Трансформеры: Наследие

      Чёрный на фоне чёрного космоса, «Паразит» наплывал как бы сверху, раздутым брюхом вперёд, отвернув свои командные мостики прочь. Он не был ориентирован на плоскость эклиптики и никак не направлял своё движение — двигатели его молчали — он просто дрейфовал здесь, тёмный, погасший, не освещённый ни единым огнём и ни единым сигналом, подобный ещё одному мёртвому камню среди мириадов других таких же.       Истребитель, по правде говоря, ожидал совсем другого: что в назначенной точке их обнаружат издалека и встретят курсом на перехват. Сам он так и поступил бы. Но и смысл этого безмолвного, безвольного дрейфа в поясе астероидов он понимал тоже. Он был готов к тому, что в любой момент позади, среди тёмных камней, зажгутся двигатели «встречающей делегации», отрезая от пути назад, и корабль впереди оживёт — замыкая окружение. Но ничего подобного так и не произошло. Они приближались к чёрной махине свободно, в одиночестве. И только орудийные палубы указывали им навстречу торчащими стволами.       Куда именно подлетать, Истребитель уверен не был. У обычных крейсеров подобного класса полётные палубы располагались внизу и часто впереди. Но этот был перестроен так сильно, что угадать, где у него какие палубы, Истребитель не взялся бы. Он всё же продолжил держать курс прямо на раздутое брюхо корабля. И не угадал. Квадрат люка, едва-едва подсвеченный лиловыми огнями, открылся совсем в другом месте — сбоку и гораздо выше, уже почти там, где начинались множественные надстройки. Вокруг по-прежнему не было никого.       Их встретил пустой коридор. Квадратная же дыра, уходящая по прямой вглубь корабля, в темноту. Люк закрылся позади.       — Луиза, атмосферы нет, — сообщил Истребитель. — Ты не сможешь здесь дышать.       — Да, Истребитель. Я останусь в корабле.       Трансформироваться или нет, они обсудили заранее. И пришли к выводу, что лучше не рисковать. Неизвестно было, сработает ли объединение с Вегой на таком расстоянии от системы, что сделала их одним целым. А проверять — не было ни времени, ни возможности.       Коридор, изогнувшись под прямым углом несколько раз, на последнем отрезке вывел их в странное отгороженное пространство, бывшее по всей видимости когда-то частью как раз полётной палубы — самого светлого и просторного помещения на любом корабле — а теперь утонувшее в почти непроглядном мраке, расчерченное множеством распорок и подпорок.       Впереди отошла в сторону высокая вертикальная створка, открыв узкий прямоугольник лиловатого света, очень яркий в окружающем мраке. И они оказались в тронном зале — не сразу поняв, что влетели в него сбоку. Скарпаног уже ждал их в противоположном конце помещения — неподвижный чёрный росчерк на светлой громаде трона.       Магнитные захваты разжались. Искра упруго упал на колёса. Покатился вперёд неторопливо. Трансформировался. Встал. Истребитель пошёл на приземление, ощутил коррекцию со стороны Луизы и довернул так, чтобы из кабины Веги тоже было видно что происходит.       — Спасибо! — шепнула Луиза в микрофон.

