Бог за 50 баксов

Мне казалось временами, что неделя проходит слишком быстро, а порой - слишком медленно. По ночам сомнения и воображение, которое рисовало будущее, всячески пытались убить меня вызываемым ими страхом. Да, мне было страшно. Не потому, что придется заниматься чем-то не законным (не трудно было догадаться, что за товар я буду толкать людям), а потому, что слова этого мистера Райта никак не хотели покидать моей головы и причиняли головную боль: "Если ты понравишься моим клиентам, то твои полномочия немного изменятся". О значении такой двусмысленной фразы можно только догадываться. Хотел ли он сказать, что меня просто повысят в должности, сменив мальчишку на побегушках на что-то более весомое, или тут кроется смысл, что со мной будут проделывать вещи подобным тем, что делал Билл? Нужно брать во внимание все варианты. Вплоть до последнего, от которого подступала к горлу тошнота. Подготовится заранее ни к чему невозможно, но зато это не будет шоком. Только разбитые надежды на лучший исход и сковывающий страх, что расползается холодным потоком в крови, заставляя сердце, колотится о ребра, а тело неметь. Я не хочу, чтобы со мной так поступали. Мне надоело каждый раз разочаровываться, глотать слезы и снова продолжать идти в неизвестность. Надоело ждать, когда бог Шерон увидит и услышит меня. Тетка все детство пичкала рассказами о нем. Говорила, что он есть воплощением милосердия и благодати. Он всех прощает и защищает независимо от того, какой человек. Он карает грешников за неповиновение. Он дает каждому только то испытание, которое мы можем вынести. Он справедлив и любит всех. Он то, он се. Безупречная истина всего и вся. Тогда почему именно я должен терпеть это дерьмо? Почему меня никто не спасает? Почему никто не даст шанса вырваться? В конце концов, за что я должен терпеть все это? Никто ответ на блюдечке с голубой каемочкой не принесет. Остается только временами жалеть себя в душе, утешая, что со временем все будет нормально и принимать условия игры. Все играют в нее. Мое девиантное отклонение никто не примет, никто не сделает исключение. Правила и суть давным давно стандартизировались временем. Меняются пешки, а игра продолжается. Вскоре она и меня поглотит полностью. Идти против всех. Идти напролом против системы и делать то, что тебе хочется. Воплощать свою мечту и озарять мир своей улыбкой счастья. Верить в непогрешность и святость людей. Быть собой и всегда и выходить за рамки всего. Нужно быть идиотом, чтобы верить в такую чушь и стремится реализовать эту херню. Жизнь грубо трахнута собой же во все свои сокровенные места, чтобы дать такой шанс и не отбирать назад в самый неподходящий момент. Ведь, если все будут сидеть на пилюлях пацифизма и филантропизма - мы потеряем то, что делает нас людьми. Вечный мир на планете на самом деле скучный и раздражающий своей правильностью. И с одной стороны хорошо, что человек может показать свою гниющую сторону. Но за что я должен порциями глотать за кого-то, кто на самом деле больше заслуживает такую участь, тонны дерьма? *** Мне не было смысла больше скрывать то, что я могу говорить. От раскрытия незначительного секрета на душе было немного пусто. Будто кто-то без приглашения открыл ларец и достал вещицу, которая не должна была попасться на глаза другим, но теперь все ее рассматривают и ждут непонятного чуда. Мне придется отвечать на вопросы. Придется говорить с теми, кого я бы предпочел игнорировать. Раньше все было просто. Людям не было толку до меня. Ведь что взять с немого мальчишки. Пока об этом знали горстка людей. Главное, что мистер Райт не знал. Билл не удосужился его предупредить о моем чудесном "исцелении". Немного позже, спустя время, после того, как он пытался донести до меня хромированным змеевиком, что такое хорошо, а что такое плохо, я попытался вспомнить наличие удивления на его ублюдочной роже, когда я выкрикнул слова в защиту мамы. Но ничего не вышло. Может, ему не было никакого дела или просто Билл не услышал. В любом случае, он узнал, что его сын обрел дар речи от моей школьной учительницы. Великое ей спасибо. -Эй, выродок, подойди сюда, - он поманил меня к себе пальцем. Мы находились в гостиной. Билл сидел в своем излюбленном продавленном вонючем кресле. За окном настал теплый вечер. Завтра я должен идти на свою работу. -Что тебе скажет мистер Райт - выполняй все. Абсолютно и без ошибок. Не вздумай пикнуть своим голосом ни перед кем. Ты понял? Я стоял в метре перед ним и кивнул в ответ. Глаза упорно смотрели на выцветший ковер. -Если он пожалуется на тебя хоть раз или, не дай бог, скажет, что ты не пригодный для работы, тебя ждет участь похуже, чем вся херня в преисподней. Потом он затянулся дешевой сигаретой. Запах дыма неприятно щекотал ноздри, и на несколько секунд пришлось задержать дыхание. Мне были не нужны его угрозы и предупреждения. И так было понятно, что одна малейшая ошибка гарантировала высококачественный пиздец моей заднице. Невозможно не натворить ошибок. Невозможно оставаться невидимкой до конца дней. Я пришел раньше назначенного времени в автомастерскую Райта. Оказавшись во дворе среди груд железа, скелетов машин и мусора, меня охватила нервная дрожь. Что делать дальше? Как себя вести, чтобы не сделать ошибку? Меня окружали гаражи и два одноэтажных построения, параллельно друг другу построенных. В одно мы заходили для беседы с моим боссом, а другое было замечено только сейчас. Не зная, можно ли входить в него, потому что до девяти утра было как минимум полчаса, или нет, я сел в тень на бетонный порог. Только сейчас дошло, как мне хотелось спать. Ночь была потрачена на раздумья и кошмары. -Мальчик, что ты тут делаешь? От неожиданного обращения чужого голоса из ниоткуда, тело подскочило, и сон как рукой сняло. Ко мне направлялся мужчина лет тридцати пяти с загорелой кожей. Он вытирал темные пятна с рук тряпкой. -Так кто ты такой? Представиться? Но мне сказали молчать. И что скажет на это мой босс? Выходит, что его обманули уже с самого начала. Как выучить язык для немых за тридцать секунд? Глаза мужчины щурились от падающих на его лицо лучей солнца. Тишина давила. Он ждал ответа, а я разрывался между дилеммой говорить или не говорить. Ситуацию спас сам босс. Железная дверь жалобно проскрипела, впуская человека. -Доброе утро, мистер Райт. -Привет, Даги. Мужчина двигался к нам медленной походкой. На нем был костюм. Несколько поношенный, но не суть. Глаза скрывали солнцезащитные очки. -Мистер Райт, этот мальчишка, по всей видимости, ждет вас, - Даги кивнул головой в сторону меня. -Да. Познакомься, это Алекс. Будет работать посыльным. Он не разговаривает. Даги посмотрел на меня тем взглядом, который я видел множество раз: сначала мысленно жалеют, будто могут понять, проникаются фальшивой симпатией, а затем забывают о моем существовании. Хотя винить его в чем-то у меня и в мыслях не было. Никто не обязан мерить мою рубашку из всякого жизненного отребья и заботится. Но, блядь, неужели нельзя обойтись без этого фальшивого блеска всея понимания в глазах? -Ты пришел немного раньше, но так даже лучше. Мы оказались в его кабинете. С прошлого моего визита ничего не изменилось. Врядли тут вообще что-то изменится. Запах стоял тот же. Свежий воздух сюда поступает, наверное, только тогда, когда открываются-закрываются двери. Мужчина сел, и стул жалобно простонал от тяжести. Райт достал сигару. Выпуская дым из носа, будто китайский дракон, он стал объяснять мне принцип на первый взгляд легкой работы. -Работа заключается в том, что ты будешь передавать товар от меня другому человеку. Иногда поставщиком будет другой человек. Тогда ты идешь к нему, а потом к заказчику. Что ты берешь в руки - не имеет значения. Главное - это передать и забрать деньги. Дым от сигареты расползался по помещению плавным туманом и заставлял слезиться глаза. Никотин пробирался через нос и достигал легких. Я старался подавить в себе кашель, что рвался наружу, от чего лицо постепенно краснело от усилий. Босс тем временем продолжал: -Твой отец сказал, что ты перестал разговаривать из-за шока от потери матери. Если ты все же заговоришь, в этом не будет ничего страшного. Главное, чтобы твой рот знал, когда открываться, а когда нет, - его глаза прищурились, смотря на меня. Стало не уютно, и я поежился. -Работать будешь поначалу не один. Тебе поможет на первых порах Стив. Количество товара и получение денег от клиентов не очень большое. В такой мелкой работе как раз нужен мальчишка. Надеюсь, что ты будешь не заметным. Все понятно? Я кивнул в ответ на его длинный монолог. -Тогда подожди снаружи. Скоро должен появится Стив. Милый дяденька. Таких можно держать воспитателями в младших классах. Дисциплина будет