Узник Зазеркалья

- Минк у тебя? – сразу, с ходу, без всяких «а, может быть?» спрашивает меня отец. - Нет, - сдержанно ухмыляюсь я в трубку. – С чего бы ему быть у меня?.. Это ведь твои планы, а я вообще не в теме. - Не п…ди, - грубо обрывает меня отец, - мои люди видели, как твой Грегор вертелся возле консульской виллы. – Он что же туда газоны приходил косить? - Хе, - снова ухмыляюсь я, - Грегор свободный человек, ходит там, где хочет. И потом, может, у него свой какой-то там интерес имеется. Он, конечно, натурал до мозга костей, но ведь на блонди-то у самого что ни на есть отпетого натурала встанет. Если, конечно, есть, чему вставать. Пауза. А после нее мой телефон буквально взрывается – отец рычит так, что у меня звенит в ушах. Он не выносит подобных намеков – сам-то он уже, лет пять, как импотент. - Слушай ты, гаденыш, - я прямо вижу, как он брызжет слюной, яростно сверкая бутылочного цвета глазами, - если ты посмеешь перебежать мне дорогу, я из тебя всю душу вытрясу. Ни о каком наследстве можешь тогда даже и не мечтать – я его лучше монашкам отдам или в фонд помощи бездомным собакам. - Да ладно тебе, папаша, - отодвигая трубку подальше от головы, чтобы по ушам не било, довольно ухмыляюсь я, - если это дело выгорит, то мне на тебя и на твои миллионы будет глубоко насрать. Мне любая из планет Федерации такие деньги отвалит, что я смогу себе личную планету приобрести без всяких старых мудаков. Не слушая больше возмущенных воплей отца, я отключаю связь. Нет, папенька, ты уже достаточно в этой жизни загребал жар чужими руками, теперь – моя очередь. Обернувшись, я смотрю на низкую металлическую кушетку – Минк лежит неподвижно, закрыв глаза и крепко сжав губы, а Грегор, осторожно отбросив в сторону его тяжелую платиновую прядь, делает укол ему в шею. Я вижу, как дрожат у моего профессора руки – еще бы, далеко не каждый день у него выпадает шанс прикоснуться к такому телу!.. Черт, никогда еще в своей жизни я не видел мужика красивее - даже среди блонди, у которых красота наиболее расхожий товар. Взять хотя бы этого его аманта зеленоглазого, господина Советника – тоже ведь первосортный товар, который федералы, скажем, с руками оторвут. Вот только в Минке есть то, чего нет в других – это напрочь сносящее мозг сочетание непорочного арктического холода и вызывающей, дерзкой чувственности, граничащей с вседозволенностью. Этот ангел вполне может быть просто лицедеем, изображающим из себя при надобности то монаха, то шлюху, то бога. …Еще в тот день, во время приема в Эос я сразу же решил, что этот необыкновенно красивый и гордый мужчина должен стать моим. Тогдашнее мое поползновение закончилась моим публичным позором и полной капитуляцией. Но я все равно не оставил попыток – я посылал ему подарки, я забрасывал его письмами с угрозами и предложениями, и, в конце концов, даже нанял людей для того, чтобы похитить Минка. В тот раз у меня ничего не вышло. Исполнители – монгрельские отморозки, шваль, паразиты, тут же сообщили обо мне в службу безопасности Эос. Они, видимо, хотели получить награду за свою гражданскую сознательность. Уж не знаю, что они там и от кого получили, но после этого меня сразу же выслали с Амои без права на повторный въезд. Что мне оставалось? Только кусать локти от бессильной ярости и срывать неутоленное яростное желание на белокурых парнях-проститутках. И вот месяц назад – такой случай!.. Жизнь неожиданно преподнесла мне подарок – видимо, не зря я все эти годы ждал своего шанса. Ждал, ждал, и дождался. …В тот день я забыл дом свои права, а поскольку папаша уже не раз предупреждал меня о том, что, если я не брошу лихачить и попадусь копам, вызволять и отмазывать он меня не будет («Тебе, слава богу, под сраку лет – так что разбирайся со своими проблемами сам, сынок»), то я предпочитал, чтобы чертова бумажка была всегда при мне. Поднимаясь в свою комнату, я обратил внимание на доносящиеся из гостиной оживленные голоса. Папенька явно был дома, и был не один, хотя всячески меня уверял, что с утра пораньше отправится в Совет Федерации. Значит, врал?.. Нет, ну, врать мой папаша вообще мастак – должность обязывает. Только вот вопрос – зачем он это сделал сейчас?.. Я прислушался. Говорил какой-то мужчина, явно молодой. Голос незнакомый, довольно приятный, со специфической хрипотцой, по которой безошибочно можно узнать заядлого курильщика. - Говорю вам, мистер Рекс, риска никакого. Они каждый год отдыхают на Анубисе практически инкогнито. Вилла у самого моря рядом с заброшенным маяком. Из охраны только несколько дроидов. Тем более, что на море