***

      — Скарпаног. Я пришёл чтобы бросить тебе вызов, — Искра постарался, чтобы это прозвучало как можно менее торжественно. Он проделал весь этот путь не затем чтобы играться в глупый и напыщенный ритуал, он пришёл сюда чтобы убить врага. Уничтожить чудовище. И это была не его вина, что согласно придурочным установлениям самозваного императора намерение следовало озвучить сейчас — даже несмотря на то, что оно было известно Скарпаногу с самого начала, с того момента, когда он согласился на встречу. Пусть! Пусть ритуал! Главное, он был уязвимостью, позволяя добраться до цели, обычно недосягаемой.       — Тебе не победить, — ответил Скарпаног.       Это не звучало как вопрос или приглашение к ответной реплике. Это была сухая констатация. Дальше он просто замолчал. То ли ждал реакции, то ли наслаждался собственной значительностью. Но Искра не видел перед собой ничего значительного. Перед ним был обыкновенный монстр. Очень сильный, да. Опытный, опасный, сообразительный, но всего лишь монстр. Даже не враг, способный вызвать уважение — нет, ничего, кроме бесконечного презрения и отвращения Скарпаног не вызывал.       — Предлагаешь передумать и попроситься на службу? — откровенно съязвил Искра, подождав и не дождавшись продолжения. Вести себя прилично, скрывать своё отношение, смысла он не видел. Не перед кем!       — Мне всё равно, — так же равнодушно констатировал Скарпаног, будто не заметив насмешки. — Склонись, если хочешь стать причастен моего триумфа. Если хочешь быть уничтожен, сражайся. Или беги прочь. Что бы ты ни решил, это равно послужит моей цели.       — Я тебя уничтожу вместе с твоими целями, — просто сказал Искра.       — Тебе не победить, — повторил Скарпаног. — Ты падёшь, и твоё унижение будет засвидетельствовано. Наш поединок будет транслироваться в масштабе всей системы. Ты станешь наглядным уроком автоботам и десептиконам равно.       — Давай, просто вставай и дерись уже, — проворчал Искра, осаживая пафос.       Скарпаног поднялся на ноги одним плавным движением. И торжественно объявил:       — Я принимаю твой вызов.       Искра рванулся вперёд — толкнувшись приводами ног, торса, затем шестернями трансформации и наконец колёсами земного автомобиля. И пролетев половину пути, проделал это снова, ещё раз, обратном порядке — трансформируясь, разгибаясь и взмывая вверх в длинном пологом прыжке — и только уже в самом конце ударом ноги в пол подправил себя в сторону — смещаясь и закручиваясь, чтобы ударить не прямо, а сбоку, наискось. Турбобластеры — смонтированные теперь вдоль предплечий — разразились грохотом и сверкающими очередями алых импульсов, ослепляя и отвлекая противника, принуждая его реагировать слишком рано.       Коснуться Скарпанога ему, конечно, не удалось. Импульсы разлетелись алыми брызгами, отразившись от узкого чёрного щитка, возникшего на подставленном предплечье. Брошенная вперёд рука провалилась в пустоту. Скарпаног сделал шаг в сторону, сойдя с тронного возвышения на пол одной ногой. На большее Искра пока и не расчитывал!       Скарпаног, в отличие от своих Стражей, никогда не полагался на меткую стрельбу. Вместо этого он предпочитал отгораживаться от противника длиной клинка. Сходу миновать эту дистанцию и прорваться ближе, где меч не был так уж полезен, уже было большой удачей.       Искра немедленно бросился в атаку снова — осыпав противника множеством коротких, стремительных, беспорядочных ударов, перемежаемых короткими очередями турболазеров. Скарпаног парировал их все. И ударил сам, меж вытянутых рук снизу-вверх. Очень быстро! Искра едва сумел отбить эту атаку в сторону. Едва — но всё же вовремя. Мимо, очень близко, промелькнули два длинных треугольных зубца, внезапно удлинившие чёрный щиток спереди, дистанции чтобы разминуться хватило едва-едва. Сила соударения отбросила собственную руку Искры обратно — и она удачно оказалась вне досягаемости, когда щиток выщелкнул зубья поменьше вдоль всей своей длины; рука Скарпанога — уже совсем неожиданно — рубанула в обратную сторону, широким размашистым движением.       Увернуться ещё раз Искра всё же сумел. Но для этого пришлось исполнить сложный разворот. И отступить от Скарпанога на целый шаг. И ещё на шаг отступил за эти мгновения сам Скарпаног. Другая его рука оказалась воздетой высоко вверх. Искра бросился вперёд, стремясь снова сократить дистанцию — уже видя, как вверх вдоль руки выстреливает чёрной молнией изогнутый клинок — и снова в последний момент бросил себя в сторону, смещая траекторию — уже не для того чтобы ударить, а наоборот уклониться от встречного удара. Скарпаног рубанул наискось широким могучим движением, вниз до самого пола. Мимо.       