Тёмная звезда

      Мой сон продлился намного дольше, чем мне показалось. Прошло больше шести часов, близятся сумерки, период вращения этой планеты значительно меньше земного. Пока я одеваюсь, Каин быстро вводит меня в курс дела. Он вообще спал?       Группа биологов совершила выезд на базу колонистов в сопровождении экипажа «Эквинокса» где, по данным интеллектуальной системы, должно было находиться то, за чем мы сюда прилетели. Экспедицию можно было назвать удачной, так как искомое было найдено и благополучно доставлено на корабль, в наглухо закрытых специальных резервуарах, скрытое от посторонних глаз. Двоих членов экспедиции оставили на базе для проведения дополнительных исследований, через пару часов их должен был забрать экипаж «Тибериуса». «Релиант» должен был сопровождать повторную экспедицию. Однако в положенное время биологи не вышли на связь. Возможно, это было связано с усилившейся к вечеру песчаной бурей. Праксис с Этосом немедленно отправились за ними, но нашли только одного, недалеко от базы, застрявшим среди песчаных скал. Воздух в его скафандре закончился, и он серьезно пострадал от гипоксии, его тут же закрыли в медблоке. О судьбе его напарника ничего не известно.       Что же они нашли там? Какие исследования проводили? Как выразился начальник биологического отдела: «При исследовании среды обитания произошел несчастный случай». Среда обитания? Биологическое оружие. Биологический организм? Неужели на подобной планете может быть жизнь? И каковы же эти организмы, если они приспособились к таким суровым климатическим условиям? Смущает уже одно только отсутствие кислорода в атмосфере. Что же за дрянь они притащили на корабль?       После недолгого совещания на поиски второго пропавшего ученого решено отправить все три экипажа, пара «Спероса» остается на корабле для координации работы и связи. Эквинокс успел снять трехмерную голограмму базы и подземных коммуникаций, хотя биологи и не пустили их внутрь. В который раз удивляюсь, к чему такая секретность, что такого страшного скрывают эти стены? В любом случае теперь у нас есть что-то наподобие карты, благодаря которой мы сможем ориентироваться и не заблудиться в заброшенных старых туннелях. Территория базы огромна, несколько отдельных блоков, соединенных надземными туннелями, в которых проложены коммуникации жизнеобеспечения и транспорта. Она находится не так далеко от места нашей посадки, поэтому было принято решение не ждать ремонта багги и идти пешком.       Вероятность найти второго ученого живым ничтожна, объем резервуара с воздухом у всех одинаковый и не рассчитан на длительные выходы, скорее всего, у него давно кончился кислород, и он умер от удушья. Поисковый маячок, установленный на его скафандре, все еще дает слабый сигнал, изображение на визоре показывает, что он где-то в периметре базы, но постоянные помехи из-за незатихающей бури мешают определить точное местоположение. Возможно, он вышел наружу и, потеряв ориентацию в завихрениях песка и тумана, направился в противоположную от корабля сторону и, если ему не повезло, мы найдем его тело, а может, он просто слишком увлекся работой внутри и не заметил, как пропала связь с кораблем.       В шлюзовом отсеке мы экипируемся, готовимся к выходу. Надеваю защитный костюм. Он плотнее и тяжелее, чем наши летные комбинезоны, не прилегает к телу, как вторая кожа, но и не стесняет движений. Грудь, плечи и спина защищены легкой, но прочной «броней». Руки до локтя прикрыты щитками, переходящими в налокотники. Спереди на бедрах такие же накладки с наколенниками. На ногах — ботинки на толстой рифленой подошве, с защитой на подъеме и пятке. Я наклоняюсь, поворачиваюсь, двигаю руками, сгибаю колени. Даю телу привыкнуть к скафандру.       