Я всего лишь хотел спросить дорогу

***

      После продолжительных эмоциональных потрясений и необоснованных стечений обстоятельств, Шикамару решил абстрагироваться от окружающей действительности и с головой уйти в учёбу, попутно игнорируя любые мысли, отвлекающие от неё. Дальний стол в библиотеке по-прежнему оставался единственным пристанищем, выступающим гарантом спокойствия и одиночества. Лишь один момент не давал максимально погрузиться в процесс — непрерывные звонки от матери. Ровно раз в час. И любой довод в пользу прекращения такого контроля оборачивался очередным скандалом на пустом месте.       Пальцы настойчиво тёрли виски, пытаясь избавиться от назойливой головной боли. Но вряд ли удастся подавить следствие, не убрав причину. Напряжение незаметно перетекало в мышцы, заставляя то и дело разминать плечи, шею и руки. Но если мышцам на какое-то время становилось легче после нехитрых манипуляций, то голова не переставала гудеть ни на секунду. Уже привычное, но по-прежнему несвойственное, раздражение подступало к самому горлу, временами вырываясь тихой бранью. А рубашка, казалось, вот-вот сдавит горло, лишая возможности вздохнуть полной грудью. В какой-то момент боль стало невозможно терпеть, а каждый вздох давался крайне тяжело, и присущее парню терпение лопнуло: рука стремительно нащупала злосчастный телефон и поставила его на беззвучный режим, после — ворот рубашки, расстёгивая дурацкие пуговицы. И шумно грохнулась об стол, привлекая внимание. Но головная боль начала постепенно сходить на нет, а воздух в библиотеке перестал казаться таким душащим.       Шикамару всё ещё не мог до конца поверить в то, что мать настолько легко приняла все россказни Ино за чистую монету и не желала даже слушать его. Не мог понять, чего от него на самом деле хочет эта несносная блондинка. Не мог принять странный отказ Темари. И перестал понимать самого себя, как и мир вокруг. Столица его душила, практически буквально. Толпы людей, не замолкающих ни на секунду, вечный гул улиц, не стихающий даже по ночам, сумасшедший ритм, выбивающий из привычного распорядка, и бесконечно сменяющие друг друга обстоятельства, не поддающиеся логике. — «Так, всё, хватит! Мне нужно до конца недели закрыть эти чёртовы долги!» — Как бы Нара не пытался занять все мысли учёбой, к тому же, экзамены маячили уже на горизонте, дурацкие мысли наперебой лезли в голову, мешая сосредоточиться. Всё-таки звонки матери были не единственной причиной — головная боль лишь притупилась, но не собиралась уходить вовсе. — «Это какой-то замкнутый круг!»       Опустошённый, уставший и замученный свалившимися на него событиями он отодвинул ноутбук в сторону, закрыл конспекты, откинулся на спинку стула и закрыл глаза. Сохранять привычные невозмутимость и спокойствие больше не получалось. Лицо постоянно держало гримасу нездорового напряжения, заставляя болеть челюсть и злосчастную голову. Даже спасающий в любой ситуации сон уже не был столь безмятежным: парень мог подорваться посреди ночи, с тяжёлым дыханием и громким сердцебиением, а порой просто не мог уснуть, прокручивая события прошедших дней.       Желание что-либо делать и пытаться как-то приспособиться ушло, оставляя только раздражение и усталость. Странное, незнакомое ранее чувство не давало прохода все последние дни. И, казалось, ничего такого не случилось. Подумаешь, с учёбой проблемы. Разве в школе не было того же? Подумаешь, Ино втянула в свои интриги. Будто раньше он не принимал в них участия. Подумаешь, не вышло подкатить к понравившейся девушке. Она, что, единственная на этой планете и других просто нет? Подумаешь, адаптация даётся с трудом. Он не один такой, привыкающий. Но, почему-то, любые доводы рассудка разбивались в дребезги об это состояние. Не давали нормально жить. И нормально дышать. — «Нужно выйти на улицу. Насколько я помню, пары сегодня в другом корпусе. Нужно успеть доехать.»