отменная. За весь наш односторонний диалог мне хотелось сбежать. Он не внушал спокойствия, не излучал лучи добра и вряд ли переодевался в сочельник в костюм Санты, чтобы развеселить детишек, но и ужаса как такового не внушал. И все же, мне не нравилась эта работа. Подсознательно я чувствовал, что это будет скользкая дорожка, но никто не показал за какие выступы держаться руками, чтобы не упасть и ползти дальше. Ведь тут приходится быть новичком. Стив оказался рыжеволосым подростком пятнадцати лет с веснушками и кривыми боковыми зубами. Пока я сидел на ступеньках и изучал внутренний двор мастерской, на меня упала тень. -Ты Алекс? Надо мной возвысился парень в рваных джинсах и черной куртке, которая явно не подходила к летнему сезону. Голова произвела кивок. -Меня зовут Стив. На его лице появилась широкая улыбка. Стив протянул ладонь для пожатия. Сначала я не сразу понял, что парень хочет. Не часто приходится пожимать руки, приветствуя кого-то, но худая кисть с тонкими детскими пальцами все же оказалась в теплой белой ладони. -Норман сказал, что ты не разговариваешь. Надеюсь, что ты поймешь все, что я буду говорить, - он почесал затылок правой рукой, кидая на меня немного смущенные взгляды. Понять его легко: не каждый день приходится работать с "немым" ребенком. - Проблематично будет, если у тебя возникнут вопросы. Я не знаю язык немых. Я тоже, хотелось бы сказать. Мы отправились в противоположную от моего дома сторону. Туда, где наркотики несильно стараются прикрыть при виде полиции, а проститутки могут принимать клиентов прямо в переулке между домами. Веселая атмосфера игры во взрослых. Все вертится вокруг зеленых бумажек, ради которых человек способен пойти на невозможное, сделать все, чтобы заполучить этих чудных временных друзей. Можно обменять их на что угодно, но, в конечном счете, ты будешь зависеть от них всю жизнь. До конца своих гребаных никчемных дней. Принимать, отдавать, снова принимать и все будет мало. Всегда недостаточно. Сегодня они дарят тебе возможность пить вино времен правления Наполеона, а завтра придется глотать собственное дерьмо, чтобы вернуть расположение переработанной древесины. И так по кругу. Зеленые купюры умеют заставлять человека отбрасывать свою сущность. Ирония в том, что этот геморрой придумали сами люди, ожидая, что детище их великой идеи поставит экономику многих стран на ранг выше, чем в былые времена. Беспрерывная кабала по жизни. Деньги умеют вызывать зависимость. Главный наркотик именно они. Ведь, чтобы получить дозу кайфа, нужны деньги. Чтобы быть главным в подобном бизнесе, нужны деньги. Чтобы быть уверенным в завтрашнем дне и не заставлять других убирать свои вышибленные мозги по всей квартире, а патологоанатомов засовывать кишки обратно в брюхо - нужны деньги. Зеленый босс впитывает эмоции людей, на него попадает кровь, но сам он остается чистым, переходя из рук в руки, как дешевая раздолбанная шлюха, при виде которых случаются припадки радости, алчности и возбуждения. Никто не чувствует запаха, но всех вставляет от него не хуже, чем от самого отборного белого волшебного порошочка. *** Стив водил меня по грязным переулкам, ведя лекцию о безопасности в случае чего. Даже если полиция не особо обращает внимания на низкосортные сделки, облавы все же случаются. Тогда никто не посмотрит, есть ли среди взрослых ребенок или нет. Все внимание нацелено на перекрестный огонь двух группировок или какой-нибудь банды и людей в погонах. Вероятность, что меня заметят, мала, но возрастают шансы, что мою тушку найдут где-нибудь в углу через пару дней. Почему именно меня взяли быть мелким посыльным? Потому что я ребенок, немой и никто особо бдительность не включает при мне. Так легче производить мелкие сделки без убытков и передавать информацию. -Я буду с тобой ходить, пока ты не запомнишь месторасположение всех точек. Ещё тебе нужно знать, кого остерегаться и к кому идти, если будут проблемы. После каждого объяснения Стив спрашивал все ли понятно, на что мне приходилось кивать. К концу дня я был похож на игрушку на пружинке из коробки. Парень был весьма занятным. Сам он не сказал, кем работает. Может, тоже посыльным, как и я. В первый день меня только представляли людям, которые сбывают товар другим. Необходимо было знать мальчишку Нормана Райта в лицо. Так я познакомился с Большим Бобом, Питом Блоу, Джеком