Новая жизнь

Больно ранено небо острым клинком, И разорвана ткань облаков. Красным светом пропитан весь небосвод, На закате круг солнца умрет. Так мучительно видеть тающий день, Словно жизнь — это только лишь тень. В пустоте без надежды горем объят Ты рисуешь кровавый закат. Время катится в омут темной воды, Навсегда исчезают следы. Ночь залечит все раны, смоет с них кровь, Лишь тебе не увидеть свет вновь. ©

— Эй, леди-туча, пойдёшь на задание? — Стинг пошелестел перед носом Хартфелии бумажкой с заданием. Девушка недовольно поморщилась, вынимая из ушей свои наушники. Люси не любила, когда ей мешают слушать музыку или же «нарушают её личное пространство своим надоедливым присутствием». Люси пробежалась глазами по листку с заданием, попутно ткнув локтем, рядом сидящего, Хэйтена. Иксид закатил глаза, а потом, скрестив лапы на груди, изрёк недовольным тоном: — На кой-нам опять на задание идти? Мы же только неделю назад вернулись от того умалишенного дядьки! — Хэйтен был прав — ребята только семь дней назад вернулись с предыдущего задания… И ровно семь дней прошло с тех пор, как Люси решила раскрыться перед своими Духами. Ей действительно стало немного легче… Девушка смогла свободно рассказать Арании, Люциферу и Балериону обо всём, что её гложет. Дарк до сих пор немного чувствовал свою вину во всём произошедшем, поэтому Хартфелия посчитала лучшим ничего ему пока не говорить. Конечно, Заклинательница почувствовала, что стало куда легче на душе, с плеч сняли тяжелый груз, а дышать она стала глубже и свободнее, но… Всегда есть это одно «но»! То что волшебница смогла выговориться кому-то не помогло ей в её внутренней борьбе… Печать на клетке демона не стала сильнее, но и не ослабла, Ада всё так же норовила сломать стальные прутья и завладеть телом Хартфелии. В этом Духи ничем не могли помочь, поэтому брюнетке оставалось надеяться лишь на себя и на собственную силу воли, в мощи которой она с недавних пор усомнилась… Девушка еще помнила, как потеряла над собой контроль во время битвы с Горгоной, а демон почти выбрался со своей клетки. Люси сомневалась, что и в следующий раз Люцифер сможет восстановить печать, ведь это не может действовать всё время — Ада сама по себе достаточно сильна. Куда сильнее самой Люси. Кстати, после того инцидента в особняке Рогвейна, Хартфелия один раз призывала Горгону, желая лучше узнать её, ну, или по возможности — подружиться. Процент на успех в осуществлении второго пункта был весьма мал — и у Люси, и у самой иллюзионистки остались не слишком приятные воспоминания из их последней встречи. Как и ожидалось, Горгона была весьма раздражена тем, что Люси вообще вызвала её! Дух тогда сказала, что служит ей не по собственному желанию, а по приказу Люцифера, а его она ослушаться не смеет, поэтому приходиться подчиняться. Горгона сказала, что Люси может вызывать её во время боя — иллюзионистка поможет, но на большее надеяться брюнетка не может. Горгона, пожалуй, была пока что единственным Духом, с которым у Люси не заладились отношения с самого начала. Между девушками разве что молнии не били, да гром не гремел. Люси с самого начала знала, что всё будет не так радужно, как хотелось бы, но всячески отгоняла от себя эти мысли, желая подружиться и найти общий язык со всеми Духами, но, как видимо, не судьба. Быть может спустя некоторое время отношения между Горгоной и Хартфелией наладятся, но пока об этом еще рано говорить. — Да ну, хватит занудствовать! Развеетесь хотя бы! — Стинг усмехнулся и подозвал Хэйтена и Люси рукой. Лектор вылез на стол Хартфелии, а потом начал бесцеремонно пихать в бок тёмно-синего иксида, на что тот сначала удивлённо покосился на малинового Высшего, а потом, недовольно промычав что-то, всё-таки встал и кивнул Люси. Брюнетка закатила глаза и, тяжело вздохнув, встала с насиженного места, попутно хрустя позвонками. — Эвклиф, чего у тебя вдруг появилось такое желание на задания ездить? Да еще и не по поручению мастера, со мной и Роугом? — Заклинательница вскинула бровь, плетясь следом за ухмыляющимся блондином. — Чего Эльзу не зовёшь с собой? — Стинг замедлил шаг и удивлённо посмотрел на девушку позади себя. Люси фыркнула и закатила глаза. — Хреновые из вас обоих конспираторы, Эвклиф. Думаешь, что не видно, как между вами обоими изменились отношения? Этого только слепой не заметит. Убийца Дракона Света отвернулся и недовольно хмыкнул. Люси даже показалось, что он немного покраснел, но она не придала этому особого значения, а лишь еле заметно усмехнулась уголками губ. Стинг никому еще не рассказывал о своих отношениях с Эльзой, но парень, видимо, был не осторожен… Но его весьма удивил тот факт, что Хартфелия вообще обратила внимание на отношения между ним и Скарлетт. Он-то думал, что брюнетку вообще ничего не интересует, и ей будет абсолютно всё равно на это. Видимо, ошибся. Сама же волшебница понимала, какое впечатление производит на окружающих, поэтому старалась не меняться. Но всё равно ничего не могло ускользнуть от её внимания — она знала, что Эльза влюбилась в Стинга; знала, что Леви и Руфус начали чаще ходить вместе на задания не потому что «нет с кем более пойти»; знала, что Минерва и Скарлетт стали довольно близкими подругами, даже не смотря на то, какие между ними в прошлом были разногласия; знала даже то, что Нанами Ичимару томно вздыхает, смотря на Добенгаля — одного из магов «Саблезубого Тигра», который некогда числился в десятке сильнейших магов гильдии. Не смотря на все собственные проблемы и заморочки, даже сидя в самом тёмном углу гильдии и слушая музыку в наушниках, Люси знала почти о всех членах гильдии, замечала почти всё. Наблюдая из-под полуопущенных век за всем происходящим, брюнетка была осведомлена во всём, знала, кто в кого тайно влюблён, кто с кем дружит, а кто с кем враждует. Хоть она и хотела казаться холодной и безразличной личностью, «Саблезубый Тигр» был её единственным прибежищем, домом. Брюнетка не показывала своих эмоций, оставалась абсолютно безразличной в глазах других, но глубоко внутри Хартфелии было не всё равно… Она вновь узнавала своих некогда лучших подруг, изучала поведение Стинга и Роуга, морально и духовно сливалась с этой гильдией… Это, конечно, вам не «Хвост Феи», но Люси было больше некуда идти, а это место вполне могло заменить ей дом. — Я же в команде не с Эльзой, а с Роугом и с тобой, Хартфелия. — До этого парень и девушка с иксидом шли в тишине, поэтому Люси уже начала сомневаться, что удостоится ответа со стороны блондина, но он всё-таки дал ответ на её вопрос, немного погодя. — Тем более, у неё есть компания. — Эвклиф кивнул в сторону Минервы, которая сидела за барной стойкой рядом с Алой и что-то рассказывала ей, размешивая трубочкой свой коктейль из чёрной смородины. — Мастер, узнав, что его дочь сдружилась с Эльзой — некогда сильнейшей волшебницей «Хвоста Феи» — решил