Инквизиция в деталях

– Доброго дня, господа. Леди Травельян, бывшая Леди-Инквизитор вошла в небольшой, но роскошный кабинет Императора Гаспара и с некоторым недоумением оглядела присутствующих. Компанию его величеству составляли незнакомый мужчина в дорогом расшитом камзоле с гербом Старкхэвена на рукаве и, если Травельян не путала, сенешаль наместника Киркволла. – Позвольте, я представлю вам моих гостей, миледи, – поднимаясь навстречу и галантно целуя ее единственную руку, тут же ответил Император. – Его милость принц Старкхэвена Себастьян Ваэль. Незнакомый мужчина в свою очередь поклонился и с легким марчанским акцентом, от которого сама Травельян давно избавилась, произнес: – Я имел удовольствие общаться с вами по переписке. И спешу лично выразить свою благодарность за помощь в восстановлении Киркволла – это был благородный поступок и весьма существенное подспорье экономике всей Вольной Марки. Травельян предпочла не уточнять, что переписку от ее имени вела Жозефина, и просто ответила: – Рада познакомиться с вами лично, принц. – А с Браном Кавином, бывшим сенешалем Киркволла, который долгое время исполнял функции наместника, вы, кажется, уже встречались? – уточнил Гаспар. Травельян пригляделась. Она запомнила помощника Варрика угрюмым и изможденным, но сейчас перед ней стоял и приятно улыбался пусть не молодой, но весьма привлекательный мужчина. В ярко-рыжих волосах не было и следа седины. Это было странное собрание, что уж и говорить, и она никак не могла понять, зачем ее пригласили на него. – Вы здесь по делам города, сенешаль? – присаживаясь в кресло и аккуратно пристраивая культю, спросила она, чтобы как-то поддержать разговор. – Нет-нет, я больше не служу Киркволлу, – не переставая улыбаться, ответил тот. – Теперь у меня новый пост. А Эвелин разозлилась на себя – ведь Император прямым текстом сказал «бывший сенешаль». После роспуска Инквизиции она официально отошла от дел и предпочитала вести уединенный образ жизни в удаленном шато, лишь изредка приезжая к Ее святейшеству в Вал-Руайо – как в этот раз – и, кажется, совершенно растеряла все приобретенные нелегким трудом навыки. Раньше она бы никогда так не попала впросак. И можно не сомневаться, все присутствующие заметили ее оплошность. – Я пригласил его в Орлей. – Гаспар лично налил в тонкостенный кубок вина и протянул гостье. – Империи нужны умные и талантливые чиновники, а потенциал сударя Брана превосходит его бывшую должность настолько же, насколько Империя превосходит город. Кавин благодарно склонил голову и скромно добавил: – Его величество более благосклонен ко мне, чем нынешний Наместник – не в обиду вашему другу будет сказано, миледи. – Да какие уж тут обиды? Она еще раз оглядела присутствующих. Гаспар традиционно был в маске – она до сих пор ни разу не видела его лица, и любопытство вновь слегка кольнуло ее. Эвелин знала, что он стар, и воображала под маской морщины и пигмент. Но вот так, при личной встрече – выправка, уверенные точные движения, громовой голос – Император совершенно не производил впечатления старика. И если приглядеться, по краю маски была видна ровная кожа с легкой щетиной. Его гости не прятали лиц, но на подлокотнике кресла бывшего сенешаля лежала своя маска – копия императорской, но немного попроще. Очевидно, марчанин пока не привык носить ее постоянно. Травельян перевела взгляд на принца. Самый молодой здесь – ну, кроме нее. И тоже красавчик. Вот только собрались они тут явно не для услаждения взора Инквизитора, тем более бывшего. – Так чем могу быть полезна, господа? Она сделала вид, что пьет, но даже не смочила губы. Не то чтобы она опасалась Гаспара, но это орлейский двор – тут нужно всегда быть настороже. – Видите ли, любезная, – отвечать ей взялся сам Император. – Дело как всегда в деньгах. Краем глаза Эвелин заметила, как усмехнулись Бран и Ваэль. – Мы ведем весьма оживленную торговлю с Маркой, Антивой и даже Ривейном. И почти вся она идет через Неварру или – если морем – через Ферелден. А Империя, разоренная гражданской войной и ордами демонов, зараженная красным лириумом и скверной, не может себе позволить посредников. Травельян прищурилась, начиная понимать, куда клонит Гаспар. – Мы рады предоставить Орлею всю возможную помощь, – встрял принц. – Это угодно Создателю, но, к сожалению, не все зависит от меня. Некоторые не желают понимать, что милосердие и сострадание окупаются. – Мы заключали мир с Ферелденом под знаменем Инквизиции, и я бы ни за что не посмел нарушить договоренностей, заключенных