Алиса

Субботнее утро, наступившее для меня в половине одиннадцатого, было на удивление безоблачным и ясным. Яркое солнце, казалось, светило прямо в окно. Вот они причуды непредсказуемой погоды. Обычно в такие дни в фильмах или мультфильмах главные герои просыпаются в приподнятом настроении. Я хоть и не являлась героиней фильма, но тоже проснулась в хорошем настроении. Еще вчера затянутое тяжелыми серыми тучами небо прояснилось за одну ночь, словно радовалось наступлению выходных, и разом убрав хмурую погоду, от которой на душе скребли кошки и в голове роились различные мысли о бренности и бессмысленности всего сущего, что есть в этом мире. Казалось, сама погода каким-то магическим образом внушает тебе депрессивные мысли, и когда приходишь домой, тебе хочется просто лечь на диван или кровать и просто смотреть в потолок. Смотреть в потолок и ждать, когда же закончится этот хмурый день. Я открыла глаза и лежала так несколько секунд, постепенно просыпаясь, приходя в себя и вспоминая последние события, в частности события вчерашнего дня и разговор с Беловым, который в моей голове пролетел за полсекунды. Как только произошла своего рода «загрузка», я полежала еще несколько минут, наслаждаясь тем, что мне не надо рано вставать, как вчера утром, а затем встала с кровати и пошла умываться. *** Ленивый субботний день, когда ничего не хочется делать, а просто отдыхать и совершать как можно меньше лишних телодвижений приближался к часу, если верить часам на моем телефоне. Я решила, что неплохо было бы скоротать время за компьютером, а заодно и пообщаться с кем-нибудь в сети, если получится. В крайнем случае, можно было посмотреть какой-нибудь фильм, если, конечно, я найду что-нибудь интересное, учитывая качество современных проходных фильмов, нацеленных исключительно на выкачивание денег из карманов простых граждан, большинство из которых не обременено интеллектом, а потому спокойно отдает свои деньги за билеты и идет в кинотеатр. Если что, можно посмотреть и какой-нибудь старый фильм, проверенный временем. И что-то мне подсказывало, что с большой вероятностью я буду смотреть именно старый фильм. Я задернула шторы, чтобы яркий свет не мешал мне, взяла ноутбук со стола, на котором в привычном беспорядке громоздились бесчисленные тетради, ручки и еще много чего, о чем я, возможно, даже пока не подозреваю. Села на кровать, положила под спину подушку и облокотилась на нее, удобно разместив черный компьютер на своих коленях. Я нажала на кнопку, пробуждая электронный механизм от долгой спячки. Заработал кулер, а на экране появилась заставка, сменившаяся через несколько секунд на рабочий стол с немногочисленными папками и ярлыками, разместившимися поверх здания Сиднейской оперы. Сделав несколько кликов мышкой и введя в поисковой строке «ВК», я оказалась на своей странице – странице Велмы Динкли. У меня появилось чувство дежа-вю, словно когда-то давно, скорее всего даже не в этой жизни, я уже сидела здесь, с компьютером на коленях и совершала те же самые манипуляции, но меньше, чем через полсекунды это чувство исчезло, когда я увидела несколько заявок в друзья и одиннадцать сообщений. Два-три сообщения точно были от кого-нибудь из моих друзей, но вот остальные абсолютно точно принадлежали великовозрастным спермотоксикозникам, которые спят и видят рядом с собой какую-нибудь молоденькую и красивую девушку и искренне верят, что даже в свои сорок-сорок пять они до сих пор на пике, и стоит им только оголить свое тело, носящее признаки еженедельного употребления пива по выходным, как все девушки непременно прыгнут к ним в постель. Я бегло просмотрела эти сообщения и решила ничего не отвечать. Зачем? Опыт подсказывал, что такие вот особи сначала будут ласково просить фото. Возможно даже без одежды. Но когда я проявлю характер и отправлю любителей виртуального секса в далекое пешее эротическое, то на меня с той стороны монитора польется очень много негатива. Портить себе настроение такими переписками я не хотела, поэтому не поленилась потратить несколько минут и добавила всех в черный список, а потом зашла в настройки и приготовилась менять имя. На какое? Поставить свое? Или же опять написать какое-нибудь