До его рук и до эфеса Искра дотянуться не смог, траектория удара увела их слишком далеко. Клинок, остановившись, метнулся обратно вверх, снова наискось, но гораздо ниже и шире. Искра крутанулся в обратную сторону, нырнул ещё ниже, ударив руками в пол, толкнулся, ускоряясь ещё, сменил режим; широкие колёса земного автомобиля заскользили по металлу в пробуксовке, потащили его юзом в обход врага, в одном сплошном, длинном, непрерывном движении по кругу — в то время как Скарпаног мог только шагать, разворачиваясь следом.       Трон. Трон, оказавшийся на пути у Скарпанога — вот чтобы было нужно Искре. Трон был слишком массивен, чтобы его можно было разрубить одним ударом меча, и достаточно огромен, чтобы за ним укрыться. Чтобы снова уверенно атаковать, Скарпаногу пришлось поставить ногу на сиденье. Сделать большой шаг вперёд! Летя вокруг врага, Искра ждал самого начала этого движения — и дождавшись, тоже рванулся вперёд, используя набранный импульс. Трансформация, переходящая в перекат, и не разгибаясь — сильный толчок навстречу противнику. Трон ударил в плечо. Чёрный клинок мелькнул сверху, срубив верх надплечника. Это было не важно, потому что Искра оказался прямо под Скарпаногом и всё-таки дотянулся! Вцепился в чёрную руку, не давая занести меч снова. И полностью распрямившись, ударил — второй, свободной рукой, в открытый бок. С силой, с оттяжкой, с наслаждением!       Удар достиг цели. Но… не достиг её. Потому что полосы чёрной брони тоже пришли в движение, ударив навстречу и погасив ударом удар. Скарпаног рванул руку с мечом на себя. Другая его рука исполнила сложный пасс, перехватывая меч, унося его прочь из досягаемости и занося для нового удара.       Предплечье что-то сжало, со скрежетом сминая металл. Искра метнулся взглядом обратно и увидел что его схватил за руку чёрный наплечник — разошедшийся на сегменты, вывернувшийся наизнанку, он обратился в некое подобие тупых челюстей. И эти челюсти сжимали сейчас его руку — которую рука Скарпанога, согнутая и отведённая назад, подтащила достаточно близко. Другой рукой Скарпаног продолжал заносить меч.       «Да сколько же ещё у него гаджетов!» — мелькнула изумлённая мысль. Искра был готов ко многому, но не к тому, что один из непобедимейших в галактике бойцов обвесит себя всего механическими игрушками. Сколько же там, под их слоем, оставалось самого Скарпанога?..       Траекторию будущего удара Искра не столько увидел, сколько заранее угадал — оценив тот сектор, где Скарпаног не мешал себе сам. Раздумывать времени не было. Защититься он не мог, дотянуться не мог, отойти было нельзя — ловушка держала крепко. И он выстрелил — длинной непрерывной очередью, со свободной руки, наперерез линии движения рукояти. И попал! Попал!!! Ярко полыхнуло, меч вылетел из ладони и полетел прочь, вращаясь.       И после нескольких оборотов со звоном замер, дрожа — снова схваченный за рукоять чёрной рукой, все же успевшей оправиться от удара, догнать и поймать выбитое оружие. Это было… шокирующе быстро и точно! Сам Искра меч нипочем был не поймал, он был уверен в этом. Да ещё и раненой рукой: крайние пальцы Скарпанога торчали в сторону, изогнутые и надломленные, медленно вкручиваясь обратно на место…       Искра выстрелил ещё раз — меж схвативших его челюстей, в то место, где они сочленялись друг с другом. Ловушка разжалась. Отпрянул от удара меча, устремившегося навстречу по широкой дуге, теперь уже не ограниченной ничем — отдавая с таким трудом завоёванную дистанцию. Впрочем, у него оставались бластеры, показавшие неожиданную эффективность. «Один бластер!» — понял он, направив оружие на рукоять меча, второй оказался помят слишком сильно. И увидев, как Скарпаног начал прятать кисти рук от бластерного огня, снова прыгнул вперёд. Выигрыш был совсем небольшой, возвратное движение тут же превратилось в короткий замах и удар. Но Искра, заранее готовый к этому, ушёл вниз, под меч, перекатываясь. И наконец ударил своим секретным оружием.       Хотя его повреждённый бластер и не мог больше стрелять, он всё ещё был включён в энергосистему тела. Искра не зря заранее монтировал своё оружие именно таким образом. Замах! Сжатый кулак устремляется вперёд. Предохранительные буферы включаются в систему между рукой и остальным телом. Запястное сочленение размыкается наполовину. Замок бластера щелкает, выбрасывая мельчайшую пылинку обогащённого оружейного энергона — напрямую в энерговоды! Чудовищная перегрузка бьёт по цепям, взрывая руку нестерпимым жаром и болью на короткое мгновение перед тем как выбить сенсоры, и перед тем как кисть окончательно отсоединяется от сустава, заключая в себе большую часть высвободившейся энергии; энергия устремляется наружу сквозь металл, пока пылинка тает там внутри, продолжая подпитывать процесс.       