Часть 10
1 марта 2015 г., 16:57
Мелодия будильника раздавалась снова и снова, но Святослав не обращал на это абсолютно никакого внимания. Парень лежал и смотрел в потолок, задумавшись.
Всю ночь Степанов не мог уснуть. Он ворочался, временами проверяя время на телефоне. То Святу было слишком жарко, то слишком светло, или недостаточно тихо. Но в конце концов Святослав понял, что просто не хочет спать и стал вспоминать разные хорошие моменты из своей жизни.
***
Никита запрыгнул на спину Свята и обвил его шею руками, а талию ногами. От неожиданности Степанов машинально подхватил ноги друга, чтобы тот не упал. Никита расслабился, чувствуя, что Святослав его не скинет, и опустил руки с шеи на плечи Степанова. - Киоссе, сука, ты идиот? - Свят, ну не будь таким нудным. - Что, Степанов, слабо? - усмехнулся Костя, восседавший на Владе так же, как и Никита на Святославе. - Пф, да мы порвем вас, - сказал Свят, показав двум парням напротив неприличный жест. - Ура! - обрадовался Киоссе. - Это мы еще посмотрим, кто кого, - ухмыльнулся Рамм. - У-у-у, делаем ставки, - рассмеялся Угляров, сидящий на траве, где находилось еще много других парней. - Я за Степанова и Киоссе. Ребята стали спорить и говорить, на чью победу они рассчитывают. После четвертого тура все решили собраться и отдохнуть. Погода как раз была отличная. Парни развлекались, весело проводя время вместе. Да, они были соперниками, но это не мешало быть друг другу хорошими товарищами. - Ставки сделаны. Вы готовы? - обратился Миша к "бойцам", встав между ними. Получив кивок в ответ, Балясинский продолжил: - Считаем до трех и начали! Один!.. - Два! - дружно подхватила толпа. - Три! Балясинский хлопнул в ладоши и отошел назад. Святослав и Влад одновременно сделали решительные шаги навстречу друг к другу. Эта игра казалась для Свята ужасно глупой, но он любил выигрывать. Костя и Никита смело вцепились друг в друга, пытаясь посильнее толкнуть. Парни, сидящие на траве, разделились на три лагеря: одни кричали "Свита!", вторые "Властя!", ну а третьи просто общались между собой. Этот импровизированный бой длился минут пять. В конце концов Костя толкнул Никиту так, что тот стал падать назад и, перевесив Степанова, завалил его и себя на землю. Все стали смеяться, поздравлять Рамма и Черкаса. "Мы сделали вас, лошки!", - бросил Влад, обратившись к проигравшим. - Тебе не больно? - спросил Свят у Киоссе, перейдя в сидячее положение, и обернувшись. - Нормально, - Никита улыбнулся и тоже сел, упершись руками в землю. Но отстранятся от Святослава он не спешил. Их ноги переплетались. Костя, уже слезший с Рамма, и Миша что-то говорили Степанову. Киоссе обвил руками талию Свята и уткнулся подбородком ему в плечо. Святослав запустил руку назад, за голову, и потрепал волосы Никиты. Губы Киоссе приблизились к уху Степанова и окатили его струей холодного воздуха. Святослав рассмеялся и повернулся, чтобы посмотреть на Никиту. Парни хитро улыбнулись, после чего Киоссе получил подзатыльник от Свята. Решив не уступать другу, Никита повалил Степанова на траву. Ребята стали в шутку бороться, кататься по земле друг через друга и смеяться. Первым устал Святослав. Он лег чтобы отдышаться. Киоссе сел рядом и положил голову Степанова себе на ноги. Свят переплел свои пальцы с Никитиными и улыбнулся другу. На них никто не обращал внимания. Остальные сидели компаниями в разных местах и разговаривали о чем-то своем. Святослав смотрел на небо, а Киоссе смотрел на Святослава. Около пятнадцати минут парни провели в молчании. Свят первый нарушил тишину, указав одной рукой, в которой все еще продолжал держать ладонь Никиты, на облако: "Смотри, оно похоже на кита", - произнес Степанов. Киоссе усмехнулся и так же как Святослав указал уже на другое облако, похожее по его мнению на черепаху. Парни еще долго показывали друг другу на облака, сравнивая с различными животными и предметами. Прошел, наверное, час, но ребята ни разу не отпустили ладоней друг друга.***