левое? Я стерла предыдущие имя и фамилию и написала новые: Элис Уайт, после чего подтвердила изменение и стала ждать, когда администратор или администраторы одобрят заявку. После чего удалила фото Велмы Динкли и решила пока все так и оставить до лучших, как говорится, времен. Я сходила на кухню, поставила чайник и вернулась в комнату. Открыла вкладку Яндекса и вбила в поисковой строке «список фильмов на вечер». Я долго выбирала фильм, так долго, что совсем забыла про чайник, если бы не напоминание матери из соседней комнаты криком «Алиса, чайник кипит». Я отложила ноутбук в сторону, и помчалась на кухню. Чайник действительно уже вовсю кипел, о чем свидетельствовал пар из носика и немного подпрыгивающая крышка, из-под которой вылетали небольшие капельки воды вместе с паром. Я выключила газ, налила себе чай и вернулась в комнату. Так было гораздо лучше. К сожалению, многие фильмы, которые мне выдал поисковик, не были слишком хорошими и стоящими просмотра. О некоторых из них я уже кое-что слышала или читала отзывы. Некоторые мне даже довелось видеть. В общем, смотреть было нечего. Поняв, что все предлагаемые фильмы полный отстой, я решила изменить параметры поиска, и мои поиски, что неудивительно, увенчались успехом. Это был старый фильм с Харрисоном Фордом и Томми Ли Джонсом. Я включила фильм. *** Я по своему обыкновению убивала выходные, не делая ничего полезного и продуктивного, хотя, по-хорошему, мне следовало бы что-нибудь приготовить, потому что что-то давно я ничем не баловала своих. Я даже уже собралась идти на кухню, чтобы явить миру свои кулинарные таланты, что случалось крайне редко ввиду моей чрезмерной лени и усталости после шараги, но тут мне в ВК пришло сообщение от Жени. Он звал меня гулять сегодня. Я уже почти начала печатать, что сейчас начинаю собираться, но потом вспомнила о том, что собиралась что-нибудь приготовить. Решив, что погулять можно и после готовки, я написала ему, что сейчас у меня дела, но ближе к вечеру, когда на улице зажгутся фонари, а людей станет поменьше. Вот тогда я покину пределы квартиры и отправлюсь в это наверняка увлекательное и интересное путешествие по вечернему городу, когда неоновая реклама и неоновые вывески станут ярче, от чего город заиграет новыми красками. Судя по всему, Жене понравился мой оригинальный, как он выразился ответ, потому что следующим его вопросом был вопрос о моем настроении, самочувствии и не покурила ли я чего-нибудь запрещенного, что так подняло бы мне настроение. Обычно депрессивное, но он об этом не знал, хотя, возможно, догадывался, учитывая как закрыто я привыкла держаться рядом с теми, кто меня окружает. Что уж говорить о человеке совсем незнакомом, которого я видела тогда в первый раз. Хотя нет. Во второй, если точнее, потому что первый раз был там, на автобусной остановке, когда я стояла и ждала свой девятнадцатый маршрут, а приехал другой. Сейчас я даже уже не вспомню номер маршрута этого автобуса, из которого вышел Женя. Я ответила, что сижу сейчас в абсолютный хлам после трех косяков марихуаны. Когда я писала это, я улыбалась. Попрощавшись с Женей, я, однако, не вышла из ВК, так как собиралась пойти готовить, а готовить в тишине я не могла. Весь процесс приготовления пищи сразу терял интерес. Я отнесла компьютер на кухню, предупредила родителей, чтобы они мне не мешали, после чего включила музыку, но не на всю катушку, как мне того хотелось, а так, чтобы она не мешала смотреть родителям телевизор. *** Место встречи было назначено не так, чтобы слишком далеко от дома, где я живу, но и не так, чтобы очень близко. В общем, в любом случае мне придется немного прогуляться, чему я даже была немного рада, потому что иногда нужно побыть в одиночестве, чтобы привести свои мысли в порядок, чтобы никто и ничто не отвлекало тебя от раздумий и размышлений о чем-то очень важном. Я сказала родителям, что иду гулять, и пошла в свою комнату, в которой пора было уже наводить порядок, чем я и собиралась заняться завтра, а пока что тут вовсю властвовал легкий беспорядок, что наверняка бы не понравилось моему парню, ведь как любит говорить моя мама, свинюшек никто не любит. Времени до встречи – я никак не хотела