объединить их, поэтому сейчас частенько отправляет их на различные задания, подобно нам. Хартфелия ничего не ответила. Кто бы мог подумать, что некогда злейшие враги смогут так подружиться… На прошлых ВМИ ведь именно Эльза победила Минерву, полностью опустошив её магический резерв. Орландо готова была разорвать Скарлетт в клочья, но сил тогда не было. Тогда взгляд её пылал властью и ненавистью, а сейчас она мило разговаривает, ходит на задания и пьёт коктейли вместе с той, которую некогда ненавидела всей душой и сердцем. Люси не могла понять, как ненависть Минервы по отношению к Эльзе так быстро улетучилась. Это ведь тогда был такой позор для дочери Генмы… Саму Люси до сих пор гложет обида и злость по отношению к её бывшим согильдийцам. Её подло подставили, а потом собственные друзья ей не поверили, а просто-напросто вышвырнули из гильдии. Шрам на тыльной стороне правой ладони до сих пор неприятно ныл, когда девушка вспоминала о «Хвосте Феи». В дополнению к этому брюнетка всё еще помнила тот позор на состязании «Водная битва». Минерва тогда просто-напросто избила её на глазах у всех. Нет, Люси не хотела мстить, она даже особой злости не испытывала… Просто безразличие. Минерва не интересовала её и не привлекала, как товарищ или подруга. Для Люси она была обычным пустым местом, невидимкой, частью декораций. Брюнетка относилась к Орландо чисто скептически, но при этом ничего не говорила Эльзе — пусть дружит, с кем хочет. Люси взяла у Стинга листок с заданием и еще раз пробежала по нему глазами. Ехать до положенного места им придётся где-то четыре часа. Само задание состояло в том, чтобы разгромить тёмную гильдию «Страсть некроманта». Странное название для волшебной гильдии, но оно должно быть обосновано. В объявлении не было более подробной информации, поэтому придётся узнавать всё самим от заказчика, но награда была довольно щедрой… Семь миллионов драгоценных — это вам не хухры-мухры! Видимо, эти тёмные маги здорово достали жителей той деревни, из которой поступил заказ, раз они выставили такую цену. Даже странно, что у них есть столь огромная сумма. Так или иначе, но было решено ехать сегодня же. Люси осмотрела себя с ног до головы, а потом, сказав Эвклифу, чтобы тот звал Роуга и Фроша, пошла в сторону общежития. Девушке нужно было забрать некоторые свои вещи, а потом уже можно и выдвигаться.

***

— Мне тут уже не нравится… — Проворчал Хэйтен, зажимая лапами нос. Его примеру следовали и Фрош с Лектором. Ребята прибыли в нужный город к четырем часам дня, но местность, мягко говоря, не произвела на них впечатления. По-крайней мере, хорошего. Покорёженные домишки, кривые и запыленные дороги, а на улицах нет ни души. Иксидам даже показалось, что в нескольких метрах впереди ветер пронёс перекати поле. Но это еще ничего! Вот что действительно ужасно, так это запах. Раз уж иксиды так четко почувствовали смрад гнили, разложений и мертвечины, то чего уж говорить об Убийцах Драконов, у которых нюх и того острее. Совсем туго приходилось Хартфелии, ведь в ней заложена сила трёхъэлементного Убийцы Драконов… Хэйтен запоздало заметил, что брюнетка уже не стоит рядом с ним. Тёмно-синий иксид в замешательстве осмотрелся по сторонам, а потом лишь заметил подругу, которая стояла в нескольких метрах от него, спиной прислоняясь к какому-то покореженному и обшарпанному строению, которое только отдалённо напоминало нормальный дом, и прикрывала одной рукой рот, а второй держалась за нос. Напрашивается вопрос: как она вообще тогда дышала? Неизвестно. Хэйтену даже стало жаль Хартфелию, ведь ей сейчас приходится действительно не сладко, а он ничем помочь не может… Если иксид и мог сделать так, чтобы девушку не укачивало в транспорте, то против такого он бессилен. Стингу и Роугу тоже приходилось не легко, но не так, как Люси. Парни то и дело морщились и пытались дышать через раз, попутно пытаясь сдержать рвотные позывы. Но вот брюнетку конкретно штормило… — Чего с тобой, Хартфелия? Ароматы пришлись по нюху? — Севшим голосом спросил Эвклиф с натянутой ухмылкой на губах. Даже в такой ситуации он не удержался от колкого замечания, хотя сам не понимал, почему напарнице вдруг стало на столько плохо, ведь по сути, он и Роуг тут единственные Убийцы Драконов, которым хуже остальных. Так он думал… — Захлопнись, имб… — Договорить девушке было не суждено — в сотый раз она пожалела, что вообще что-то ела перед приездом в этот «прекрасный» городок. Съеденные утром блины и кофе покинули многострадальный желудок девушки. Стинг решил, что ей действительно сильно фигово, поэтому решил больше не донимать её, а Роуг даже не обернулся в сторону брюнетки, пытаясь привести свой организм в порядок. Хэйтен, как настоящий и, по всей видимости, единственный в этой компании джентльмен, принял свою человеческую форму и подошел к Люси, ловко перекидывая её руку через своё плечо, давая тем самым ей возможность как-никак, но идти вперёд. Хартфелия благодарно кивнула ему. — Давайте побыстрее покончим с этим и уедем отсюда. Где дом заказчика? — Стинг кивнул в сторону города, говоря этим, чтобы остальные следовали за ним. Вокруг серые, обшарпанные дома, а кое-где виднеются и вовсе разрушенные строения. Дорога запыленная, вся в ямах, а земля потресканная от недостатки влаги. Ветер разносит вокруг пыль, которая попадает в рот и глаза, неприятно щиплет и мешает обзору. Дышать почти нечем, ведь в воздухе витает мерзкая трупная вонь и запах мертвечины. Казалось, будто весь город вымер, а в обшарпанных и старых домах лежат лишь разлагающиеся трупы людей, по которым уже ползают различные насекомые. Другого здравого объяснения всему этому не было. Если тут кто-то и живёт до сих пор, то что держит здесь людей? Как они вообще могут выжить в таких условиях? Оказалось, что до дома заказчика было не так далеко — он находился на другом конце центральной площади, посреди которой возвышался мраморный фонтан. Местами он был покрыт зелёным мхом и плесенью, а на самом дне еще была желтая, мерзко пахнущая вода, в которой шустро прыгали лягушки. Прямо около фонтана стояло несколько лавочек, которые были тоже достаточно обшарпанные и поломанные. По бокам, вдоль площади расположилось множество различных магазинов — это было понятно по старым вывескам. Быть может, некогда тут и было красиво, но кто-то или что-то славно подправило интерьер… Опять напрашивался вопрос: Как только люди могут тут всё еще жить? Вскоре ребята приблизились к очередному мрачному и почти что развалившемуся зданию, вот только оно было чуть побольше остальных. Роуг хотел постучать в дверь, но та с легким скрипом открылась, стоило парню лишь приблизить к ней руку. Напарники переглянулись, а потом, передёрнув плечами, вошли. Внутри было темно и прохладно, а вонь была не лучше, чем на улице, вот только прибавился еще запах плесени и отсыревшей штукатурки. Ребята