Сумасшедший или гений?

ВНИМАНИЕ! Произошло незначительное изменение прошлых глав! Для завязки сюжета количество попыток самоубийства Донателло было изменено с трёх на четыре. Вскоре будет понятно зачем это сделано. ____________________________________________________________________________________       В последние несколько дней я нахожусь в странном состоянии. Не могу точно дать ему название, но скорее всего это что-то среднее между апатией, депрессией и банальной усталостью. В этом месте для душевнобольных я нахожусь уже больше двух месяцев, что нарушило все мои планы по как можно более быстрому возвращению домой. Да что там, к концу второго месяца я и вовсе начал утрачивать надежду на хороший исход этой истории. И куда пропало всё то рвение, что я испытывал на начальных этапах своего пути, как человека? Куда делся тот Донателло, что мог каждый день придумывать всё новые и новые планы побега? Или тот, который решил во что бы то ни стало вытерпеть всё и выбраться по-хорошему? Столько всего произошло, столько переменилось во мне и в окружающих меня, но многое в то же время до сих пор остаётся загадкой, постоянно ускользая из виду.       Воспоминания больше не посещали мою голову, сколько бы раз я ни общался с братьями, на какие темы бы мы ни разговаривали - всё было тщетно. И знаете, это радовало, действительно радовало. Возможно, в моей голове появились воспоминания об Эйприл чисто случайно, в связи с какой-либо ошибкой в программе головного мозга. Такое бывает, но случается крайне редко.       Хотите узнать, с каким диагнозом я вообще сюда попал? Сказать честно, врачи и сами до сих пор точно не могут определить, что происходит с человеческим Донателло, с тем, чьё место, по сути, сейчас занимаю я. Но основная версия такова - у меня диссоциативное расстройство идентичности. Говоря на более простом языке - расстройство множественной личности или расщепление личности, как вам будет удобно. Пока что в этом теле было обнаружено пять личностей, включая основную. Четыре из них, как вы поняли, являются черепахами-мутантами из Нью-Йоркской канализации. Но, что странно именно в данном конкретном случае - каждая личность имеет одно и то же имя, один и тот же возраст, говорит и ведёт себя абсолютно одинаково, из чего можно было бы сделать вывод, что это одна черепаха-мутант. Однако при каждом проявлении этой личности - она совершенно ничего не помнит о своих предыдущих появлениях в этом теле. Подобный расклад заставляет некоторых засомневаться в правильности диагноза, поэтому на втором месте по популярности стоит замещающая конфабуляция. Вообще конфабуляция - это замещение каких-либо воспоминаний другими, из другого времени, места или вообще вымышленными, что как раз таки актуально в моём случаи. Вот только редки те случаи, когда абсолютно вся память подвергается замещению чем-то вымышленным. Поэтому и этот диагноз подвергается сомнению. К букету моих болезней можно так же добавить такие не требующие оспаривания диагнозы, как: депрессия, мания самоубийства и аутоагрессия (причинение себе физического и психического вреда). Весело, да? Никогда не думал, что окажусь в клинике, среди психов на разный вкус и размер!       Кстати, здесь действительно много интересных индивидов, и вы никогда не поверите, кого я повстречал. Ну что? Есть идеи? Ну, ладно-ладно, не буду томить вас ожиданием и расскажу всё по порядку.       Каждый день вечером есть полтора часа свободного времени после приёма у психолога и до сдачи обязательных анализов. В эти полтора часа тебе предоставляется выбор - либо спокойно отсидеться в своей палате, либо поучаствовать в увлекательном просмотре телевизора с другими обитателями данной местности. И, сказать честно, до недавнего времени я предпочитал спокойно проводить всё это время в гордом одиночестве в своей скромной палате. Однако несколько дней назад что-то заставило мой рот ответить на предложение развеяться с другими душевнобольными согласием. Возможно, это было любопытство, возможно, так мне подсказало шестое чувство, что, кстати, маловероятно, ибо шестое чувство не может существовать с научной точки зрения, а может, я просто смирился со свой участью психа и устал сидеть в изоляции, надеясь на скорейшее "выздоровление". В любом случае, согласие было дано, и мне пришлось проследовать за парочкой докторов в ещё неизведанную часть клиники.       