или же не могла назвать это свиданием – оставалось еще достаточно, чтобы я навела марафет, привела себя в божеский вид, поэтому я с чувством, с толком, с расстановкой, направилась в ванну. Проведя там некоторое время, я превратилась из субботнего лохматого нечто – образа, в котором я провожу все свои выходные за ноутбуком - обратно в Алису Калиновскую, что далось мне нелегко, учитывая давнюю привычку. Хотелось плюнуть на это все и просто остаться дома, но я почему-то согласилась пойти погулять. Самое странное, что я напрочь позабыла о разговоре с Беловым и вспомнила о нем только сейчас. Мою новую страницу в ВК никто из однокурсников не знал. Номер телефона знали тоже не все, а раскрывать всем свою новую страницу я не хотела. Попрощавшись с родителями и пообещав вернуться домой в скором времени, я вставила наушники в уши и закрыла входную дверь и направилась к лифту, держа телефон в одной руке и переключая песни в плейлисте, ища что-нибудь новое, что я скачивала в то время, пока преимущественно валялась с температурой. Не хотелось сейчас слушать песни, которые были у меня в телефоне уже как минимум года два или три, хотелось разбавить их чем-то новым, если можно так выразиться, конечно. Приехал лифт. Я вошла в него и нажала кнопку первого этажа. Двери закрылись, и четыре буквы на дверях лифта сложились в слово из четырех букв, написанных, скорее всего, баллончиком с краской. Пока лифт ехал, я продолжала листать плейлист, пока, наконец, в наушниках не заиграла одна из новых песен. Название новых групп и исполнителей я пока не запомнила, но мне показалось, что это «Lordi». На улице было не так холодно, как вчера, но все равно не жарко – не май. Мы договорились встретиться «Алкашана». Там же, где уже встречались, а это значило, что мне опять придется ехать с пересадкой, но сейчас меня не пугали траты денег. Наоборот – мне хотелось немного проехаться в автобусе под музыку. Я пошла на остановку, наслаждаясь аккордами новой музыки. К этому моменту многие уже убрали новогодние гирлянды с окон и, скорее всего, елки, но если присмотреться, то все равно можно было увидеть, что в некоторых окнах гирлянды все еще висят – этакое приятное послевкусие встречи Нового Года. Пусть и немного, но все же заставляющее немного улыбнуться, от чего в голове возникают приятные воспоминания, и теплится в душе то новогоднее настроение, когда ты твердо веришь, что только раз в году сбываются все желания, потому что эта ночь волшебная. Исчезает все плохое, забываются обиды и неприятности, перестающие носить статус трудных или нерешаемых проблем, от которых портится настроение. На остановке я была одна, чему я была несказанно рада, учитывая мерзкую привычку некоторых людей стоять и курить, причем делать они это будут непременно рядом с тобой, а даже если в ком-то проснется совесть, и курильщик встанет в стороне, ветер все равно донесет до тебя жуткий запах сигаретного дыма. Бело-зеленого автобуса с табличкой «19» под лобовым стеклом не было видно даже на горизонте, что немного начало меня настораживать, так как время начало немного поджимать, и по-хорошему мне нужно было уже сидеть в салоне и ехать к месту встречи, но сегодня что-то пошло не так. Я то и дело доставала телефон и проверяла время. Решила, что если после трех песен автобус не появится, я позвоню Жене и предупрежу, что задержусь, так как есть некоторые трудности. *** Мне удалось приехать на встречу почти вовремя даже не смотря на то, что автобус пришлось ждать очень долго. Я быстрым шагом шла от остановки в сторону «Ашана», который почему-то в моей голове превратился в «Алкашан» с легкой подачи Жени. Возле торгового центра было многолюдно, почти как в перед Новым Годом. Подходя ближе к магазину, я высматривала Женю, но пока что не видела знакомую фигуру. Возможно, он пришел раньше и ждет внутри. Я вошла в здание и огляделась вокруг. Чтобы скоротать время, я решила немного пройтись по магазинам, поглазеть на витрины и немного согреться. Не то, чтобы я замерзла, но все же находиться в тепле было гораздо приятнее, чем в холоде на улице, тем более, когда неизвестно, сколько времени придется ждать. Поднявшись на второй этаж, я все же решилась на