My wishes

Просыпаюсь с мыслью, что чего-то не хватает. Щупаю кровать с двух сторон. Пусто. Открываю глаза и сажусь. На улице уже светло и светит зимнее солнце. Спускаю ноги с кровати и ищу футболку Гарри. Она аккуратно сложена и лежит на тумбочке. Надеваю ее и осторожно выглядываю из спальни. Вау… Гарри на полу, ко мне боком… и он отжимается. Когда он выпрямляет руки, виден хорошо очерченный трицепс, а когда опускается, верхняя часть спины напрягается так, что виден каждый мускул, каждая мышца. Любуюсь, не в силах оторвать взгляд, и тут мне приходит одна мысль: настроение у меня отличное, погода за окном тоже, почему бы и не поиграть… Осматриваю комнату, поисках чего-нибудь подходящего. Подбегаю к тумбочке и открываю ее – внутри лежит какой-то журнал про мотоциклы и тому подобное, хватаю его и выхожу из спальни. — Доброе утро спортсменам! – подхожу к Гарри, и наклонившись быстро чмокаю его в щеку. — Доброе утро. Точнее день. Что случилось? Почему у тебя такое хорошее настроение? – спрашивает он, продолжая отжиматься. — Просто! – улыбаюсь я. Делаю пару шагов, чтобы оказаться у его головы и случайно роняю журнал. – Ой, чуть не потеряла… - встаю спиной к Стайлсу и медленно наклоняясь, показываю ему свое белье, поднимаю журнал и сажусь в кресло. — Что это было? – с явным удивлением и легкой улыбкой спрашивает зеленоглазый. — Не понимаю о чем ты… - пожимаю плечами и открываю журнал на первой попавшейся странице. Краем глаза замечаю, как поднимается Гарри и идет ко мне. — И давно ты заинтересовалась мотоциклами? – встает он напротив — Только что! – закрываю журнал, встаю с кресла и оказываюсь в миллиметре от его тела. – Может кофе? Стайлс ничего не отвечает, а просто кивает. Начинаю отходить и рукой случайно касаюсь, его выпуклости в боксерах, он резко вздыхает и замирает. На кухне достаю с полки кофе, и пока оно варится в турке, на плите, достаю чашки. — Ух, от плиты жар такой. Кошмар просто… - как бы невзначай произношу я и снимаю футболку. Гарри стоит в нескольких шагах от меня и наблюдает за каждым движением. — Я знаю, что ты делаешь, Смайли. Не нужно со мной играть! – произносит он, выгибает бровь и улыбается одной стороной рта. Опускаю взгляд. Черт, у него начал вставать! — Играть? А кто играет? – с наигранным непониманием говорю я и начинаю тянуться, я ведь только недавно проснулась… — Ну, все! Ты напросилась! — Мистер Стайлс, я варю кофе, а вы меня отвлекаете, – качаю головой, начинаю протискиваться к плите и трусь попой о его боксеры. Стайлс резко вдыхает и хватает меня за руку. — Да плевать мне на кофе! Я возьму тебя прямо здесь и прямо сейчас! – у меня перехватывает дыхание от его слов, а между ног, тут же становиться влажно. Как у него это получается? Гарри резко разворачивает меня к себе и впивается в мои губы, его руки грубо сжимают мои ягодицы, а я зарываюсь руками в его волосы и слегка тяну, от чего Гарри испускает стон в мой рот. — Я же говорил – не надо со мной играть, милая! – он шепчет мне на ухо, а во мне вскипает кровь. – Хочешь, чтоб это было жестко? Ничего не отвечаю, а просто киваю. — Скажи мне! – приказывает он. — Да… - тихо говорю я. — Что «да»? — Да, я хочу, чтобы это было жестко. Гарри разворачивает меня лицом к кухонной тумбе, кладет ладонь, на середину спины приказывая лечь на столешницу. — Хорошая девочка. А теперь раздвинь ножки, – раздвигаю ноги, руки Стайлса спускают мои трусики до колен и поднимают футболку до груди. Гарри ели касаясь, проводит подушечками пальцев вдоль всей спины, отчего у меня появляются мурашки и сводит низ живота. Несколько мгновений