Последний шанс

— Двадцать пять, двадцать шесть… — терпеливо досчитывает Узумаки, прокручивая зажигалку двумя сомкнутыми пальцами. — Поторопись, Саске… Или как там тебя на самом деле зовут? Невежливо заставлять людей ждать. — Да что с ним церемониться? — вскакивает со своего места татуированный парень, хватая молчаливого пленника за грудки. — Камень на шею и на дно морское. Пусть рыб своим хмурым еблом пугает. — Киба… — остерегает его блондин, рассерженный излишней прытью подчиненного. — Сядь на место. — И ведь похож, зараза. — Словно не слыша ничего, бормочет Инузука, осматривая угловатые черты лица. — Даже взгляд такой же ублюд… Блять! Закончить свою пламенную речь зазнавшемуся юноше мешает раскаленная зажигалка, прилетевшая ему точно в висок. — В следующий раз это будет моя нога, Псина, — как ни в чем не бывало, ухмыляется Наруто, вставая со своего места. — Сгинь и не отсвечивай. Это касается всех. Попейте чай на кухне, ребятки. Двое охранников сзади послушно кивают, уводя с собой пытающегося что-то сказать Инузуку. — Прости его за дурные манеры, — ласково начинает светловолосый, обходя стул, на котором сидит идеальная копия его мертвого возлюбленного. — Кто угодно станет параноиком в таких обстоятельствах. Широкие ладони мягко ложатся на напряженные плечи, плавными движениями разминая чужие мышцы. — Но в одном он прав, Саске… Можно я пока буду тебя так называть? — тихо шепчет на ухо подозрительно ласковым голосом. — Ты очень похож на него. Руки бережно очерчивают контур шеи, плавно поднимаясь к лицу, а после зарываются в иссиня-черные волосы, перебирая тёмные пряди. — Тот, кто тебя послал знатно потрудился… Тот же тон кожи, глаза, родинки, — пальцы внезапно сжимаются в кулак, оттягивая голову пленника назад. Учиха морщится от тянущей боли, но покорно смотрит в глаза своему мучителю. — Даже этот чертов взгляд от которого у меня мурашки по яйцам бегут. Узумаки обходит стул и Саске думает о том, что если этот доморощенный мафиози сейчас перережет ему горло, больше шансов на перерождение у него не будет. Светловолосый ангел, каким считал его пленник ещё пол часа назад, перекидывает ногу через его перевязанное веревками тело и садится сверху, сразу обхватывая рукой за шею. — Тебе бы лучше сказать что-нибудь, пока я не вытащил пистолет и не всадил в тебя всю обойму, — сухие, обветренные губы невесомо касаются скул, словно в противовес сказанным словам. — Каким будет твоё последнее желание? — Наруто, — ухмыляется, заглядывая прямо в глаза. Узумаки ждёт от него долгой, слезливой истории, которая должна тронуть его за душу и заставить отпустить, но… — Слезь с меня, ты тяжёлый. — Ублюдок… — тихо смеётся, утыкаясь носом в изгиб шеи, и на секунду прикрывает глаза от удовольствия, чувствуя ласковые касания тёплых пальцев. — Блять… Осознание ситуации приходит через пару секунд и блондин сразу пытается высвободиться, но его крепко прижимают к себе обманчиво худые руки. — Как ты?.. — Ты же знаешь, что никакие веревки не удержат меня, — наугад стреляет Учиха и попадает прямо в цель. Глаза Узумаки испуганно расширяются и взгляд растерянно блуждает по чертам его лица, в поиске доказательств. Он сказал что-то, что задело его раны? Что-то очень личное? — Ты не можешь об этом знать… — тело Узумаки начинает бить мелкой дрожью, а пальцы словно сводит судорогой. — Отпусти. — Наруто, прошу, выслушай меня. — Стоит мне только пикнуть и чай мои ребята допьют уже на твоих похоронах, — больше успокаивает себя, чем пытается кого-то убедить. — Так что постарайся говорить кратко и быть убедительным. — Ты хочешь кратко? — рука все так же держит в своём плену напряженного блондина, пока вторая