звонок. Алло, ты где? – спросила я. -Я скоро буду. А ты где? -Я уже в «алкашане», гуляю тут. Как скоро ты приедешь? -Не знаю, возможно, минут пятнадцать еще. -Ладно, жду. Я убрала телефон в карман и продолжила бесцельно бродить по «алкашану» и разглядывать витрины. В голове опять всплыл вчерашний разговор с Федей. «Интересно, что он думает обо мне после того, как я вроде бы как согласилась погулять с ним в субботу, но сейчас от меня ни слуху, ни духу»? К слову сказать, номер его мобильного я тоже не знала, так что позвонить не могла. Пятнадцать минут прошли незаметно, и я вышла через главный вход, чтобы встретить Чижова, который должен был уже быть на месте. Я огляделась вокруг, но опять не увидела его, и когда я уже собралась, было, вернуться обратно, я все же увидела его. Он шел быстрым шагом. Я пошла навстречу. -Ну, наконец-то! Тебя только за смертью посылать, - произнесла я. В ответ он улыбнулся и обнял меня. Обнял. В голове тут же, будто на темном экране памяти, кто-то проектором разом прокрутил все мои встречи с Андреем, потому что в этот раз он обнял меня точно так же, как это делал Васильев. Я обняла в ответ, но сделала это, как мне показалось, больше рефлекторно, потому что мой мозг был сейчас готов взорваться от этого. Взорваться, превратившись в красивый ядерный гриб на горизонте. -Привет! – радостно воскликнул Чижов. – Как ты? Давно мы не виделись, я уже начал скучать. -Да, я тоже скучала, - ответила я, стараясь придать своему голосу спокойный тон, чтобы не показать, что со мной что-то не так. Надеюсь, мне это удалось. -Ну что, пошли? – произнес он вопросительным тоном. -Пошли, - спокойно согласилась я. *** Мы свернули с шумной главной улицы, где беспрерывным потоком медленно ползли автомобили, собираясь в пробку, а по тротуару шли люди, нарушая нашу идиллию. Видимо, где-то что-то случилось, что мешает проезду транспорта. Возможно, даже авария. Кто-то кого-то догнал и вуаля! Прохожих тут было меньше. Некоторое время мы шли молча, погруженные каждый в свои мысли. Придумывая, что бы такое сказать, чтобы продолжить диалог. Первым говорить начал Чижов: -Знаешь, с момента нашей первой встречи я все время думал, на кого же ты похожа? -И на кого же? – с интересом произнесла я, повернув голову к Жене и ожидая какой-нибудь банальный комплимент-сравнение с ангелом или еще кем-нибудь. -Несколько месяцев назад я наткнулся на один весьма интересный сериал… -Я похожа на какую-то актрису из этого сериала? -Да, - Он улыбался, демонстрируя ровные белые зубы. -На кого же? – Мне уже стало по-настоящему интересно. Не каждый день меня сравнивали с героиней какого-нибудь фильма или сериала. А если сказать по правде, то вообще никогда, насколько я могла вспомнить. -Ты чем-то похожа на Линду Карделлини. Тебе бы только волосы в другой цвет перекрасить, и будешь вылитая Саманта Таггарт! - Правда? А как называется этот сериал? -«Скорая Помощь». Довольно интересный, жизненный. -Погоди-ка… Кажется, я помню его. Видела несколько серий классе в третьем. Он начинался, когда я приходила из школы. Там вроде бы еще заставка на зеленом фоне и буквы ER. Да? -Да, он самый! – радостно воскликнул Чижов. – Сначала на зеленом, потом в последующих сезонах цвет меняется на иссиня-черный. Саманта Таггарт. Я несколько раз мысленно повторила это имя, но так и не смогла вспомнить этого персонажа в сериале. Возможно, я смотрела сезоны до того, как она появилась в сериале. Мне было приятно, что меня с ней сравнили, но я не знала, как на это реагировать. Порой слишком долгое одиночество не слишком хорошо сказывается на человеке. Я вспомнила, как приходя домой из школы, я включала телевизор и смотрела этот сериал. Тогда в том возрасте я не слишком понимала, кто есть кто из-за слишком большого количества персонажей, порой не могла даже запомнить имена главных героев. А сейчас, когда мне напомнили об этом, я как будто на секунду переместилась в прошлое, увидела себя со стороны, идущей к телевизору, с кружкой чая в одной руке и тарелкой с бутербродами – в другой. -Я смотрела его давно и в детстве, и сейчас мне уже трудно вспомнить. -Пересмотри. Интересный сериал, сейчас такого уже не снимают. -Хорошо, - пообещала я. – Как