Кто опаснее: акулы или овечка?

– Эванжелина! Ну куда ты опять спряталась? – поддельно возмущенным голосом прикрикнул Ларри. – Сколько раз я просила меня так не называть! – немного обиженно воскликнула в ответ девушка, выглянув из своего укрытия. Ларри прекрасно знал, что ей не нравится полное имя, и это был действенный способ заставить ее показаться. – Ага, спалилась! Он торжествующе подошел к дереву, за которым скрывалась миниатюрная девушка. Она недовольно сложила руки на груди, сурово глядя на улыбающегося Ларри. Несколько секунд они играли в гляделки. Эванжелина пыталась казаться строгой и серьезной, но выглядела уж очень смешно с надутыми губками. Не выдержав, она звонко рассмеялась, щелкнула Ларри по носу и стремительно скрылась за деревьями. – Я тебя поймаю, Эва! Даже не надейся скрыться! – шутливо пригрозил он. Ответом ему был заливистый смех, разлетевшийся по парку. Ларри резко дернул крыльями и проснулся, отчего Миа под его боком сонно заворчала. Он вздохнул, вспомнив все его прогулки и игры с Эвой. Он сильно тосковал по родному городу, хотя и старался это скрывать от других. Ему, безусловно, нравилось неожиданное приключение, но каждую ночь его терзали сны о доме и об оставшихся там друзьях. – Эй, все нормально? – просипела Миа, приоткрыв один глаз, на что Ларри неопределенно покачал головой. Над деревьями плавно восходило солнце, первые лучи которого осветили слегка опечаленное лицо Ларри. Он перевел взгляд, устремленный к небу, на Мию, которая как раз проснулась. Заметив тревожное выражение лица, она приподнялась на локте и стала всматриваться в темно-серые глаза. Она хотела узнать, что произошло, и помочь, но так и не поняла причины грусти. Миа нависла над ним. Ее большие серые глаза лучились беспокойством, чуть пухловатые губы приоткрылись, а спутанные пряди светло-коричневых волос спадали на лицо, так что Ларри хотелось заправить их за ухо. – Что-то случилось, Ларри? – негромко прошептала она. Миа была очень близко; их ноги соприкасались под гнетом крыльев. Ларри судорожно сглотнул и распахнул крылья, впуская свежий воздух. Миа вздрогнула и хотела было инстинктивно прижаться к разгоряченному Ларри, но он начал вставать, чем вынудил и ее подняться. – Предлагаю разбудить остальных, а то чего это мы проснулись, а они еще нет? – он решил не касаться темы его беспокойства. Вдвоем они принялись поднимать спящих парней. Некоторые вставали, тогда как другие отмахивались. Миа аккуратно дотронулась до крыла Алека, и он моментально проснулся. Она взглядом указала на спящих рядом Каила и Килиана. Алек согласно кивнул. Миа вздохнула с облегчением: этих двоих она будить опасалась, потому что их реакция непредсказуема. Слишком уж открыто Каил высказывал свое недовольство, а Килиан внушал страх одним своим флегматичным видом. Немного отойдя, Миа окликнула Кристиана. Он моментально проснулся, резко взмахнув рыжими крыльями, одним из которых задел Кая. Громила открыл болотно-зеленые глаза и раскинул в стороны гигантские бархатистые бежевые крылья, протяжно застонав. Вставать ему точно не хотелось. Немного полежав на спине, он протяжно потянулся и только потом встал. Картер продолжал спать, не обращая внимания на негромко переговаривавшихся парней вокруг. Миа усмехнулась себе под нос и крадучись подошла к спящему. Она медленно опустилась на колени, наклонилась к уху Картера, слегка прикрытому темными волосами, и радостно воскликнула: – Подъем! Любой другой подпрыгнул бы на метр или хотя бы открыл глаза. Картер же лишь хрипло что-то пробурчал, кашлянул пару раз и перекатился на другое крыло, шмыгнув носом. Миа нахмурилась и огляделась. То же самое творилось с Рамоном, тщетно пихаемым Лисом, и Джеком, которого безуспешно пытались разбудить взволнованные братья. Чтобы проверить свою догадку, Миа приложила руку ко лбу Картера; тот оказался горячим. – Алан, – позвала Миа, зная, что ее услышат. Алан, активно разминавший руки и спину, быстрым шагом подошел к ней. Он окинул взглядом Картера и обреченно вздохнул. – Все-таки заболели, оболтусы... Эй, парни! – к нему подбежали ребята. – Нужно построить лазарет для Джека, Рамона и Картера, причем как можно быстрее – никогда не знаешь, чего ожидать от погоды. Давайте бодрее, не спать! Парни недовольно загудели, но принялись дружно таскать из джунглей ветки, лианы, палки – в общем, все, что можно было использовать для постройки. Тем временем, Миа пыталась придумать, что делать с больными. Судя по Картеру, у них был