Игры с огнём 3. Душа

В словах врача слышна уверенность, такая необходимая сейчас надежда, но я всё равно чувствую себя разбитой, идя за каталкой с любимым в палату. Что я скажу ему, когда он проснётся? Что его предали самые родные люди. Что они сознательно причинили ему боль, руководствуясь какими-то меркантильными теориями. И сейчас не могу пошевелиться, не могу вдохнуть полной грудью, глядя на бледного Адриана, лежащего на больничных простынях. Мне было трудно жить в рабстве, в том проклятом доме, в руках садиста. И каждый день вымученно улыбаться клиентам, делая вид, что я счастлива жить такой жизнью. Но внутри, глубоко в душе, всегда было что-то светлое. Самое родное, тёплое, что помогало забыть о боли. Мама. Её тёплые руки, гладящие меня по голове. Её улыбка и ласковый голос, рассказывающий об этом мире. Её дивные песни, звучащие над моей колыбелью. И только это помогало мне жить, двигаться дальше и сжимать кулаки, чтобы не утонуть в отчаянии. Надежда. Что я когда-нибудь увижу её. Что снова брошусь в её объятия и заплачу. А она, как в детстве, будет гладить меня по волосам и говорить, что всё будет хорошо. Моя надежда умерла вместе с нею. Но я встретила Тори и Анжи, полюбила Адриана. И это помогло мне пережить горе. А у Адриана никогда не было этой надежды, не было тёплых воспоминаний. Не было родных, которые ждут его домой и всегда примут. Поэтому ему было так плохо, когда он пришёл к Тори. Совсем один. Поэтому ему так же плохо будет сейчас. Поэтому я не знаю, как подобрать нужные слова, для того чтобы объяснить ему то, что произошло. И я, поднявшись на ноги, подхожу к его кровати и, присев рядом, осторожно провожу по белоснежным волосам. Я буду рядом с ним. Чтобы ни случилось. Я помогу ему. Я расскажу ему о ребёнке, и, быть может, эта новость заберет хоть часть его боли. Вновь прижимаю руку к животу. А я ведь ещё ни разу не была на приёме у врача. Только тесты и признаки беременности, и я совсем не знаю, как вести себя сейчас, чтобы не навредить малышу. Так страшно, ведь теперь я отвечаю не только за себя и любимого, но и за маленькое существо внутри. Поэтому вновь встаю на ноги и иду умываться из крана. Нет, я не должна плакать и не должна отчаиваться. Адриан со мной, мы вместе, и у нас всё будет зашибись. Скоро, очень скоро, нужно лишь немного подождать. Поэтому сейчас, пока он не пришёл в себя после наркоза, мне нужно использовать время с пользой и навестить гинеколога. Узнать, как мне быть теперь. Я успею вернуться к пробуждению любимого. *** Маленькая уютная комнатка с белыми стенами, и немолодой статный врач, что водит рукояткой УЗИ по моему животу. Но самое главное экран монитора, на котором я вижу своего ребёночка. Пока немного нечёткая картинка, пока ещё непонятная, но он есть. Он жив. И я спокойна. - Срок чуть больше двух месяцев, - говорит мужчина, протягивая салфетку. – Будете делать аборт, мисс? Смотрит с недоверием, а мне до дрожи неприятны его слова. Двадцать два. Видно, по его меркам я ещё слишком молода, чтобы желать стать матерью. Чтобы иметь желанного ребёнка. - Миссис, - поправляю, так хочется показать, что я не одна на этом свете, что у меня есть муж, который будет любить и меня, и малыша. - Хорошо, - врач тут же понимает мой намёк и, оборачиваясь к столу, склоняется над документами. – Тогда мне нужно поставить Вас на учёт по беременности. Как Ваша фамилия, миссис? Миссис Кранц. Но сейчас говорить нельзя. Никто пока не должен знать, что я жена Адриана. Ведь его родители никому под