Раскалившийся мгновенно, одетый волнами силовых возмущений, кулак ударил в чёрную броню, вспыхнув при контакте.       За Авион!!!       Это и был приём с Авиона. Тот же самый, что Искра освоил той безнадёжной, бесконечной ледяной ночью — но во много крат сильнее, тщательно выверенный, рассчитанный, оптимизированный не для спасения, а для разрушения. Он готовил его именно для этого сражения, не применив больше ни единого раза, нигде, ни с кем, ни в единой самой отчаянной ситуации!       Скарпаног вздрогнул и покачнулся. Уверенный, что простой удар не повредит ему слишком сильно, он позволил себе его пропустить, чтобы замахнуться снова. И ошибся.       Чёрная броня в месте удара посерела, прогнулась и раздалась волной будто расплавленная, в стороны разбежались ветвистые белые линии, пробитые разрядом. Искра дал длинную очередь в то же место со второго, исправного бластера, снова отскакивая назад, за пределы досягаемости меча и сразу переходя в трансформацию. Кисть руки, присоединившись обратно, взвыла тревожными сигналами. Ерунда! Ради этой цели пожертвовать можно было и большим. Колёса снова заскользили по тёмному металлу пола в бешеном вращении, толкая и закручивая юзом, в обход чёрной фигуры, в обход трона, по спирали. Скарпаног не успевал за машиной, это было очевидно! Ещё рывок вперёд, но в этот раз — обманный, Искра просто проскочил мимо и снова разорвал дистанцию, уходя от рубящего удара. Трансформация, очередь в руки, ещё трансформация, ускорение…       Чёрная фигура пошла вниз вся разом, как бы стекая на трон и на пол. Панели конструкции вздыбились, конечности начали выворачиваться. Всё оказывалось так неожиданно просто! Трансформация! Он всё-таки принудил Скарпанога сменить режим своей безумной скачкой. Сумел убедить его, что одних только ног недостаточно. И для Скарпанога это был конец. Потому что Искра с самого начала готовился и ждал именно этого момента. Потому что мгновения трансформации были единственной неотъемлемой слабостью любого кибертронца.       Он прыгнул на Скарпанога, не заботясь более ни о чём. Замок бластера щёлкнул — короткая вспышка боли — и пылающий кулак устремился в самое средоточие движущихся частей, из которых складывалась новая форма Скарпанога: не то странная машина, не то какое-то безумное существо.       Его прыжок прервала чёрная клешня, вставшая на пути. Чёрная клешня, торчавшая из чёрного торса, трансформированного наполовину. Торс ещё только обретал свою окончательную форму, ещё выпускал по бокам тонкие лапки, (сильно помятые с одной стороны), панели брони ещё торчали в беспорядке, постепенно вставая на место…       Потрясённый, ошеломлённый произошедшим, Искра, не думая, перенаправил свой удар в сочленение клешни. Клешня отпустила, отдёрнулась, пропуская, и схватила за помятое уже предплечье. Её рёбра и грани точно легли в отметины, оставленные там ранее. Третья конечность Скарпаноговой трансформы — длинная, гибкая и массивная, венчающая собой третий, дальний конец торса — обрушила на Искру сверху удар чёрного сегментированного лезвия. Который Искра успел остановить, схватив между сегментами. Так он и повис — одна рука зажата в тиски, вторая намертво вцепилась в клинок. И тогда детали чёрного торса остановили своё движение. А потом пошли в обратную сторону.       Скарпаног обратил трансформацию на середине!!! Это было абсолютно невозможно!!! Немыслимо!!! Искра прозрел. Это всё были не гаджеты!!!       Скарпаног поднялся на ноги. Одна его рука продолжала оставаться клешнёй, сжимая предплечье. Вторая — вцепилась и силой оторвала пальцы Искры от клинка. И тоже превратилась в клешню, сжавшись чуть ниже локтя. Конечность-хвост сложилась за спину, торс Скарпанога — всё ещё сплюснутый, немного раздвоенный, безголовый — разошёлся вдоль. Скарпаног подался назад, тонкие лапки по бокам торса схватились за трон у него за спиной. Хвост упёрся изгибом в сиденье, добавляя устойчивости. Клешни потянули в разные стороны. Сочленения рук затрещали, датчики торса и плеч взорвались истерическими сигналами.       — Ты не мог победить, — гулко проговорил Скапаног откуда-то изнутри.       Сзади послышались звуки трансформации. Искра попытался обернуться. Мысль о том, что Истребитель — и Луиза!!! — сейчас тоже…       — Остановись! — прозвучал сзади выкрик Луизы. — Пожалуйста! Остановись! Оставь его! Я отдам тебе то, что ты хочешь!       — Да, отдашь, — ответил Скарпаног. — В точности, как я и ожидал.       Он был прав. Всё было кончено.