жар, насморк и воспаленное горло. Она лихорадочно вспоминала правила первой помощи и уроки тети Маргарет. Сама Миа никогда не болела, что объясняла своей сущностью, но много раз видела, как ее приемные родители лечили друг друга. Пока все наскоро строили лазарет, Миа решила проверить и других заболевших. Рамон никак не отреагировал на прикосновение ко лбу, зато Джек тихо мурлыкнул: – Холодная... Ребята стремительно возводили для заболевших укрытие, не переставая ругать их за детскую глупость. Алан периодически подходил проверять каждого из них, расспрашивая Мию об их самочувствии, хотя оно было без изменений. Спустя два часа большой шалаш-лазарет был построен. Оставалось только перенести туда парней. С этим возникла весьма очевидная проблема: прикасаться к крыльям, в которые до сих пор были укутаны больные, – лишний раз тревожить бедняг. Решение пришло внезапно. – Я могу усыплять того, кого вы будете нести, – задумчиво проговорила Миа, приставив ладонь ко лбу козырьком, чтобы хоть как-то укрыться от яркого палящего солнца. – А это выход! Молодец, миледи, – вяло улыбнулся Рей. Первым решили переместить Джека, потому что его взволнованные братья очумело носились вокруг и никому не давали покоя. Кай и Рик встали с двух сторон от больного. Миа тихо вздохнула и наклонилась над Джеком. Вдруг он открыл изумрудные глаза, в которых стояли болезненные слезы. – Цветочек, – просипел он севшим голосом. Миа дернулась и быстро приложила пальцы к чувствительной точке. Глаза Джека закрылись, он обмяк, дыхание выровнялось. Миа кивнула Рику и Каю, и те осторожно подняли погруженного в транс Джека. Джеймс и Дилан взвыли и рухнули на землю. Их накрыло волной острых неожиданных ощущений. Алан почесал затылок. – Да уж, похоже, на их связь твои вампирские штучки не действуют. Парни, постарайтесь особо не ворошить его перья. Кай отрывисто кивнул, и они с напарником и Мией понесли больного в лазарет. Там его опустили на пол, где Миа сразу же убрала от него руки. Дилан с Джеймсом еще некоторое время отходили от произошедшего, а крылья нервно вздрагивали при одних только мыслях о повторении. С Картером и Рамоном все обошлось без приключений, так что вскоре все трое заболевших уже были в лазарете. – Миа, – окликнул девушку Алан, – у тебя есть идеи, как их лечить? – Не уверена, что сработает, но есть, – после недолгих размышлений сказала она. – Снимайте футболки. – Сейчас не время, чтобы услаждать твое воображение, – огрызнулся Кристиан, но стоявший рядом Алек жестом приказал ему замолчать. – Делайте, как она сказала, – рявкнул он, хлопнув белоснежными крыльями. Парни молча повиновались: раздался тихий шелест "молний", что были под крыльями, и у Мии оказались двенадцать футболок и маек и одна черная рубашка Килиана. – Мне нужно, чтобы кто-нибудь слетал и намочил все это в реке. Могла бы и сама сходить, но жар нужно сбить срочно. – Хорошо, – спокойно кивнул Алан и оглядел парней. – Джеймс, Дилан, вы останетесь в лагере и во всем будете помогать Мии. Ваша связь с братом лишает вас хоть каких-то способностей помочь нам. Остальные, разбейтесь на группы – мы летим на охоту. Теперь вменяемых у нас меньше, а провианта нужно больше, потому что больным нужно лучше питаться, чтоб они поскорее встали на ноги. Привычные к ежедневной охоте, парни без лишних прелюдий разбились на группы и разлетелись в разные стороны. – Миа, если что-то случится, то посылай одного из близнецов ко мне или Алеку, – пробормотал Алан и взмыл в воздух, быстро нагоняя свою группу. Джеймс и Дилан взяли из рук Мии вещи и рванули к реке, чтобы намочить их. Она тяжело вздохнула и вошла в лазарет. Трое больных лежали, завернутые в коконы крыльев. На их лбах выступил пот; Картера мелко трясло. Неплохо было бы заставить их расслабить крылья. Тогда тела хоть немного остудились бы от воздуха. Миа очень кстати вспомнила, как однажды кто-то из парней показал ей действенный способ. Она присела рядом с Рамоном и слегка пощекотала его шею. Крылья дернулись, резко раскрывшись, сильно ударили ее по плечу, после чего послушно расслабились, сложившись за спиной парня. Он задрожал, но дыхание его выровнялось, и Миа вздохнула с облегчением. Место ушиба болело, но она старалась не обращать внимание на такой пустяк. Важнее всего была помощь заболевшим. Картера лихорадило, Миа никак не могла к нему подобраться из-за дергающихся бордовых крыльев. Наконец ей это надоело, и она прижала ближайшее крыло, упав на него, а затем быстро пощекотала