Россом и Ченом Ли. Последний был китайцем, и на счет него Стив предупреждал быть осторожным. Из всех приятное впечатление оставил только Большой Боб. Это был высокий негр с плотным телосложением и огромными руками. Он взъерошил мои волосы своей пятерней и рассмеялся, показывая белоснежные зубы, которые производили яркий контраст с черной кожей. Боб оказался весельчаком. Даже трудно представить, что он был ещё одной ячейкой в бизнесе. Я ему понравился, невзирая на мою угрюмую физиономию. На небе уже замаячили сумерки. Сердце Стоктона постепенно начало просыпаться. Ночью все было иначе, нежели днем, хоть действия и имели похожие черты. Повсюду мелькали зажигающиеся огни из окон домов, включались баннеры, вывески магазинов, борделей. Это был не центр, где все происходило в относительной тишине и за плотными ширмами от свидетелей. Тут все было немного иначе. Атмосфера стояла более оживленной, заставляющая всегда быть начеку. Откуда-то слышался смех, по одну сторону от меня крики женщины, по другую жаркий спор, наполненный бранью, издалека слух уловил хлопки. Может, "хлопки" являлись выстрелами, а, может, обычными петардами. Я не стал вдаваться в рассуждения, и пошел дальше за Стивом. Когда мы направлялись в сторону моего дома прочь из этой дыры, кто-то свистнул, обращая на себя внимания рыжеволосого проводника. Спокойной походкой к нам подошел парень на вид лет двадцати. За ним подоспели ещё три человека. -Что тебе нужно Шон? -И тебе привет, Стиви, - улыбка, появившаяся на лице шатена мне не понравилась. Краем глаза я заметил напряжение мальчишки Нормана. -Стиви, ты ведь не забыл про сроки? - парень, стоящий слева от Шона, раскачивался на пятках, засунув руки в карманы куртки. У всех был насмешливый и ожидающий взгляд, будто хищники, которые ждут, пока рыжий сделает неверный шаг, чтобы разорвать его на части. Я был тут явно лишний. -Не стоит, парни, утруждать себя напоминать очевидное. Я все верну, - как бы он не старался замаскировать напряженность за непринужденностью, голос его все равно подводил. -Осталось совсем мало времени, Стиви. Надеюсь, ты не опоздаешь и не будешь заставлять моего босса видеть недостачу. Ты ведь сам понимаешь, что потом с тобой будет. Шон приблизился вплотную к подростку и шептал подробности из его скорого будущего на ухо. По всей вероятности, дела обстояли худо. Затем, его взгляд переметнулся на меня. -А это кто? -Он работает у Райта. -Ммм, - шатен прошелся по мне оценивающемся взглядом. Я смотрел на него, ощущая омерзение. Мне не нравился этот взгляд. В последнее время хотелось, чтобы обладатели таких взглядов ослепли навсегда. - И кем же он работает у него? -Посыльным, - Стиву, так же не терпелось сбежать от них подальше. Шон рассмеялся режущим слух смехом. -Думаю, потом он поменяет работенку. С таким личиком обычным посыльным долго не работают. Внутри возникло непреодолимое желание убить их всех, заставить прекратить на меня пялится, втоптать их глаза в грязь. От возрастающего гнева становилось жарко. -Не пытайся его о чем-либо спрашивать - он не разговаривает. -Тем для него лучше. До скорого, малыш, - рука незнакомца потрепала меня по щеке. Как только мы остались одни, я с ярым усердием пытался рукой стереть с щеки ощущения прикосновения Шона. Кожа постепенно начинала гореть под пальцами. Мерзко. Все чаще было заметно, что прикосновения мужчин вызывали тошноту, мурашки омерзения и страх. Спасибо Биллу. Стив молчал довольно долго. На лицо опустилась серая тень раздумий, терзаний и сомнений. Он был напуган. Как бы ни было велико желание утешить его, ничего не выйдет. Я бесполезен. По пути домой в голову лезли всякого рода вопросы. На ответы было страшно задумываться. На хэппи-энд в этой игре не стоит рассчитывать. Нужно обрезать углы, где притаилась надежда на шанс, что мне выпадет Флеш Роял и я буду до конца жизни купаться в шампанском "Дом Периньон", держа в руках дорогую сигару. Только полные придурки верят в лучший исход и закрывают глаза на реальность, а потом лежат под высотными зданиями или на полу возле ванны в красном озере. Роль мне не нравится, но придется по максимуму отбирать у жизни то, что по праву принадлежит мне. Даже, если я не почувствую дыхание размеренного тихого счастья, и в конце просто буду очередным неудачником, возомнившим себя бог знает кем, мне не хочется уходить просто так.