огляделись по сторонам. — Эй, есть кто дома? — Крикнул Стинг, засовывая руки в карманы. В ответ на его вопрос где-то в углу послышался скрежет и тонкий мышиный писк. — Вот тебе и ответили, Эвклиф. Живность дома. — Натянуто усмехнулась Люси, всё еще ведя борьбу со своим желудком и головной болью. В ответ на её колкость Стинг лишь фыркнул и пошел дальше, продолжая звать хозяев этого, с позволения сказать, дома. В помещении было довольно-таки темно, а почти вся мебель была накрыта белыми покрывалами. Под ногами не было ковров, пол уже изрядно прогнил и был немного влажным, в углах земля поросла мхом. В доме было всего два этажа — это было странно: как эта вся конструкция еще не рухнула? И как тут вообще могут жить люди? Этого ребята никак понять не могли. Наконец, поднявшись на второй этаж, команда услышала приглушенные голоса из самой дальней комнаты. Кивнув друг другу, ребята пошли по направлению к кабинету. Пол под ногами скрипел и немного проседал, по нему иногда пробегали редкие крысы, но Люси удалось разглядеть в темноте маленькие трупы этих грызунов. Те что еще были живы были мерзкими на вид, худощавыми и облезлыми. Даже здесь живность погибала. Ребята дошли до нужного кабинета, а потом, без стука, Стинг толкнул скрипучую и страшную на вид дверь. Они наткнулись на удивлённый и немного испуганный взгляд женщины лет тридцати и мужчины, который, видимо, был где-то на три-четыре года старше неё. Вокруг повисло гробовое молчание, и лишь шорох в углу кабинета, да топот маленьких ножек крыс по деревянному полу четко слышался в этой тишине. Внезапно, мужчина резким движением достал из-под старого, скрипучего стола дробовик, и направил его дуло на ребят. От такого внезапного выпада с его стороны, маги напряглись и насторожились. — Вы одни из них? Чёртовы упыри! — Раздался звук выстрела. Двустволка чуть не выпала из рук мужика из-за сильной отдачи, а дробь продырявила, и так на ладан дышащие, двери. Женщина, стоящая около него, тихо ойкнула и подпрыгнула на месте, но ничего не сказала, только еще на шаг отошла назад и облокотилась на старый стол. — Ты чего творишь, мужик?! Совсем рехнулся?! — Злобный, немного рычащий голос Хэйтена заставил незнакомца немного поёжиться, но не опустить оружие. Он в упор, со страхом и ненавистью в глазах, смотрел на ребят, но даже не взирая на это, Стинг с лёгкостью преодолел между ними расстояние и резким движением вырвал из рук мужчины дробовик, откидывая его подальше. Незнакомец попятился немного назад, беря за руку женщину, у которой взгляд стал еще более напуганным. — Ты как, Люси? — Обеспокоенный голос Хэйтена, который сидел на корточках около ошарашенной брюнетки, вновь прорезал царящую вокруг тишину. Люси подняла взгляд вверх, рассматривая пять дыр в двери. Минутой раннее на том месте была её голова. — Нормально. Спасибо, Хэйтен. — Парень лишь кивнул ей, помогая подняться с пола. Если бы он не оттолкнул девушку в последний момент, то сейчас её разлетевшиеся мозги украшали бы эту комнату. Хартфелия почувствовала даже некое разочарование. Она должна была среагировать сама, ведь её слух, нюх, зрение — всё это очень обострено из-за магии Убийц Драконов, да и интуиция у неё не плохая… Мерзкий запах разложений и мертвечины пагубно отобразился на её самочувствии, а рефлексы и реакция притупились из-за этого. — Так вы не из этих..? — На какое-то мгновение ребята даже забыли о присутствии в комнате мужчины и женщины, которые стояли в обнимку около старого деревянного стола. Хриплый, испуганный голос незнакомца напомнил команде об этом, поэтому все синхронно перевели раздраженные и злобные взгляды на него. Мужик громко сглотнул ком, подступивший к горлу — эти взгляды его не на шутку напугали, а выстрел маги так просто не простят… Он безоружен, а они, наверняка, сильны. — «Не из этих»? Что это значит? — Вскинул бровь Роуг, скрещивая руки на груди. Глаза алого цвета как-то спонтанно скользнули по интерьеру комнаты, но взгляд снова устремился на пару. Помещение не впечатляло. Обдёртые обои на стенах, всё старое, обшарпанное, покрыто трещинами и сантиметровой пылью. Ужасное место, зрелище и атмосфера. Про запах вообще уж стоит промолчать, ибо он никуда не делся, не выветрился. — Мы по заданию. — Не дожидаясь ответа мужчины, Роуг помахал у него перед носом листом с заданием. — По заданию? Вы — волшебники?! — Поддавшись какому-то странному порыву, мужчина сделал несколько шагов вперёд. В его голосе было столько надежды и радости, а глаза странно заблестели, будто бы он сейчас заплачет от счастья. Он перевёл взгляд на мрачную Хартфелию, которая с подозрением уставилась на него, а потом, немного склонив голову, сказал: — Простите меня, пожалуйста! Я… Я испугался. Думал, что вы из той гильдии, поэтому… Пережив столько несчастий, со временем становишься параноиком. — Не поднимая головы, он стоял и ждал ответа от девушки. Люси лишь прищурилась, а потом отмахнулась: — Проехали. Лучше расскажите, почему вы так бурно и своеобразно отреагировали на наше появление? — Немного подумав, брюнетка всё же решила спросить обо всём сразу: — Что это за тёмная гильдия? Почему в городе такая разруха, трупная вонь и пустота? — Три самых важных вопроса, которые крутились на языках всех ребят с самого начала. Люси просто не хотела долго с этим тянуть, оставаться в этом месте дольше, чем понадобиться. Хотелось поскорее закончить с делом и уехать отсюда, с этого города, подальше от этого запаха мертвечины, вида почти что разрушенных домов и бегающих по деревянному полу крыс. — Да, конечно, я сам не хочу долго тянуть с этим, поэтому сразу перейдём к делу. — Мужчина прокашлялся, тем самым прочищая горло. — Извините, что угощений никаких нет, нам самим с едой туго приходится, поэтому… — Он виновато уставился на посетителей, но Стинг лишь помахал рукой, давая этим понять, что это не важно, пусть заказчик продолжает свой рассказ. Последний кивнул. — В этом городе обосновалась тёмная гильдия, которая мучит, убивает и грабит мирных жителей. Гильдия «Страсть Некроманта» образовалась не так давно… Всего пять месяцев назад. По-началу не было ничего из ряда вон выходящего, но это длилось всего первые два месяца. Внезапно гильдия стала набирать силу, они начали нападать на обычных жителей города, приказали нам выплачивать что-то вроде платы… Выкуп за свою жизнь. Плата была неподъёмной для многих, поэтому вы сами видите, что стало с нашим некогда прекрасным и цветущим городом. — Мужчина кивнул в сторону забитого досками окна. - Те, кто не мог выплатить, пропадали без вести… Больше их никто не видел. А что на счет трупного запаха… Это из той гильдии. Их мастер — Риан Де Лорэ — ужасный человек и маг. Он проводит какие-то грязные ритуалы — от этого, быть может, и запах. Кто-то говорит, что якобы видел, как с головы одного из волшебников той гильдии слетел капюшон… Если верить