Кто опаснее: акулы или овечка?

Палящее солнце было уже высоко, когда Миа очнулась. Она вся была опутана зеленой и коричневой тиной, неприятно липшей к телу и волосам. Попытавшись встать, Миа застонала и рухнула обратно на влажный песок, на который периодически накатывали небольшие волны, щекоча ступни. Все тело нестерпимо болело, как после тяжелой тренировки. В ушах шумело, стоило лишь поднять голову, которая больше напоминала раскаленную металлическую болванку. Кое-как повернувшись на живот, Миа разразилась болезненным кашлем, нещадно терзая легкие и саднившее после соленой воды горло. Несколько раз она пыталась встать, но ее начинало тошнить от малейшего движения. Спустя несколько попыток Мии удалось подняться на ноги. Колени дрожали, грозясь в любой момент подогнуться, перед глазами плясали яркие белые огни, а боль в животе не позволяла разогнуться до конца. Легкий свитер поверх футболки с шортами казался теперь мешком с картошкой, так упорно тянувшим ее обратно на землю. Стараясь не обращать внимания на дикую боль в мышцах и гудящую голову, Миа огляделась. Остров, на который она попала, на первый взгляд выглядел небольшим, но присмотревшись, можно было заметить длинную изящную белую дугу на фоне голубого моря и неба. Берег был усыпан мелкими ракушками и камешками вперемешку с песком, которого становилось больше ближе к краю джунглей. Знакомые по картинкам в книжках пальмы чередовались с невиданными деревьями, которые не удавалось разглядеть из-за плохого самочувствия и яркого солнца, бившего в глаза. Кустарники, что росли у их подножия, были увешаны мелкими яркими плодами. Шум волн заглушал шорохи и крики лесных обитателей, хотя Мии удалось разобрать неизвестные ей звуки. — Ох, скажите мне, что это просто сон, — прохрипела она севшим голосом. Она в панике стала оглядываться, надеясь, что это всего лишь мираж, галлюцинация. Не могла же она оказаться на необитаемом острове. Чем же она питаться будет? Фруктами? Спутавшиеся грязные волосы лезли в глаза, и их пришлось расчесать пальцами, чтобы хоть как-то собрать в неровный пучок, больше напоминавший комок грязи. Справившись с непослушной копной, Миа, медленно и шатаясь, побрела к деревьям. Ей срочно нужно было найти питьевую воду и пропитание, ведь она так нормально и не поела. Выбора у нее особо не было. Паниковать бессмысленно, а вот заняться делом стоит. О том, как выбраться с острова, Миа решила подумать чуть позже. Тропический лес встретил ее духотой и влагой, отчего было еще тяжелее. Ноги не слушались, Миа с трудом пробиралась вглубь чащобы. Когда какая-либо лиана или ветка кустарника цеплялись за свитер или волосы, приходилось останавливаться. Иногда под ногами Мии неожиданно появлялись корни, и она падала на четвереньки или спотыкалась, хватаясь за ближайший ствол или сучок. Голова сильно кружилась, и Мию шатало, как пьяную. Почти не осознавая, что происходит, она продолжала пробираться сквозь дебри. В голове мелькали неясные образы произошедшего. Вот она ударилась головой; на том месте появилась корочка запекшейся крови. Затем упала за борт, и вода наполнила легкие. Но как Миа ни пыталась, она не могла вспомнить, как всплыла на поверхность и добралась до берега. Ей удалось лишь мельком увидеть что-то большое и светлое. Мучая свою память, Миа лишь вызвала еще более сильную головную боль. Появилась даже безумная мысль, что она таки утонула и уже умерла. Но Миа отмела прочь эту идею, потому что тогда она бы не чувствовала себя так паршиво. Время, проведенное в духоте, казалось вечностью. Где-то на краю сознания Миа уловила голоса. Свалив все на полуобморочное состояние, она побрела дальше, но назойливые голоса только становились громче. Она задумалась над тем, что на этом острове могла быть не одна. Что делать? Бежать вперед, прося о помощи, или же проследить — мало ли что? Немного поразмыслив, Миа выбрала второй вариант. Подойдя поближе к тому месту, откуда были слышны голоса, прислонилась к толстому дереву и прислушалась. Разговаривали двое парней, даже спорили, но разобрать, о чем именно, было сложно. С трудом подойдя еще ближе, Миа опустилась на землю, понимая, что долго не продержится. Она так и не смогла разобрать, о чем же спорили неизвестные. Миа устала так сильно, что ее начало клонить в сон прямо на земле, но она упорно держалась. Голоса постепенно становились более спокойными, пока не стали совсем дружелюбными, мягкими и расслабленными, окутывая Мию подобно теплому одеялу. Встрепенуться ее заставило то, что их владельцы приблизились к ее укрытию. Еле перебирая ногами, Миа отползла за толстое дерево и нашла весьма удобную точку обзора из-за кустов. Стоило говорившим только появиться в поле зрения, как волосы Мии встали дыбом от смеси удивления и непонимания. На подобное