От этого воспоминания по телу Степанова пробежала легкая дрожь. Сейчас все это выглядело действительно немного по-другому, двусмысленно. В тот момент Свят даже не задумывался, что здесь может быть что-то большее, чем просто дружеские отношения. Сейчас же он понимал - Киоссе еще тогда проявлял свою нежность. "И как я мог не замечать того, что он в меня влюблен?! Когда это началось?, - удивлялся сейчас Святослав. - Черт. Да я сам, даже не подозревая, своими действиями и отношением давал Никите надежду на то, что у нас что-то может получиться." Хотя теперь это все было неважно. Проект закончился несколько лет назад, уже ничего нельзя было изменить, но Свят почему-то именно сейчас решил поразмыслить над тем как надо было вести себя, чтобы их отношения сейчас были другими. А были бы тогда они вообще? - Степанов, мать твою, у меня уже голова болит от этой музыки, - вошел в комнату Марк. Он взял телефон Свята и выключил будильник. Святослав не обращал внимания на друга и продолжал пялиться в потолок. Черный сел на диван, где лежал Степанов, и помахал ладонью перед глазами парня, но тот снова не проявил никаких эмоций. - Уже девять, - вздохнул Марик. - Ты не забыл, что должен поехать к Нику? - Я не поеду. - В смысле? Ты обещал ему. - Нет, не могу, - Свят поджал губы. - Я еще не готов. - К чему? - Он потребует ответа: люблю ли я его? - А ты его любишь? - Не знаю. В этом и проблема. - Ты обязан поехать к нему. Он ждет. - Но что я скажу? - Объясни все как есть. Никита поймет. Его отношение к тебе вряд ли изменится от того, что ты расскажешь, что чувствуешь на самом деле, но точно изменится, если не приедешь, - Марк встал с дивана и пошел к выходу из комнаты. - Так что давай, собирайся. Полежав еще пару минут, Степанов все-таки решил, что Черный прав. Лучше поговорить с Киоссе сейчас, чем снова бегать от него. Свят больше всего не хотел расстраивать Никиту. Парни всегда бережно относились друг к другу. Только иногда Святослава раздражало то, что Киоссе и впрямь во всем лучше. Но Степанов знал, что нужен Никите, а потому играл на его чувствах, опуская парня. Так Свят чувствовал свое превосходство. Одевшись, и взяв на кухне пару апельсинов, Святослав поехал в больницу. Он очень волновался перед этой встречей. Парень чувствовал жар по всему телу и искусывал свои щеки изнутри. Он безумно нервничал. Сердце бешено билось. Свят много раз прокручивал в голове предстоящий диалог, но никак не мог определиться с тем, что будет говорить. Уже стоя у входа в палату Киоссе, Святослав подумал, что все неправильно и нужно убежать пока не поздно, но не решился это сделать. Наконец, взяв себя в руки, Степанов досчитал до трех и вошел в комнату. Никита лежал на своей кровати, стоящей по правую сторону от окна. Как только он увидел Свята, на лице парня сразу появилась широкая улыбка. Святослав не мог не улыбнуться в ответ. Свят подошел к Киоссе и сел на край кровати, а пакет с апельсинами положил на подоконник, где стояла бутылка воды. - Я думал, ты уже не придешь, - радовался Никита. - Ну я же обещал, - Степанов улыбался и казался абсолютно спокойным, но внутри он безумно волновался. - Апельсины вот принес, - кивнул Свят в сторону пакета. - Как ты себя чувствуешь? - Нормально. Живот уже не так сильно болит. Спасибо за апельсины, но мне нельзя, - рассмеялся Киоссе. - Блин, я не знал. А что тебе привезти в следующий раз? - Ничего не надо. Мне пока что нельзя есть. - Голодаешь? Бедолага. Так и похудеешь. А ты и без того тощий. - Свят, - Никита решил перевести разговор, на интересующую его тему. - Что ты решил? - Святослав молчал. - Понятно, - с обидой в голосе сказал Киоссе. - Ну вот что тебе понятно? Я же ничего не сказал. - Все просто: если бы ты меня любил, то мог бы сразу об этом сказать, а так как молчишь, значит, не испытываешь этого чувства. - Какая идиотская логика. - Давай, скажи мне, что я ошибаюсь. - Никит, пойми... Да, я могу сказать тебе, что люблю, но по сути это ничего не даст. Наше общение никак не изменится. - Так ты меня любишь? - Киоссе сел на колени и обвил руками талию Степанова, а носом уткнулся в его плечо. - Не делай так, - Святослав напрягся. Он чувствовал на себе дыхание Киоссе. - Я люблю тебя, Свят. Люблю. Черт возьми, я так рад, что могу сейчас говорить тебе это, касаться тебя. Ты же знаешь, что можешь осчастливить меня лишь тремя словами. Зачем мучаешь меня? - Никит, прекрати, - Степанов убрал с себя руки парня и отстранился от него. - Я... я боюсь. - Чего? - Киоссе улыбнулся. Сейчас Свят казался ему таким милым и беззащитным. - Боюсь, что сделаю тебе больно или, наоборот, ты мне. Давай подождем, пожалуйста. - Мы можем подождать, - Никита нахмурился. - Но