Я взволнован. Когда Каин предложил мне «прогуляться», я и подумать не мог, что мы реально пойдем пешком. Это же невероятно опасно и в то же время мне ужасно любопытно, что скрывает в своих недрах чужая планета. Особенно после рассказа Праксиса о странном поведении спасенного биолога. Он был явно чем-то жутко напуган, его привезли едва живого и дело вряд ли только в гипоксии и усталости. А вот Каин, похоже, ни капли не взволнован, собирается спокойно, словно на романтическую прогулку в парк. Интересно, он может быть романтичным? Влюбиться? Сделать что-нибудь безумное ради любимых?       Каин натянул комбинезон только до пояса, и мой взгляд скользит по его телу. Широким плечам, крепкой груди и рельефным мышцам пресса. Черт… Я же сто раз видел его обнаженным, но каждый раз не могу оторвать глаз и зависаю, разглядывая его. Это тело так притягательно. Мучительно притягательно… то как играет его мускулатура при движениях… так хочется прикоснуться, проследить пальцами каждый изгиб… Закрываю глаза и представляю, как капельки пота стекают по его смуглой коже… как он прижимает меня к кровати, шумно выдыхает, делает последнее движение и опускается рядом. Все это было всего несколько часов назад. От этих мыслей по телу проходит жаркая волна, а кровь словно закипает.       Каин продолжает одеваться, пристегивает к поясу кобуру с пистолетом и запасную батарею-обойму, в ножны скрытые под щитком на правом бедре отправляется десантный нож. Он резко вытаскивает его и так же быстро отправляет обратно, проверяя свою реакцию. Подбрасывает, ловит за рукоять, проворачивает на тыльной стороне ладони, проверяя центровку. Перебрасывает из одной руки в другую, привыкая к весу оружия. Движения легки и привычны. В его сильных руках тяжелое лезвие летает как перышко. Тонкие отраженные от клинка блики света падают на его лицо. Это завораживает… Он такой живой, мужественный, дикий, необузданный… Молодой бог войны — сильный и опасный.       Заметив мой жадный взгляд, он, словно издеваясь, подносит нож ко рту и демонстративно медленно облизывает острое лезвие, не сводя с меня своих наглых темных глаз. На губах самодовольная усмешка. Не иначе хочет, чтобы я захлебнулся в бездне этого безумия. Секс и война — эти вещи позволяют ему чувствовать себя живым. Иногда мне кажется, что вместо крови у Каина смесь адреналина и тестостерона. Его первобытная хищная красота и сила в сочетании с невероятной сексуальностью — гремучая смесь. Это настолько возбуждает, что у меня колени подгибаются. Поспешно отворачиваюсь, продолжая одеваться. Дрожащими пальцами пристегиваю к рукавам комбинезона перчатки, они немного похожи на мои сенсорные. У них мягкая ладонь, а тыльная сторона и пальцы защищены накладками из того же материала, что и вся «броня». Остался только шлем… Неожиданно я чувствую на своих бедрах знакомые руки. Дыхание перехватывает. И как он так бесшумно подкрался? Каин проводит ладонями по ягодицам, чуть сжимая, не успеваю опомниться как оказываюсь в кольце сильных рук. Он прижимается плотнее и прикусывает мочку моего уха.       Черт! Все же смотрят! — Прекрати… — слабо отзываюсь я. Он зализывает укус, а по моему телу разбегаются толпы мурашек. — Почему?       Боже, иногда он меня просто удивляет. — Мы не одни… — Да? А я думал, ты меня специально соблазняешь своими томными взглядами, — еще и издевается, подлец. — Нет, Каин, нам выходить через несколько минут, — пытаюсь отстраниться, расцепить руки. — Ну, ладно… — хмыкает и исчезает, оставляя с шумом в ушах, безумно колотящимся сердцем и жгучим возбуждением.       Фух… еще немного и мне было бы наплевать на окружающих нас людей, на задание, на погибающего в пустыне ученого и на все на свете, кроме жаркого рта и сильного тела моего бойца. Вот как… он уже «мой»?       