страхом смерти не скажут этого, а доктор может позвать репортёров. Сын миллиардера женился на рабыне, дорогостоящая сенсация. Хотя, по сути, мы ведь не расписаны. Зачем ставить штамп в поддельный паспорт? Вот и сейчас по документам я - свободная женщина. Одинокая. Есть только красивые воспоминания и клятва перед алтарём о вечности. - Просто миссис, - выдыхаю, поднимаясь с кушетки. – Не нужно ставить меня на учёт. Просто выпишите рекомендации. Необходимые сведения, написанные кривым почерком на листке бумаги, в карман куртки, и быстро к выходу. Адриан скоро очнётся, врач не должен задать лишних вопросов. А на выходе пара листовок с пузатыми карапузами и ещё какими-то сведениями - тоже в карман. Я полный профан – всё пригодится. Открываю дверь, но тут же оборачиваюсь назад, на моего первого доктора, и задаю самый главный вопрос. - А вы можете сказать пол ребёнка? – так хочется знать, к чему готовиться. - Миссис, два месяца - слишком маленький срок для таких сведений, - бурчит себе под нос, недоволен моими словами, но потом всё же сдаётся. – Сейчас технологии стали лучше, поэтому могу с уверенностью на шестьдесят процентов сказать, что у Вас будет девочка. Мечтательно закрываю глаза. Дочка. Значит, как и моя мама когда-то, я буду заплетать малышке косички. Буду петь ей колыбельные. Буду качать кроватку. - Мисс, Вы ещё что-то хотели? – спрашивает врач, опять «мисс», не поверил. - Нет, спасибо, - встряхиваю волосами и ухожу. Уже почти семь, Адриан скоро очнётся. Надеюсь, я не опоздала к его пробуждению. Но в палате тихо, а любимый всё так же лежит не двигаясь. И страшно видеть таким беспомощным человека, который никогда не унывал, который всегда улыбался и действовал. И я вновь сажусь у его кровати, чтобы ждать. Так же, как и Тори ждала возвращения своей возлюбленной. Два года. Так бесконечно долго. По его вине. «Да, я избил Анжи. Я был так чертовски зол, что плохо понимал, что творю. А когда она перестала кричать, когда затихла без движения, я просто ушёл. Я оставил её. И лишь через десять минут сообразил, что нужно вызвать скорую. Это полностью моя вина». Закрываю лицо руками. Простит ли когда-нибудь Тори мне моё странное счастье? - Карлен? – слышу любимой голос и тут же бросаюсь к Адриану. Я хотела быть сильной, но пара слезинок всё равно вытекает из глаз, пока я целую его губы и руки. - Как ты себя чувствуешь? – похоже, я ещё не отошла, раз показываю свою слабость, раз мне страшно. - Нормально, - опять улыбается. – Больница отличная, обезболивающие сильные. Будет ещё один шрам в коллекции. Смеюсь, а перед глазами ещё мокрая пелена. Мне нужно стать сильнее, чтобы быть его опорой и поддержкой. Какой является Анжи для моей спасительницы. Нужно просто ещё немного подождать. - Твои родители, - начинаю, нужно сказать, но замолкаю на секунду и проглатываю ком. – Твои родители, они вызвали скорую, когда ты упал. Когда этот ублюдок Алан… Не зная зачем, пытаюсь обелить их. Я не должна этого делать, должна рассказать о том, как всё было. Об их равнодушии. Об их спокойствии. Но я не могу. Как-нибудь попозже, когда ему станет лучше. Но Адриан сжимает мою ладонь, вновь читая между строк. - Карлен, успокойся, я не ждал тёплого приёма, - выдыхает, он ждал холода, но не выстрела. – Так что я в полном порядке. Веду ладонью по его щеке и заглядываю в глаза. Любимый, пожалуйста, не молчи, выскажи мне, что у тебя на сердце. Перед кем ты храбришься? Перед кем хочешь выглядеть равнодушным? Я же вижу, как тебе больно. - Я, правда, в