зрелище никто бы не смог отреагировать спокойно. На поляне стояли двое парней спиной к Мии. Один был коренастый, с задорным ежиком темных волос. Он размахивал руками и смеялся. Второй парень был выше и казался более солидным. Он спокойно отвечал на выпады собеседника, будто давно к такому привык. Однако Мию поразило вовсе не это. За спинами парней покоились огромные крылья; их сплошь покрывали длинные перья. Светло-коричневые крылья крепыша слегка подрагивали и раскрывались, когда он взахлеб что-то рассказывал или доказывал. Другой парень, будто решив уйти от настойчивого собеседника, развернулся в сторону Мии, притихшей за деревом, и отошел на пару шагов. Его великолепные крылья цвета горького шоколада доставали до пят, и за них цеплялись мелкие травинки. — Ларри, успокойся. Он нас найдет. Давай лучше ягоды поищем, — низким голосом проворчал он. Крепыш, которого, как оказалось, звали Ларри, подбежал к собеседнику, и Миа увидела, что у него еще по-детски пухловатое лицо. Она была почти уверена, что он младше. — Рамон, не будь занудой! Это же такое приключение! А Алана мы сами найдем. Но сначала поедим, тут ты прав, а то уже живот урчит. Старший закатил глаза и махнул Ларри рукой, чтоб тот следовал за ним. С Мии спало оцепенение, только когда эти двое направились к ее укрытию. Она на удивление прытко рванула в противоположную от парней сторону, стараясь не шуметь. Миа не была напугана, скорее изумлена. Она была поражена не только наличием крыльев у людей, но и тем, что легкие подрагивания этих необычных частей тела завораживали, почти вводили в транс. Ей хотелось оказаться рядом и провести рукой по перьям, очертить основания крыльев, прикрытые легким пушком; было невероятно сложно оторвать взгляд от парней, которые, к слову, были лишь в шортах по колено, сильно смахивавших на оборванные джинсы. Мии удалось отползти как можно дальше, чтобы ее не услышали и не увидели. Она с тихим вымученным шипением поднялась на ноги и побежала вперед, даже не глядя по сторонам. Она не знала, можно ли им доверять, не понимала, кто они такие. Миа мчалась сквозь джунгли, отмахиваясь от назойливых насекомых и прикрывая лицо руками от хлеставших веток. В крови бурлил адреналин от волнения и увиденного недавно, но вскоре все сошло на нет. Мии пришлось сбавить скорость, потому что она начала спотыкаться. В конце концов, она встала, уперевшись руками в колени, и попыталась перевести дыхание. В голове суматошно проскакивали мысли о жажде, голоде, усталости. Если на острове не окажется обычных людей, лишь животные, то ей несдобровать. Крылатые парни не вызывали доверия и слишком уж напоминали противных птиц-переростков. От тоскливых мыслей ее отвлек треск сучьев. Она обернулась и стала отступать, надеясь, что это не те крылатые парни. В глазах пестрило от насыщенных и сочных цветов местной природы, голова кружилась от терпкого запаха экзотических растений. Треск раздался снова, сердце Мии словно провалилось в пропасть, пропустив удар. Неожиданно на Мию спикировала яркая тропическая птица и пронеслась прямо над ее головой. Миа испуганно вскрикнула и отступила на несколько шагов назад. Земля исчезла из-под ног, и Миа с шумным плеском свалилась в небольшой ручей, больно ударившись бедром и расцарапав ладонь о камни. Пронзительно взвизгнув, она стала барахтаться на мелководье. До нее не сразу дошло, что здесь она утонуть никак не сможет, но страх оказаться в воде так же, как ночью, все же дал о себе знать. Ей не хотелось вновь висеть на волоске от смерти, понимая, что из толщи воды не выбраться. Случайно хлебнув воды, Миа с облегчением поняла, что та пресная, и с головой окунулась в неглубокий ручей, прополоскав саднившее горло, перед тем как напиться кристально чистой воды. Утолив жажду, Миа тщательно сполоснула засохшие от грязи волосы, стянула с себя свитер, который стал очень тяжелым, и начала смывать грязь с тела. Когда она привела себя в порядок, то выползла на берег и присела около приземистого раскидистого дерева. По руке строем поползли муравьи, но Миа не обращала на букашек внимания. После вынужденной пробежки сил почти не осталось. Прохладная вода, промокшие вещи и влажный свитер на шее кое-как позволяли удержаться в сознании, но не заметить ухудшения своего состояния Миа не могла. С огромным трудом она фокусировала взгляд на текущей воде, силясь не терять сознания. В голове вновь возникли мысли о тех двух парнях. Миа с удивительной точностью запомнила их внешность, даже то, что у Рамона янтарные глаза, а у Ларри — темно-серые. Парни были в меру накаченными: на руках красиво бугрились мышцы, а на животе красовались приятные женскому глазу кубики. Но больше всего Мию заботили крылья. Они были огромными, мощными, во весь рост. Наверняка их обладатели могли летать. С