Se vere: Кровь на двоих

На этот раз больница встретила меня невообразимым шумом. За стойкой метались обе привет-ведьмы — и Назима, и Даяна, обе встрепанные, в едва застегнутых мантиях, и кого в чью смену вызвали сверхурочно понять было сложно. — Мисс! — увидев меня, Даяна растолкала носящихся туда-сюда целителей и подбежала поближе, — как же вы вовремя! — Что тут произошло? — Куст преции на пятом этаже кто-то сглазил, он ходит по палатам и пытается задушить больных! Контрзаклятия на него не действуют! — Даже испепеляющее? — удивленно воскликнула я, потому что со взбесившимися растениями во все времена разговор был короткий. — Мы не можем! Мы отправили запрос в отдел магического правопорядка, но отряд до сих пор не прибыл! Тьфу, блин! У них там вечно какая-нибудь запара! Я подобрала полы мантии и припустилась на пятый этаж, хотя в обычное время пыталась его избегать. Не люблю смотреть в глаза ошибкам юности. Дорожка сырой земли петляла по всему холлу пятого этажа. Приглядевшись, в глубине коридора я разглядела беснующийся куст. Двери палат были заперты на заклинания, но некоторые распахнуты. Их обитатели толкались тут же. — Цепенио! — крикнула я, надеясь, что старая добрая сетка остановит покусанную герань, но не тут-то было. Видимо почуяв нового противника, кустик потерял всякий интерес к дверям подсобки и двинулся на меня. — Мисс, сделайте что-нибудь! — Ты думаешь, на курсах мракоборцев учат сражаться с растениями? — с нервным смешком ответила я. — Индуцио! Кустик замер, но ненадолго. — Понятно. Никогда еще я не оказывалась в такой нелепой и одновременно опасной ситуации. Психованное растение, кто бы мог подумать! Меня кто-то толкнул в плечо. Наперерез кустику метнулась чья-то знакомая белобрысая голова. — Синтелициум! — крикнули мы одновременно, в долю секунды поняв, что память о былом сотрудничестве бесследно не проходит. Куст замер и рассыпался. Горстку пепла тут же сгребли в несколько совков и торжественно вынесли из холла. — Рема! — Энжи! Я была искренне рада ее видеть. Рема Руденс, с которой мы когда-то вместе проходили испытание на поступление в мракоборцы. Она слегка располнела, загорела за лето, хотя был уже ноябрь, на безымянном пальце появилось неприметное колечко с бриллиантом. О ее помолвке я слышала, но подумала, что выражать поздравления будет слегка неуместно. — Слышала, тебя восстановили, — Рема спрятала палочку, и мы отошли к окну, — здорово. А про Малфоя это правда или выдумка Скиттер? — Правда, к сожалению, — фыркнула я. — Они еще не в курсе, что Нарцисса — моя крестная, иначе бы удавились от обилия информации. — Да ты что?! Правда? — Руденс простодушно ахнула. Я знала, что она неболтлива, и вполне могла доверить ей эту информацию. — С ума сойти. Хотя, знаешь, я тебя понимаю. — В чем, интересно? — Мой отец — один из членов Визенгамота, — приглушив голос, поведала старая знакомая. — Бабушка недавно мне рассказала. Так что я тебя понимаю. — Да? — теперь уже у меня глаза полезли на затылок. — И кто это? — Я не могу сказать, — замялась она, рисуя что-то неопределенное пальцем на подоконнике. — Давай я тебе напишу, как только будет можно. — Хорошо. — Мне пора. — Мне тоже. — Ты к Снейпу сюда приходила? — Да, мы не виделись, пока меня держали под домашним арестом. — Это правда, что ты в него влюблена? — Кто так говорит? — Все так говорят. — Знаешь, меня тревожит распространение информации в магическом сообществе, — задумчиво протянула я, — понимаю, что мы живем в век высокой мобильности, но чтобы настолько… — Ясно, мне пора! На выходе из этажа она столкнулась с молодым волшебником, который рассыпался в извинениях. — О, простите, мисс, право, я не хотел! Вот ваши перчатки. Всего вам хорошего! При звуках этого голоса меня будто из холодного душа окатили. Я как можно незаметнее начала пробираться к дверям, но в самый неподходящий момент меня заметили. — О, мисс! Говорят, это вы вместе с этой симпатичной мисс победили ужасный куст! Так его! И этот радостный идиот попытался поцеловать мне руку. — Спасибо, — процедила я, решительно вырываясь и делая реверанс. — Мне пора. — Майкл! Майкл, куда же вы пропали! — дежурно-радостная молодая целительница решительно подхватила его под локоток и отбуксировала в палату, сделав мне знак подождать. — Анжелика? — выглянула она спустя минуту оттуда. — Ты в порядке? — В полном, Миринда, спасибо, — вдзрогнула я. — Как он? — Уже выучил историю Хогвартса, — грустно улыбнулась она. — Ты не переживай… правда, говорят, полностью он так и не восстановится. — Может, оно и к лучшему, — прошептала я, спускаясь вниз. На втором этаже, слава Мерлину, царило умиротворение и порядок. Я заглянула в семнадцатую палату и удивленно улыбнулась — Северус спал. Неслышно открыв дверь, я вошла и остановилась в нескольких шагах от кровати. Правая рука лежала поверх одеяла. — Вы не спите, — спокойно констатировала я, проходя и садясь в кресло. — У спящего человека конечности расслаблены, и рука не может держаться на бедре, не цепляясь за одеяло. Да и сложно заснуть, когда тут вся больница на ушах стояла. — Браво, мисс Фробишер, вы не зря занимаете пост мракоборца, — не