Последствия маскарада

      Маленький босой «фермер» обошел зал, деловито осматривая все, к чему можно было придраться, и остался доволен. Людские украшения, среди которых тут и там мелькали чудные эльфийские огоньки и ветви диковинных растений, причудливым образом перекликались с поблескивающими самоцветами гномов, украшавшими высокие вазы и постаменты для статуй, вплетаясь в общий узор так точно и правильно, словно все это было продумано и создано специально, чтобы идеально соответствовать друг другу. Фонари гномов словно перемигивались с бледным сиянием эльфийских маленьких источников света, которые подданные лесного короля тут и там пристроили на стены, статуи и даже столы.       Сытные гномьи блюда перемежались яркими свежими пятнами традиционной эльфийской зелени, рядом с которыми красовались приготовленные людьми угощения. И даже выпечка хоббита словно бы добавляла последний штрих, ставя точку во всем этом великолепии. Выпивка, что называется, лилась рекой. Вино и эль пришлись по вкусу каждому из гостей, и Бильбо мысленно порадовался тому, что в закромах было еще достаточно непочатых бочек.       Отовсюду стали доноситься разговоры и неуверенный смех, который медленно перерастал в неудержимое веселье. Хоббит с удовлетворением отметил, что постепенно среди обособленных кучек гномов стали появляться чуть более высокие, выделяющиеся на их фоне люди и даже, кое-где – эльфы, прикрывающие лица изящными масками. Некоторые подданные Трандуила даже скрыли свои волосы под капюшонами и накидками. Однако полурослик успел заметить одну рыжеволосую эльфийку, благодаря которой незамедлительно определил, кто же скрывается под великолепной королевской мантией Торина. Да уж, Кили был не столь оригинален, но, признаться, если бы не Тауриэль, около которой младший принц крутился с самого начала вечера, Бильбо так и не понял бы, кто из братцев облачился Королем-под-Горой.       Взломщик был очень счастлив. Атмосфера праздника, веселья, добра и зарождающейся дружбы между разными, но так нужными друг другу народами, заставляла его сердечко радостно стучать в груди и заходиться от восторга. Полурослик инстинктивно стал искать взглядом Торина, надеясь заметить его в каком-нибудь уголке, наблюдающим за всем этим «безобразием», но его попытки не возымели успеха. Мистер Бэггинс вздохнул, почувствовав легкую грусть от того, что не может увидеть глаза узбада и понять, доволен ли он происходящим.       Хоббит настолько захватила атмосфера праздника, что он даже позволили себе немного выпить. Конечно, его скромные успехи не шли ни в какое сравнение с достижениями гномов, но и одна большая кружка эля сделала свое дело, и Взломщик почувствовал легкую эйфорию и беспричинное счастье, чуть ли не разрывающее грудь. Вечер был в самом разгаре и Бильбо то и дело сновал между гостями, присоединяясь то к задорно отплясывающим людям, то к развеселым песнопеньям гномов, то к неспешным разговорам степенных эльфов. Веселость от выпитого эля дополнялась радостным осознанием того, что все старания полурослика не оказались напрасными.       «Интересно, Торин вообще пришел?» - подумал вдруг хоббит, поняв, что весь вечер не может вычислить среди толпы своего короля. Нет, конечно, маскарад это и предполагает, но мистеру Бэггинсу почему-то казалось, что уж Короля-под-Горой ему удастся разглядеть под любой одеждой. Что ж, либо Торин преподнес самонадеянному Взломщику еще один урок, показав, что может быть столь же скрытным и хитрым. Либо… просто не явился на праздник и прислушивается ко всему этому шуму, стоя где-нибудь на верхних ярусах. Полурослик представил, как Его Величество хмурит брови, прислушиваясь к громкому смеху и веселым голосам своих подданных, как поджимает губы, представляя расхаживающих по его Горе эльфов, и вздохнул. Как бы Бильбо хотелось, чтобы и Торин разделил радость праздника вместе со своими друзьями и, чего уж греха таить, с одним маленьким наивным Взломщиком.       Задумавшийся хоббит не заметил, как со спины к нему подошел некто, облаченный в костюм скитальца, и тронул его за плечо. Обернувшись, «фермер»-Бэггинс приветливо улыбнулся незнакомцу, держащему в одной руке деревянный посох. Полурослик приготовился было спросить, что угодно почтенному гостю, однако тот приложил палец к губам, прося молчать. Бильбо удивленно приподнял брови, несколько смущенно улыбнулся и все же заговорил:       - Вы что-то хотели?       