очерчивает линию шрамов на знакомом до боли лице. — Так слушай, родной. Правда в том, что я ничего не понимаю. Проснулся пару дней назад в местной больнице и чуть не сошёл с ума при виде твоей фотографии рядом. — Рядом со мной лежал другой человек… — Узумаки смешно хмурится, напоминая самого себя из прошлой жизни, и на секунду так хочется поверить, что это на самом деле он. — Я не настолько глуп, чтобы не узнать своего парня. — Тогда почему сейчас не узнаешь? — резко обрывает Учиха, впервые повышая голос на возлюбленного. — Ты и понятия не имеешь, скольким я пожертвовал, чтобы просто увидеть тебя хотя бы еще раз. — Ты не можешь быть моим Саске… — отчаянно шепчет блондин, закрывая лицо ладонями. — Как бы я этого не желал. — Но почему? — не выдерживает такого яростного отрицания парень, пытаясь узнать причину. — Что, чёрт подери, не так со мной? — Что не так?! — подрывается с места, охваченный внезапной злобой, хватая пленника за грудки и не хило прикладывая того затылком об стену. — Как насчёт того, что ты живой, ублюдок, а не груда мяса со степенью прожарки «Medium well»?! — Наруто, я… — Я похоронил тебя, — приходит в себя, осторожно опуская из рук уже помятый воротник, и вновь возвращается на свое место. — Возвратился в школу, стал послушным мальчик для битья, начал лучше учиться… Лишь бы только забыть. — Послушай… — А теперь ты снова вернулся. Как ни в чем не бывало, — утыкается взглядом в пол, смаргивая злые слезы. — Мол, это не меня разбросало по кусочкам по всему офису после взрыва, не меня ты хоронил в закрытом гробу… Вот он я, живой, здоровый и все такая же сволочь. Под конец юноша переходит на слабый шепот и Учиха понимает, что тот уже на исходе сил. Сердце словно сжимают тиски, но ему ничего не остается более, кроме как слушать и лгать дальше. Больше шанса не будет. — Наруто, прошу… Признаться честно, я ничего не могу вспомнить, — садится на колени рядом с подавленным юношей и берет его лицо в свои руки. — С момента моего пробуждения перед глазами только твой образ, а в голове лишь мысль о том, что я не могу тебя больше потерять. В голове лихорадочно бьются слова, пытаясь выстроиться в нужное предложение, только бы не упустить, не дать времени засомневаться. Много ли нужно, чтобы смягчить боль безутешного сердца?  — Загляни мне в глаза и скажи, что я не твой Саске, — голубые глаза с болью взирают в ониксовые омуты, пытаясь не обращать внимания на мерзкую пелену слез. Это больно, черт возьми. Больно пытаться поверить в чудо. — Либо подними оружие и пусти мне, наконец, пулю в лоб, чтобы я больше никогда не смел появляться в твоей жизни, добе. Дрожащая рука тянется к сиротливо лежащему на полу пистолету, и направляет его в сторону своего собеседника, жадно следя за его эмоциями. Учиха лишь смиренно прикрывает глаза. Так будет честно. Он убил Наруто в том мире, а он убьет его в этом. Не это ли вселенское равновесие? Тишину нарушает громкий щелчок предохранителя, а после слышится протяжный выдох светловолосого ангела. Саске считает про себя до трех и гадает, увидится ли он с Наруто хотя бы на том свете? Было бы смешно. В голове эхом звучит последняя отсчитанная цифра, но вместо звука выстрела и яркого света в конце тоннеля он чувствует лишь нежное тепло на губах и пару капель дождя. Но откуда дождь в квартире? Его ониксовые глаза резко распахиваются, обнаруживая в непосредственной близи от себя блондинистое чудо, осторожно, будто не веря в происходящее, касающееся его губ своими. И не дождь это вовсе, а соленые капли скатившихся слез. — Разве я смогу снова видеть, как ты умираешь, теме? Учиха облегченно смеется, подрываясь и заключая Наруто в свои объятья. Не сможет.