Девятое января

Утро встретило меня яростной трелью телефонного звонка. Я сквозь сон потянулась за телефоном к прикроватной тумбочке, рука наткнулась на пустоту. Чертыхаясь про себя я разлепила глаза, сожалея о том, что столь сладостный сон прервали… Телефон перестал звонить в ту же секунду в которую меня настигло воспоминание о вчерашнем вечере и ночи. Я резко села на кровати, отбрасывая в сторону покрывало, которое по ощущениям явно было шерстяным. Я испуганно вскочила, ногу тут же что-то болезненно укололо, я вскрикнула и упала обратно на кровать. На полу обнаружилась невидимка, должно быть выпавшая из причёски, в которую я накануне пыталась собрать волосы. «… зарывшись пальцами волосы и растрепав причёску. На пол посыпались невидимки и пара шпилек, призванных закрепить непослушные пряди. Стукнули по туфле, и я машинально дёрнула ногой, попутно отбросив обувь на центр комнаты…» Я резко обернулась, глядя на скомканную ткань. Встряхнула и тут же осела обратно, прижимая к груди. В руках у меня была шерстяная мантия глубокого чёрного цвета. Я зажмурилась, ущипнула себя за ногу и вновь посмотрела на зажатую в руке вещь. - Я спятила! – торжественно объявила я пустой квартире и истерично засмеялась. Но на галлюцинацию ткань в моей руке похожа не была. Вполне себе осязаемая мантия. Шерстная. Чёрная. Я медленно приблизила мантию к лицу и зарылась в неё носом, желая почувствовать запах, который бы или подтвердил, или окончательно опровергнул мои даже не догадки –призрачные надежды. От высокого ворота пахло моими духами – пряный чуть уловимый аромат из какой-то восточной коллекции. Я сникла, к горлу подступил комок, глаза неприятно защипало. Взвыв, повалилась обратно на кровать, закрыв лицо. Если бы кому-то из жителей соседнего дома пришло в голову поиграть в шпионов и заглянуть в моё окно, то ему бы предстала потрясающая картина достойная документального фильма о психических расстройствах или душераздирающей мелодрамы, в которой главную героиню бросал прекрасный принц в канун свадьбы. Я с рвением ищейки обнюхивала своё странное покрывало, проклиная тот день, когда купила так понравившиеся мне духи. Сквозь их аромат едва-едва пробивался запах книжной пыли и каких-то трав, а ещё металлический едва различимый – ржавчины или крови. Очередной телефонный звонок предотвратил подступающее безумие. Я бросилась к телефону, который обнаружился в другой комнате, позабытый на столе. Не без труда сфокусировав взгляд на экране, чертыхнулась. Звонили с работы, слава Мерлину не начальство, а коллега. - Соня, хватит праздновать! Шеф будет к двенадцати и если ты не хочешь вылететь с работы быстро поднимайся с постели и неси свою тушку в офис – бойкий голос приятельницы разрушил всю необычность сегодняшнего утра и прошедшей ночи, окунув меня в удручающую реальность. Бросив короткое бегу, я заметалась по квартире, торопливо одеваясь и не глядя по сторонам. Прыгая по комнате, в попытке одновременно залезть в джинсы и застегнуть рубашку я влетела бедром в компьютерный стол, опрокину одну из двух стоявших на нём кружек. Я даже одеваться позабыла от удивления. Странным было не то что кружек было больше, чем обычно, а то, что от одной из них едва ощутимо пахло алкоголем, куда более изысканным, чем вино, купленное мной накануне в супермаркете. - Не приснилось, – прошептала я благоговейно. Только аккуратно поставив кружку на стол, заметила, что компьютер находится в режиме ожидания. Но моё желание узнать, что же искали в сети не было удовлетворено – история была тщательно подчищена, а все вкладки – закрыты. И всё таки… – Он был здесь. Лицо моё озарила совершенно счастливая, хоть и, должно быть, глупая улыбка, не сходившая с лица в течении всего дня или даже недели. Даже работа в этот день не казалась мне скучной. Даже шеф – тучного вида мужчина с красным лицом заметил, что я «свечусь».