***

      — Ты сумел выбраться с Авиона, — произнёс Скарпаног, когда его голова снова вернулась на место.       Искра заметно вздрогнул в него в клешнях.       — Можно было подумать, что ты научился чему-то за это время.       Чёрные клешни разжались, Искра рухнул на пол.       — Но всё это время ты учился не тому.       Клешни обратились в наплечники и части торса, из-под наплечников появились предплечья и кисти рук. В одной из рук появился меч, его острие встало против нагрудника Искры.       — На Авионе ты сумел пробить мою защиту и по ошибке решил, что тебе помогли взрыв эмоций и самопожертвование. Но бесконтрольные эмоции это не сила, а слабость. А жертва — бессмысленна. Побеждает самоконтроль! Взгляни на меня. Мой контроль безупречен. Я не ошибаюсь.       Оплывшее серое пятно на чёрной броне, окружённое светлыми веточками энергонового пробоя, как-то само притянуло внимание Истребителя на этих словах.       — Я с первого мгновения знал, что ты не сможешь победить. Знал, к чему именно приведёт твоё поражение. Знал, какой приз возьму за твою жизнь.       Скарпаног отвёл меч и с силой пнул Искру ногой, отбросив на полдесятка шагов.       — Убирайся. Аудиенция окончена.       Истребитель глянул на Луизу рядом. Она стояла, сцепив белые тонкие руки так по-человечески, и неподвижно смотрела на эту отвратительную сцену. Смотрела, как Искра поднялся с пола и побрёл им навстречу, придерживая одну руку другой, стараясь не встречаться взглядом.       Что ж, по крайней мере, она была в порядке, её странные способности сработали как надо даже на таком расстоянии от Земли. Помешать ей пойти на этот риск Истребитель не мог никак, даже будучи в слиянии с Вегой. Наоборот, он сам был вынужден сменить режим вместе с ней.       — Ты передашь мне контроль над всеми Фокусами, — объявил Скарпаног.       — Да, да, я передам, — чуть качнула шлемом Луиза. — Только…       Она выглядела потрясённой. Смотрела на Скарпанога во все глаза. Истребитель не мог её за это винить, он сам был потрясён увиденным дальше некуда. Скарпаног был не просто очень силён, он делал совершенно немыслимое! Неудивительно, что он так легко принимал вызовы. Можно ли было вообще его победить?..       — Только как… — незаконченный вопрос Луизы повис в воздухе паузой       — Как угодно, — оборвал её Скарпаног. — Мне всё равно.       Искра снова вздрогнул, запнулся. И продолжил свой путь, не обернувшись.       — Нет главного Фокуса! — голос Луизы неожиданно окреп, в нём появилась уверенность. — Они все одинаковые! Я владею только одним из них.       — Все остальные, — ответил Скарпаног, — должны принадлежать десептиконам. Мой эмиссар уже владеет одним, он проследит за этим. Если узлы равноправны, то все вместе мои десептиконы смогут контролировать тебя. Ты будешь исполнять мои приказы вместе с ними, хочешь ты того или нет.       Лицевые пластины Веги шевельнулись, делая её на какой-то короткий миг похожей на слабую и испуганную земную девочку; дентопластины будто бы попытались укусить за несуществующую губу. И затем её лик сложился в безупречно холодную, гордую маску.       — Я всё сделаю, — тихо, но твёрдо сказала Луиза. — Сама прослежу за тем, чтобы всё было сделано правильно. Но десептиконы. Будут ли они исполнять необходимое?       — Мои приказы непререкаемы, — ответил Скарпаног, опускаясь обратно на свой трон. — Ни один из них не посмеет ослушаться.

