Святослав.       - Нет. А ты чего не спишь?       - Не получается.       - У меня тоже, - сказал Никита, после чего появилась пауза. - Ложись со мной.       - Что?       - Пожалуйста.       - А Марик?       - А что он? Он сегодня не придет.       - Я не уверен, что...       - Ломаешься, как первокурсница. Ложись.       - Ладно, - усмехнулся Степанов. Киоссе подвинулся, и Святослав лег на нагретое место. Никита был повернут к Святу спиной. Рука Степанова проскользила по изгибу тела Киоссе, и одним грубым движением Святослав прижал парня к себе. Никита нисколько не сопротивлялся. Ему нравилось чувствовать своей спиной теплую грудь друга. Пролежав так пару минут, Киоссе стало неудобно. Никита перевернулся на другой бок. Просунув руку под футболку Степанова и приобняв его за талию, Киоссе уткнулся носом в шею парня. Оба безумно кайфовали от этого момента. Происходило то, что всегда могло являться лишь плодом чьего-либо воображения. В таком положении, как ни странно, парни уснули довольно быстро. И даже во сне они улыбались "Парни, я дома", - раздался голос Марка, после чего громко захлопнулась дверь. Киоссе испугался и мигом выскочил из объятий Святослава, разбудив его. Мельком, Никита увидел, что настенные часы показывали половину двенадцатого: "Черт, еще и репетицию пропустил. Меня убьют", - подумал он, натягивая одну штанину на ногу. Вдруг дверь открылась и в комнату зашел Марик. Киоссе почему-то стало очень стыдно. А Степанов же, как ни в чем не бывало, продолжал лежать на кровате с победоносной улыбкой на лице. "Оденься и жду тебя на кухне", - обратился Черный к Никите и вышел из комнаты. Быстро одевшись, Киоссе бросил испуганный взгляд на Свята, который все так же ухмылялся. Как-то робко Никита зашел на кухню, где за столом уже сидел улыбающийся Марк. Сев рядом, Киоссе просто молча смотрел на блондина, ожидая первого шага от него.       - Что у вас было?- все так же радостно спросил Марик.       - Ничего. Мы просто спали вместе. Ну, не в том смысле.       - Да я понял. Он сказал, что любит тебя?       - Нет. Но когда мы гуляли, он хотел меня поцеловать.       - Отлично. Видишь, ему не плевать. Я же говорил.       - Че здесь нахер происходит? - ворвался в кухню Степанов.       - А подслушивать нехорошо, - подметил Марк. - Сядь.       - Я жду объяснений, - потребовал Свят, приземлившись напротив Никиты.       - И как много ты слышал? - растерянно спросил Никита.       - Достаточно. Объясните, какого хера вы меня обсуждаете?       - Понимаешь, Светик, - начал Черный. - Изначально я хотел помочь Кисе завоевать тебя... В общем, Ник, расскажи сам.       - Эм, - Киоссе растерялся. - Мне нравится Марк...