***

      Воздух суматошного города несомненно бодрил, особенно запах выхлопных газов от проезжающих мимо машин. Будничные разговоры людей, ждущих транспорта рядом с Нарой, тонули в музыке, доносящейся из наушников. Хотелось поскорее добраться и попытаться вздремнуть на очередной лекции. Даже недолгая дремота помогала привести мысли в порядок, после чего какая-нибудь хорошая идея озаряла голову. Достав телефон из кармана, Шикамару убедился, что у него есть время, а также несколько непринятых звонков от матери.       Также дисплей напоминал о необходимости сдачи долгов и встрече с профессором. Но эти дела уже не казались такими уж важными и нужными, особенно сейчас. В какой-то момент промелькнула мысль послать всё к чёрту, найти тихое место и попытаться ни о чём не думать. Тишина всегда спасала. Давала такой нужный глоток спокойствия. Направляла на важные раздумья и рациональные действия. Но сейчас это ощущалось как бегство. Только от кого бежать и куда, было не до конца понятно. И можно ли было убежать вообще? А нужно ли? К чему это приведёт?       Нара сильно зажмурился, отгоняя странное наваждение, и шумно выдохнул. Перед глазами по-прежнему был уже погасший дисплей, а необходимый транспорт всё ещё не прибыл. Убрав телефон обратно в карман, парень окинул взглядом округу. Кажется, только вчера он оказался здесь, посреди шумной улицы, с чемоданом и полным непониманием, куда идти дальше. Вот он идёт к остановке в надежде узнать хоть у кого-то направление и вот его сбивает с ног первая проблема, которая по сей день не выходит из головы. Прошло всего около трёх месяцев. Но полное ощущение, что куда больше.       Тогда ещё спокойный, пусть и немного растерянный, Шикамару приехал сюда, как утверждала мать, за новыми возможностями. Сейчас же он вновь стоял на этой чёртовой улице, раздражённый, нервный и потерянный окончательно, в поисках непонятно чего, идущий непонятно куда и зачем. Но ведь ещё вчера всё было таким очевидным… Нет, в том-то и дело. Оно таковым никогда не являлось. Нара приехал сюда с неявной перспективой, ведь никто бы не мог ему гарантировать безоблачное будущее. Это даже смешно. Более того, он даже не сам сделал выбор. За него всегда кто-то что-то решал. А он? Он просто плыл по течению, даже не понимая, куда русло этой реки унесёт его и к какому берегу прибьёт. Может, стоило хоть раз опустить взгляд от облачного неба и посмотреть вперёд?

***

      Желанная дремота разбилась о суровую реальность в виде профессора, который уж очень захотел видеть Нару в первом ряду и слушать его мнение касательно темы предстоящих экзаменов. Время, проведённое в библиотеке, не прошло даром. Это и спасло, но и без того нарастающего раздражения прибавилось. А комната общежития встретила духотой и весёлым другом, который спешил поделиться впечатлениями от первого свидания с иностранкой. Большая часть рассказанного ушла от понимания, так как Чоуджи не переставал уминать любимые чипсы. Да и вникать в это не хотелось. Но гордое звание лучшего друга обязывало порадоваться и поздравить. Пусть и вышло крайне натянуто. — Ничего не вышло? — заинтересованный тон дал понять, что лечь спать сразу не получится. — Если ты о Темари, то не вышло. — Шикамару уселся на кровати в позе лотоса, пытаясь поймать последние крохи стремительно ускользающего спокойствия и душевного равновесия. — Она тебе отказала? — Она меня послала. — Но не отказала же, — смешок слишком громко вырвался, оставив друга озадаченным такой реакцией. — Будто это можно понять как-то иначе. — Но можно же, — продолжал настаивать Чоуджи. — Может, она была не в духе или обиделась из-за слухом. В любом случае, она ведь не сказала «нет». — Так, всё. Хватит, — резко сев на кровать, свесив ноги, Шикамару пристально посмотрел на друга, который, видимо, не совсем понимал его поведение. — Знаешь, мне это уже надоело. — Ты о чём? — Да обо всём этом, — повысив голос, Нара обвёл руками комнату. — Столица с её суматохой, учёба со своими сроками и объёмами, женщины с их нелогичными поступками. — Не думал, что на тебе это так сильно скажется, — наверное, впервые за долгое время, понимая всю серьёзность разговора, Акимичи убрал в сторону пачку чипсов. — Ты самый невозмутимый человек из всех, кого я знаю. Но сейчас… Ты изменился. — Я знаю, — буркнул себе под нос Шикамару. — И мне эти изменения не по душе. — Так, может, тебе стоит взглянуть на это с другой стороны? — В том и дело, — резко встав, Нара подошёл к окну. — Я только и делаю, что смотрю, но ничего не делаю. Именно поэтому я здесь. В месте, где мне никогда не хотелось быть. В интригах, которые долго игнорировал и давал им случатся. В недоотношениях, которые непонятно с чего начались и непонятно чем закончились. — Значит, ты готов начать перемены? — Довольно улыбнувшись, друг снова взялся за пачку. — Пожалуй, только как? — Ещё не поздно перевестись в наш местный университет. — Ты это серьёзно? Меня мать больше никогда на порог дома не пустит, если я сделаю это. — Но дальше ведь тебе жить своей жизнью, а не твоей матери. — Осознание такой простой истины оказалось довольно болезненным. Казалось, что этой фразой, друг ударил его под дых. — Ты прав, уже давно пора было показать характер. Может, кто его знает, она, наоборот, будет тобой гордиться. — Сильно сомневаюсь. — Откуда ты знаешь? Ты же не пробовал.       Действительно. Он никогда ничего такого в своей жизни не пробовал. Даже не пытался пробовать. И не думал об этом вовсе. Всё было таким понятным и простым только по одной причине — всё делали за него. А он позволял этому случаться. Плыл и знал, что его направят. А теперь, когда только от него зависел путь, всё оказалось куда сложнее. И ситуация с Темари — прямое доказательство. Как и ситуация с Ино. Да и с учёбой тоже. Шикамару не был готов к самостоятельному плаванию, пусть и упорно считал, что это не так. — Ладно, оставлю тебя. Не хочу пропускать ужин. — Понимание в голосе друга ободрило и, наконец, позволило вздохнуть полной грудью, впуская воздух из открывшего окна. — Какое бы решение ты не принял, я — твой друг. И всегда поддержу тебя. — Я знаю.       Разумеется, последняя фраза была сказана шёпотом и после ухода Чоуджи. Лёгкая улыбка впервые за несколько дней тронула губы. Похоже, теперь Нара встал на правильный для себя путь. Осталось где-то раздобыть карту и… Нет, не надо ничего искать. Нужно сделать её самому. Но сперва сон. Полноценный крепкий сон. А завтра… Завтра обязательно будет легче. Ведь так?