только окажусь дома за своим компом. Наш интересный диалог прервали какие-то сдавленные крики и звук возни в снегу – мы как раз подходили к некому подобию перекрестка пешеходных дорожек. Мне стало немного не по себе от того, что я могла увидеть там, за поворотом, но Чижов был совершенно другого мнения. Он ускорил шаг и успокаивающе улыбнулся, как бы говоря «не бойся, пока я рядом, с тобой ничего не случится». Но это не помогло. Сначала немного, а потом и полностью, нам открылась весьма интересная картина: два грязных то ли бомжа, то ли алкоголика, валялись в снегу и что есть силы, иногда наотмашь, иногда прямыми ударами, били друг друга куда придется, непрерывно при это пыхтя и стараясь не выдать сопернику свою боль. Их лица, и без того опухшие от чрезмерных возлияний, раздуло еще больше, а из их разбитых носов и губ непрерывно текла кровь, окрашивая старую поношенную одежду и капая на снег, в котором те возились. Снег, примятый в месте незапланированного спарринга, тоже изобиловал красными каплями и даже лужицами. Один из дерущихся сумел оседлать соперника, и, оказавшись сверху, смачно плюнул кровью на снег, добавив еще одно пятно, после чего победоносно крикнув «сука» своим пропитым, хриплым голосом, принялся, что есть сил, бить по голове своего оппонента. Редкие пешеходы, что проходили по той же улице, что и мы, а потому тоже имевшие уникальную возможность видеть разборку алкашей, брезгливо от них отворачивались после нескольких секунд, или же просто проходили молча, не обращая на них ни малейшего внимания, словно те существовали в другом измерении. Что ж. В некотором роде именно так оно и было. Я нормально переношу вид крови, и когда смотрю какой-нибудь фильм, а котором есть сцены с драками, когда один из героев буквально представляет собой кровавое месиво, я нормально реагирую. Но в жизни драка, пусть даже и драка двух пропитых алкоголиков, навсегда выпавших из социума и не представляющих теперь для него никакой ценности, выглядела слишком жестоко и кроваво. Я отвернулась и потянула за собой Женю. Я хотела покинуть это место, оказаться как можно дальше от этого места, от этой драки, где два человека измордовали друг другу лица, превратив их в бесформенный фарш! -Пошли отсюда, - немного дрожащим, как мне показалось, голосом, попросила я. – Не хочу на это смотреть. -Вот алкашня, сто пудов водяру с бодуна не поделили, вот и устроили эпичный мордобой, - невозмутимо прокомментировал Чижов данную ситуацию. -Мне пофиг, что они там не поделили, просто пошли отсюда. И мы ушли. *** Медленно, но верно сгущались сумерки, безмолвно предвещая наступление ночи; на небосклоне зажглись первые звезды, а на самом краю горизонта, где бархатисто-синее небо касалось земли, появились облака; они будто наползали на небосвод. Мы медленно шли по улице и молчали. Наверное, каждый из нас чувствовал, что скоро придется расстаться и вернуться к себе домой. «Интересно, что он думает обо мне?» - подумала я. Мне хотелось знать, как он отреагирует, когда узнает о том, что я пыталась покинуть этот мир. Что он мне скажет? Уйдет навсегда, или останется до конца, сказав, что тогда я была подростком, а всем подросткам свойственно преувеличивать свои проблемы. Этого я не знала, и от этого мне становилось страшно. Страшно от этой неопределенности и неизвестности. А еще я думала о том, как и когда мне стоит рассказать о себе. Сделать ли это вживую, или же отправить сообщение? Этого я тоже пока не знала; мне надо было подумать, хорошо подумать и принять правильное решение. -О чем задумалась? – прервал мои размышления Чижов. -О вечном, - безрадостно ответила я. Я корила себя за то, что не рассказала ему сразу про себя. Тогда, возможно, ничего и не было бы, но стоило ли? А может, стоит рассказать все сейчас, до того, как мы попрощаемся и пойдем по домам? И как он отреагирует? Я решила, что лучше расскажу ему все лично, незачем писать такое. -О чем – о вечном? – спросил Женя. -Не важно. Мне надо тебе кое-что сказать, только я не знаю, как это сделать. -Если не знаешь, тогда просто скажи и все. Этот тон. Почти веселый, беззаботный. Он успокаивал, но мне казалось, что это все обманчиво. Я посмотрела на Чижова, собираясь