другой стороны, девушке сразу вспомнились уроки физики и биологии, где учителя настойчиво повторяли мечтательным ученикам, что человек так устроен, что даже с крыльями не сможет полететь. Миа усмехнулась своим мыслям. Откуда-то всплыла статья из интернета, где говорилось, что пчелы летают, не обращая внимания на пресловутую физику, о которой знать не знают. — Новый вид: человек-пчелка, бззз, — нервно хохотнула Миа. — И кому я это говорю? Кошмар, превращаюсь в шизофреника. Хотя я все равно скоро помру от голода, если не найду здесь людей... или они не найдут меня. Решив, что шансов умереть, пока она просто сидит на месте, гораздо больше, чем если она попытается что-нибудь сделать, Миа встала и поплелась наугад, еле передвигая ноги. Она долго шла, не удостаивая вниманием красоту джунглей и их обитателей. Живот скрутило невыносимой болью от голода, и Миа глухо застонала, ухватившись за дерево, чтобы вновь не упасть. Конечно, она ведь привыкла неплохо питаться каждый вечер, а в данном случае почти двое суток нормально не ела. Вскоре одежда уже не казалась ей мокрой, скорее тяжелой и горячей. Солнце стало припекать голову, Миа не особо следила за тем, куда идет. Внезапно перед лицом оказалось что-то сине-зеленое. Сфокусировав взгляд, она поняла, что стоит напротив куста с ягодами. Оглядевшись, приметила несколько таких кустиков. Голодная девушка набросилась на крупные сочные ягоды, даже не задумавшись об их возможной ядовитости. Увы, сладкие плоды лишь разожгли аппетит, и живот вновь скрутило острой болью. Не в силах сопротивляться ослабевшему телу, Миа упала на мягкую траву. Чтобы было не так больно, она свернулась калачиком, притянув к себе колени. Миа пребывала на грани, иногда словно просыпаясь ото сна, а затем вновь проваливаясь в небытие. Пролежала она в одиночестве недолго. Вскоре неподалеку послышались чьи-то шаги и треск сучьев. Миа даже не услышала этого. Из-за деревьев вышел высокий парень с темными взлохмаченными волосами. За его спиной были сложены два восхитительных бордовых крыла, которые вздымались вместе с широкой грудью при каждом вдохе. Парень увидел кустики с синими ягодами, подошел к ним и играючи закинул пару плодов в рот, да так и застыл, даже не стерев брызнувший сок с губ. Он заметил Мию, лежавшую чуть в стороне, под увесистой ветвью одного из кустов. Кто она, юноша даже предположить не мог, но со стороны выглядела замученной, беспомощной и совершенно безобидной. Более того, она спала и даже не предполагала, что находится здесь не одна. Молодой человек крадучись подошел и оглядел ее с ног до головы. Миа показалась ему очень красивой и мягкой, что ли, он так сразу и не мог сказать. Вздохнув, парень осторожно тронул ее за плечо. Миа дернулась и кое-как разлепила веки. Над ней навис весьма симпатичный парень. Его шоколадные глаза настойчиво вглядывались в ее серые. В груди все оборвалось, глаза расширились от испуга, Миа попыталась отползти прочь, но юноша быстро и крепко ухватил ее за локоть. — Ты как здесь оказалась? — спросил он чуть хрипловатым голосом. Миа обреченно вздохнула. Выбора у нее не осталось, она должна была рискнуть. Прошептав пересохшими губами «прости», Миа обхватила парня за шею и приложила указательный и средний палец к ложбинке на затылке, где соединялись позвоночник и череп. Сейчас ей было не до переживаний. Если не утолить голод, то долго она не протянет. Парень моментально обмяк и рухнул прямо на Мию. Та осторожно перевернула его, что было непросто из-за немалого веса его тела, достала из переднего кармана шорт чудом уцелевший миниатюрный складной ножик и сделала надрез на шее обездвиженного парня. С наслаждением, даже некоторой жадностью, она припала к ранке, вкушая ароматную сладко-соленую кровь. Секунды текли медленно, жизнь возвращалась гораздо быстрее. Глаза Мии светились бирюзовым светом, но как только она отстранилась, их свет стал угасать. Миа взглянула на парня, который безвольной куклой лежал у нее на руках и лизнула ранку языком; та тут же затянулась, не оставив и следа. В груди что-то болезненно сжалось, она почувствовала себя виноватой. В голове мелькали оправдания, а она продолжала смотреть на парня. До нее не сразу дошло, что его могут начать искать, что пора уже уходить. Медленно поднялась на ноги, убрала пальцы от заветной точки и помчалась в лес. У нее было всего несколько секунд, и их вполне хватило, чтобы скрыться. Молодой человек почувствовал нечто странное на шее, но тут же отвлекся, вспомнив, что видел девушку. Оглядевшись вокруг, он никого не увидел. В конце концов, посчитал, что все это было из-за ягод и ему не стоило их есть. Разочарованно вздохнув от собственной глупости, парень поднялся на ноги и направился прочь с поляны, потирая то место, где еще недавно был порез.