шею Картера. Крылья раскрылись, поддав Мии в живот, но затем угомонились, распластавшись по земле и чуть не накрыв лежащих рядом Джека и Рамона. Мии все больше казалось, что они порой живут собственной, не зависящей от парней жизнью. К Джеку она подходила с опасением: не хотела "поймать" еще один удар мощного крыла. Веки парня дрожали, и он иногда приоткрывал влажные блестящие глаза, пытаясь сфокусировать взгляд. Миа завороженно наблюдала за ним, отмечая слегка нахмуренные брови, пересохшие губы, с который порой срывалось невнятное бормотание. Блеск изумрудных глаз, когда те открывались, приковывал взгляд. Забыв о происходящем, Миа даже не обратила внимание, когда он проснулся. Взгляд Джека был растерян, зрачки расширены. Джек дышал ртом, пытаясь охладить тело. Его лицо исказилось в гримасе боли, и со лба градом покатился пот. – Джек, ты меня слышишь? – негромко позвала Миа. Он чуть приподнял голову на звук и едва заметно кивнул. Миа обрадовалась контакту и облегченно вздохнула. – Постарайся сложить крылья, – тихо проворковала она. Она пыталась говорить мягко, нараспев, чтоб не волновать больных резкими звуками. Джек издал непонятное мычание. Он прикусил губу и зажмурился, а затем стремительным движением развернул кокон крыльев, которые тут же сложил за спиной, изогнувшись дугой. Но и тут Мии досталось: кончик пепельного крыла хлестнул ее по щиколотке. Она охнула и схватилась за больное место. – Прости, – с трудом просипел Джек и посмотрел на нее жалостливым взглядом, отчего выглядел уж совсем слабым. Миа хотела ему ответить, но тут в шалаш заглянули две одинаковых белобрысых головы. Близнецы молча протянули Мии мокрую одежду и сочувственно посмотрели на брата, присев у входа. Их осунувшиеся лица были печальны, как в первый день на острове. Судя по всему, из-за связи они чувствовали, как плохо Джеку, хотя и в меньшей степени. Им самим нужен был отдых и крепкий сон. Миа вытолкала их из лазарета, велев отдохнуть в теньке и не напрягаться, а сама свалила мокрые вещи в кучу и уставилась на больных. Она вспомнила, что холодный компресс нужно прикладывать к голой коже, так что ей предстояло стащить с трех здоровенных парней футболки, умудрившись почти не касаться крыльев. Миа потерла руки и стала действовать. Спустя полчаса возни Рамон и Картер были без футболок. Джек иногда приходил в себя, так что попытался хоть немного облегчить задачу. Пока Миа нависла над ним сверху, обняв руками и засунув их под спину, он пытался приподняться хоть немного, чтобы ей было легче снять майку. Мии было не до волнений о двусмысленности ситуации, но не ощущать жар исходящий от тела красивого парня было сложно. Сам Джек, несмотря на свое состояние, все же не удержался и ухватился за руку Мии, когда та потянула на себя его майку. Некоторое время он просто смотрел на нее, не отрывая взгляда, она даже растерялась, а потом резко закашлялся и отпустил ее. Миа так и не поняла, что произошло, но цель была достигнута. Она равномерно распределила мокрые вещи по телам парней и устало опустилась на землю. На улице было жарко, шалаш спасал от палящих лучей солнца, но никак не от духоты, так что дышать было довольно сложно, а попытки снять одежду с больных заставили ее попотеть. Миа взглянула на парней: им было в разы лучше. Дрожь постепенно утихала, и их дыхание больше не было аритмичным. Она выползла из шалаша, подошла к Джеймсу и Дилану, пристроившимся в теньке, и села между ними, хватая ртом воздух. Те тут же встрепенулись, внимательно глядя на нее. – Как они? – Не очень, но будем надеяться, что им станет лучше. Пусть отдыхают, – Миа прикрыла глаза, пытаясь успокоить бешеное сердцебиение из-за жары и физической нагрузки. – Может, тебя отнести к пруду? – устало произнес Дилан, глядя на вымученную Мию. – Можно бы, – она слабо кивнула и позволила поднять себя на руки. На сей раз Миа только обрадовалась потоку воздуха, который приятно обдувал разгоряченное тело при полете, и закрыла глаза. Очнулась она от того, что Дилан сбрызгивал ее лицо водой, положив на берегу реки. Миа благодарно улыбнулась и перекувыркнулась в воду, которая показалась ей ледяной. На мгновение в голове вновь возникла картинка шторма, но она тут же исчезла под гнетом волнения за больных. Простояв в воде некоторое время, Миа выбралась на берег, заметно взбодрившись. Из-за намокшей одежды любое движение вызывало холодок по коже, чему она была несказанно рада. Дилан, сидя на земле, молча ждал ее, чтобы вернуться в лагерь.