не пожалеешь ли ты потом, если твои чувства вспыхнут слишком поздно? Я ведь тоже человек и не буду вечно носиться за тобой, как собачка, грезя о взаимности. - Я запутался. Это все так сложно, - Святослав закрыл лицо руками и согнулся пополам. -Ну Свят, - Киоссе с трудом смотрел на друга, чувствуя себя виноватым. Никита приобнял Степанова за плечи и поцеловал в щеку. - Я согласен подождать. Можешь не торопиться с ответом. - Прости меня, - Святослав прилег, положив голову на колени Киоссе, и взял руку парня. - Я просто устал от всего этого. - Все хорошо, - говорил Никита, гладя Степанова по спине. - Ты же знаешь, что я всегда буду с тобой. При любом твоем решении и обстоятельствах. - Спасибо, - Свят переплел свои пальцы с пальцами Киоссе. - Не знаю, люблю ли тебя, но ты мне определенно нужен. Поздно я это понял, конечно. - Черт, - эмоции распирали Никиту. Он широко улыбался и поцеловал Святослава в макушку. - Ты пропал на полгода из моей жизни, чтобы вернуться и сказать эти слова. Самые важные слова. Степанов усмехнулся и повернул голову, чтобы посмотреть Киоссе в глаза. Никита наклонился, хотел коснуться губ Свята своими, но тот отвернулся и Киоссе поцеловал парня лишь в щеку. Но и этот поцелуй сделал счастливее обоих. Парни молчали, наслаждаясь этим моментом. Никита был безумно счастлив от того, что может быть рядом со Святославом. Боль в животе, неразбериха в отношениях, работа, семья - все отходило на второй план, оставляя Киоссе лишь чувство бескрайней благодарности. Благодарности Меладзе, Рамму, Марику - без любого из этих людей отношения Никиты и Степанова не были бы такими какие они сейчас, а возможно, их бы и не было вовсе. Ну и конечно больше всего Киоссе благодарил Святослава. Этот парень, хоть и неосознанно, всегда мог сделать Никиту либо самым счастливым человеком, либо самым несчастным. В животе снова прорезалась боль. "Свят, - выдавил из себя Киоссе, но ответ не последовал. - Черт. Ты спишь?", - Никите стало жутко неудобно от позы в которой он находился, да еще и эта боль не давала покоя. Но будить Степанова Киоссе ни в коем случае не собирался. Аккуратно приподняв с себя Свята, Никита уложил его на кровать и сам лег рядом. Киоссе сразу решил не упускать свой шанс: парень приобнял Святослава и уткнулся носом в блондинистые волосы, вдохнув их аромат. Снова острая боль в животе. Чтобы она утихла, требовалось перейти в другую позу, но опускать Свята вовсе не хотелось. В Никите словно боролись два человека: один говорил, что, может быть, Киоссе в последний раз удается так полежать со Степановым и нельзя упускать эту возможность, а другой говорил, что Никита не должен пренебрегать болью и надо лечь на спину, иначе он сделает хуже только себе. Сперва Киоссе решил, что не отпустит Свята, но боль взяла верх и Никита освободил Степанова от своих рук и перевернулся на спину. Боль ослабла. Сейчас Киоссе было очень обидно - рядом лежал Святослав, которого так хотелось держать в своих объятиях, но Никита не мог этого сделать. Смирившись со своим положением, Киоссе просто взял Свята за руку. Какова же была его радость, когда Степанов сам перевернулся на другой бок и слегка приобнял Никиту за талию. Когда же Святослав уткнулся носом в шею Киоссе, то сердце в груди последнего стало биться чаще. Такого волнения он давно не испытывал, хотя казалось, ничего особенного не произошло. Но не для Никиты, нет. Этот парень умел наслаждаться даже самой малейшей каплей нежности или внимания Степанова. Киоссе действительно любил его и просто не мог поверить, что наконец-то может узнать, что такое взаимность. Но Никиты боялся думать об этом. Боялся спугнуть удачу. В конце концов Киоссе успокоился и тоже уснул. - Что здесь происходит?! Молодые люди! - Никита услышал грубый голос Олега Константиновича и лениво открыл глаза. - Здравствуйте, - единственное, что смог сказать Киоссе. Он посмотрел на Свята, который недовольно морщился, пытаясь понять по какой причине прервали его сон, и улыбнулся. - И вам не хворать. Я еще раз спрашиваю: что здесь творится?! - А что, собственно, не так? - спросил Святослав, поняв, что вообще сейчас происходит. - Что не так?! Вы смеетесь, молодой человек? Я уже молчу про то, что вы без бахил. Молчу про то, что вы спите на больничной койке, но сейчас у нас тихий час, поэтому