порядке, - повторяет упрямо, касаясь моего лица. – Я ведь не один теперь. У меня есть ты. И нас двоих мне хватит с головою. Улыбаюсь. Да, мы вместе, мы рядом. И никто, и ничто не разлучит нас. А Адриан хлопает ладонью по свободной половине большой кровати, приглашая лечь рядом. И я с удовольствием опускаюсь на неё, прижимаясь к нему, помогая ему пережить очередное предательство. Как и шесть лет назад, при зарождении нашей любви. - Обход, - поднимаю голову и вижу вошедшего доктора. – Мистер Кранц, как Вы себя чувствуете? Того самого гинеколога, что ещё час назад принимал меня в своём кабинете. Того самого, что предлагал мне сделать аборт. Что он тут делает? Дежурный? Видно, врачей совсем не хватает. - Нормально, - отвечает Адриан, пытаясь присесть на кровати, но тут же морщится. – Просто нужен покой. - У Вас прописана капельница с самого утра, потом… - читает по бланку, а после всё же поднимает глаза и хмурит брови. – Мисс, время посещения заканчивается в шесть. Поэтому попрошу уйти из палаты. Сюда можно только близким родственникам. Порываюсь встать, но Адриан кладёт руку, запрещая это сделать. - Карлен – моя жена и останется со мной, - говорит так уверенно, что доктор верит, и плевать на документы. - Миссис Кранц, значит? – задумчиво произносит мужчина, и я радостно киваю. – Что ж, я вас поздравляю. Врач уходит, а я прячу улыбку в руку любимого. Всё-таки миссис Кранц. Сам говорил всем врать, сам велел молчать и сам не хочет скрывать. Что я его девочка, его жена. И к чёрту врагов, пусть все знают. Я не одна. - С чем это он нас поздравил? – блондин смотрит с интересом. - С твоим скорым выздоровлением, - улыбаюсь, не скажу пока про ребёнка, хочу быть с ним рядом сейчас, поддерживать. – Меня одной тебе не хватит сейчас. Нам нужна помощь. Адриан, пожалуйста, давай обратимся к Тори. Я уверена, если ты сумеешь подобрать достаточно хорошие условия для сделки, она… - Нет, Тори мне не нужна, - отрезает холодно, поднимая глаза к потолку, ещё злится, из-за неё он сидел четыре года. – Я уже придумал, кто нам поможет. *** Ещё одна важная встреча, ещё один план. Как обычно: немного секса, немного обмана, и мы в плюсе. Но на этот раз неприятное предчувствие не уходит, ведь после всего, что было, мысли, что с родственниками мужа связываться не стоит, не отпускают. - Адриан, ты уверен, что твой кузен нам поможет? – спрашиваю я, наверное, уже в сотый раз. - На все сто, - отвечает любимый, прихорашиваясь перед зеркалом, завязывая галстук на новеньком смокинге. – Я предложу Брайану деньги, предложу себя. И он просто не сможет нам отказать. Выдыхаю. Иногда Адриан кажется слишком самоуверенным, чтобы видеть всю ситуацию целиком. Но для этого у него есть я, поэтому я всегда рядом. Поэтому бросаюсь вместе с ним в самые опасные авантюры. - А ты уверен, что готов? – подхожу, помогая с обновкой, всего полторы недели, а он уже на ногах. - Я в порядке, перестань беспокоиться, - целует, притягивая к себе. – Если тебе это неприятно, то не иди. - Твоя битва – моя битва, твой соблазн – мой соблазн, - отвечаю, заканчивая с бабочкой, кажется, такой девиз должен быть у семьи. *** А на улице снова моросянка, и уже темнеет, когда мы подъезжаем к ещё одному роскошному особняку чуть за городом. Такой же белокаменный забор, такие же вышколенные охранники и такая же камера у ворот. Но дом не сравнится с обителью Кранцев. Как день и ночь, душный подвал и роскошный люкс. Похоже, Брайан Кранц не так богат, как его дядя. - Адриан, добро пожаловать, - хозяин