Каин протягивает мне конец прочного троса с массивным карабином, и я цепляю его к специальному кольцу на поясе скафандра. Дальше, по цепочке тоже самое делает Фобос, Деймос, Этос и замыкает группу Праксис. Никто не хочет потеряться во время бури.       Оборачиваюсь, окидывая взглядом всю группу. Этос взволнован не меньше меня, однако тщательно пытается скрыть и подавить одолевающие его эмоции. Фобос недоволен и растерян, ему не нравится эта затея, и он не считает нужным это скрывать. Он с сожалением окидывает взглядом массивную бронированную машину на гравиплатформе. Именно на ней на корабль был доставлен груз с базы. Да, баг сейчас нам очень пригодился бы, его мощные прожекторные огни, да и ветер был бы не страшен. Машина похожа на летающий мини-танк, но ждать ремонта после аварии нет времени. Фобос кидает укоризненный взгляд на Праксиса, мол, ты виноват, не справился с управлением. Праксис, как всегда, предельно сосредоточен и холоден, не обращая внимания на недовольство Фобоса, он выверенными движениями проверяет герметичность скафандра, оружие и надежность креплений.       На лице Деймоса неприкрытая досада, затравленным печальным взглядом он провожает каждое движение Каина, который проверяя надежно ли пристегнут мой карабин, снова притянул меня к себе слишком близко. Далеко не первый раз я ловлю такой его взгляд, обращенный на Каина. Так смотрят преданные строгому хозяину собаки. Кажется, стоит Каину крикнуть «ко мне» или «рядом», и Деймос сразу же кинется исполнять команду, радостно виляя хвостом. Пф… что за мысли лезут в голову, и почему это меня беспокоит?       Отворачиваюсь и надеваю шлем, едва слышный щелчок и шипение. Индикатор герметичности загорается зеленым, включается автоматический регулятор давления, и я прерывисто вдыхаю немного суховатый воздух индивидуального резервуара. — Страшно, малыш? — раздается в переговорном устройстве, установленном в шлеме. Эхо немного искажает голос Каина. Вместо ответа просто разворачиваюсь к нему и слабо улыбаюсь. По его глазам не поймешь — забота это или издевательство.       Я боюсь, все немного боятся и нет нужды скрывать это. Мы уже так долго болтаемся в космосе, законсервированные в полутемных коридорах космических кораблей, словно в жестяных банках, что ступить на твердую поверхность неизвестной планеты — волнующе страшно. Тем более, что планета встречает нас неприветливо, за бортом атмосфера с повышенным содержанием углекислого газа, пыльная буря, незнакомый ландшафт. И к тому же мы должны успеть вернуться на «Сперос» до наступления ночи, так как после заката местного Солнца температура воздуха упадет настолько, что никакой скафандр не спасет. — Все готовы к выходу? — Логос проверяет внешний канал связи. Помехи, но все слышно, по крайней мере, пока.       Мы по очереди докладываем о готовности, и Кронос дает команду к открытию шлюза. Тяжелые створки медленно поднимаются, открывая взгляду зловещую картину чужих сумерек. Солнце медленно опускается и тает в темных облаках. Небосвод из оранжевого превратился в кровавый. Ветер по-прежнему завывает, как дикое животное, поднимая в воздух мутную пелену. И полная неизвестность впереди. Опасность может подстерегать на каждом шагу, невидимая в проносящейся мимо нас пыли.       Глубокий вдох. Закрываю глаза и делаю шаг вперед. Открываю — я уже снаружи. Это действительно волнительно, снова ступить на землю, пусть и чужую. Под ногами поверхность сплошь покрытая потоками застывшей лавы. При каждом шаге густые клочки тумана и пыль разлетаются в стороны, стелятся по земле, извиваясь причудливыми формами. От этого кружится голова и кажется, что твердая поверхность под ногами двигается, словно живая, а застывшая лава вот-вот забурлит горячими потоками. Вокруг, словно назойливые насекомые, кружатся частицы песка. Песчинки постукивают по внешней оболочке шлемов, и ритм этих ударов, кажется, складывается в слова: «Тук-тук… впустите нас… впустите…» — от этого замогильного шепота по телу бегут мурашки.       