Несколько длинных коридоров, два поворота налево и направо, скучные белые стены, окна с решётками, на полу противный лысый серый ковролин, покрывшийся пятнами с годами, на стенах изредка можно встретить какие-то странные рисуночки, и двери, ведущие в неизвестность. Как раз за одной из таких дверей скрывалась небольшая комнатка, уставленная всякого рода мебелью, предназначенной для сидения или лежания. Мягкий диван, пара кресел, кресла-подушки, округлые пуфики, пластиковые стулья и один большой телевизор, находящийся за большим стеклом, кстати, стеклом не обычным, а так называемым органическим стеклом, ну или прозрачным пластиком - если говорить проще. А всё для чего? Для безопасности наших дорогих пациентов, которым только повод дай побуянить, мы же психи как-никак!       Итак, впервые войдя в это помещение, я оказался в нём практически один, разве что какая-то девушка сидела на одном из стульев в первом ряду и неотрывно смотрела в выключенный экран телевизора. Казалось, она даже не заметила моего прихода, даже не дёрнулась, когда за её спиной хлопнула дверь. У меня в голове тут же возникло несколько предположений такого её поведения и, само собой, все они основывались на психических заболеваниях, что логично, учитывая заведение, в котором мы находимся. Но, вообще, то, кто она, чем больна и почему не отреагировала, мне было не особо интересно, я лишь хотел, чтобы эти полтора часа поскорее закончились. Для этого нужно было лишь сесть где-нибудь в дальнем уголке комнаты так, чтобы быть вне зоны досягаемости остальных психов, которые, судя по всему, ещё не подошли.       Минуты тянулись долго, очень долго, будто в этом помещении время искривлялось и шло совершенно по-другому. Через десять минут подошло ещё несколько человек, и нам включили телевизор. Что ж, программа о животных. Ну, слава богу, что не мультики для откровенных даунов, а вообще, я был бы не против посмотреть новости, быть в изоляции уже порядком надоело, я хочу познакомиться с этим миром, миром за стенами психиатрической клиники. Но когда мне это удастся и каким образом - не знаю. Остаётся только ждать и продолжать подыгрывать врачам, полагаясь лишь на скупые знания, полученные из разговоров с братьями, и логику.       Что странно, практически все здесь вели себя спокойно, не знай я, где мы находимся, принял бы их за нормальных людей. Хотя, если приглядеться - отличия всё же есть и немалые. Например, мне приглянулся один парнишка, совсем подросток с взлохмаченными блондинистыми волосами, очень бледный на вид и с огромными мешками под глазами. На первый взгляд у него клинофобия, или боязнь сна, а точнее, того, что может произойти во сне. Вроде не такое уж и страшное расстройство, на первый взгляд, но, прогрессируя, оно может привести к психозу, появлению галлюцинаций, нарушению работы организма и, в конечном счёте - к шизофрении и попытке суицида.       Бедный паренёк, ещё совсем молодой, а уже попал в подобное место... Мне больно видеть его, больно видеть каждого, находящегося здесь, ведь всем им не больше сорока лет, так сказать, люди в самом расцвете сил, а уже подвержены психическим заболеваниям. Как и я. Действительно ли я ненормальный? Действительно ли псих? Такое чувство, что всё это не взаправду, что это всего лишь сон, длиною в два с лишним месяца. Может... может... и вовсе нет никакой черепахи-мутанта?..       - Парень.       Вздрагиваю и поднимаю глаза не обладательницу холодного женского голоса. Пару секунд безэмоционально смотрю на её лицо, после вдруг неожиданно осознавая, что я с ней знаком. Это лицо, эти миндалевидные глаза, хитрый взгляд, тонкие алые губы, короткие чёрные волосы и аккуратная фигурка. Караи. Да, это действительно она, ошибки быть не может. Но какого чёрта она здесь делает?!       Соскакиваю с пластмассового стула, ненароком роняя его и едва ли не врезаясь в куноити. Или сейчас точнее будет сказать.. в психически больную девушку. Она даже не вздрагивает, всё с тем же скептицизмом смотря мне прямо в глаза. И, хоть я даже больше чем на голову выше неё, чувствую, что смотрит Караи на меня сверху вниз. Это неприятное ощущение так похоже на то, которое я испытывал во время схваток с ней в моём прежнем мире, мире черепах. Нечасто выпадала возможность сразиться с этой женщиной, но она выпадала, и тогда я в полной мере мог насладиться этой её аурой, аурой превосходства.       - К…караи?!       С трудом выдавливаю, отшатываясь от неё чуть в сторону и прижимаясь спиной к стене. Невероятно. И с каким диагнозом она сюда попала? Или может… сейчас мы в одной лодке?       - О, ты меня помнишь, хороший мальчик.       Кровожадно улыбается и похлопывает меня своей ладошкой по щеке, затем медленно проводит пальчиками по скуле к подбородку и хватается за него, прижимается ко мне всем телом и зловещим полушепотом начинает говорить.       - Донни, ты совсем про меня забыл? Столько месяцев не приходил, не навещал. Неужели ты забыл про наш план? Или хочешь дать по тормозам и отказаться от этой идеи? Струсил? Милый, милый Донни, неужели ты снова хочешь оставить меня одну?       