***

      Звёзды, холодные сверкающие гвоздики, стояли неподвижно в чёрной пустоте, по ту сторону стекла кабины. Прямо впереди горело далёкое крошечное Солнце. И где-то там рядом с ним должна была сиять ещё одна маленькая звёздочка — Земля — но её пока не было видно человеческими глазами. До дома оставалось ещё очень далеко. Очень долго!       Они уже достигли того рубежа, на котором Луч выбросил их по дороге туда, и пересекли его в обратную сторону. Луч не отзывался — Луиза проверила не один раз, пока цифры на приборах продолжали крутиться, всё быстрее отсчитывая сотни и тысячи километров. Выходило так, что путь обратно им придётся проделать полностью, хотя она и не оставляла надежды, что может быть на полпути или даже раньше…       Долго. Очень долго! И дело было не в том, что придётся скучать несколько дней кряду, глядя на неизменный звёздный пейзаж — к долгим поездкам Луиза привыкла. Сколько дней с утра до вечера провели они с отцом в автобусах, путешествуя из штата в штат, от одного места работы к другому — среди одинаковых полей и одинаковых шоссе. Нет, дело было в в бессильном, бездеятельном, бесконечном ожидании. И в том что предстояло совершить. И даже невообразимо огромная пустота, окружившая хрупкий кораблик, не пугала — так.       Ждать! Просто ждать! Каждый час, каждая минута этого ожидания тянулись так долго. А впереди — дни! И не с кем поделиться своими мыслями, своим страхом. В поездке можно было, по крайней мере, поговорить с отцом, иногда даже с другими попутчиками…       «Паразит» позади давно исчез из видимости, пропал с приборов, да, но исчезли ли они из видимости «Паразита»? Что если чёрный корабль шёл сейчас за ними, скрываясь вдалеке, и направив все свои средства слежения прямо на неё? Что если Скарпаног только и ждал, когда она выйдет на связь, чтобы подслушать разговор?       На то чтобы перестать воображать разные ужасы и вспомнить, что с Истребителем по крайней мере связь не нужна, потому что они с Вегой теперь одно целое, ушло довольно много времени. К счастью, времени было в избытке.       И всё равно, нажимая на кнопку интеркома, Луиза холодела внутри.       — Истребитель, скажи, Искра может нас услышать?..       — Помимо связи? — у Истребителя ушло не больше мгновения на то чтобы понять всё правильно. — Да, может. Я могу вывести звук с корпуса на корпус. Искра?       — Луиза! Что-то случилось?.. — в голосе Искры не осталось сейчас и следа от случившегося, от гнетущей тяжести поражения. Он снова, как и всегда, был готов немедленно прийти на помощь. Даже здесь, в открытом космосе, беспомощно болтаясь прицепленным грузом.       — Нет, нет! Я просто хотела… Искра, нас ведь не смогут подслушать?       — Звук не распространяется в вакууме — сказал Истребитель.       — Можно снять звук лазером, — тут же возразил Искра. — Но освещение лучом мы бы точно заметили! Луиза, ты можешь говорить свободно. Наши каналы связи подслушать невозможно. Можно засечь саму передачу, но мы же постоянно что-то друг другу передаём.       — Значит, мы можем отправить сигнал? Передать сообщение!       — На базу? Да, конечно. Мы же говорили с ними! Я сейчас установлю соединение.       — Нет, стой! Не надо на базу.       — Мы можем использовать компьютеры перехватчика как ретранслятор. — медленно проговорил Искра. — Луиза, с кем ты хочешь связаться? С десептиконами?..       — С одним десептиконом. Ты же сможешь найти его, правда?..       — Найти кого? — не понял Истребитель. — Десептикона? Нашими компьютерами? Конечно, нет!       — Думаю, смогу, — ответил Искра. Задумчивости в его голосе стало меньше, а уверенности больше.       — Что?!.       — Ты можешь передать ему координаты? — Луиза пропустила изумлённый вопрос Истребителя мимо ушей. — Объяснить ему как добраться.       — Могу! И знаешь, у нас как раз прорва времени — объяснить остальным!       — Знаешь, мне кажется, — теперь уже Луиза заговорила медленно и осторожно, — мне кажется, мне не нужно будет ничего объяснять. Если я правильно поняла. То что случилось. Там…       Ответом было молчание. Потом Искра сказал:       — Да, Луиза. Ты всё поняла правильно.       И помолчав ещё, добавил:       — Могу я задать вопрос?       Она не нашлась, что на это ответить сразу.       — Значит, лучше не нужно, — он не стал длить ожидание слишком долго. — Луиза, ты только помни! Если вопрос понадобится задать тебе. Будет нужен совет. Помощь! Я на твоей стороне, я уверен, ты знаешь, что делаешь. Все мы на твоей стороне!       Она улыбнулась грустно своему отражению в тёмном стекле. Сама она вовсе не была уверена в том, что собиралась делать дальше.