Шоссе 66

Они уже проехали Флакстафф, оставив позади очередную дымящуюся могилу. Это значило, что с призраками покончено. Но Стейси по-прежнему сидела на заднем сидении винчестерской Impala67 и по-прежнему хранила молчание. С самого Уильямса она не произнесла ни слова, не реагировала ни на что. Только копая до пота на кладбище, один раз попросила кинуть ей керосин. Братья всерьёз озаботились её самочувствием, и, может быть, поэтому не пустили её в одиночку добираться до Иллинойса через полстраны. Потому что обычно они не утруждали себя дальними переездами ради случайных охотников. Новые города, мотели, комнаты… Вот они пересекли границу штата. Вот они уже в кафе в Альбукерке. Свернули с сорокового шоссе, пересекли Техас, Оклахому, въехали в Канзас. Прошла неделя, уже пошла вторая, а они всё ещё с ней. Или она с ними. Стейси и сама не могла понять, что делает в их машине. Зачем они с ней? Зачем они ей? После того sms она уже не могла спокойно спать. Только решив, что всё ушло вместе с Грантом… Нет. Она опять кричит по ночам, обливается холодным потом. И молчит. Всё время молчит. А что она может им сказать? Они уже подбирались к Канзас-сити, когда вдруг у Стейси неожиданно зазвонил телефон: Шейн давно уже не давал о себе знать. Номер не определился, но она всё равно ответила. — Да? — осторожно спросила она. Ребята вздрогнули: они уже успели отвыкнуть от звука её голоса. Ей никто не ответил. В трубке слышны были только какие-то помехи, шорохи и ещё какие-то неопределяемые однозначно звуки. — Что там? Всё нормально, Стейси? — обеспокоенно спросил Сэм, но девушка жадно вслушивалась в потрескивания телефона. И шла запись. Её собственное мнение насчёт безопасности. — Это ты во всём виновата! Ты нас убила! Ты должна была нас защитить, Стейси! — холодный скрипящий голос пробрал её до самого сердца. Её словно прошило током насквозь: от головы до пят. Непроизвольно девушка дёрнулась, отбрасывая от себя мобильник с таким видом, будто это ядовитая змея; хотя змею бы она просто прикончила. Дин вдавил до упора педаль тормоза. Из-за того, что аппарат прилетел в него, машина чуть не улетела в кювет, но опыт никуда не деть: аварийной ситуации удалось избежать. — Стейси, что случилось? — Сэм безуспешно пытался вернуть девушку в реальный мир, но она только беззвучно шевелила губами с невыразимой скорбью и ужасом на лице. Дин подобрал её телефон и приложил к уху: — Ты должна была нас защитить, Стейси! Ты во всём виновата! — Что там, Дин? — старший Винчестер молча протянул брату трубку. Он задумчиво посмотрел на Стейси, пытаясь привести всё, что он знал к общему знаменателю. Но ему не удавалось. Её срочно нужно привести в чувство: только она способна прояснить всё это. Сэм, с какой-то смесью недоумения и недоверия к только что услышанному, посмотрел на Дина, который ответил ему точно таким же сосредоточенным непонимающим взглядом. Он отключился. — Стейси, кто это? Что это, Стейси? — с нажимом спросил Сэм Винчестер. Девушка, буквально вдавившаяся в заднее сидение автомобиля, выглядела словно умалишённая… Глаза ни на что не фокусировались, бледную её начала бить мелкая дрожь, она кусала губы до крови, кровь тонкой струйкой стекала на подбородок… — Так! — Дин вышел из машины и влез на сидение рядом со Стейси, — Рассказывай! — потребовал он, пододвигаясь поближе. Сэм передал ему платок, не переставая следить за девушкой. В момент, когда Дин коснулся тканью её лица, она схватила его руку, размазывая кровь под губой, и полными слёз глазами посмотрела вдаль. Рот мучительно искривился, с болью в голосе она прошипела: — Нельзя было их пускать! Этого бы не случилось… — Кого пускать? — заглядывая ей в лицо, спросил Сэм тихо, — Что случилось? — Мэй… — еле слышно прошептала она. И вдруг сжала пальцы Дина с такой силой, что тот даже на долю секунды удивился, откуда она в этой девушке. Дин… Чтобы понять, что случилось, он мог бы даже не слушать дальнейшее, — Они мертвы! — одними губами пролепетала Стейси; Винчестеры напряжённо смотрели на неё, — мертвы… — заплакала девушка, запустив пальцы в волосы. — Нам