В ответ таинственный незнакомец лишь покачал головой, отчего слегка пошевелился капюшон, надвинутый на лицо так, что тень от плотной ткани падала аж до самого подбородка, откуда начиналась странная, по виду – ненатуральная белая борода, которая, впрочем, сразу же под металлической брошью пряталась под синий плащ, накинутый на плечи гнома. В том, что это был именно гном, Бильбо, внимательно оглядевший гостя, был более чем уверен. Хоббит даже вспомнил его. Ведь этот был тот самый гном, чью бороду он поначалу сравнил с Балиновской!       - Простите, я не понимаю, вы что-то хотели мне сказать? – снова неуверенно заговорил Взломщик. Он пытался понять, чем может помочь гостю, но никак не мог сообразить, что же нужно неизвестному.       Видимо не желая тратить время на расспросы, гном недовольно выдохнул и, поманив «фермера» пальцем, пошел прочь из зала.       Полурослик снова окинул взглядом помещение, кишащее гномами, людьми и эльфами, и без опаски пошел вслед за приостановившемся у выхода «странником».       Опираясь на посох, скорее для вида, чем по надобности, гном уверенно провел мистера Бэггинса вдоль стройного ряда колонн, по нескольким поворотам в глубь коридора, уходящего в один из пока еще не до конца восстановленных залов. Когда темнота скрыла лица, оставив лишь очертания силуэтов, гость остановился и обернулся к заволновавшемуся полурослику. Не то, чтобы хоббит чувствовал опасность, но было как-то не по себе. Поведение таинственного «скитальца» было странным и Бильбо это не нравилось.       Так же, не произнося ни слова, незнакомец подошел ближе и, не медля и секунды, прикоснулся пальцами к подбородку хоббита, вынуждая того приподнять голову.       - Что вы… - испуганно пробормотал мистер Бэггинс. В следующий момент гном немного наклонился и Бильбо ощутил прикосновение чужих горячих губ к своим. Вся эта ситуация, маскарад, тайна, темнота, шум и голоса веселящихся друзей где-то в стороне, странный незнакомец… это было так странно и так нереально, что немного захмелевший Взломщик замер, не в силах отстраниться и уж тем более сбежать. Он ощутил, как губы незнакомца осторожно, но в то же время властно накрыли его собственные, услышал, как шумно и как-то рвано выдохнул гном, когда его язык скользнул в приоткрывшийся рот полурослика. Хоббит почувствовал, как по его собственному телу то ли от испуга, то ли от волнения пробежала дрожь, а сердце бешено забилось в груди. Крепкая рука гнома переместилась с подбородка на затылок Бильбо, притягивая полурослика к себе, в то время как язык его продолжал настойчиво ласкать рот и губы хоббита. Взломщик вдруг почувствовал, что что-то неправильно. Не так. Он уперся ладонями в грудь незнакомца, пытаясь отстраниться, вырваться из чувственного плена горячих губ, избавиться от наваждения. Именно в этот момент позади него послышались знакомые тяжелые шаги и, совсем близко раздался голос Балина.       - Бильбо! Ты где?       Таинственный «скиталец», не обращая внимания на слабые попытки хоббита оттолкнуть его, медленно и, будто с сожалением отстранился от губ полурослика и убрал руку, чем мистер Бэггинс не преминул воспользоваться. Он отскочил от гнома на пару шагов назад и замер. Сердце бедного Взломщика готово было выскочить из груди, а в голове творился настоящий хаос. «Странник» все еще неотрывно смотрел на хоббита, пользуясь тем, что в темноте он мог видеть гораздо лучше, чем его невольный спутник.       Бильбо не видел его взгляда, но готов был сквозь землю провалиться от стыда в тот момент, когда осознал, что непроизвольно облизнул губы, все еще хранившие легкий привкус вина, оставшийся после настойчивого поцелуя гнома. Незнакомец отступил в темноту смежного с коридором зала как раз в тот момент, когда Балин дошел до хоббита.       - Дружок, ты чего тут делаешь? – поинтересовался старый гном, внимательно вглядываясь в блестящие глаза хоббита, успевшего опрометчиво выйти из-под покрова темноты. Балин, то ли уже нагулявшись, то ли решив, что теперь-то Бильбо его точно с пира не выгонит, уже не скрывался от полурослика.       - А? Нет… ничего, - пробормотал Взломщик, старательно отводя взгляд.       - Пойдем-ка со мной. Ты такой праздник организовал, а сам по углам прячешься, - укоризненно покачал головой белобородый гном, приобнимая полурослика за плечи.       Как только рука Балина коснулась мистера Бэггинса, тот вдруг вздрогнул, удивив этим товарища.       - Да что это с тобой, Бильбо? – поинтересовался гном, глядя на внезапно покрасневшего друга.       - Ничего. Все нормально. Пойдем, - пробормотал хоббит, торопливо зашагав прочь от злосчастного коридора.       Мудрый гном кинул заинтересованный взгляд в сторону темного зала и не спеша двинулся за хоббитом, который припустил чуть ли не бегом.       