словам этого человека, то кожа мага была бледная, как снег, морщинистая и сухая, впалые глазницы, а сами глаза грязного водянисто-желтого цвета, зубы гнилые и кривые, а волосы слишком редкие и сальные… Будто бы оживший мертвец. Не знаю, правда ли это, потому что никого из тех магов я в лицо не видел — они всё время в длинных плащах и капюшонах. Больше у нас нет сил терпеть унижения и нищету… Вы — первые волшебники, которые откликнулись на наш зов о помощи. — Почему же, если члены этой гильдии так долго терроризируют этот город, убивают жителей и грабят вас, вы только сейчас решились обратиться в волшебную гильдию? — Вскинул бровь Стинг, скрещивая руки на груди. Все, кроме Люси, которая стояла нахмурившись, только кивнули, давая этим понять, что и они задавались этим вопросом. Если верить словам заказчика, то тёмная гильдия орудует здесь уже добрых три месяца. Неужели, никто ничего не собирался предпринимать? — Я же сказал: Никто более не брался за это задание. Мы подали заявление в магические гильдии где-то два месяца назад, но никто так и не пришел нам на помощь… Задание не из легких, я понимаю. — Мужчина неловко потер затылок и опять опустил взгляд в пол. В комнате снова повисло молчание, прерываемое лишь хриплым дыханием заказчика. В этой тишине слух Хартфелии необычайно обострился. Девушка слышала ритм дыхания каждого из присутствующих, их сердцебиение… Обычным Убийцам Драконов такое не под силу, но в брюнетке была заключена магия трёхъэлементного дракона, что еще больше обостряло её обоняние, зрение и слух. Все её напарники, иксиды были спокойны, мерное биение сердец и ровное дыхание, но вот… У заказчика сердце билось слишком учащенно и рвано, дыхание сбивалось, а на лбу выступала испарина, хоть в доме было совсем не жарко. На мгновение у Люси зрачки глаз стали вертикальными — она заметила, как нервно мужчина перебирает пальцами рук, а женщина около него тоже волнуется не меньше… И дело не в пережитом несчастье. — Вы лжете. — Хартфелия была абсолютно спокойна, голос её был холодным, как лёд, и слишком безразличным. Уголки её губ дрогнули в усмешке, когда её слух уловил еще более учащенное сердцебиение мужчины. Переступив через страх, через свои чувства, заказчик надел на лицо маску непонимания, поднимая свой взгляд с земли на девушку. Её напарники так же удивлённо посмотрели на неё, но лишь Хэйтен почему-то лукаво и удовлетворённо ухмыльнулся. Брюнетка заметила, что Стинг уже было открыл рот, чтобы что-то сказать или возразить, но она жестом приказала парню помолчать пока. — Я никогда не поверю, что ни одна гильдия не откликнулась на призыв о помощи. Наверняка, до нас тут были и другие волшебники, не так ли? — Глаза брюнетки сверкнули из-под пелены длинной челки, как только она заметила, как замялся мужчина и виновато опустил голову. — С чего ты это взяла, Хартфелия? — Эвклиф всё же не желал молчать, тихо стоя в сторонке. Парень сделал шаг на встречу к девушке, но потом всё же остановился, ожидая ответа на свой вопрос. Люси недовольно поморщилась: не любила она, когда её наглым образом перебивают. Удержавшись от комментариев по этому поводу, Заклинательница Ада перевела холодный взгляд на своего напарника, от чего тот невольно вздрогнул, но виду не подал, возвращая каменное выражение лица. — А ты еще не понял, Эвклиф? — Девушка, будто бы говорила о совершенно очевидной вещи, которую парень должен был понять сразу же. От такого тона волшебницы внутри блондина рождалась злость и негодование. — За два месяца хоть одна гильдия должна была прийти сюда и расправиться с тёмной гильдией! У меня есть лишь два варианта. Первый: противник был слишком силён, поэтому сейчас трупы тех волшебников из светлых гильдий валяются где-нибудь около здания «Страсть Некроманта». Второй вариант: маги сразу же уточняли вопрос о награде, на что заказчику не было что ответить, ведь так, уважаемый? — Хартфелия перевела чуть насмешливый взгляд на мужчину, который стоял перед ней в шоке и растерянности. Члены её команды тоже были несколько удивлены, на что девушка лишь скептически вскинула бровь, обращаясь к заказчику: — А чего вы так удивлены, мистер? Конспиратор из вас никакой, ибо еще в самом начале нашей беседы вы выдали себя с потрохами. Награда в заказе очень велика, но город почти разрушен, люди живут в нищете, а вы сами говорили, что у самих туго с едой. Чем же вы платить магам собрались, а? Люси была проницательна, как всегда. Иногда это раздражало окружающих, а иногда даже восхищало. Девушка была внимательна к словам, к предложениям и жестам заказчика. Он сам выдал себя, вот же не свезло! Также, Люси хотела побыстрее убраться из этого города, убежать от этой вони и «прекрасных пейзажей». Давно уже её сердце оледенело для остальных, а такие чувства, как сочувствие или жертвенность были чужды ей. Хотя, нет, не совсем. Она была готова пожертвовать всем, отдать жизнь за своих Духов и Хэйтена. Они были её единственными, по-настоящему верными, друзьями, с которыми она чувствовала себя легко и безмятежно. Брюнетка верила им, как самой себе. — Да, вы правы… — Немного погодя, ответил мужчина, неловко переминаясь с ноги на ногу. — Нам пришлось указать в заказе большую награду, чтобы привлечь магов, чтобы те помогли нам… На самом же деле, денег у нас нет. Да, до вас еще приходило несколько волшебников из светлых гильдий… Некоторые пытались нам помочь по доброте душевной, но никто из них, в конечном итоге, не вернулся. Большинство, только завидев здешнюю разруху, сразу же уезжало, понимая, что слова о награде — ложь. — Мужчина тяжело вздохнул, поднимая, полные боли и отчаяния, глаза на ребят. Иксиды и парни даже прониклись к этим людям некой жалостью, но вот Люси было абсолютно всё равно. По-крайней мере, об этом свидетельствовал её безразличный и холодный взгляд и каменное выражение лица. — Но вы же… Поможете нам? Умоляю вас! Нет сил больше терпеть этого… — В глазах цвета стали заблестели слёзы, а голос заказчика дрогнул. Тишина. Стинг и Роуг молчат даже как-то неосознанно, если можно так сказать. Они невольно ждут решения брюнетки, её ответа. Сами того не замечая, парни начали прислушиваться к словам Хартфелии, её личному мнению и её решениям. Эта девушка, сама того не хотя, стала неотъемлемой частью их команды. Парни знали, какая она холодная и безразличная ко всему и ко всем, кроме, разве что, Хэйтена. Они знали её, как грубую, эгоистичную и хитрую лису, которая следует своим принципам, своим желаниям. Она ни у кого не идёт на поводу, не позволяет командовать собой, никому не желает подчиняться, делает так, как сама сочтёт нужным. Её поступки и решения не всегда поддаются логике или здравому смыслу, её сердце закрыто для остальных, эта девушка просто полна тайн. Бывает, Люси поступает опрометчиво и совершенно не логично, но она всегда находила выход из любой ситуации… По-крайней