будет проще тебе помочь, если ты всё расскажешь. Всё как есть, — попросил Сэм, — По телефону… — он сглотнул, — Это была Мэй? Это её голос? — Да… — За что именно она тебя винит? — Я должна была их защитить, — Стейси подняла глаза на Сэма, — Или никогда не пускать в свою жизнь… — Кого их? Защитить от чего? — Маленький сынок… Она хотела, чтобы я была его крёстной, — бесцветно ответила девушка, — Она привезла его сюда… и написала… — От чего защитить, Стейси? Им что-то угрожало? — Сэмми Винчестер принял на себя ведение этого разговора; Дин же просто сосредоточился на девушке и её ответах. — Моя жизнь… — разговаривать с ней — всё равно, что с роботом, — Моя работа. — Ты знаешь, что их убило? — осторожно спросил младший Винчестер. Старший напрягся. Внезапно Стейси ответила Сэму серьёзным и сосредоточенным взглядом: ей в голову пришла какая-то мысль, которую она всё же предпочла оставить при себе. — Стейси? — вмешался Дин. Она перевела взгляд на него. — Их убили в Джуно… — её глаза забегали точно с той же скоростью, что и шевелились извилины. — Подожди, — Дин взмахнул рукой, — А откуда ты вообще узнала об этом? А, главное, когда? — он посмотрел на брата, а потом вернулся к девушке. — В тот день, когда мы уехали из Уильямса…– предположил Сэм, ни мало не сомневаясь в своей правоте; но, тем не менее, он уточнил, — …так? — Да. Это смс… — Смс? — недоумённо спросил Винчестер-старший, — И от кого? — Шейн. — Шейн? — переспросил он, — Опять Шейн?! — теперь уже глаза забегали у Дина, — Не слишком ли часто в последнее время мы слышим это имя?! — Дин прав. Ты хорошо знаешь этого Шейна? Откуда он в курсе жизни и смерти твоей сестры? Вы настолько близки? — Мэй — не моя сестра, — она мотнула головой. Братья озадаченно переглянулись. — Эмм… А кто она, Стейси? — аккуратно поинтересовался Сэм, — Подруга? — Единственное, что связывало меня с нормальными людьми… Да, она мне подруга, — вздохнула она, — Из той части прошлого, где я — ещё странный, дикий, напуганный ребёнок… «Ты и сейчас дикий и напуганный ребёнок», — вертелось у Дина на языке. И вот она минута откровения. — Как вы с ней познакомились? — ухватился он. Стейси внимательно на него посмотрела, о чём-то задумалась, но, после короткой паузы, ответила: — В интернате… — Винчестеры готовы были услышать любую историю, но эту, пожалуй, не особенно; виду они не подали, а лишь сощурились, обмозговывая и ожидая, что последует дальше, — …для детей, чьих родителей лишили этих самых родительских прав за то, что были слишком «любящими», — она пыталась скрыть своё отвращение к сказанному за маской безразличия с налётом циничности, но голос всё равно предательски дрогнул на последнем слове. — Она тоже попала туда? — неловко спросил Дин. — Попала? — парень немного смутился, пожав плечами, — Нет, она туда не попадала. Она там работала. — Она была добра к тебе, поэтому ты к ней привязалась? — Сэм принимал тот самый сочувствующий и сострадающий вид, перед которым даже мужчины размякали, не чувствуя подвоха в странных вопросах собеседника. Она уже писала об этом в дневнике. Даже хотела не замечать, но опять не получилось. Этот взгляд… — Добра. Один из двух… нет, трёх… да, трёх людей, проявивших ко мне участие, — и тут же, чтобы хоть как-то сгладить свою, как она считала, слабость, с вялой усмешкой добавила, — Вот такая сентиментальная, представляешь, оленёнок? — А отец входил в это трио? — чуть грубовато вставил Дин, за что был награждён неодобрительным взглядом Сэма и покачиванием головы. Девушка на это отреагировала резко: — Он входил в другое трио! — она отвернулась, — Не нужно было поднимать эту тему! — и тут же попыталась выйти. Дин схватил её за руку — девушка сразу взвилась, — Что это? Допрос? Пытать будете? — Стейси, успокойся! Никто не собирается тебя пытать! — пытался вразумить Сэм, пока Дин пытался удержать её в машине, едва не получив при этом в нос. В итоге вдвоём они кое-как угомонили девушку. — Ладно, — она перестала брыкаться и даже изобразила на лице заинтересованность, — В чём дело тогда? — Почему ты всё время избегаешь разговоров о нём? Что