Беру себя в руки, утыкаясь взглядом в широкую спину Каина. У него в руках планшет с координатами базы, оптимальной схемой маршрута и контрольными точками, которые мы должны пройти. Он немного сутулится под сильными порывами ветра, но твердым шагом продолжает идти вперед. Из-за кружащегося песка его фигура словно мерцает, рябит визуальными помехами, превращаясь в нечеткий силуэт. Длина троса между нами всего около двух метров, а мне кажется, что он уходит от меня все дальше и дальше. Вообще, «идти по веревочке» при нашей технике и оборудовании просто смешно. Люди практически переселились в космос, вышли далеко за пределы Солнечной системы, освоили и заселили новые планеты, путешествуют в гиперпространстве, ведут межгалактические войны с самым новейшим вооружением, а стихии противостоять не в силах. Дунул ветер и у нас уже куча проблем: машины не слушаются, приборы барахлят, радиосвязь ни к черту. Кажется, управлять истребителем проще, чем проделать этот путь. Гнетущая неизвестность отнимает силы. На ум приходит сравнение с ночным купанием в океане, кишащем акулами. Ты чувствуешь, что они где-то рядом, совсем близко, но не видишь, не знаешь, что случится в следующий момент.       Разлитый вокруг кровавый свет постепенно сменяется грязно-желтым, проникая слабыми лучами сквозь мутную завесу, отражается и растекается по стеклам шлемов, словно жидкий огонь. Раздражающее мельтешение перед глазами сводит с ума. Сколько еще осталось пройти? Мне кажется, мы идем уже целую вечность, хотя прошло не более двадцати минут.       Впереди начинает мелькать большое темное пятно, затем вырисовываются очертания приземистого здания ангарного типа. Наконец-то, еще немного и мы попадем внутрь. Не думаю, что там уютно, но, по крайней мере, не будет этого кровавого света и сбивающего с ног ветра. Поскорее бы покончить с этими поисками и вернуться на «Сперос» под надежную защиту его металлического корпуса, где есть свет и воздух. Подумав так, я почувствовал себя бессердечным. Где-то здесь, посреди этого хаоса, потерялся человек, он один и наверняка ему страшно, а я… Закончить мысль мне не дает резкий вскрик, неприятно ударивший в наушники. Морщусь и неизвестная сила дергает меня назад. Что за черт?! По инерции за мной дергается и Каин, на его участке троса сила рывка была не так велика, и он успевает развернуться, поймав мою часть веревки тем самым не дав мне упасть. — Какого хрена?! — в ушах звучит его недовольный голос.       Разворачиваюсь. Фобос согнувшись лежит на земле, рядом, едва удерживая равновесие, на коленях стоит Деймос. Нерешительно он протягивает руку, чтобы помочь Фобосу встать, но замирает, глядя на меня. Нет, не на меня, позади стоит Каин. Снова этот взгляд, словно он спрашивает Каина можно ли ему сделать лишнее движение. Тоже поворачиваю голову, Каин лишь морщится, демонстративно закатывая глаза. Это реакция на взгляд Деймоса или на падение Фобоса?       Этос и Праксис склоняются над пострадавшим, его неестественно вывернутая нога застряла в широкой трещине застывшей лавы, похоже, он оступился, в клубах густого тумана плохо видна поверхность. Деймос по-прежнему стоит рядом, безразлично глядя на своего навигатора. Этос осторожно пытается вытащить ногу Фобоса, но безрезультатно. Сильно тянуть нельзя, чтобы не повредить защитный комбинезон, навигатор шипит от боли и хватает Этоса за руки, не давая прикоснуться. — Крепко застряла, — констатирует Этос, отпуская ногу Фобоса.       