ничего не происходит, но потом я чувствую слегка влажные и прохладные губы зеленоглазого там, где только что были его пальцы, но они не останавливаются на пояснице, а следуют ниже… прямо… — Оох… - все мои мышцы напряглись, язык Гарри изучал каждый миллиметр моей промежности, а руки грубо сжимали мои ягодицы. Резкий шлепок по месту, где попа переходит в ноги, отрезвляет меня, и я вскрикиваю. Но не успеваю я сказать и слова, как Стайлс наматывает мои волосы себе на кулак, натянув их так, что становится больно. Его возбужденный член трется об меня, а потом резко и быстро входит в меня. — Если я сильно увлекусь, скажи мне! Поняла? — Поняла, – задыхаясь от возбуждения, говорю я. Одна рука Гарри тянет меня за волосы, а другая ложится мне на грудь, мнет ее и пощипывает сосок. Бедра начинают грубо и резко двигаться, доводя меня до исступления. Все смешивается в едино: наслаждение, страсть, боль; все это заводит и пугает одновременно, но я готова отдаться этому кудрявому зеленоглазому парню. Я доверяю ему. Движения Стайлса становятся все быстрее и жаднее, отчего я чувствую подходящую волну оргазма, но тут же он резко останавливается и выходит из меня. Быстрым движением он разворачивает, сажает меня на стол и придвигает к себе так, что моя задница висит в воздухе. Трусики и футболка оказываются где-то на полу, и я слышу хриплый голос Гарри: — Скрести руки на животе и не расцепляй их, – я повинуюсь его приказу, и делаю, как мне сказано. Стайлс встает у меня между ног и заводит их себе за спину. Быстрым толчком входит в меня, что я вскрикиваю и останавливается. – Не забудь. Если что-то будет не так ты скажешь мне, – я киваю, Гарри берет меня за скрещенные руки и начинает двигать бедрами. Через несколько мгновений он взял бешеный ритм. Мне становиться больно, там где находиться его член, и там где он держит меня за руки. Но в тоже время, я получаю просто нереальное удовольствие. К моим стонам прибавляются стоны Стайлса. Мы оба на пределе, не знаю, можно ли двигаться еще быстрее и жестче, но он это делает и меня накрывает огромная волна оргазма. Я кричу, меня всю трясет, ноги и спина немеет, пальцы рук впиваются в друг друга. Это чувство уносит меня куда-то далеко, и я не сразу понимаю, что нахожусь уже на руках Гарри, и он несет меня в спальню. — Гарри… - я пытаюсь что-то сказать, но не получается. У меня чувство, будто я пробежала десяти километровый марафон. — Шшш… Тебе нужно отдохнуть! – чувствую мягкую постель под собой, а потом и руки зеленоглазого обнимающие меня сзади и притягивающие ближе к себе. – Вздремни немного…

***

Открываю глаза, я лежу на Гарри, за окном еще светло. Сколько я спала? — Эй… Ты как? – рука зеленоглазого гладит меня по волосам и я чувствую себя кошкой, которой чешут за ушком. — Я… отлично. Долго я спала? — Нет, минут тридцать. Как самочувствие? Что-нибудь болит? – я переворачиваюсь на живот и кладу голову на грудь Гарри. — Даа… - улыбаюсь я. – Болит. Но, без преувеличения, такого оргазма я еще не испытывала, – как только я заканчиваю это говорить, я чувствую, как краснею. — Я старался, детка, – хихикает Стайлс и чмокает меня в кончик носа. – Что будем делать вечером? — Не знаю, а у тебя есть идеи? — Можно просто прогуляться, а то мы засиделись — Скорее уж залежались… - смеюсь я. — Ага. И это было замечательно. Так вот, можно прогуляться, а потом зайти куда-нибудь поужинать. Согласна? — Хм… Конечно, согласна! Но мы же не торопимся? В смысле, мне нужно время чтоб собраться. Часа полтора… - говорю я, и смущенно улыбаюсь. — Без проблем, – улыбается Стайлс в ответ.