покиньте, пожалуйста, помещение! - приказал врач. - Ладно-ладно. Сейчас уйду. Извините. Что-то пробормотав себе под нос, Олег Константинович вышел из палаты. Медленно Степанов встал с кровати и посмотрел на Никиту. - Мы даже не поговорили толком, - грустно заметил Киоссе. - Ты же придешь завтра? - Я приду. Сегодня. В пять. Три часа пока тут где-нибудь погуляю, осмотрюсь. - Серьезно? - от радости Никита хлопнул в ладоши. - Да. Не скучай. Святослав потрепал волосы Киоссе, улыбнулся и не спеша покинул комнату. Никита же просто проводил друга счастливым взглядом. Волнение почему-то не уходило. Киоссе не хотел так просто отпускать Свята на три часа, да и сам не знал, что будет делать все это время. Недолго думая, Никита достал телефон из тумбочки и хотел было позвонить Степанову, но понял, что до сих пор не узнал его новый номер. Ведь обычно средством связи для ребят являлся Марк. Тогда Киоссе решил узнать номер Святослава у Черного, но тот не отвечал на звонки. Никита понял, что ему все-таки придется ждать Свята в одиночестве. Странно, но Киоссе был в палате один, несмотря на то, что всего здесь находились четыре кровати. Никита уже забыл когда лежал в больнице последний раз. Здесь все было новое и вполне красивое, но атмосфера в комнате все равно была жутковатой. Вдруг Киоссе услышал громкий стук, раздавшийся где-то позади. Но за спиной Никиты была лишь стена, да и находился он на втором этаже. Еще один стук. На этот раз Киоссе заметил, что нечто прилетело в пластиковое окно и тут же отскочило. Никита встал с кровати и подошел к подоконнику, но сразу отскочил, потому что снова что-то ударилось о пластик. Киоссе резко открыл окно и посмотрел на улицу. На лице Никиты появилась широкая улыбка - внизу стоял Святослав с горсткой мелких камней в руке. - Свят, что ты... - начал разговор Киоссе. - Как ты узнал, что это именно моя палата? - Ну просто я увидел пакет, который сам и принес, - кричал Степанов. - Так что это не заняло много времени. - Ты так и будешь три часа орать мне оттуда? - ухмылялся Никита. - Нет. Понимаешь, тут такая штука... - Святослав почесал затылок. - Оказывается у меня нет твоего номера. Незадача. - Ты тоже хотел позвонить мне? - Киоссе не мог перестать улыбаться. - Просто скажи мне свой номер и ложись обратно в кровать, - рассмеялся Степанов. Только Никита продиктовал цифры как сразу услышал мелодию своего звонка. Парень быстро взял телефон и, приняв вызов, тут же сказал: "Я скучал, Свят". Киоссе вернулся к окну, где вновь увидел улыбающегося Святослава. Никита убрал воду с апельсинами на тумбочку и залез на подоконник. - Тебе удобно? - поинтересовался Степанов. - Может, на кровать лучше ляжешь? - Нет, лучше на тебя посмотрю. - Окей, - Святослав сел на землю. - Дурак, а если заболеешь? - Тогда надеюсь, что попаду к тебе в палату, - ухмыльнулся Свят. Следующие три часа парни обсуждали разные темы и шутили. Им было так легко общаться друг с другом. Словно все эти годы они были хорошими друзьями и ни разу не расставались. Только часы телефона сообщили о том, что уже пять, как Степанов мигом помчался к Никите. Киоссе с нетерпением ждал Святослава и не успел последний закрыть за собой дверь, войдя в палату, как Никита набросился на него с объятиями. Оставшееся время ребята продолжали шутить, разговаривать обо всем и одновременно ни о чем. Свят сидел на кровати Киоссе, опершись о стену, а Никита сидел рядом, положив голову на плечо Степанова, и приобняв парня за талию. Ребята не хотели прощаться, но, к сожалению, время посещения истекло. - Ты же придешь завтра, да? - с надеждой спросил Киоссе. - Ты не оставляешь мне выбора, - улыбнулся Святослав. - Приду. Дверь за Святом захлопнулась, а Никита продолжал смотреть на нее, ожидая возвращения Степанова. Но Святослав в это время уже спускался вниз по лестнице. Он не прекращал улыбаться, как, впрочем, и Киоссе. Парни обдумывали и тщательно вспоминали все детали сегодняшнего дня. Этого общения так не хватало обоим. Никита был счастлив от того, что чувствовал Степанова в своих объятиях, слушал его голос. От всей этой радости Киоссе даже позабыл о боли. А Святу нравилась нежность Никиты, и как тот внимательно ловил каждое слово, сказанное Святославом. Но несмотря на всю идиллию этого дня, Степанов так и не смог дать ответ на вопрос Киоссе. Даже для самого себя.