мере, так думали парни, так они видели. Может, поначалу Стинг с Роугом и считали её обычной слабой волшебницей, то сейчас, поработав немного вместе, парни изменили своё мнение о ней. Даже не зная, какой именно магией она владеет, навыки рукопашного боя и с холодным оружием у девушки были очень даже не плохи, но это не то… Брюнетка была сильной в духовном плане и моральном — так считали парни. Даже в критических ситуациях она действовала хладнокровно и весьма ловко, просчитывала свои ходы и ходы противника наперёд, умела трезво размышлять и рассуждать в любой ситуации. Они и раньше ходили на задания по уничтожению какой-нибудь тёмной гильдии или банды разбойников… Эвклиф и Чени замечали, что девушка всегда дерётся в стороне от них, не вмешиваясь в их битвы. Поначалу это здорово раздражало и наталкивало на мысль, что на большее она не способна, но со временем они начали замечать другую сторону монеты… Тёмный и Светлый Убийцы Драконов тоже не всесильны, они не могут замечать всё вокруг. Когда враг подкрадывался к кому-либо из них, Люси чудесным образом оказывалась рядом, прикрывая их со спины. Стараясь особо не подавать виду, браня за невнимательность и недовольно фыркая, брюнетка уже не раз прикрывала и спасала их. Это доказывало то, что её сердце еще не полностью покрылось коркой льда, и она всё-таки волнуется за напарников — это придавало некую изюминку её сложному характеру и натуре, добавляло загадочности: то она холодна и безразлична ко всему, плюётся ядом, подобно змее, грубит всем и смотрит на мир ледяным взглядом, но в то же время волнуется и незаметно, — как она считает — оберегает и поддерживает напарников. И сейчас, стоя посреди сырого и тёмного кабинета, ребята ожидают её вердикта. Что предпримет Люси? Согласится помочь этим людям или же откажет? Не факт, что парни полностью прислушаются к её мнению, но оно было интересно им и важно. В это же время сердце заказчика прямо вырывалось из его груди, а дыхание вновь сбилось; женщина около него, пока не проронившая ни слова, стояла, вцепившись пальцами в гнилой и старый деревянный стол; Лектор и Фрош, которые всё это время тоже ничего не говорили, а лишь стояли в стороне и наблюдали за всем происходящим, нервно переглядывались; Хэйтен стоял, оперевшись плечом о дверной косяк и скрестив руки на груди, выжидающе смотрел на свою подругу; Люси пока молчала, будто бы желая подольше помучить заказчика, пощекотать его нервы и терпение своими долгими «раздумьями». На самом же деле, девушка даже не думала об этом… Ей было всё равно, а ответ давно был продуман и взвешен, просто ей нравилось следить за блестящими от слёз глазами мужчины напротив, слышать его учащенное сердцебиение. — Нет. — Одно слово, а какой эффект оно произвело, какие впечатления оставило… Слёзы горечи и отчаяния потекли по щекам заказчика, с его губ сорвался обречённый вздох. Последняя надежда утеряна, а он даже не знает, сколько времени сможет продержаться вместе с женой. Был такой вариант, как уехать из города. Думаете, людям в этом городе не приходила такая идея в голову? Они бы уже давно уехали из этого проклятого места, вот только здесь их дом, денег крайне мало, да и предпринимались попытки переехать в другой посёлок, город или куда еще… Вот только тёмные маги заперли всех жителей в клетке, убивая всех, кто пытался сбежать. Пути к отступлению отрезаны. — Может, хоть попытаемся помочь этим людям? — Роуг, как всегда стоящий в тени, сверкнул алыми глазами в темноте. Парень говорил тихо и спокойно, но в его голосе всё же проскальзывали нотки удивления — его обескуражило столь бессердечное и безразличное отношение девушки к предоставленной проблеме — и жалости — парню было жаль этих людей… Столько всего с ними произошло, никто им не помог, а маги из тёмной гильдии приносят много бед. Да и слова заказчика о том, что это могут быть и не обычные люди, настораживали. Кто знает, что произойдёт, если они откажутся… Когда эти волшебники уничтожат этот город, то явно им одним не ограничатся. — Раньше деньги тебя не особенно волновали, Хартфелия. — Оу, Чени… Не тебе напоминать мне о том, какой я была раньше. — Люси горько усмехнулась, но потом её лицо вновь приняло каменное выражение. Девушка на пятках обернулась спиной к парням и заказчику с его женой, попутно засовывая руки в карманы. — Вы делайте, что хотите, а я не собираюсь более задерживаться здесь. — Брюнетка кивнула Хэйтену, который лишь усмехнулся в ответ и, оттолкнувшись от стены, пошел следом за подругой. Стинг и Роуг переглянулись, посмотрели на растерянных иксидов, а потом, передёрнув плечами, последовали было за напарницей, но их остановил хриплый, полный боли и отчаяния женский голос: — Нет, прошу, не уходите! — Жена заказчика, которая до сих пор просто стояла, не проронив и слова, подала голос. Он оказался довольно-таки хриплым и тихим, иногда подрагивал из-за подступивших к глазам слёз. Все члены команды остановились. Парни и иксиды с Хэйтеном обернулись на голос женщины, а Люси пока что стояла спиной к ней, но не шла вперёд. — Мой мальчик… Наше милое дитя… Два с половиной месяца назад они забрали его. — Из её глаз крупными каплями потекли слёзы. — Ребёнку было всего лишь шесть лет! Безжалостные, бездушные уроды! Они забрали его… Что мы им сделали? Мы с Джимми просто гуляли, тогда еще наш город не был таким, как сейчас… Я отошла всего лишь на две минуты, отпустила его маленькую ручку, а потом… — Дальше женщина уже не могла нормально рассказывать, давясь собственными слезами. Она уткнулась в плечо мужа, который успокаивающе погладил её по спине. Стинг и Роуг вновь переглянулись и, кивнув друг другу, вновь вошли в кабинет, а за ними и Лектор с Фрошем. В глазах заказчика сразу появился огонь надежды и благодарности. Чени и Эвклиф готовы были помочь этим несчастным, никто не заслужил такой страшной участи. Женщина, всё еще захлёбываясь слезами, обратилась уже к Люси: — А вы? Вы поможете нам? Брюнетка всё еще не поворачивалась к ним. Глаза Люси были немного прикрыты и опущены в пол. В них читался лишь холод и безразличие. Хэйтен стоял около неё, спокойно переводя взгляд то на несчастных людей и парней с иксидами, то на свою подругу. Он пойдёт за ней, куда бы она не пошла, какой бы выбор не сделала. Брюнетка знала это, поэтому понимала, что не останется одна, а Стинг и Роуг вольны сами выбирать, хотя, чего греха таить, Люси даже стало немного жаль, что они не пошли за ней… Волшебница повернула немного голову вправо, скашивая глаза на мужчину и женщину, которые с надеждой смотрели на неё. Через плечо девушка кинула холодное и жесткое: — Вам не следовало отпускать руку своего ребёнка. — И ушла. Не оглядываясь, не говоря более ничего, не сожалея о сделанном выборе. Мать отпустила руку своего сына, она сама не уследила за ним, а сейчас терзает себя. Нужно было думать в тот момент, когда