вас связывало? — в лоб спросил Дин, ослабляя хватку на запястьях девушки — в этот раз она не убежит. Стейси почти не изменилась в лице. Сэм заметил лишь секундное замешательство, в которое загнал её старший из братьев своим последним вопросом. Всё это не могло не вызывать любопытство. Парень заблокировал дверь и теперь держал руку на «замке», ожидая, что скажет девушка. — Не избегаю, — бесстрастно ответила она, — Вы знаете всё, что вы должны знать, — продолжила Стейси с некоторым нажимом. — Гораздо больше нас интересует то, что мы, по твоему мнению, не должны знать, — сказал Дин в той же манере. — Стейси, ты должна понять: это же наш отец. Мы должны знать о нём всё, — Сэм попытался смягчить слова брата. — Если вы не знаете о нём всего, значит, так он хотел. Какое я имею право выдавать вам сейчас то, что вы не заслужили знать за все эти годы? — Стейси казалась сейчас неприступной каменной стеной. К её чувствам взывать бессмысленно, решил Сэм, она всё равно не скажет. А полсекунды спустя он понял, чего ожидать от разговора дальше, ещё до того, как это было произнесено. — Не заслужили?! — старший Винчестер даже позеленел от злости, — Значит, не заслужили?! — Стейси слегка удивилась такой реакции, но её лицо по-прежнему оставалось непроницаемым: ни морщинки, — За все эти годы не заслужили?! — его глаза метали молнии, но было не понятно, на кого он злился. Кажется, она, сама того не ведая, наступила Дину на больную мозоль. Несомненно, Дин Винчестер любил и уважал отца, его авторитет был для него непререкаем: а он был хорошим сыном. И именно это и бесило его больше всего: после всего того на, что он шёл ради семьи, он не заслужил полной открытости?! Обида и недоумение подкреплялись ещё и тем, что совсем недавно вскрылся большой обман Сэма с его телепатией. Долбанная «электроника»! И почему он так и не заслужил право на эту полную открытость и любую правду, какой бы она ни была? — Дин, она совсем не это имела в виду! — вмешался младший, словно только что прочитал мысли брата, — Успокойся! — А что она имела в виду? — с холодной яростью спросил тот, вновь с силой сжимая её запястья, — Что ты имела в виду, Стейси? — с напускным равнодушием произнёс Дин, обращаясь к ней, — Что ты имеешь право знать то, чего не достойны мы? Мы?! Из-за нарушенного кровообращения её пальцы стали совсем ледяными, но она не выдёргивала рук. Стейси смотрела на него странным, непонятным взглядом. Внезапно Сэм понял — сейчас рванёт. — Имею право, — тон был не теплее лишённых притока крови конечностей, но Дин был всё ещё полон праведного гнева и не был столь проницателен, как его брат, — Есть основания полагать, что до этого вы ещё не доросли. Вы и не поймёте никогда. Вам это не доступно. Вы — не я, — она говорила медленно, выделяя каждое слово, — Вы расстроены тайнами отца? Бедные, — уже сильно воняло сарказмом; Дин скривился, — Может, есть что-то ещё? Может, побои, издевательства, попытки изнасилования в 5ти-6тилетнем возрасте? Нет? — разговор принимал неожиданный оборот; он набирал скорость. Винчестер-старший даже забыл про злость: сейчас он медленно менялся в лице, — Может, натравливал своих приятелей? Тоже нет? Тогда, может быть, убил единственного неравнодушного к вам человека только потому, что в штанах зудело, а тот мешал?! — Стейси понесло. Она уже не могла остановиться: слова лились из неё мощным потоком. Так долго ей нужно было молчать… плотину прорвало. А что братья? Когда-то (кажется, почти жизнь назад) Грант уже прозрачно намекал на всё это: каждый из них тогда понимал на что. Но всё равно от подобных откровений в них начинали копошиться самые разные чувства: от жалости до желания добраться до того ублюдка, пусть даже не на этом свете! Незаметно для себя, Дин выпустил её руки; зато непроизвольно сжались кулаки. — Но если вы думаете, что с интернатом что-то изменилось, то вы ошибаетесь. Каждый раз приходилось доказывать, что ты — не добыча, не жертва. Вот откуда эта страсть к холодному оружию, которая однажды спасла мне жизнь! И не только мне! И после этого Джон ещё смел утверждать, что всё это — романтизм?! — братья не сводили с неё сосредоточенных взглядов: почему? Почему сейчас? — И это, по-вашему, не судьба? Даже колледж стал подготовкой вовсе не в космонавтике. Я была рождена для этого, — Дин отрицательно покачал головой: «Боже, Стейси, что ты несёшь?!». Но она не обратила на него внимания: неужели она дала волю словам? — Нужно было оградить её от себя. Я должна была перестать с ней общаться, чтобы она не пала жертвой чьего-то возмездия мне! — в глазах у неё засверкали недобрые огоньки.