с мыслями и готовясь к тому, что случится в ближайшие несколько секунд. Сердце часто забилось в груди. -У тебя кто-то есть? – на этот раз его голос стал серьезным, а взгляд хмурым, таким обычно бывает небо перед грозой. -Знаешь, ты мне честно интересен, с тобой приятно находиться рядом, но есть одна неприятная вещь… -Ты чем-то болеешь? – не дал закончить мне Чижов. -Нет… Вернее, не совсем. -Тогда я не понимаю. -Я расскажу, только обещай, что это останется между нами. Чижов колебался. Или принимал решение. Наверняка он пожалел, что вышел тогда из автобуса и подошел ко мне, я почти видела это в его глазах. Или хотела видеть – не знаю. -Хорошо. Это останется между нами. -Точно? -Точно. -Хорошо. Ты мне интересен, но понимаешь, есть кое-что, о чем ты должен знать, потому что если мы продолжим общаться, гулять вместе, то рано или поздно ты узнаешь, и лучше ты узнаешь это прямо здесь и сейчас, пока между нами еще ничего нет… В общем, несколько лет назад я пыталась покончить с собой, перерезав вены. Мне это почти удалось. Женя резко остановился и посмотрел на меня. Как мне показалось, посмотрел как на какую-нибудь умалишенную. -Ты серьезно, или шутишь? – в его голосе слышалось недоумение. Казалось, он не понимал, правду ли я сказала ему, или же выдумала это, чтобы посмотреть на его реакцию. -Серьезно. Я замолчала, ожидая его реакции и того, что он скажет мне по этому поводу. Да, возможно я совершила глупость, сказав ему это сейчас и, возможно, испугав его этим. Но я была твердо уверена, что о таком лучше говорить сразу, пока еще нет каких-то крепких чувств или отношений. Сердце билось часто; мне стало жарко. Я стояла и молчала, опустив голову и разглядывая снег. Я буквально чувствовала, как Женя сверлит меня взглядом. Пока что Чижов молчал, а я готовилась к чему-то плохому. Скорее всего, когда я приду домой и зайду в ВК, я увижу сообщение от него, в котором будет говориться, что мы не сходимся характерами, или он придумает еще какую-нибудь причину. Или напишет все прямым текстом. -Я не знаю, что нужно говорить или делать дальше, - признался он. -Ничего не надо. Скорее всего, мы прекратим встречаться, а потом даже переписываться, - холодно прокомментировала я. -Это еще неизвестно, - возразил он. – Ты не можешь знать этого точно. -Но я знаю. Прошло несколько секунд тяжелого молчания, потом полминуты. Минута. Зажглись фонари. -Ладно, пойду я домой, а тебе удачи в будущем, и помни, что ты один, а девушек много – это на случай, если мы больше не встретимся. Пока. -Пока, - как-то растерянно и неуверенно повторил он последнее мое слово. Так, словно не был уверен, стоит ли вообще продолжать общаться со мной. Я развернулась и пошла на автобусную остановку, вытаскивая по пути наушники из кармана. Они замерзли и плохо разгибались. Я побоялась сломать их, но все же желание послушать музыку было сильнее страха поломки наушников и некоторого времени жизни без них и, соответственно, без возможности слушать музыку, когда я куда-нибудь иду. Перед тем, как вставить холодный наушник в ухо, я обернулась, чтобы посмотреть, где Женя. Он медленно брел в противоположную от меня сторону, шаркая пятками ботинок при каждом шаге. Наверняка он сейчас был подавлен. Возможно, даже зол на меня. *** Весь оставшийся вечер я провела в ВК, ожидая сообщения от Чижова, время от времени заходя на его страницу в надежде, что он будет в сети. Но он не был там. Возможно, не хотел заходить, чтобы избежать не самого приятного разговора, который непременно должен состояться в самом ближайшем будущем. Я на все сто процентов была уверена, что это наша последняя встреча, и мне было немного грустно от этих мыслей. Грустно от того, что он подумает или может подумать обо мне. А что хуже всего – меня пугала мысль, что он может рассказать обо мне своим однокурсникам. Наверняка он будет называть меня чокнутой, а его друзья и подруги будут весело смеяться, слушая его рассказ, приправленный, я почти уверена, нецензурной лексикой. Я переписывалась со своими друзьями весь вечер, стараясь казаться хотя бы нормальной, но в душе у меня было погано. Очень, блять, погано. Просто пиздец. Огромный и неописуемый! *** Воскресенье. Утро. Я сидела