она «отошла всего на две минуты». И у самой Люси было тяжелое детство, тяжелая судьба, а сейчас она и вовсе должна бороться за себя саму, за своё тело против довольно-таки сильного демона внутри. У девушки своих проблем хватает, а такие люди, как эти… Лгуны и эгоисты, она просто не любила. И дело совсем не в том, что в заказе слова о награде — ложь. Они давят на жалость — это чувство чуждо Хартфелии — они пытаются состроить из себя несчастных, но на самом же деле им глубоко плевать на жизни других жителей города. С чего девушка это взяла? Она чувствовала в воздухе запах денег. Единственный в кабинете диван, покрытый белым одеялом, служил прикрытием увесистого чемодана с драгоценными. Это Люси могла сказать на все сто процентов. А мебель? Зачем же прикрывать её белыми простынями, если она и так полностью прогнила? Правильно, не за чем. Только Люси догадалась заглянуть под одну из простыней, замечая, что мебель не такая уж и старая, и очень даже дорогая и роскошная. Просто девушка не стала ничего говорить своим напарникам — просто не хотела. А крысы и гнилой пол в доме… Это всё просто для того, чтобы не вызывать слишком много подозрений. Если другие жители города заметят, как роскошно живут заказчики, то поднимут бунт, ну, или же члены «Страсти Некроманта» заберут последние деньги, заметив, что они есть. Заказчики, вместо того, чтобы поделиться драгоценными с другими людьми, припрятали его к лучшим дням, только себе. Скупые, эгоистичные сволочи, которых совершенно не волнует судьба города: просто они сами не могут уехать отсюда, иначе их убьют, а собственная жизнь, конечно, дорога. Слёзы матери фальшивы, так же, как и глубокая печаль и скорбь за ребёнком. Она буквально заставляла себя реветь, чтобы более правдоподобно сыграть роль несчастной матери, но вот слёзы мужчины были вполне настоящими… Конечно, сильно же он боялся о своей жизни — умирать не хочет. Такие люди не заслуживают спасения. И поэтому Люси сейчас уходит, не оборачиваясь, а за ней, с легкой ухмылкой на губах, следует её верный друг — Хэйтен.

***

— Уверена, что они справятся вдвоём? Лектора и Фроша в счет не беру — от них толку мало. — Хэйтен шел рядом с Люси, засунув руки в карманы. Уши на его голове немного подрагивали, а хвост почти что тянулся по земле. Парень устало вздохнул, смотря на алое небо. Закат. Конечно, уже почти половина шестого вечера. Двое друзей направляются в сторону вокзала — идут они уже минут десять медленным шагом. К запаху гнили Хартфелия уже немного привыкла, но её всё еще немного подташнивало, а Хэйтен просто старался не обращать на это внимания, любуясь алым закатом. Единственное, что привлекает взгляд в этом месте. — Закат кровавый. Ночью кто-то погибнет. Надеюсь, это будут тёмные маги. — Уголки его губ приподнялись в лёгкой усмешке. — Чени и Эвклиф уже не маленькие — справятся. — Брюнетка тоже подняла взгляд на небо. Какое-то непонятное чувство тревоги зародилось глубоко в её душе, сжимало холодное сердце, ломая корку льда. Еще и алый закат… Прольётся кровь. — Красным светом пропитан весь небосвод, на закате круг солнца умрет… Ночь залечит все раны, смоет с них кровь, лишь тебе не увидеть свет вновь… — Прошептала девушка, проводя задумчивым взглядом прячущийся диск солнца. Хэйтен ничего не ответил на это, хорошо зная, что брюнетка часто цитирует слова из каких-либо песен или стихов — она никому не посвящает эти слова, это просто мысли вслух. — Чужие… — Тихий и хриплый голос, больше похожий на какое-то шипение, слышится где-то в двадцати метрах от ребят. Они синхронно смотрят в сторону источника звука, замечают пятерых мужчин. По-крайней мере, телосложение у них мужское. Лиц не видно: на них надеты длинные черные плащи в пол и капюшоны, скрывающие лица. У некоторых мужчин на правом плече, прямо поверх плаща, был нарисован странный символ, а у некоторых этот знак был на спине. Люси и Хэйтен напряглись, когда один из незнакомцев, тот что стоял во главе, высунул руку из-под плаща. Тонкие и длинные пальцы, кости которых просто обтягивала сероватого оттенка кожа, сжимали странноватого вида посох с фиолетовым шаром на верхушке. — Приказ: Убить. Приказ будет выполнен. Хартфелия с Хэйтеном не успели даже что-то предпринять, как двое из мужчин оказались рядом с ними, сбивая их с ног. Парень и девушка резко подскочили, уходя от следующего удара. Хэйтен сразу же выхватил из-за пояса маленькие метательные ножи, прицеливаясь. Может, в рукопашном бою он был и не плох, но бой с холодным оружием давался ему с трудом. Парень имел хорошую меткость, поэтому предпочитал метательные ножи или дальнее оружие. Люси же сразу выхватила свой кинжал, преображая его в огромную косу, попутно отпрыгивая от атаки противника. Враги оказались магами, и довольно-таки не плохими, но владели они лишь обычными заклинаниями разрушения — никаких подвохов, никакой оригинальности. Хэйтен и Люси ловко уворачивались и пытались сами нападать. Вот Хартфелия ударила рукоятью косы одного из магов по голове. Он упал на землю, а брюнетка, думая, что тот потерял сознание, обернулась к телу спиной, готовясь вновь ринуться в бой, но не тут-то было! Сильный удар в спину отбросил её на несколько метров, но косу из рук девушка так и не выпустила. Невольно взгляд брюнетки упал на Хэйтена, который сражался в нескольких метрах от неё… Он ловко бросал метательные ножы во врагов, попадая в живот, плечи, пронзая лёгкие и сердце, нанося не совместимые из жизнью раны, но… Враги лишь как-то неестественно выкручивали конечности, передвигали ногами и продолжали атаковать. Вот, один из ножей парня попал одному из магов в голову, сшибая капюшон. Волшебник тихо крякнул, а потом с грохотом повалился на землю, более не двигаясь. Но его лицо… Всё так, как описывал заказчик: сухая, морщинистая кожа сероватого оттенка, бледные губы, почти что лысая голова, но вот всё это — мелочи, по-сравнению с другим… У поверженного отсутствовала правая половина лица. Ну, в смысле, она была, но вот только куски мяса свисали со щеки, кожи не было совсем, а справа были видны белые, с кровавыми разводами, зубы, да и вообще целую сторону челюсти! Живой мертвец… Люси быстро оклемалась, помня, что осталось еще четверо. Девушка вскочила на ноги, а потом резко, с разворота, отрубила косой голову приближающемуся противнику. Больше он не оживёт. Хэйтен тоже понял, что нужно целиться именно в голову, поэтому сейчас, зная о слабом месте противников, ребята справились довольно-таки быстро. Девушка и парень переглянулись, а потом, кивнув друг другу, понеслись в сторону гильдии «Страсть Некроманта». Убить этих упырей невозможно обычными способами, а Стинг и Роуг со своими иксидами, наверняка, отправились уже зачищать гильдию. Они могут быть в опасности. И в доказательство тому — громкий взрыв и дым, валящий из самого дальнего здания. Гильдия «Страсть Некроманта».