открывая глаз, процедил Снейп. Я радостно задохнулась. — Вы уже замечательно говорите! — я не смогла сдержать радостного писка, на миг промелькнувшего в голосе. — В период вашей особой занятости здесь стало слишком тихо, и мне пришлось развлекать себя самому, — он, наконец, открыл глаза, и у меня внутри все потеплело от этого до дрожи знакомого пронзительного взгляда. — Тут все только и говорят о двух девушках, ликвидировавших взбесившийся куст. Не знал, что на курсах мракоборцев этому учат. — Здесь была Рема. Вы ведь помните Рему Руденс? До третьего курса она постоянно плавила ваши котлы, — хихикнула я. — А потом вдруг, как и вы, решила стать мракоборцем. Я еще задавался вопросом, кто из вас меньше подходит на эту должность. Но вы меня, признаться, приятно удивили, — Северус слегка улыбнулся. — Вам уже сказали, что меня восстановили в прежней должности? — спросила я. — Вас восстановили? Поздравляю, — поморщился Снейп. — У вас снова будет в обрез времени и новые синяки. — Думаю, пока что меня только поставят в охрану в зале суда. А там… там посмотрим. — Министр говорил, что вас подумывают назначить куратором нового набора мракоборцев, — Северус чуть приподнялся на подушках. — Если вам придется работать с Поттером, я вам не завидую. — Почему? Но профессор только холодно улыбнулся. — Понятно. А как долго вас еще тут будут держать? Вы ведь уже разговариваете? Шрамы затянулись? На этот раз гримаса была куда выразительнее. Да его и можно было понять — Артура Уизли в свое время после нескольких поверхностных укусов выписали через несколько дней, а его после почти перегрызенной сонной артерии, чудовищной потери и заражения крови, трех месяцев комы и двух — интенсивной терапии, держат здесь до полного затягивания шрамов. — Дженнис сказал, еще полтора месяца. Возможно, до Рождества. — Ужас, — вырвалось у меня раньше, чем я успела подумать. — Ужас? — саркастически переспросил Снейп. — Возможно. Зато у меня есть уйма времени подумать, чем я буду заниматься, когда выйду отсюда. — Вы не будете больше преподавать? — удивленно спросила я. — Незаменимых людей нет, Анжелика, это вы, как мракоборец, должны понимать. По-моему, на все некогда занимаемые мной должности уже нашлись вполне достойные кандидаты. — Незаменимые есть, — твердо сказала я. — Хотя бы потому, что все люди — разные, и каждый индивидуален. Можно заменить какое-то свойство человека, но не самого человека. В нашу команду могут прислать сколько угодно женщин — мракоборцев, умеющих сражаться сразу с пятью темными магами и жонглировать гигантскими пауками, но Тонкс с ее манерой менять цвет волос трижды в день и ронять все, что только понаставлено в коридоре от бункера к столовой мне никто не заменит. Как и Грюма с его способностью подмечать, что я застегнула не все крючки на корсете под тремя слоями мантии. — Мой голос дрогнул. — Как и вас, — едва слышно добавила я. Повисла тишина. — Лестно слышать, — с горечью протянул Снейп, — что меня ставят в один ряд с людьми, внесшими такой неоценимый вклад в становление мира в нашем сообществе. Я чуть не ударила его. У меня даже дернулась рука. Такая ирония показалась мне чудовищной, и он, надеюсь, это понял. — Вы, кажется, собирались подумать, чем будете заниматься, — сказала я сквозь зубы, пытаясь унять яростную дрожь в коленках. — Запрусь у себя в доме, и остаток жизни буду корпеть над книгами, — огрызнулся Снейп, глядя куда-то в стену. — Всю пользу, что я мог принести, я уже принес, а теперь позвольте мне состариться и умереть спокойно. — Боюсь, не получится, — откашлявшись, выдавила я. — Это почему? — Вам некуда возвращаться, профессор, — я отвела глаза, поняв, что ему до сих пор ничего не рассказали. — Дело в том, что… видите ли, я… Опуская подробности, о которых сказала Нарциссе, я рассказала, что случилось с домом в Паучьем тупике. Лицо Северуса побледнело, хотя, казалось, бледнее уже некуда. — Что ж… — тихо сказал он, — очаровательно. Может, так было нужно. Я представляла, что он сейчас чувствует. В конце концов, он родился в этом доме и жил почти сорок лет. — Профессор, — аккуратно спросила я, боясь повысить голос. — Было нужно что? — Чтобы я окончательно порвал с прошлым, — скорее машинально ответил он и запустил руку в волосы. — Выходит, мне некуда идти… Мисс Фробишер, вы, безусловно, знаете, что раньше делали с гонцами, приносящими дурные вести? — Их назвали на «вы» и разговаривали полунамеками? — ощерилась я. Снейп смерил меня разраженным взглядом. — Приблизительно, — холодно ответил он. Меня захлестнула волна жалости и нежности. Поддавшись порыву, я поднялась с кресла и пересела на краешек кровати. — Профессор, — мягко сказала я, — ваши книги пока находятся у меня. Я успела портировать четыре шкафа к себе на чердак. И… возможно, это прозвучит излишне смело, но я ведь ваш ангел-хранитель, так? Когда… когда вас выпишут… пока вы не устроитесь заново… вы всегда можете рассчитывать на меня. — Это я уже понял, — голосом намного мягче ответил Снейп, задумчиво смерив меня глазами, на дне которых, как мне на секунду показалось, мелькнуло что-то неопределенное. — Я подумаю, Анжелика. Спасибо… за книги.