– И уж тем более не стоило даже пытаться заводить семью. Я лишилась ребёнка. Значит, не достойна была его носить, родить и воспитать. Не достойна нормальной жизни, — она бросила эти слова с надрывом. Нет, не заплакала, но она оборвалась… — Что ты такое говоришь?! — не выдержал Сэм, — Ты достойна многого! Да ты спасла нам жизнь, понеслась за тем бродягой Томом, даже не задумываясь! Не нужно так говорить! — он положил руку ей на плечо, — Просто… — …не всегда получается так, как мы хотим, — тихо закончил за брата Дин, — Очень жаль, что погибли твои друзья. Правда. Мы ещё отомстим тем, кто это сделал! — Стейси посмотрела на него почти с благодарностью, — Жаль твоего ребёнка. Но, видно, такова судьба охотника — не иметь нормальной жизни. Может, нам и не жить в доме с белым штакетником, не участвовать в конкурсе на лучший дворик и не оставить после себя потомства. Зато мы можем обеспечить такую жизнь другим, занимаясь нашим делом. Спасать людей от немыслимого для них зла, — на глаза девушки выступили слёзы. — Почему мы должны всем жертвовать? Сколько ещё должно погибнуть наших близких, чтобы, спасти кого-то от того, за одно упоминание о котором нас сдадут в психиатрическую лечебницу? На эти вопросы у братьев не было ответов. Каждый из них хотя бы раз задумывался над тем, что было бы не появись сверхъестественное в их жизни, не погибни тогда их мать на потолке в детской. Дин даже успел попробовать такую жизнь. Пусть иллюзорную, но всё же жизнь. Он обнял девушку. Только её голова легла на его плечо, как она разразилась рыданиями, которые давно рвались наружу. Нет, они определённо, понимали, что она чувствует, что бы та ни говорила. Ведь так?

***

После этого инцидента общение в разы упростилось: Стейси по-прежнему много молчала, но теперь было понятно почему. Они не дергали её, не пытались больше вывести на разговор о Джоне. Пусть расскажет, когда будет готова. А сейчас нужно добраться до мастерской в Чикаго. Зачем, братья не знали, хотя Дин догадывался, памятуя про её дневник. Девушка была благодарна Винчестерам за то, что не бросили её в очередной раз, а ведь могли. Она-то себя знала: знала, что давно вынесла весь мозг ребятам. А особенно, старшему, периодически нарочно провоцируя конфликты между ними. Сэм-то мягче реагировал на все её выпады, поэтому лбами они не сталкивались. Стейси стала теплее относиться к братьям и начала бояться, что может опять их вовлечь во что-то нехорошее. Но ей не хватало духу прогнать их, как не хватило его тогда в Уильямсе. Наверное, она просто начала привязываться к ним, как когда-то к старику Джеку, который относился к ней по-настоящему, по-отечески… и который погиб от лап того животного, что однажды породило её на свет. Вероятно, с тем, какую судьбу принимали люди, которые были ей хоть как-то дороги, она начинала воспринимать себя как беду для них. Может быть, поэтому ей так хотелось, чтобы братья оставили её? Всё её естество было против того, чтобы продолжать с ними путь. Хоть Стейси и не признавалась даже самой себе, но, похоже, это была действительно привязанность, страх за милых сердцу людей. Но ещё так отчаянно наивно хотелось, чтобы был кто-то, кто думал бы о тебе и переживал, прикрывал бы тебе тыл, а когда трудно, помог бы устоять на ногах, и не сдаться, когда всё будет невыносимо плохо. Они вместе всего пару недель, но сейчас им нужно было бы только намекнуть, чтобы она, не раздумывая, бросилась на верную смерть: лишь в пасть оборотню или даже в огонь Преисподней. Такие, как она, чувствительны к доброте больше, чем кто бы то ни было.