***

(Рекомендация автора: далее лучше читать под песню Red — Figh Inside. Эта часть писалась именно под эту мелодию). — Какого хрена они не убиваются?! — Стинг в панике уже колотил всех, даже не разбираясь, кого именно. Роуг дрался рядом с ним, а иксиды стояли в стороне, и лишь при необходимости расправляли свои белые крылья и поднимали парней в воздух. Убийцы Драконов были уже довольно вымотаны, а врагов всё не убавлялось. Тёмные маги всё наступали, палили в них заклинаниями, но почему-то даже не думали об обороне, чем и пытались пользоваться маги «Саблезубого Тигра», но их заклинания не причиняли тёмным никакого вреда. Даже Белый Луч, который проткнул одного из магов «Страсти Некроманта» насквозь не убил его, а лишь немного ослабил — он продолжал двигаться и нападать, даже не обращая внимания на рану. Маги-то всё прибывали, но Мастера так и не было пока видно. Здание уже наполовину разрушено, взрывы и вспышки магии, а он всё не выходит из своего кабинета. Магический сосуд у обоих парней почти исчерпал себя, а они становились всё слабее и слабее — бой выматывал и здорово злил их. Они не ожидали такого крутого поворота событий, думали, что справятся вдвоём… Люси ушла, оставив их одних заниматься этим делом, поэтому подмогу ожидать бесполезно, ведь девушка уже, наверняка, едет на поезде по направлению в гильдию. Парни либо справятся, либо смогут каким-нибудь образом сбежать, либо станут очередными жертвами тёмных магов. Вот Стинг ударил заклинанием в очередного волшебника. Последнего откинуло немного в сторону, но он опять поднимается на ноги, вновь присоединяясь к бою. Эвклиф заскрипел зубами, борясь внутри себя со слабостью и усталостью. Блондин напряжен до предела, он выжимает из себя последние силы, ищет взглядом своего напарника и Лектора с Фрошем, чтобы убедиться, что всё с ними в порядке. Так и есть: Роуг дерётся с магами недалеко, а иксиды спрятались в месте подальше от поля битвы. Хорошо. Эвклиф вновь ринулся в бой, чувствуя, как доходит до черты — он на пределе. Чени тоже дерётся, иногда поглядывая на своего напарника, готовый в любой момент кинуться тому на помощь, если потребуется. Сейчас Убийца Дракона Тьмы в мыслях проклинает всё на свете… Это чертово задание, которое может стать для них последним; эту грёбанную гильдию «Страсть Некроманта», которая может стать могилой для них; этих странных и таких раздражающих тёмных магов, которые ни в какую умирать не хотят, и даже не отключаются; этого нахального и и уже ненавистного Мастера гильдии, который натравил на них своих «собак», а сам даже не выходит; эту эгоистичную и наглую чертовку по имени Люси Хартфелия, которая ушла вместе с Хэйтеном и бросила их одних, свалив всё на парней. Роуг был очень зол, внутри всё бурлило, а кровь пульсировала в мозгу, сердце учащенно билось, а на лбу выступила испарина, но лицо оставалось всё таким же каменным и непроницаемым, как всегда. Нужно действовать хладнокровно и не поддаваться своим эмоциям. Лектор и Фрош просто прятались в укрытии, наблюдая за боем со стороны. Иксидам было до ужаса неприятно и стыдно за самих себя, что они не могут ничем помочь друзьям. Они слабы, а в бою будут лишь мешать — это заставляло иксидов злиться на самих себя. Никчёмные и слабые, зачем они здесь такие? Они чувствовали себя бесполезными и ненужными в данной ситуации, а картина того, как их лучшие друзья почти сломлены и ослаблены, могут проиграть, неприятно саднила душу и рвала сердце в клочья. Вот Стинг пропустил один удар противника — это стало его ошибкой. Враги сразу же воспользовались слабостью Эвклифа и понеслись прямо на него, посылая в парня множество разрушительных заклинаний. Блондин уже было подготовился к худшему, но внезапно его кто-то пихнул в бок, опрокидывая на землю. Убийца Дракона Света провёл ошарашенным взглядом женский силуэт, ловко проскочивший мимо него. С удивлением на лице парень узнал в спасительнице свою напарницу — Люси. Хартфелия одним прыжком преодолела расстояние между ней и врагами, одним взмахов громадной и острой косы снося сразу троим головы. Кровь брызнула во все стороны, но брюнетка стояла достаточно далеко, чтобы на неё не попало. — Что, не ожидали? — Около Стинга на земле сидел Хэйтен, ехидно усмехаясь. Он быстро подскочил на ноги, резко дёргая за собой и Эвклифа. Враги еще не закончились, поэтому расслабляться рано. Синеволосый сразу же ринулся в бой, не давая блондину сказать и слова в ответ, но это пока подождёт — нужно справиться в данной проблемой. — Чени, Эвклиф! Цельтесь в головы! — Крикнула Хартфелия, ловко орудуя своим оружием, снося врагам головы одна за другой. Парни лишь кивнули и начали палить заклинаниями с новой силой. Есть надежда на победу, им помогли, напарница не оставила их. Это был, будто глоток свежего воздуха, у ребят открылось второе дыхание, а их магия стала мощнее. Враги падали на землю замертво, головы катились под ноги светлым волшебникам, а кровь… Нет, это была не кровь, а какая-то тёмно-багровая вязкая жидкость, лилась ручьями. Умершие некогда люди, воскрешенные в помощью тёмной магии, погибли вновь… Какая ирония. — Ты всё-таки вернулась. — Прошептал Стинг, стоя спиной к спине брюнетки. в ответ на эти слова Люси усмехнулась, обводя взглядом всех оставшихся врагов. Еще где-то человек тридцать. Какая же всё-таки большая была эта гильдия… А Мастер так и не показался пока. Он, вне всяких сомнений, будет довольно-таки сильным, ведь поддерживать жизнь сразу в стольких телах умерших одновременно очень сложно. Пусть он и не вернул этим людям нормальную внешность, пусть они были ходячими мертвецами, но их магия и их