вашим именем, – Гаспар, который даже на троне сидел благодаря Инквизиции, снисходительно улыбнулся. – Но не так обстоят дела с Неваррой. Слабый правитель, король Маркус, может, и хотел бы нам помочь, но дышащие ему в спину сотня родственников только и выжидают момента, чтобы ударить. – Поэтому вы решили вообще не ждать? Травельян все сильнее хотелось пить, но у нее было только вино, налитое хозяином, и она с трудом сглотнула. Когда на трон садился Гаспар, она не думала о настолько далеких последствиях, хотя уже тогда понимала, что воинственность нового Императора никуда не денется. Ей нужен был сильный и авторитетный в армии правитель, чтобы помочь в войне с Корифеем, и она сознательно пренебрегла отдаленными перспективами. – Неварра сейчас – легкая добыча: слабый король, борьба за власть, порушенные демонами города и села – и оттянутая на приграничные стычки с Тевинтером армия. Им будет не до нас. Как выяснилось, никто не собирался захватывать всю страну. Нет, аппетиты его величества удовлетворит камберлендское побережье и кусок имперского тракта от Вал Шевина до Минантера. Ну и все прилегающие земли, конечно. То, что неподалеку – столица Неварры, заговорщиков смущало мало. На вопрос, что даст им прямой доступ к Минантеру, если между Орлем и Старкхэвеном все равно останутся Хасмал и Тантерваль, принц Ваэль тонко улыбнулся, и загадочно сообщил, что это не будет проблемой. А Травельян с трудом припомнила, что ей сообщали о новых правителях в этих городах – сменившихся один за другим. Похоже, что первые корпуса шевалье уже выдвинулись к границе, а значит, новая война неизбежна. Эвелин втянула голову в плечи. – Так что вам нужно от меня? – Сущую малость, миледи. – Гаспар хищно улыбнулся. – Ваш титул Вестницы Андрасте немного подзапылился за прошедшее время, но если встряхнем его как следует, он еще может сослужить добрую службу. – Никто не может отрицать, как много вы сделали для народа Орлея, – подхватил принц. – Будет только естественно, если вы вступитесь за него еще раз. Никакая помощь в наши тяжелые времена не может быть лишней. Как могла холодно, Травельян спросила: – Я не могу отказаться, не так ли? – Я постараюсь вас переубедить. – Ваэль подошел к ее креслу с правой стороны и нагло сел на подлокотник. Эвелин пришлось убрать руку с кубком. – Этот союз и его последствия выгоден не только Орлею, но и всем. Кроме разве что Неварры. Но и ее людей мы не бросим в беде, позаботимся о новых подданных и обеспечим им безопасность. Он нависал над ее креслом, и Травельян все отчетливее понимала, что выбора у нее нет. В принципе, они все могли бы сделать и без ее участия, но зачем-то решили озаботиться ее поддержкой. Учитывая, что в наличных условиях им это ничего не стоило, то такой поступок был вполне логичен. С другой стороны, она не привыкла сдаваться так легко. И пусть сейчас у нее нет Инквизиции, но множество личных связей все еще остались – и первая среди них Верховная жрица Виктория. – Понимаете, миледи, – вновь взял слово Гаспар, – в наше неспокойное время нам стоит держаться вместе. Никому не пойдет на пользу, если поползут нехорошие слухи о ложной пророчице. Мне-то удастся сохранить позиции, но Верховной жрице, все внимание которой сейчас сосредоточено на выстраивании новой церковной иерархии и хоть сколько-то приемлемом решении магического вопроса, такие потрясения совершенно не нужны. Не хотелось бы, чтобы все дела Инквизиции вновь оказались подвергнуты сомнению. Эвелин через силу улыбнулась и процедила: – Похоже господа не оставили мне выбора. – Ей совершенно не хотелось подставлять Кассандру. Император воздел кубок: – За сотрудничество! От вас всего лишь потребуется небольшая воодушевляющая речь, миледи. Не кукситесь. Травельян скрипнула зубами. – И мы были бы безмерно благодарны, – прибавил Бран, – если бы вы сумели убедить Наместника Тетраса пропустить часть армии через Киркволл и Виммаркский перевал. К сожалению, мне это не удалось. О да, потом появятся еще пара мелких просьб и одолжений, одно-другое письмецо, замолвленное во время словечко… Это никогда не кончается. Но к демону! Пусть собачатся! Она уже давно устала судить и решать чужие проблемы. Сейчас главное – приготовиться к возвращению Соласа-Фен’Харела, а это мало зависит от того, как проходят границы и кто сидит на троне. Травельян не станет тратить силы на политическую борьбу, проще выполнить, что они хотят, и вернуться к своим делам. – Конечно, сударь Кавин, уверена, Варрик будет рад получить от меня письмо.