на кухне и небольшими глотками пила чай; рядом на столе лежал бутерброд с сыром и колбасой. Мама с папой уже поели и попили чай, а я решила выпить вдогонку еще одну кружку и добавить один бутерброд. Не знаю, с чего вдруг мне захотелось дополнительных калорий? Возможно, после вчерашнего я нервничала, но, во всяком случае, я этого не ощущала, хоть это бы все объяснило. Я сделала еще несколько глотков уже не такого горячего чая и откусила кусок бутерброда. В голове постоянно, будто на повторе, крутилась одна и та же картина. Я говорила «несколько лет назад я пыталась покончить с собой», а потом видела слегка укоризненный взгляд Жени. Я все еще гадала, правильно или нет, я поступила, сказав ему правду. Я бросила взгляд в окно и подумала, что эта небольшая фраза однозначно положила конец всему. Я этой фразой будто перерубила что-то очень значимое и важное. Пустой двор с голыми деревьями нагонял тоску и казался мне покинутым, не смотря на то, что во дворе стояли машины. Наверное, это ощущение появилось из-за того, что сейчас там было безлюдно: ни дворника, подметающего дорожки, ни случайных прохожих, ни играющих на детской площадке детей. Те из них, что были занесены снегом, казались брошенными, но было также несколько штук, за которыми хозяева следили – на них снега было минимум, или же их поставили сюда недавно, но все равно ощущение обреченности и покинутости незримо витало где-то совсем близко. Я доела бутерброд, допила остатки теплого, чуть прохладного уже чая, помыла посуду и пошла к себе в комнату дальше убивать время за просмотром фильмов или общения во ВКонтакте, но потом решила, что не стоит сегодня туда заходить. Ну, или хотя бы в ближайшее время. Отчасти мне было страшно от того, что я могу прочитать там, если, конечно, Чижов соизволил отправить мне сообщение. Отчасти меня пугало, что Чижов мог и вовсе не прислать никакого сообщения. Хотя, если честно, последнее меня пугало меня куда меньше. Просто конец общения без выяснения отношений. Я прошла в свою комнату, села за стол, пододвинула ноутбук к себе и поняла, что не хочу ничего. Настроение резко пропало, как будто его просто взяли и отключили, как иногда отключают горячую воду летом, только на подъездах обычно вешают объявления с предупреждением; у меня же настроение пропало безо всяких предупреждений. Как будто лампочка перегорела. Я взяла со стола телефон, наушники и просто упала на кровать. Подключила наушники к телефону и включила музыку в наушниках на полную катушку и просто уставилась в потолок, надеясь, что громкая музыка отвлечет меня от грустных мыслей и отвратительного настроения. «Несколько лет назад я пыталась покончить с собой», а затем слегка укоризненный взгляд Чижова. Даже не сколько укоризненный, сколько непонимающий или недоверяющий; наверное, он мог подумать, я таким образом я его проверяю. Глупо. Я попыталась переключиться и слушать только музыку, прогнав из головы все мысли по этому поводу. «В конце концов, можно и одной жить». На какое-то время получилось, когда в наушниках заиграл «Powerwolf» с песней «Coleus Sanctus». Такую песню надо слушать жарким днем в хорошей мощной машине, несущейся где-нибудь по пустой загородной дороге, уходящей ровной лентой к горизонту, разрезая пустыню надвое до самых гор, что начинались очень далеко, со снежными шапками. Сознание почему-то рисовало именно черную машину. Похожий автомобиль я видела в одном клипе. *** Я села за стол, пробудила ноутбук от спящего режима и решилась зайти в ВК. Далось мне это не очень сложно, как я того ожидала, но все же в какой-то момент я почти передумала. Велма Динкли сменилось на Элис Уайт. Сообщений было несколько; гораздо меньше, чем когда у меня на странице были фотографии героини одноименного фильма. Я долго не решалась просмотреть список тех, кто отправил мне сообщения, но спустя примерно полминуты мое любопытство пересилило меня, и я все же кликнула мышкой на сообщения. Как я и думала, сообщений от Чижова не было, хоть он и был в сети. Писать я ему ничего не стала, потому что подумала, что он не захочет со мной общаться. Я даже проверила, не удалил ли он меня из друзей, а то мало ли. Он не удалил, или пока не удалил. И молчал.