***

— Через полчаса мы подъедем к городу, — проинформировал Дин зеркало заднего вида. — Вот и славно, — ожила Стейси. — Мы сразу поедем громить мастерскую или перекусим сначала? — Зачем откладывать? — ответила она, — Хотя сначала я бы навестила другое место. — Что за место? — спросил Сэм. — Там кормят? — добавил Дин. — Там не то чтобы кормят, но вам понравится, — девушка хитро прищурилась. — Чтобы мне понравилось там, где не кормят, это должно быть… — Заткнись и веди машину, — грубо, но совершенно беззлобно, оборвала его Стейси. Дин собрался было сказать что-то особенно резкое и остроумное, однако, случайно бросив взгляд в зеркало и увидев в нём отражение с выражением полнейшей невинности в глазах, лишь выразительно вздёрнул бровь и поджал губы, качая головой. Младший Винчестер даже удивился: не похоже на Дина, ведь обычно подобное лишь побуждение к ответному действию — Дин редко оставался в долгу, да и за словом в карман не лез. — Как хоть называется место, где нам должно понравиться? — вместо заготовленной остроты спросил Винчестер-старший. — «Real art». — Чего? Это ещё что такое? — опешил Дин, и с умным видом добавил, — Предупреждаю, постмодернизм — не мой конёк. — Дин, причём тут постмодернизм? — в ответ на профессорский Сэмов тон тот лишь раздражённо повёл плечами, мол «я почём знаю? чего привязался?» — Ты вообще разбираешься в искусстве, помимо той его части, которая связана с ню?! — С чем? — Дин недоумённо сдвинул брови, — Каким ещё ню?! — Ню, красавчик, от слова nudite, — вмешалась Стейси; а то Сэмми Винчестер уже даже воображаемые очки поправил. Во всяком случае, девушка себе это живо представила, настолько вид был у того соответствующим, — Дальше, я думаю, сам дорисуешь? — «красавчик» понимающе хмыкнул: его воображение уже, кажется, всё, что нужно дорисовало и без понуканий. Впрочем, вряд ли это было действительно понукание, в узком смысле слова.

***

Спустя какое-то время выяснилось, что «Real art» не имеет никакого отношения ни к реализму, ни к постмодернизму, ни к какому-либо другому стилю художественного искусства вообще. Всё оказалось тривиальней некуда. — О да, действительно, реальное искусство, — одобрительно кивал Дин, оглядывая фигуристых официанток и полуголых пышногрудых танцовщиц, то и дело появляющихся в кадре. Впрочем, у Дина автофокус на такие вещи. Сэм же выглядел куда более сдержанным, хотя по нему тоже нельзя было сказать, что ему всё это так уж не нравилось. Не нравилось ему только одно: он не понимал. — Стейси, — позвал парень, пытаясь перекричать музыку, пока они протискивались… эмм… собственно, он даже не знал куда, — зачем мы здесь? — Развлекайтесь, ребята! — она гостеприимно развела руками, пока их не отшиб кто-то из танцующих, и слегка улыбнулась, — Вы это заслужили! — и Дин был с ней полностью согласен. Но, а Сэм не унимался. — Ты же, вроде, не хотела откладывать, — напомнил он, — Или это подпольный сервис? Здесь торгуют левыми тачками? — Да ладно, Сэмми! — старший брат похлопал его по плечу, — Расслабься, чувак, посмотри, какое ню! — довольно причмокнул Дин, «поймав» в прицел ещё одну грудастую красотку. Сэм собирался было что-то сострить насчёт того, каким местом тот думает вместо головы, но тут Стейси толкнула его к стойке. — Закажите пока что-нибудь, — она приветливо улыбнулась бармену, словно здороваясь; а пока младший Винчестер недоумевал, что бы это могло значить, почти мгновенно скрылась из виду в ближайшем дверном проёме. — Может, она здесь работала, — сострил старший, от которого тоже не укрылся факт знакомства их «боевой соратницы» с молодым человеком за