дома сам выходит на крыльцо, чтобы нас встретить. – Сколько лет, сколько зим. - Я так рад тебя видеть, - расплывается в белоснежной улыбке муж, невзирая на протянутую руку, обнимая кузена, сразу начав обольщать, лишнего времени нет. – Познакомься, это моя жена Карлен. Любимый вновь возвращается к машине и, открывая дверцу, подаёт мне руку, помогая вылезти. А я чувствую себя немного неудобно в коротком вечернем платье, и с непривычки мёрзнут колени. И на каблуках слегка качаюсь, поэтому Адриан придерживает меня за талию. Кажется, за время странствий я совсем отвыкла быть женственной. - Жена? – глаза Брайана готовы вылезти из орбит. – Ты же говорил, что никогда не женишься. - Разве говорил? – муж чешет в затылке, пытаясь вспомнить, когда давал такой зарок. – Не помню. Но видно на тот момент я ещё не встретил достойного человека. В глазах кузена на миг отражается ярость, а после он вновь расплывается в улыбке. - Что ж, поздравляю, рад, что у Вас всё так хорошо, - мужчина указывает на открытую дверь. – Проходите внутрь, отпразднуем возвращение Адриана в город. - А сам как? - спрашивает любимый, помогая мне доковылять до столовой. – Как дети? Почему твоя жена не села с нами? - Она пошла на концерт дочери. Та играет на скрипке, - отвечает Брайан, сам разливая вино в бокалы. Жена пошла, а он нет. Значит, они не очень ладят. Старательно прислушиваюсь к разговору мужа с кузеном, стараясь подметить важные детали. Стараясь понять поведение Брайана, чтобы узнать, помогает ли он Кранцам или будет верен нам. А Адриан тем временем подсаживается к мужчине всё ближе, периодически облизывая губы, кладя руку на колено, подливая вино. И всё идёт отлично, так как дыхание Брайана становиться всё чаще. Ещё немного, и мне придётся выйти погулять. - Брайан, пожалуйста, помоги нам, - наконец любимый доходит до главного, не может больше ждать. – У нас достаточно средств, чтобы компенсировать тебе всё. Последнюю фразу шепчет на ухо, намекая на всё разом. А кузен кривится, так как муж даже в такой момент произносит не «я», а «мы». Только Адриан и я. А не Адриан и Брайан. Почему это его так злит? Ведь блондин предлагает не свою любовь, а просто отличный секс. - Воевать с Кранцами очень опасно, - мужчина встаёт, не принимая ухаживаний, и отходит к окну. – И мне совсем не хочется лезть в это дело, рискуя своей головой и компанией. Значит, он тоже бизнесмен, как и Адриан. А бизнес связан с Кранцами. Он боится. - Да брось, ты ничем не рискуешь, - любимый беспечно разводит руками и, обольстительно улыбаясь, вновь подходит к нему. – Просто весёлое приключение, за которое ты получишь всё, о чём мечтаешь. Шёпот блондина опять горячий. Соблазн. А его рука снова ложится на колено мужчины, двигаясь в паху. И любимый приближается к лицу мужчины, чуть склоняется с намерением поцеловать. Последнее средство. Кузен не устоит. Никто не устоял, даже я. Только Тори. Поэтому поднимаюсь на ноги. Где тут балкон? - Прости, Адриан, но ты уже не в моём вкусе, - мужчина перехватывает руку блондина и тоже шепчет на ухо свою просьбу. – А вот твоя жена довольно мила. Застываю на месте. Он хочет за сделку не Адриана, а меня? Быть не может. Рядом с мужем я всегда была невидимкой. Нормальная женщина бы обрадовалась тому, что её заметили, а моё сердце щемит. Ведь я знаю, как это важно для мужа. Помню, как клялась помочь ему. Но делать это снова, раздвигать ноги перед нелюбимым, нежеланным ради выгоды. Невыносимо. И сердце бьётся с бешеной скоростью. Что скажет Адриан?