они ходят без охраны. Вся-то операция не займет и десяти минут. Решайтесь, дело верное. - Так-то оно так, - после небольшой паузы задумчиво протянул мой отец, - но все-таки… Похитить Консула Амои это вам не пальцы описать. Консула Амои?.. От неожиданности я подскочил и едва не пропахал носом вниз по лестнице. Это, о каком таком Консуле идет речь?.. Насколько я знаю, на Амои их несколько. Неужели о…? Позабыв об осторожности, я подкрался к не полностью прикрытой двери в гостиную и осторожно туда заглянул. Отец сидел за своим любимым столом из черного дерева, напоминающим древнее ископаемое, а напротив него в невысоком кожаном кресле сидел гость. Очень колоритный такой гость. Это был молодой мужчина между 20-тью и 30-тью, с подвижным скуластым лицом и золотисто-медовыми глазами яркого орехового оттенка. Рыжие, с бегущей огневицей сквозняка волосы были уложены в стильную стрижку, а левую щеку пересекал тонкий длинный шрам, который не в силах была даже скрыть выстриженная длинными прядями челка. Странный тип, тут же решил я. Напоминает торговца оружием или наркотиками, или вообще - охотника за головами. Он пил кофе маленькими, аккуратными глотками, не сводя пытливых, настороженных, умных глаз с моего отца. Честно признаться, я знаю не так много людей, которые бы осмелились вот так вот прямо смотреть в глаза Президенту Рексу. - Значит, вы говорите, Ключ спрятан в подсознании Минка, - глядя куда-то поверх головы гостя своим тяжелым немигающим взглядом, отец был похож сейчас на добермана, которому показали лакомую косточку. - Говорю и повторяю, поскольку сам являюсь непосредственным участником тех событий, - сказал рыжий. – Я и господин Ам - мы вместе этот Ключ туда упрятали. Минк не сможет извлечь его самостоятельно, поскольку воспоминание о нем наглухо заблокировано. А для снятия блокировки необходимо создание стрессовой ситуации, соответствующей определенной отметке на общей шкале эмоциональности объекта. Дайте мне возможность, и я сделаю все это сам за каких-то полчаса. Подумайте, господин Президент: этот Ключ даст вам то, о чем вы столько лет мечтали - полную власть над Амои. Отец издал какой-то непередаваемый звук, то ли крякнул, то ли хмыкнул и потянулся за бутылкой бренди. - Вы точно сможете сделать это так, чтобы Консул…м…не пострадал? - Разумеется, - тут же отозвался рыжий, - он даже и помнить ничего не будет. - Что требуется для проведения операции? - Ну, - рыжий отставил чашку и сложил на коленях длинные худые руки с такими же длинными худыми пальцами, - лаборатория с новейшей аппаратурой для сканирования мозга, препараты, вызывающие состояние, близкое к коматозному, галлюциногены. Несколько надежных людей, которые смогут держать язык за зубами. Ну, и, конечно, снотворное, с помощью которого я бы смог обездвижить Минка для того, чтобы доставить его в лабораторию. Согласитесь, это не так много. Отец думал долго, очень долго по меркам Президента Межгалактического Союза, который обычно решения принимал моментально. А здесь он думал минут пять, не меньше. - Скажите, мистер Райтхен, - играя желваками, обратился он, наконец, к рыжему, - зачем вам все это нужно?.. Зачем вы это делаете?.. Деньги – это понятно, но, насколько я знаю, вы и сами – человек не бедный. У вас ведь, без сомнения, есть свой какой-то интерес в этой игре. - Разумеется, - усмехнулся тот и стал похож на лисицу, которую когда-то посадили в клетку, но которая оттуда сбежала и теперь сама готова заманить в эту же клетку своих тюремщиков. – У меня имеются личные счеты к Консулу Минку, господин Рекс. Он очень много задолжал мне за эти годы, и я хочу теперь заставить его платить по счетам. - Неужели – безответная страсть? – с иронией хмыкнул отец, снова придвигая к себе бренди. - Думайте, что хотите, - равнодушно отрезал рыжий и встал с кресла. – Ну, что, по рукам? На этот раз раздумья отца продолжались не более трех секунд. - По рукам, - сказал он. – Теперь, что касается деталей…. Дальше я слушать не стал. Мой план созрел мгновенно. Я понял, что мне в руки плывет возможность не просто получить в свое владение самое совершенное на свете тело, но и срубить неплохие деньжата. Этот таинственный Ключ в голове блонди, без всякого сомнения, стоил денег, и денег немалых. А это значит, что я смогу послать, наконец, к черту папеньку с его капризами и угрозами лишить меня наследства, и обрести желанную свободу. Грегора я нашел быстро. Три года назад я спас его от электрического стула. О, в свое время это была известная личность. Грегор Маккейн, или Флебосский Потрошитель, как его называли, доктор