***

— Боже, Ангелина, сколько можно собираться? За это время можно уже было погулять и поужинать раз десять! – кричит Гарри из гостиной, пока я крашу губы прозрачным блеском, смотрю на себя последний раз в зеркало и выхожу к нему. — Хватит ворчать. Я собиралась всего часа полтора. Как и говорила, – мы решили погулять немного, поэтому я оделась потеплее, джинсы, футболка и вязаный свитер, ко всему этому теплые сапоги без каблуков, зимнее пальто с капюшоном и перчатки. – Я готова, ты идешь? — Иду, иду. – Гарри тоже одевается потеплее, берет ключи от машины, квартиры, деньги, сотовый и мы выходим из дома. — У тебя есть предложения, куда поехать погулять? – спрашивает зеленоглазый пока мы идем к машине. Вдруг, я ловлю себя на странном чувстве – будто на меня кто-то смотрит,… оборачиваюсь, осматривая улицу. Наверно я просто засиделась дома и начала параноить, тут же жилой дом, наверно кто-то вышел на балкон покурить или что-то еще и наблюдает за нами. – Ау! Земля вызывает Ангелину! — Ой, прости, милый, задумалась немного. Что ты спрашивал? – я сажусь в холодную машину и потираю руки. — Я спрашивал, есть ли идеи куда поехать? — Да, есть… — Погоди! – прерывает меня Гарри. – Ты только что назвала меня «милый»? – вот черт, я ведь действительно его так назвала. Он начинает хихикать, а я из-за этого краснеть. — Да ну тебя! – обиженно бью его по руке и отворачиваюсь к окну. — Хей, не обижайся. Просто это было странно, обычно ты называешь меня Стайлсом или идиотом! – я начинаю смеяться и опять слегка бью его по руке. – Эй, за что? — Просто так, миииилый. – я делаю акцент на последнем слове и начинаю смеяться. — О да, называй меня так чаще. Это так возбуждает! – смеется в ответ зеленоглазый. — Извращенец! — Тебе нравлюсь! – подмигивает Гарри и улыбается, а я закатываю глаза, качаю головой и включаю радио. – Так куда едем? — О! Точно. В общем парк называется «Нескучный сад», тут недалеко, я думаю минут тридцать. Дорогу покажу. Поехали? — Погнали! Мы с Гарри едем по вечерней Москве и поем песни, которые крутят по радио: «Jessie J – Sexy Silk», «Icona Pop – All Night», «5 Seconds of Summer – English Love Affair». Когда мы уже подъезжаем к парку, из динамиков звучит «The Vamps – Somebody To You» и я начинаю хлопать в ладоши, как маленькая девочка. — Это одна из любимых! Ты ее знаешь? — Как ни странно – знаю. И он мне тоже нравится, – мы смеемся, начинаем махать руками, типо танцуем, и петь. - Look at me now, I'm falling. I can't even talk, still stuttering. This ground of mine keeps shaking. Oh oh oh, now! All I wanna be, yeah all I ever wanna be, yeah, yeah Is somebody to you All I wanna be, yeah all I ever wanna be, yeah, yeah Is somebody to you Everybody's trying to be a billionaire But every time I look at you I just don't care Cause all I wanna be, yeah all I ever wanna be, yeah, yeah Is somebody to you. Пока мы поем эту часть, я ловлю себя на мысли, думает ли Гарри, что эти слова, немного описывают нашу ситуацию? И, будто прочитав мои мысли, он говорит: — Немного похоже на наш случай, верно? — Да… Что-то есть в этом. Гарри с легкостью нашел место, где припарковаться, прямо возле входа, и дослушав песню мы вышли из машины и двинулись в сад. — А здесь и правда, красиво! – говорит Гарри, когда мы проходим по набережной вдоль Москва реки. — Да, зима в этом году, оказалась на удивление снежной и не очень холодной, – я осматриваюсь вокруг себя – река полностью замерзла и на ней лежит большими сугробами снег, дорожки самого сада идеально чистые, и все, абсолютно все вокруг, белое – кроны деревьев светятся серебром, из-за луны, которая к этому времени уже появилась