Истории необыкновенного подарка

      Саске потянулся в кровати, вслушиваясь в приятное мерное напевание, время от времени заглушаемое лязгом посуды, доносившимся из кухни. Значит, Сакура уже давно проснулась и теперь занимается завтраком.       Настроение у парня было более чем хорошее, учитывая, что сегодня наконец долгожданный выходной, который он может провести со своей семьей. Последнее время такие дни выдавались все реже и реже, а миссии становились все продолжительнее, не оставляя возможности для отдыха. А ведь именно сейчас он, как никогда, нужен был здесь, в Конохе, своей недавно пополнившейся семье. Сакура, конечно, мужалась и делала вид, что прекрасно справляется со всем сама, но он же видел, как сильно ей не хватало мужской руки, да и Сараде нужен был отец рядом, а не за тридевять земель. А то с таким успехом она его скоро перестанет узнавать, а чего еще хуже, так примет за своего отца этого баку Наруто, который периодически заглядывал к ним в гости вместе с Хинатой и своей мелкой копией себя (на которого Саске уже смотрел с подозрением, предчувствуя, что первое слово Узумаки младшего будет «даттебайо»). Впрочем, Сарада, хоть и была девочкой, но внешностью пошла в отца, чему Саске втайне был очень рад и даже испытывал некую гордость, хоть большой его заслуги в этом и не было. И ведь, несмотря на то что она еще совсем малышка, а Саске по большей части отсутствует, именно ему дочка улыбнулась в первый раз. Как будто ждала его возвращения и, дождавшись, подарила всю свою любовь в этой детской, несмелой, но самой красивой на свете улыбке. Что ж поделать, видимо, судьба была такая у его любимых – ждать его. Осознав, что так больше продолжаться не может, глава семьи Учиха уже намерился пойти к Хокаге и попросить найти ему сменщика, чтобы чередовать с ним миссии по обходу границ страны Огня, да только именно в тот же день, как оказалось, Хатаке Какаши подписал отречение от должности в пользу Узумаки Наруто. Вот и получилось, что новый Хокаге ближайшую неделю занят делами, связанными со вхождением в должность и организацией церемонии инаугурации, а старый уже не имеет полномочий подписывать какие-либо бумаги. Поэтому еще как минимум пару раз Саске придется долгое время находиться вдали от семьи.       Правда, отличное настроение было слегка подпорчено тем фактом, что Сакуре придется выйти на работу из-за неожиданно появившегося сложного пациента, случай которого требовал ее личного присутствия. Саске, конечно, попытался уговорить жену остаться. И не только словами. Но, когда речь заходила о больнице, девушка была непоколебима и со всей серьезностью подходила к этому делу, не позволяя халтурить ни себе, ни кому-либо из подотчетного персонала. И в принципе Учиха всё понимал, но так сложно было отпустить ее в этот единственный выходной, пусть она и пообещала вернуться пораньше. Да и парень видел, с какой тоской и грустью Сакура сообщила ему вчера вечером о том, что ей придется уйти. Но пациенты превыше всего. Иногда приходится жертвовать своими собственными интересами ради работы.       Успокоив себя тем, что скоро эти мимолетные встречи перерастут в полноценное времяпрепровождение с семьей, Саске поднялся с кровати и, натянув штаны, подошел к колыбельной. Сарада мирно спала, слегка приоткрыв ротик и сжав кулачки, периодически подергивая их, будто бы борясь с невидимым врагом. Рядом с ней лежала розововолосая кукла-Сакура, заботливо накрытая вместе с девочкой одеяльцем. Учиха-старший усмехнулся и силой поборол желание взять дочку на руки и поцеловать в пухлую щечку. Если девочка проснется и расплачется, то ему будет сложно успокоить ее. Он еще не освоил все эти тайные методы убаюкивания, которые использует Сакура. А применять гендзюцу на ребенке далеко не самый лучший вариант. Хоть и заманчиво быстрый.       