медицинских наук, а затем и профессор, практикующий трансплантолог, увлекавшийся жестокими экспериментами над своими пациентами. Одна из его главных черт – умение быть благодарным. Теперь он у меня всегда под рукой, и я периодически использую его в своих, не всегда благородных, три раза ха-ха, целях. - Ты сможешь достать новейшую амойскую аппаратуру для сканирования мозга? – сразу же в лоб спросил я его. - Были бы деньги, достать можно все, что угодно, - невозмутимо ответил тот. - А ты, если что, сумеешь в ней разобраться? - Разумеется, мистер Рекс. Я – специалист широкого профиля, - усмехнулся тот. Денег у меня не было, но были драгоценности моей покойной матери, которые отец хранил в сейфе, как память. Взломать сейф для Грегора оказалось делом нескольких минут. Таким образом, уже через несколько дней я стал счастливым обладателем сверхсовременного оборудования для исследования тайн головного мозга, целого комплекта психотропных препаратов и нескольких килограммов взрывчатки. Наличие последней привело меня в недоумение. - Нафига это? – спросил я, подтолкнув ногой аккуратный черный ящичек с гладкими ровными взрывоопасными пластинами цвета шоколада. - А это уже мое дело, - бесстрастно обронил Грегор, которому я сразу же объяснил идею и приблизительный план операции. – Нужно же будет как-то заставить вашего распрекрасного Консула сесть в мой автомобиль. И вот мой план удался. Мы на Анубисе, на территории заброшенного маяка, который мастер на все руки Грегор переделал под временную лабораторию, и в наших, а, точнее, в моих руках находится тот, о ком я отчаянно и безнадежно мечтал все эти годы. …Я подхожу к Минку, которому Грегор несколько минут назад ввел в кровь сильнейший эротический стимулятор. О, да! Кажется, уже подействовало. Сапфировый взгляд под острым веком слегка затуманился, на лбу выступил обильный пот, а на щеках вспыхнул яркий, словно бы лихорадочный румянец. Я быстро рванул на его груди тонкую хлопчатобумажную рубашку, так, что пуговицы запрыгали, заплясали по полу. Боже, какое тело!.. Эта старая консервная банка Юпитер знает толк в мужской красоте. Я опускаю руку на его пах. Минк слабо дергается, однако сделать уже ничего не может – я чувствую, как предательски набухает под моими пальцами его плоть. Ну, наконец-то. Чувствуя, как мой пульс бьется с интенсивностью канонады, я пытаюсь расстегнуть брюки своего прекрасного пленника. Руки мои дрожат в предвкушении - я нетерпеливо срываю с его бедер мягкую белую ткань и, на несколько секунд в восхищении замираю. Да, за такую конфетку не жаль не только драгоценностей моей бедной маменьки, здесь отдашь все, что имеешь, и, что не имеешь, тоже. Я потягиваю руку и провожу всей ладонью от изящной, словно выточенной из хрусталя, лодыжки, до мускулистого стройного бедра. Е…какие ноги!.. Я уже невольно предвкушаю, как они замком смыкаются у меня на талии в то время, когда я… Облизнувшись, я перевожу взгляд на его член. Он уже полностью встал и блестящая от смазки головка так и манит обхватить ее губами. Внутренняя сторона его бедер покрыта подсохшей спермой. Черт! Я рывком развожу ему ноги, согнув их в коленях. Он не сопротивляется, только вздрагивает, и запах его становится сильнее. Специфический мужской запах, от которого меня ведет, и на который мой член реагирует, как солдат на приказ командира. Темно-розовое, чуть припухшее отверстие слегка подрагивает, готовое меня принять. Кончиком ногтя я трогаю белые дорожки чужого семени. Он позволял этому Раулю трахать его, кончать в него и, по всей видимости, испытывал от этого удовольствие. Ну, ничего, со мной ему будет не менее хорошо, особенно после того коктейля, который вколол ему Грегор. - Скажите, профессор, - говорю я, продолжая пожирать глазами мягкие белые волосы в паху моего пленника, - а самый обычный, классический секс - в реале, без изысков и извращений, насколько потянет на вашей шкале? Грегор позади меня негромко хмыкает. Он возбужден не менее меня, но умело прикидывается тумбочкой. - Не думаю, что результат будет какой-то особенный, но попробовать можно. Кто знает, может быть, у блонди здесь свои какие-то психологические заморочки. Даже самый неприступный замок при желании можно разрушить – нужно просто знать, какой именно кирпичик вынуть из его фундамента. - Правильно говорите, профессор, - усмехаюсь я и обхватываю губами горячий твердый ствол изнывающего от нестерпимой, насильственной страсти тела. Ну, что ж, мой прекрасный Консул, время на то, чтобы перещупать все твои «кирпичики», у меня есть. Так что – за дело!.. - </right>