стойкой. — Что будут пить друзья Изабель? — парень подплыл к братьям и услужливо склонил голову. Дин, успевший стрельнуть у кого-то солёный арахис чуть им же не подавился. — Чьи? — хрипло спросил он, пытаясь вернуть бобовое в «то горло». Сэм преувеличенно заботливо похлопал брата по спине, да так, что тот только вернувший всё на свои места, чуть вновь не подавился. — Два пива, пожалуйста, — попытался скрыть оплошность старшего Сэмми; и бармен обернулся к холодильнику. Сиплым голосом Дин прошипел: — Ты охренел совсем?! Угробить меня хочешь?! Так и… Винчестер-младший в ответ сделал круглые глаза и выразительно на него глянул, и тот осёкся на полуслове, тоже заметив вернувшегося к ним бармена. — Пожалуйста, два пива. Вы не сказали каких, я принёс тёмное, — Дин изобразил благодарность, и тут же незаметно закатил глаза. — Спасибо, — поблагодарил Сэм, — А откуда вы знаете Изабель? Она о вас ничего не рассказывала. — Дилан, — парень улыбнулся и поочерёдно пожал руку Винчестерам. Познакомившись, он продолжил, — Она раньше здесь работала. Дин хмыкнул в бутылку: — И кем же? Стриптизёршей? — и послал Сэму возмущённый взгляд, за то, что парень тут же пнул его под стойкой. — Ну да, — не заметив подвоха, ответил тот. Теперь уже чуть не подавился Сэм. Дин, который давно ждал момента оказать младшему брату «взаимность», с силой хлопнул того ладонью по спине, — Между прочим, лучшая была. Даже не знаю, почему ушла, — старший Винчестер иронично пожал плечами, мол, «действительно», и продолжил слушать Дилана с уже гипертрофированным любопытством, — Вы бы знали, в каком количестве сюда народ пёр только, чтобы на неё посмотреть, — простодушно балаболил парень, нарвавшись на благосклонную публику. — Дилан, опять языком чешешь? — Стейси материализовалась так же неожиданно, как и исчезла, — Как у тебя ещё все зубы на месте, мне интересно? — с едва улавливаемой угрозой в голосе спросила она, натянуто улыбаясь. Бармен смолк и, на всякий случай, отошёл от стойки на безопасное расстояние. — А что такого, Изабель? — «да, что такого, Изабель?» чуть слышно повторил Дин и вновь получил по рёбрам, но уже от Стейси, — Разве… — Пиво. Тёмное. Спасибо, — бесцеремонно оборвала его девушка и, спустя секунду, получив бутылку, словно бы та уже была специально для неё заготовлена, хлопнула братьев по плечам, — Ну, мы, пожалуй, пойдём, — и не глядя на обалдевшего Дилана, схватила за отворот куртки нарочито развалившегося в ответ на её слова Дина и толкнула вперёд себя, — Пока, Дилан. Ещё увидимся, — Сэму же не осталось ничего другого, кроме как последовать за недовольным братом и подпихивающей того в спину Стейси. Спустя пару минут, когда вся троица оказалась на улице, старший Винчестер начал наигранно возмущаться, театрально размахивая руками: — Сама притащила нас сюда, а сама не даёт приобщаться к высокому искусству! — девушка закатила глаза. — Мы здесь по делу были. — Напомни, по какому, Изабель? — издевательски спросил Дин. — По важному, — отрезала Стейси. Парень посмотрел на брата и вновь, но уже с чувством, всплеснул руками, словно бы говоря: «ну ты только посмотри! Что за с… ведь!». Сэм выдержал короткую паузу и всё же повторил вопрос Дина, пристально вглядываясь в её лицо: — Зачем мы здесь были? — За машиной. — За какой машиной? — не поняли оба. — За моей машиной. — И где она? — всё тем же вкрадчивым голосом продолжил «допрашивать» Сэм. — Недалеко, — мрачно ответила Стейси. «И?» — говорили выражения лиц обоих Винчестеров, — Сейчас вы меня подбросите до туда и мы разбежимся, — девушка сглотнула и поправилась, — Вернее, разъедемся. — Ты что, одна