Парень прошел на кухню и остановился в дверях, засмотревшись на жену, которая стояла спиной к нему и домывала последнюю тарелку. – Доброе утро, – поздоровался он, приближаясь к куноичи. – О, доброе. Не хотела будить тебя. Но ты рано подскочил, – улыбнулась Сакура, разворачиваясь лицом к брюнету. – На миссиях приходится спать намного меньше. Если вообще повезет спать, – пожал плечами Учиха, кладя одну руку на талию девушки. – Совсем не бережешь себя, – Сакура выглядела сурово. – Лечу всех вокруг, а у самой муж от недосыпания страдает. Это чревато, между прочим. – Успокойся, – Саске легонько обнял ее. – Я же обещал, что скоро все изменится. Куноичи крепче прижалась к любимому и, положив голову на широкое плечо, прошептала: – Я помню. Но никогда не перестану переживать за тебя и Сараду. Даже не проси, – она слегка усмехнулась. – Так что не рискуй зазря. Ведь у тебя есть те, кому ты дорог и кто ждет твоего возвращения.       Саске промолчал. Хоть они с Сакурой жили вместе уже более трех лет, а Сараде скоро уже исполнится полгода, он все еще не мог свыкнуться с той мыслью, что у него есть настоящая семья, которую он любил и ценил больше всего в жизни. Иногда он просыпался среди ночи от очередного кошмара, связанного с его прошлым, которое так и не отпустило его окончательно и, наверно, никогда уже не подарит возможность вздохнуть свободной грудью. Хотя до какого-то момента он думал, что все дело в нем самом, что кошмары – его сущность, что это плата за роковые ошибки, пока однажды не проснулся от крика Сакуры и не осознал, что по ночам все они страдают от ужасающих картин пережитого. Это проклятие их поколения, перетерпевшего за свой недолгий век не одно кровавое нападение и не раз балансировавшего на грани жизни и смерти. – Ладно. Мне пора бежать уже, – Сакура слегка отстранилась от парня, чтоб заглянуть в его темные бездонные глаза. – Завтрак на плите. Еда для Сарады в холодильнике, разогреешь, хорошо?       Саске уверенно кивнул, и девушка, нежно поцеловав его в губы, ушла собираться в спальню.       Парень все еще неспешно наслаждался заботливо приготовленной едой, когда из коридора донеся голос Сакуры: – Я ушла! – Хорошо! – Хлопнула дверь.       Саске уныло вздохнул, доев последние крошки завтрака, представляя, что уже завтра опять придется перебиваться непонятно чем, а в худшем случае так вообще безвкусными пилюлями. Вот и еще один веский повод сократить длительность миссий.       Внезапно из спальни донеся детский плач, и молодой папаша вскочил со стула и побежал спасать внезапно проснувшуюся дочь, как будто почувствовавшую уход мамы.       Саске вошел в комнату и, приблизившись к колыбельной, взял девочку на руки, легонько покачивая ее и попутно вспоминая, что там Сакура говорила про ее еду. Осторожно вернув немного успокоившуюся Сараду в кроватку, он пошел обратно на кухню. Быстро отыскав в холодильнике кастрюлю с кукурузной кашей, Учиха поставил ее разогреваться на слабый огонь, а сам направился в спальню. Девочка притихла и теперь спокойно, с некой завороженностью рассматривала свисавшую погремушку, состоящую из значков клана Учиха. Между прочим, сделанную на заказ. Подарок от семейства Узумаки.       Саске любовался дочерью, невольно улыбаясь и дергая за игрушку, наблюдая за ее реакцией. Девочка, заметив, что значки стали мелькать быстрее, протянула ручки вверх, как будто пытаясь уловить ускользающие «штучки», и довольно улыбнулась, когда папа спустил игрушку, позволяя ей ухватиться за нее.       Молодой глава семьи облокотился о край кроватки и мог бы так вечно дергать игрушку, наслаждаясь видом улыбающейся дочери, если бы что-то его не насторожило. В первые несколько секунды Учиха и сам не мог понять, что же его так терзает, восстанавливая в памяти все мелочи, которые могли иметь значение, пока не дошел до того момента, как он с утра подходил к кроватке Сарады. Кроватка. Сарада. Кукла. Но сейчас чего-то не хватало. Кроватка. Сарада. Стоп. А где кукла?       Саске подошел к подоконнику, где расположилась остальная команда №7. Но Сакуры среди них не было. Тогда парень оглянулся вокруг себя, внимательно изучая все детали комнаты, но, не заметив пропажи, опустился на колени и заглянул под кровать и стол – тщетно.       Внезапно его внимание привлек кусочек чего-то красного возле колыбельной Сарады. Опустившись, Саске поднял ткань и с ужасом распознал в ней кусок платья куклы. Страшная догадка пронесла в его голове, а вместе с ней и приговор себе же:       «Сакура меня убьет».       Стараясь не думать о ближайшей кончине и разъяренной жене (наверно, во время его отсутствия у нее Сарада кукол точно не ест), Саске постарался взять себя в руки и, аккуратно достав разыгравшуюся дочку, присел на кровать, развернув девочку к себе лицом. – Сарада, ты что съела маму? – с испугом спросил Саске, делая последние попытки не поддаваться панике. – А ну, выплюнь бяку!       