Нервно щурюсь, с явным напряжением вглядываюсь в её лицо, которое находится всего в десятке сантиметров от моего. Не понимаю, что происходит и что нас связывает, но, кажется, эта дамочка не шутит. Она опускает обе руки на мои плечи и поднимается на носочки, ещё более тихо и яростно произнося очередное предложение.       - Малыш, неужели ты забыл, кто я для тебя?       Не могу вставить и слова, ошарашенно ерзая по стене. Хочу что-то проговорить, но не успеваю, так как в опустевшую комнату залетают два врача и оперативно стаскивают Караи с меня. Та не сопротивляется, лишь бросает игривый взгляд в мою сторону, прежде чем окончательно исчезнуть за дверью. Стою на месте ещё с минуту, переваривая произошедшее, и прихожу в себя лишь от голоса мистера Брауна, незаметно подкравшегося сзади.       - Донателло, нам пора.       - Мистер Браун, скажите, кто эта девушка?       - Ты имеешь в виду Караи? Так же, как и ты, одна из наших постоянных пациенток с явно выраженной манией величия. Психологи который год пытаются ей помочь, но пока это не заканчивается ничем хорошим… для психологов. Эта дамочка социально опасна, поэтому держим здесь. Обычно на местных она не кидается, но ты, кажется, особенный. О чём вы говорили?       - А, да она пыталась впарить мне какую-то хрень про любовь и прочее, - попытался отшутиться, слегка улыбнувшись, - нам вроде пора, да?       - Ах, да, точно. Время анализов, сегодня тебя ждёт нечто особенное.       - Жду не дождусь.       Всё с той же доброй усмешкой говорю я, снова улыбаясь и следуя за Томасом в знакомую сторону. Нас, как всегда, сопровождает парочка медбратьев для пущей безопасности. Они настолько прилежно относятся к своей работе, или до сих пор мне не доверяют? По моему, за всё время, проведённое здесь, за исключением первой недели, конечно, я должен был составить о себе хорошее впечатление. Как долго ко мне будут относиться, как к ребёнку? Это, сказать честно… раздражает. И немного даже обидно становится. Хотя это и глупо обижаться на врачей, которые выполняют свою работу.       Но… Эта ситуация с Караи заставила что-то во мне щёлкнуть и снова начать думать. Я никак не ожидал увидеть её в подобном месте. Это мог быть Шредер, Бакстер Стокман, Кренг, в конце-то концов, но не Караи! Эта девушка всегда вызывала во мне странный трепет и уважение, как к врагу, конечно. Сильная, умная, расчётливая, правда, немножко стервозная, но все мы не без изъяна. Так что же заставило её в этом мире попасть в психиатрическую клинику? И как она связана с Донателло? Любовь? Общий план побега? Мне по душе больше второй вариант, да и вероятнее всего, что именно про план побега она тогда говорила. План побега? Но зачем? И куда они побегут? Как-то всё бессмысленно получается в нынешних обстоятельствах, и меня это сильно беспокоит. Что-то не складывается, картинка неточная, не хватает каких-то пазл, я должен узнать, в чём тут подвох. Не может же быть причина именно в так называемой "Мании величия". Всё не бывает настолько просто!       За мыслями не замечаю, как дохожу до неизвестного мне кабинета. Внутри – ещё один врач, он сидит за большим компьютером с двумя мониторами, что-то печатает на клавиатуре. Напротив - прозрачное окно в соседнюю комнату, где виднеется бублик аппарата МРТ. Позже мне объясняют, что это обследование делали некоторое время назад и обнаружили небольшое изменение в мозгу. Пока безвредное, но стоит проверить, прогрессирует ли оно на всякий случай. Есть предположение, что именно из-за него я впервые вошёл в состояние черепахи-мутанта.       - …после той аварии проводилось комплексное обследование, и именно тогда обнаружилось это отклонение. При последней проверке оно не было изменено. Но сейчас... Донателло? Ты меня слушаешь?       Вздрагиваю и тут же понимаю, что только что услышал очень важную информацию.       - Аварии?       - Ты разве не помнишь? Шесть лет назад ты вёз отца на какую-то встречу и попал в автомобильную катастрофу, а, когда вышел из семидневной комы, возомнил себя черепахой мутантом, оказавшись здесь. О, кажется, всё уже готово, ложись.       Покорно устраиваюсь на кушетке, принимая удобное расслабленное положение, и прикрываю глаза. На уши мне одевают звукоизоляционные наушники и просят не шевелиться какое-то время. Затем кушетка медленно въезжает в так называемый бублик, аппарат включается, громко и монотонно гудя, не давая возможности нормально сосредоточиться на мыслях.       Авария. Я и не знал о ней, даже не догадывался. Так вот как это произошло впервые. Отец. Он… жив? Мне страшно. Я боюсь узнать ответ на этот вопрос. Нет, не хочу его знать. Никто из братьев ни разу не обмолвился об аварии, никто ни разу не сказал об отце. Это приводит к неутешительным выводам. Неужели я действительно стал… убийцей своего собственного отца?