на небе. А сугробы на земле отливают медью из-за уличных фонарей. – Но, думаю весной, когда все распускается и летом, здесь еще красивее. — Обязательно проверим, - подмигивает Стайлс и мы смеемся. – Кстати, а почему это место называется "Нескучный сад"? Ты знаешь? — Да, знаю. Где-то в интернете прочитала. Дело в том, растения охраняли сторожа, специально вымазанные мелом и практически ничем не отличавшиеся от скульптур, стоявших в парке. Как только какой-нибудь вандал начинал что-нибудь портить, «скульптура» вдруг «оживала» и не давала закончить начатое. Слухи об этом наполнили город, и толпы людей стремились в сад посмотреть на чудо. Вот как то так. Уж не знаю насколько это правда. — Удивительно. Я бы вернулся на пару веков назад и погулял по старой Москве, – мы подходим к невероятно красивому мосту с резьбой по металлу и с всякими завитушками. Возле моста стоит табличка с небольшим описанием на русском языке. — Что тут написано? — Тут пишут, что у этого моста есть своя легенда. Если влюблённая пара пройдёт по нему, взявшись за руки, то будет жить долго и счастливо, а если молодые поцелуются, то будут вместе до самой смерти, – заканчиваю перевод и смотрю на парня. На его лице написано какое-то странное выражение. Озадаченность.. да, именно она. Вдруг краем глаза вдалеке я замечаю какое-то движение, поворачиваю голову… но не вижу ничего, кроме пустой аллеи и деревьев. Странно, я была уверена, что там кто-то есть. Закрываю глаза и мотаю головой. Что со мной не так? — Ну, и чего мы тут стоим? Пошли держаться за руки и целоваться! – смеется Гарри, выражение озадаченности на его лице пропало, он смеялся, но глаза были серьезные. – Если ты конечно, не против, жить со мной долго и счастливо да самой смерти, – он опять смеется, а я не могу понять, говорит он серьезно или это его очередные шутки. Решаю, не забивать себе голову такими мыслями и тоже начинаю смеяться. Взявшись за руки мы идем на середину моста. Отсюда открывается прекрасный вид на реку и на город. — Слушай, мы уже не мало знакомы и так далее, а у нас ни одной совместной фотки! – говорит Стайлс. — Ты хочешь сфотографироваться? В смысле, селфи? – хихикаю я. Никогда бы не подумала, что он человек, который делает селфи. — Да! Но запомни этот момент. Я очень редко делаю селфи, точнее, почти никогда не делаю их, – он достает свой айфон, включает переднюю камеру и прижимает меня к себе. Мы делаем пару снимков, где мы просто улыбаемся, а потом начинаем дурачиться и корчить разные рожицы. В какой-то момент Гарри целует меня в шею, отчего я вздрагиваю, мурашки бегут по всей спине, а он в этот момент делает фотку. Поворачиваюсь к нему, чтобы что-то сказать, но по выражению его лица, понимаю, что слова сейчас лишние. Я смотрю в зеленные глаза Гарри и просто растворяюсь в них. Я влюбилась в эти глаза и во всего него так сильно, что не знаю, может ли быть так на самом деле. Парень кончиком большого пальца нежно гладим меня по щеке и я прикрываю глаза. Его рука мягко берет меня за шею и притягивает к себе. Контраст холодных губ и горячего языка накрывает волной дрожи и удовольствия. Мы целуемся, но не как раньше. У нас не было таких поцелуев, у нас были страстные, нежные, скромные и так далее. А этот… так меня не целовали с тех пор… телефон в руке Гарри щелкает, уведомляя, что сделан новый снимок, мы начинаем улыбаться и прерываем этот поцелуй. — Мне кажется, я наделал селфи на несколько лет вперед, – улыбается Стайлс. – Пойдем дальше? — Пойдем. Только не забудь мне скинуть все фотки! – мы начинаем смеяться и друг друга подкалывать. Но я никак не могу отделаться от чувства, будто за нами наблюдают.