Весь оставшийся вечер полурослик то и дело старался затеряться в толпе, едва заметив проходящего неподалеку гнома в синем плаще. Незнакомец же, казалось, абсолютно не тяготился произошедшим и не обращал на хоббита внимания, то и дело переходя от одной кучки гостей к другим.       К концу вечера Бильбо весь извелся, не зная, что и думать. Странный гном сперва поцеловал его, утащив подальше от людей, а потом сделал вид, что ничего особенного не произошло, спокойно вернувшись к празднующим. Как бы ни старался Взломщик отвлечься, мысли его все время возвращались к подгорному жителю в широком капюшоне, то и дело мелькавшему в поле зрения хоббита. Полурослик не задумывался, то ли это гном все время попадается ему на глаза, то ли он сам выискивает незнакомца взглядом. Ясно было одно, впервые за последние дни мистер Бэггинс был не рад празднику и мечтал, чтобы тот поскорее закончился. Он даже пытался незаметно ускользнуть с пира, но ему это не удалось. Всякий раз, как он уже добирался до выхода, его кто-нибудь возвращал обратно, настойчиво приглашая к столу, или же он натыкался на того самого гнома, о чем-то оживленно беседовавшего то с людьми, то с гномами у самого прохода. К слову сказать, гномы, как и следовало ожидать, вели себя… соответственно всеобщему о них мнению. Напившись вина и от души наевшись великолепных кушаний, они горланили веселые песни, задорно плясали, втягивая в свои ряды людей и пытаясь подтянуть к пляскам эльфов. Однажды «королю», а точнее, Кили, в костюме Торина удалось даже Бильбо втащить в самый центр гномьего безумия. Однако долго хоббит не выдержал бешеного темпа пляски и тихонько выскользнул из круга и отошел подальше. Эльфы, в типичной для них манере неспешно потягивали вино и вели приятные беседы. Подвыпившие люди поведением больше походили на гномов. Они также плясали и пели, стремясь перекричать друг друга, пили и ели, уже не обращая внимания на манеры и приличия и, кажется, гномам это только нравилось. Полурослик заметил, что некоторые гномы стянули капюшоны и избавились от скрывавших лица шлемов и масок, однако среди этих отчаянных гуляк не было никого из отряда Торина Дубощита. Взломщику так и не удалось никого узнать, хотя и желания у него уже никакого не было. Все мысли хоббита занимал таинственный гном в синем плаще и произошедшее в темном коридоре.       Эльфы, гномы, люди – все веселились, радовались и смеялись. А вот праздничное настроение Бильбо испарилось как капли росы под беспощадным солнцем. Мистер Бэггинс выглядел задумчивым и отрешенным, как будто вокруг него не сновали сотни пьяных, веселых, празднующих людей. Он все думал, кто был тот странный гном и как понимать его поступок? Хоббит уже собрался было с духом, и решился подойти к «страннику», но тот, словно прочитав мысли полурослика, старательно избегал с ним прямого контакта. Гном в синем плаще и посохом в руках то и дело ускользал от внимательного взгляда подходящего к нему Бильбо и внезапно появлялся в совершенно противоположном конце зала. Несмотря на это, Взломщик не терял надежды поговорить с незнакомцем. Та кружка эля, что затуманивала его голову, постепенно испарилась, а больше пить «фермер» из Шира не стал. Особенно учитывая случившееся. Так он и пробегал за «скитальцем», пока тот вдруг не исчез.       Вечер подходил к концу и многие уже разошлись. В большинстве своем конечно эльфы. Подданные Трандуила, тоже не найдя среди ряженых гномов Его Величество, очень вежливо распрощались с потерянно оглядывающимся по сторонам хоббитом и чинно проследовали к выходу, не желая доставлять хозяевам праздника лишних хлопот. Некоторые из людей тоже решили отправиться домой, но многие настолько активно подражали гномам за столом, что были просто не в состоянии подняться на ноги. Именно это и предвидел Король-под-Горой, скрепя сердце, выделяя гостевые комнаты для тех, кто решит остаться до утра. В любом случае, мало кто сумел найти в себе силы добраться до этих самых апартаментов. Многие остались «отдыхать» тут же, за столом, опять же, подражая гномам, которые на правах хозяев Горы засыпали чуть ли не столах. Бильбо, заметив, что незнакомца в синем плаще нигде нет, попытался было его найти, но где там маленькому полурослику из Шира обойти весь Эребор.       После бурного веселья, выпитого и съеденного и, особенно, неожиданного «происшествия» в виде поцелуя неизвестного гнома, мистер Бэггинс чувствовал себя безмерно уставшим. Вконец вымотавшись, хоббит решил оставить все как есть до утра и отправиться спать.       «Утро вечера мудренее», - подумал Взломщик, направляясь в свои покои.