Праксис устало вздыхает. Каин злится, если бы взглядом можно было поджечь, то Фобос уже горел бы синим пламенем. Каин не любит, когда его тормозят. — Чертов придурок, смотреть надо, куда идешь!       Фобос бросает на Каина презрительный взгляд, но лишь кривится, старательно сдерживая стоны боли. Неужели перелом? Только этого не хватало. Чертова буря! Чертова планета! Неприятности просто преследуют нас одна за другой. Надеюсь, это супероружие того стоит.       Подхожу ближе, опускаясь на колени рядом с Этосом, длина тросов между нами позволяет свободно двигаться. Фобос немного приподнимается, опираясь на одну руку, второй прикрывает пострадавшую ногу. Его бьет мелкая дрожь, зрачки расширены, над губой выступили капельки пота. — Уберите руки, недоумки! — кричит он и морщится от жуткой боли. — Фобос, постарайся расслабиться. Мы попробуем еще раз, — просит Этос, стараясь успокоить навигатора. Безрезультатно. — Да пошел ты, ванилька! Не прикасайся ко мне! — его крики смешиваются с помехами связи и резко бьют по ушам.       Этос отпускает его ногу и отодвигается. Он понимает, что когда человеку больно, с ним бесполезно разговаривать и пытаться воззвать к здравому смыслу, особенно в случае с Фобосом. — Следи за языком! Тебе помочь пытаются, — твердый голос Праксиса перебивает вопли Фобоса, боец хватает его за плечо, немного отстраняя от Этоса.       Что это сейчас было? Неужели он заступился за своего навигатора? Перевожу глаза на Этоса, он удивлен и доволен одновременно, смущенно опускает глаза, избегая твердого взгляда своего бойца. Неужели их отношения пошли на лад? Смотрю на Праксиса. Его взгляд по-прежнему холодный и спокойный, но где-то в глубине я вижу что-то, чего раньше не было. Заботу? — А ты вообще заткнись! — Фобос брезгливым жестом сбрасывает руку Праксиса. — Это из-за тебя мы поперлись пешком в такую бурю! Что одним глазом ни хрена не видишь куда едешь! Из-за тебя мы здесь подохнем! — продолжает плеваться ядом Фобос.       Праксис сжимает руки в кулаки, сдерживая себя из последних сил. Да, сейчас и я не против врезать этому заносчивому придурку, но в его словах есть доля правды. Ветер усиливается, солнце неумолимо тает в темных облаках, становится холоднее. В таких условиях мы не только ученого не найдем, но и сами погибнем. Я снова пытаюсь осторожно высвободить многострадальную ногу, а Фобос даже не пытается помочь мне. — Не трогай! — бьет меня по рукам. — Помощь меченой шлюшки мне точно не нужна!       Ну… Я понимаю, что ему больно, но это уже перебор. Отпускаю его, пусть делает, что хочет. Не успеваю подняться, как тяжелый ботинок со всего маху врезается в ногу Фобоса, бьет прямо по поврежденному месту. Фобос вскрикивает и падает на землю, теряя сознание. Наконец, тишина. Поднимаю голову и строго смотрю в темные, пылающие гневом глаза обладателя ботинка. — Что?! — разводит руками Каин. — Заебал, истеричка!       Не скажу, что одобряю его методы, но сейчас готов сказать ему спасибо. Фобос заткнулся и наконец расслабился. Мы с Этосом осторожно высвобождаем его ногу, через ткань костюма трудно определить тяжесть повреждения, надеюсь, перелома нет. Подхватываю его под спину, кладу руку пострадавшего себе на плечо, Этос помогает мне. Под пристальными взглядами своих бойцов мы вверяем безвольное тело Деймосу, тот без протестов принимает. Праксис помогает ему устроить Фобоса на спине, слегка подсаживая. Деймос подхватывает напарника под коленями, сгибаясь под тяжестью расслабленного тела. Он боец — его долг оберегать своего навигатора. — «Сперос», прием. Контрольное время прибытия на базу меняется, у нас ЧП, есть пострадавший, — докладывает Каин и машет рукой. — Выдвигаемся, времени мало.       Теперь мы будем двигаться намного медленнее. Хорошо, что до базы осталось совсем чуть-чуть.