В этот момент Учиха показалось, что девочка и вправду посмотрела на него с укором, хоть и не понимала даже значение этого слова. – Ба! – попытался издать какой-то звук ребенок, который парень с перепугу принял за «да». – Сарада, выплюнь бяку!       Дочка надулась и явно не знала, чего от нее хотят. – Ну же, открой ротик, – жалобно попросил папа, не представляя, что же делать дальше.       Последняя фраза была малышке знакома, но обычно в дополнение к ней прилагалась еще ложка вкусной еды, а вот тут обман какой-то получался. Фраза есть, а ложки нет. Уловив подвох, она насупилась еще больше.       «Черт, нужно бежать в больницу. Сам я ничего не сделаю, а чем дольше ждать, тем хуже». Наспех одев девочку и уложив ее в коляску, каким-то чудом не забыв выключить плиту, молодой папаша выбежал из дома.       До больницы было относительно недолго, но с коляской дорога довольно растягивалась. А тут еще внезапно откуда-то из-за поворота выскочил Наруто, причем чуть не сбив Учиха своей коляской. – Эй, смотри, куда едешь! – закричал брюнет, еле успевая вывернуть вправо. – Это ты скорость соблюдай, теме! Нечего носиться! Здесь тебе не ралли! – Узумаки не шла эта напускная ворчливость, поэтому уже через несколько секунд он с интересом спросил: – И вправду, куда это так? Гуляешь с ветерком? – Не твое дело, – Саске ускорился в надежде, что друг отстанет. Но не в случае с Наруто. Откуда-то сзади раздалось задорно: – Я понял! – послышался звук раскручивающихся колес и топот ног. – Ты хочешь поиграть наперегонки?       Наверно, это последнее, чего хотел Саске в своей жизни: гоняться с колясками наперегонки с Наруто. Это был худший из кошмаров. – Уссуратонкачи, отстань! Не видишь, я занят. – Да. Гонять коляску – это тяжелое занятие, – с сарказмом заметил Узумаки. – Ну что? На раз, два, три?       Посчитав, что молчание – знак согласия, Хокаге произнес стартовую фразу и рванул вперед, оставляя лучшего друга позади.       Опешив от такого поворота событий и посочувствовав Узумаки-младшему, которому несказанно повезло с отцом, Саске бросился вдогонку.       Конечно, оправданием послужило то, что на счету была каждая секунда, а раз Наруто может разгоняться до такой скорости, значит, последствий быть не должно. Да и Сарада вела себя вполне тихо, наслаждаясь непредвиденной прогулкой.       Заметив, что Наруто свернул на одну из побочных улиц, Саске с облегчением вздохнул и в тишине и спокойствии быстрым шагом, стараясь не привлекать на главной улице к себе внимания, дошел до здания больницы, не забыв применить маскировку на случай, если столкнется с Сакурой.       Оставив коляску у входа, преодолев несколько коридоров в пару прыжков, Саске оказался у двери детского врача и, не мешкаясь, влетел в кабинет. – Добрый день, – раздался флегматичный голос врача. Учиха решил не терять времени на формальности и сразу в лоб выложил суть всей проблемы: – Мы съели Сакуру! – Да вроде я ее видел сего… Что? – врач сразу оторвался от занимательного журнала и с ужасом и непониманием уставился на посетителей. – Она съела маму, – решил уточнить Саске, подумав, что врача шокировало «мы». Но врача, видимо, не успокоила замена местоимения. – Саске-сан, Вы точно вчера не пили? – на всякий случай поинтересовался мужчина, привставая со своего места.       Учиха сверкнул шаринганом, поражаясь нерасторопности и наглости врача. Да у его дочки проблемы! А этот невежа задает провокационные вопросы, да и совершенно безосновательно! – Всё-всё! – испугано замахал руками врач, забирая у Саске дочь.       И началось томительное ожидание. Медик занялся осмотром девочки, впрочем, сразу постановив, что та вполне здорова и жизнерадостна (чего не скажешь о ее отце), но на всякий случай поизображал различного рода манипуляция, дабы успокоить встревоженного папу.       