способности он смог воспроизвести. Убить их обычным способом невозможно, только ударом в голову, — как банально —, но мыслить, как нормальные, образованные люди, они вряд ли могут. Интеллект, наверняка, где-то на уровне животного — инстинкты. Хорошо выдрессированные животные, которые подчиняются лишь своему создателю, хозяину. — Вернулась. — Утвердительно кивнула девушка, уголки её губ приподнялись в ехидной усмешке, а в глазах, некогда холодных и безразличных, блеснул издевательский огонёк. — Без меня вы и шагу ступить не можете, идиоты. — Сейчас брюнетка уже открыто насмехалась над парнями. Стинга всегда бесил её нрав и стервозность, но её усмешка и слова не могли не заставить парня улыбнуться уголками губ. Раздражает. Жутко раздражает. Но всё же радует, что она их не бросила, не уехала, всё-таки волновалась. Победа была близка. Вот осталось всего несколько противников. Они не отступали, как сделали бы обычные люди, завидев, что остались в меньшинстве, а продолжили нападать далее, предпринимая тщетные попытки обыграть волшебников из «Саблезубого Тигра». Отточенные и совместные удары членов команды, резкие выпади, мощные заклятия и ловкие уклонения… Они дрались в унисон, а бой чем-то смахивал на танец. Стинг использовал магию света, а Роуг — тьмы… Это было красиво. На чёрно-белом фоне заклятий вели танец Хэйтен и Люси. Хартфелия в ближнем бой кружилась со своей косой, а голубоглазый умело орудовал метательными ножами, а иногда, когда враг подходил слишком близко, перерезал ему горло одним из своих клинков. Еще десять. Всё шло так хорошо… Ребята уже предвкушали скорую победу, Стинг и Роуг уже облегченно вздохнули, паля заклинаниями уже как-то на автомате, чувствуя, что финиш близок. Люси не смогла сдержать победной усмешки. Девушка посмотрела на Хэйтена, который дрался не так далеко от неё. Парень тоже ухмылялся, смотря на подругу, попутно добивая одного из ходячих. Вот Люси сносит голову еще одному противнику, облегченно вздыхая. Последний. Волшебница облокотилась о свою косу, переводя дыхание. Хоть, в конечном итоге, эти тёмные маги оказались не такими сильными, но всё-таки хорошенько потрепали ребят. Девушке тоже досталось: синяки и царапины по рукам, рана на правой щеке, порванная одежда и боль в теле. Парни выглядели почти так же, но зато на их лицах играли лёгкие торжествующие улыбки. Внезапно, сердце Хартфелии пропустило удар, а душа заметалась вновь. Противное чувство тревоги опять завладело её сознанием, а страх липкими путами окутал сердце. Брюнетка резко развернулась в сторону Хэйтена, громко выкрикивая его имя и паническое «Берегись!». Следующее, что видит девушка — это неестественно вывернутая в правую сторону голова верного друга и расширенные сапфировые глаза, в которых меркнет жизнь. — ХЭЙТЕН!!! — Слёзы непроизвольно брызнули из глаз брюнетки, а она сама, сломя голову, понеслась в сторону Хэйтена, то и дело спотыкаясь. Девушка подхватила падающее тело, падая около него, обдирая колени до крови. Она аккуратно приподняла голову друга, поворачивая его лицом к себе. Пустые, безжизненные сапфировые глаза обожгли её душу, сердце девушки разорвалось на части… Брюнетка, захлёбываясь слезами, даже не обращая внимания на крики парней и иксидов, которые только сейчас вышли из некоего транса, легонько похлопала друга по щекам. - Нет, Хэйтен, Хэйтен! Очнись, очнись! Умоляю! Умоляю! Умоляю… — С каждым произнесённым словом её голос становился всё тише и тише. Брюнетка натянуто улыбнулась, тяжело дыша, проглатывая слёзы, всё еще не веря в происходящее. Вновь и вновь, повторяя эти слова, брюнетка стала колотить кулаками по груди друга, в истерике крича: — Почему ты не просыпаешься, не двигаешься?! Хэйтен! Хэйтен! — Люси… — Тихий и неуверенный шепот Стинга никак не подействовал на брюнетку: она продолжала звать своего друга. — Люси! — Уже громче позвал её блондин, хватая вырывающуюся и бьющуюся в истерике, девушку за плечи. Чени и Эвклиф за время, проведённое вместе с голубоглазым, узнавали его понемногу, даже, можно сказать, нашли общий язык, от части. Парням сейчас тоже было не легко: Роуг был мрачнее тучи, его руки подрагивали, кулаки сжаты до хруста; Стинг говорил хрипло и надрывно, его руки дрожали, как и у Чени, а глаза как-то даже потускнели. — Прочь! Отпусти меня! Хэйтен! — Хартфелия рыдала навзрыд, даже не задумываясь о своей маске холодности и безразличия, она билась в истерике, вырывалась и кричала. В конечном итоге, брюнетка так зарядила блондину кулаком в челюсть, что тот пошатнулся и вынужден был всё-таки отпустить её. Девушке сейчас тяжелее всех. Люси вновь припала к телу друга, проводя дрожащей рукой по его шелковистых волосах, что-то шепча себе под нос. — У~у, как это мило… — Послышался откуда-то сзади насмешливый голос. — Мне нравиться смотреть, как вы страдаете. Плачь дальше, девчонка, зови своего друга громче! Это музыка для моих ушей. — Стинг и Роуг резко развернулись на голос, замечая перед собой мужчину лет двадцати девяти-тридцати. Тёмно-каштановые волосы взъерошены, болотно-зелёные глаза смотрят с явным превосходством и насмешкой, а тонкие губы растянуты в злобной ухмылке. Люси тоже обернулась в сторону, по всей видимости, Мастера гильдии «Страсть Некроманта». Слёзы всё еще ручьём текли по щекам, но в глазах полыхал огонь ненависти и злости. Волшебница заскрипела зубами, утробно рыча, подобно загнанному зверю. Лишь её глаза, вспыхнувшие алым цветом, и губы, скривившиеся в злобном оскале, не предвещали ничего хорошего. Небо окрасилось в алый, диск солнца спрятался за горами. Кровавый закат отразил огонь, горящий в алых глазах девушки.