***

      К сожалению, не так. Как стало известно с недавних пор — проблемы ходят компаниями, не иначе. Сон прервался на моменте засыпания пришедшим соседом по комнате. Татуированный сектант или просто вымазанный краской, но в природе рисунков на лице разбираться совсем не хотелось, ввалился с грохотом и матами и не особо беспокоился, что уже поздний вечер и сожители могут не бодрствовать. Начинать перепалку не было желания, но спать хотелось сильно, впервые за эти дни. Поэтому не оставалось ничего другого, кроме как пытаться выйти на конструктивный диалог, пусть и надежды было мало. — Что-то случилось? — Тебе-то какое дело? — предсказуемый негатив. — Никакого. — Привстав с кровати, чтобы лучше видеть пришедшего, Нара продолжил спокойно: Но комната общая. И ты шумишь. — И что с того? — ухмылка настолько противная, что заставила встать, дабы скрыть неприязнь и стараться держаться увереннее. И, по возможности, спокойнее. — С того, что шум мешает спать. — Меня это не волнует, — демонстративно повернувшись к Шикамару спиной, сектант начал перебирать вещи в шкафу, нарочно делая это громко, то и дело ударяя руками по деревянным стенкам. — А вот меня волнует, — понимая, что драки не избежать, Нара размял костяшки. — И что ты с этим сделаешь, умник? — снова эта ухмылка. Открытый вызов. Что же, давно пора было его принять.       Всё накопленное за эти дни раздражение Шикамару вложил в один единственный удар, который пришёлся точно в челюсть, заставив соседа схватиться за лицо, пошатнуться и отойти. Явно не ожидавший такого парень несколько секунд ошарашенно смотрел куда-то в стену перед собой. Но после взял себя в руки, хрустнул пару раз повреждённой челюстью и снова ухмыльнулся. — Должен признать — хороший удар. — Расслабляться было рано. От таких, как он, можно ожидать всего, чего угодно. Пути назад нет. Нужно довести это дело до конца. — Но со мной ты не сможешь тягаться. — И в ту же секунду ответ прилетел точно в глаз, столь же стремительно, сколь сам Шикамару нанёс свой удар. Отшатнувшись и приземлившись на кровать, он схватился за глаз. Пока что боль была терпимой, но скоро шок пройдёт и придётся где-то искать лёд, чтобы снять отёк. — Я и не собирался. — Быстро оправившись, также спокойно старался держаться Нара. — Но весь этот цирк надо как-то заканчивать. — Не раньше, чем ты закончишь свой. — Свой? — Только не делай вид, что не допёр. — В намеченный план драки никак не вписывался этот диалог. Только в чём именно сосед обвинял его? Тот же с самого начала хотел не дать им всем нормальной жизни. Тогда в чём его вина? — Перестань морочить голову моей сестре. И держишь от неё подальше. — Сестре? — С каждым новым словом жизнь для Шикамару становилась всё более безумной и непонятной. Либо этот сектант знатно так накидался, либо Нара не был в курсе влюблённости в себя какой-то девушки. — Какой ещё сестре? — Ещё умника из себя строит. А простые вещи с трудом доходят, — сосед приближался, разминая кисти. И уже собирался бить полулежачего, но терять самообладание и поддаваться странным обвинениям было некогда. Нужно защищаться и докопаться до истины, иначе к приходу Наруто и Чоуджи здесь будет настоящее месиво. — Хватит. — Блок из рук стойко принял на себя удар. Шикамару резко встал и отпихнул от себя противника, заставив того потерять равновесие и плюхнуться на пол. — Мне порядком надоело играть в отгадки-догадки. — Ложный замах ногой в сторону соседа возымел эффект. — Никому я голову не морочил. Не знаю, что там тебе привиделось… — Ещё раз тебе, придурку, повторяю. Оставь Темари в покое. — Что тут у вас происходит? — Вошедший как нельзя вовремя Наруто был озадачен такой картиной, но Шикамару, казалось, вовсе его не заметил. — Этот идиот опять забыл своё место? — Как интересно.