Наконец, вернув Сараду, мужчина спокойно сказал: – С Вашим ребенком все в порядке, – а потом слегка подумав, добавил: – А вот насчет Вас я не уверен. Бледный Вы какой-то, недосыпаете, наверно… – впрочем, намекая больше на психическое состояние парня. – И что, она ничего не съела? – проигнорировал последнее замечание Саске. – Нет. Ну, если Вы ее не кормили, то еда там сама собой не материализуется. А дети, знаете ли, не из воздуха питаются. Им кашки там нужны, пюре… – словив на себе убийственный взгляд, врач решил не продолжать. – Спасибо, – поблагодарил Учиха и, не забыв при помощи шарингана стереть у медика память о последних пятнадцати минутах, в раздумьях вышел из кабинета.       Дорога домой была поспокойнее, не считая встречи с самодовольным Узумаки, который односторонне признал свою победу и сказал, что вечером зайдет в гости отпраздновать ее. Саске было вовсе не до этого, поэтому он просто кивнул, чем заставил друга впасть в ступор: тот уже был готов крушить сопротивление. – Тогда до вечера! – помахал рукой блондин и развернулся по направлению к своему дому       Учиха делал все на автомате, до сих пор глубоко раздумывая о том, что же произошло с куклой, и не мог ли врач допустить ошибку. Наконец к моменту, когда он покормил недовольную такой длительной голодовкой Сараду, даже версия с домовиками казалось не такой уж и абсурдной. Еще чуть-чуть и он бы в нее поверил, но тут послышался звук проворачивающегося в замке ключа – и на пороге показалась Сакура. – Я вернулась, – крикнула она. – Случай пациента оказался не таким уж и сложным! И я сразу, как смогла, поспешила домой к моим любимым мужу и дочке, – с этими словами девушка прошла на кухню и поставила пакеты с покупками на стул. Заметив повисшую непонятную тишину, медик с подозрением спросила: – Что-то не так?       Саске, осознав, что надо срочно принимать какие-то меры, подошел к жене и, приобняв ее сзади за плечи, сказал: – Просто мы уже успели соскучиться… – Конечно, – с иронией произнесла Сакура. – Да по вам же видно, что напакостили что-то. Ха-ха, – сама сказала – сама посмеялась.       Иногда она шутила, прям как ее отец, с которым Саске боялся пересекаться как раз таки из-за этого самого чувства юмора. Хотя в общении Кидзаши был интересным человеком и весьма добрым, пока дело не доходило до шуток. Благо в Сакуре эта черта семейства Харуно просыпалась изредка и сразу же обратно впадала в спячку. – Помочь что-нибудь? – спросил парень, окидывая взглядом увесистые пакеты. – Да. Отнеси, пожалуйста, это в спальню, – девушка протянула какую-то вещицу, и Саске замер, не веря своим глазам. – Что это? – выдавил он, забирая из рук девушки пропажу. – Нет. Ты точно какой-то странный сегодня, – усмехнулась куноичи. – Мини-Сакуру не признал что ли? Я брала ее сегодня на работу подшить в перерыве. Там сбоку шов разошелся.       Саске остолбенело уставился на причину всех его сегодняшних страданий. А разгадка была так проста. Напридумывал всякой ерунды. Сараду бедную затаскал, врача подверг гендзюцу, еще и домовых каких-то приплел. А у куклы всего лишь разошелся шов…       Успокоившись и с мужеством приняв реальность такой, какая она есть, он пошел в спальню, чтобы вернуть розововолосую куклу на законное место сбоку от своей копии. А из кухни продолжал доноситься голос настоящей Сакуры: – Представляешь, куда-то закинула половую тряпку, а теперь не могу найти ее. Так вот вчера пришлось порвать старое платье. А то совсем времени не было выбраться в хозяйственный магазин. – Платье? – уловив единственное заинтересовавшее его слово, переспросил Учиха, только успев пережить предыдущий шок. – Ну да, – озадаченно подтвердила бывшая Харуно, – не грязью же было зарастать. Пришлось принести его в жертву чистоте. Ха-ха.       Внезапно Саске рассмеялся. Черт, ведь для всех вещей есть обычное логическое объяснение. А он почти дошел до стадии сверхъестественных явлений. Еще немного и они с Узумаки нашли бы общий язык на эту тему. – А вечером я предлагаю устроить романтический ужин со всеми его последствиями, ты как? – с игривыми нотками спросила девушка, за шумом включенной воды не расслышав внезапного приступа смеха.       О, да. Вот эта идея Саске нравилась. После долгих миссий и напряженного дня он бы прямо сейчас провел этот романтический ужин… А так еще ждать вечера.       На слове «вечер» у Учиха что-то щелкнуло, и отчего-то перед лицом всплыл вид радостного Наруто, уносящегося с коляской вдаль и кричащего… – До вечера, – прошептал Саске, осознавая, что что-то пошло не по плану…