надеешься разобраться с призраками? — Дин быстро просёк, в чём дело, — И с Шейном со своим? — Он — не мой. — Это в корне меняет дело… — Слушай…-те! Вас это уже не должно касаться. Мы должны разъехаться. — Разъехаться? — Дин даже подался вперёд, — Серьёзно? — Стейси. Правда, зачем? Мы же можем помочь, — Сэм вооружился своим главным «оружием» в уговорах, — Втроём мы справимся быстрее и наверняка. — Не надо, — негромко сказала она и, выделяя каждое слово, добавила, — Мне больше ничего от вас не надо. Его немного пришибло этими словами. Дин действительно выглядел так, будто только что получил по голове пыльным мешком. Он совершенно ничего не понимал. На кой-чёрт нужно было тащить их сюда, хотя она так давно хотела уйти? Слова оставляли вкус абсолютного разочарования в человеке, которого, почему-то казалось, что знаешь. Но ведь что они знали на самом деле? Только то, что она сама им рассказала. Хотя это, конечно, немало, учитывая вмешательство падшего ангела… Но всё-таки, как теперь позволить ей разбираться со всем самой? После всего-то. Винчестера одолевали смешанные чувства. С одной стороны, в душе с комфортом поселилось чувство ответственности за доверившегося тебе человека, а с другой — назойливое ощущение, что тебя использовали. — Тебе не надо? — его лицо исказилось гримасой негодования, но он быстро взял себя в руки, — Чудненько. И твои дальнейшие действия? — Вот только без нотаций, — ей бы удалось так же себя сдерживать, как Дин… ну, или Сэм — тот вообще только недоумённый взгляд переводил туда-обратно и что-то усиленно соображал, — Это моё дело. Личное, — с нажимом добавила она. — Я понял, — холодно ответил старший Винчестер, — Личное, — девушка коротко кивнула, — Хорошо, садись, — Дин подошёл к Impala67 и, открыв водительскую дверь, обернулся к слегка удивлённым Сэму и Стейси, — Что, так и будете стоять? Тебе же, вроде, что-то забрать нужно было? — она опять кивнула и, в ответ на красноречиво написанный на его лице вопрос: «ну, так какого хрена?!», села на заднее сидение; немного помедлив, Сэм последовал её примеру, одарив предварительно брата укоризненным взглядом. Дин повернул ключ в замке зажигания, и автомобиль отъехал от «обители реального искусства».

***

Винчестеры высадили её недалеко от каких-то складов и, выгрузив её вещи, похлопали дверями и скрылись из виду. Стейси осталась одна на заброшенной пристани с тремя огромными сумками, рюкзаком и ящиком инструментов. Хреновато. Но разве не этого она добивалась? Мрачная и решительная, девушка медленно двинулась вдоль рядов контейнеров, мирно ржавевших по обе стороны от неё. Уже давно стемнело. Было немного жутковато, но, в целом, не страшнее, чем на обычной охоте. Наконец, она нашла нужный номер. Побросав сумки на землю, Стейси поспешно принялась за массивный замок. Где они его только откопали? Он долго не поддавался: скрипел и кряхтел почти также, как сама Стейси, пытавшаяся его открыть. Но вот последнее усилие и дверь отперта. Выуженным откуда-то из недр сумок, карманов (или мало чего там ещё) фонариком девушка выхватила пустое пространство прямо перед собой. «Да что это такое?! Где моя тачка, чувак?» — чуть слышно ругнулась Стейси. Она прошла вглубь контейнера, высвечивая самые тёмные уголки этого «ящика» и для верности выкинутой вперёд свободной рукой ощупывая пространство. Внезапно она на что-то наткнулась и от неожиданности ойкнула. Переведя луч света на нечто, преградившее ей путь, девушка несколько успокоилась: а вот и её драгоценный тысяча девятьсот пятидесятого года Studebaker Pickup. Ну вот и всё. Стейси возвращается к одиночному плаванию.