Выпускной

Они целовались долго, медленно, тягуче, наслаждаясь каждым движением. Нэдзуми целовал глубоко, мокро, уверенно проникая языком в рот, скользя ладонями по голой коже. Сион смело отвечал, прикрыв глаза, положив ладони на его плечи, смело подаваясь вперед. Его ноги продолжали обвивать талию парня. Бешеное желание в груди Нэдзуми утихло, сменившись стремлением обладать, быть рядом, защищать. Он гладил его грудь и живот, словно проверяя все ли с ним в порядке. Вот только каждый раз, как прохладные пальцы достигали живота, Сион вздрагивал и чуть прикусывал язык партнера. Когда в очередной раз Сион отстранился, чтобы глотнуть воздуха, Нэдзуми не стал его ждать. Он поцеловал его подбородок, намереваясь спускаться ниже, но чужие пальцы неожиданно крепко сжали его плечи. - Стой, подожди, - раздался его неуверенный шепот. Ив остановился, чувствуя, как все внутри обдает ледяным морозом, и медленно поднял взгляд на альбиноса, который смотрел на него без тени смущения. – Сначала… Не договорив, он взялся за ткань его футболки и несмело потянул вверх. Моментально уловив намек, Нэдзуми усмехнулся и отстранился, усевшись на пятки. Сион приподнялся на локтях, внимательным взглядом ловя каждое движение. Блеснув лукавым взглядом, актер ухватился за ворот футболки и осторожно потянул на себя, постепенно обнажая подтянутый живот, грудь и острые ключицы. Альбинос невольно сглотнул, следя за тем, как парень нарочно медленно стягивает одежду. - Ох, да хватит уже, - прошипел он, подавшись вперед, схватил футболку и с силой потянул на себя. Нэдзуми, выбравшийся из одежды, смотрел на него с нескрываемой насмешкой. - На себя посмотри, - буркнул Сион, потянув за собственные рукава, и отбросил в сторону ненужную рубашку. - А я и не отрицаю, - проурчал Ив и потянулся вперед, оперся на руки, глядя партнеру прямо в глаза. - Это ещё не все, - теперь альбинос усмехнулся, уловив в глазах парня огонек обиды. - Что ещё не устраивает, Ваше Высочество? – проворчал Нэдзуми, опускаясь ниже, вынуждая парня откинуться обратно на подушку. Сион лукаво усмехнулся, поднял руки, скользнул пальцами по шее, щекам, лбу, мягко прошелся по волосам и, нащупав резинку, мягко потянул в сторону. Ив удивленно вскинул брови, когда его иссиня-черные волосы водопадом упали вниз, отрезая их от остального мира. - Это твой тайный фетиш? – прошептал он, с улыбкой демона скользнув к губам Сиона. - Называй, как хочешь, - хрипло произнес юноша, прикрыв глаза, и размашисто провел языком по чужим губам. Ни желания, ни сил продолжать препирания не осталось. Мягко поцеловав его губы, Нэдзуми скользнул ниже, не преминув куснуть чувствительную кожу под подбородком, лизнул шею, всосал нежную кожу, чувствуя, как парень выгибается и стонет, прикрыв рот тыльной стороной ладони. Не отвлекаясь от выцеловывания дорожек на шее Сиона, его рука скользнула вверх, он мягко пробежался пальцами по запястью и, добравшись до ладони, переплел их пальцы, потянул вниз, заставляя парня открыть рот. Не сдерживайся. Сион промычал что-то, прикрыв глаза, когда Нэдзуми опустился ниже. Он целовал его грудь, нежно проводил по коже ладонью, нарочно задевая соски пальцами, заставляя парня закусить губу и выгнуться навстречу. Он опускался дальше, целовал, лизал кожу, доходя до живота. Как только его горячее дыхание коснулось пупка, Сион вздрогнул, вцепился свободной рукой в простыню и шумно выдохнул. Ив улыбнулся и провел кончиком языка по нежной коже. Альбинос невольно вцепился пальцами в его ладонь, издавая тихий стон. Актер, в свою очередь, продолжил свою пытку, выцеловывая на животе Сиона узоры, щекоча чувствительное место волосами и заставляя его вздрагивать всем телом. Пока юноша был погружен в попытки сдержать стоны и сдавленные ругательства, тонкие пальцы осторожно скользнули к его брюкам, потянули застежку вниз и мягко стянули их на бедра. Его собственное возбуждение уже давно болезненно терлось о грубую ткань джинсов. Сион осознал, что произошло, только когда пальцы Нэдзуми уже скользнули на резинку его трусов и потянули вниз, а губы ласково коснулись сведенных бедер. Он широко распахнул глаза, глотая воздух, чувствуя, как близость этих пальцев к его члену заставляет все тело вздрагивать. - Нэдзуми, не надо… ты не должен… - забормотал он, покраснев до самых ушей, поднявшись на локтях, и посмотрел на любовника. Но Ив уже не слышал его, полностью сосредоточив свое внимание на его члене. Не один и не два раза он занимался этим с парнями, но впервые он чувствовал, как от одного вида его члена рот наполняется слюной. Нэдзуми поднял голову, глядя на Сиона подернутыми дымкой похоти глазами, и легко пробежался пальцами по напряженной плоти. Альбинос, не отрывая от него взгляда, лишь застонал, закусив губу. Он был весь красный, вспотевший с блестящими почерневшими глазами и растрепанными белыми волосами. Живая картина искушения дьявола. Нэдзуми отвернулся, посмотрел на возбужденный член и опустился ниже. Вновь прошелся пальцами по стволу, обошел головку, услышав сверху ещё один стон, и подался вперед. Прикрыл глаза и, открыв рот, провел языком по члену, слыша, как Сион судорожно втягивает воздух. - Нэдзуми! – воскликнул он, но актер даже не отреагировал. Он был полностью поглощен процессом. Ив чуть приподнялся, откинул волосы на одну сторону и, посмотрев в глаза Сиона, погрузил его член в свой рот. Альбинос выгнулся, громко застонал, вцепившись пальцами в простынь, и неосознанно подался вперед. Нэдзуми скользнул ладонями на его бедра, удерживая, и заглотнул ещё глубже. Прошелся языком по головке, поднимая голову и вновь опускаясь вниз. Сион разве что не выл, скользя пальцами по кровати, выгибаясь, мотая головой. Он весь вспотел и раскраснелся, его глаза были прикрыты, а губа закушена так сильно, что на ней выступила капелька крови. Надолго его не хватило. Нэдзуми только приноровился, мягко скользя языком по стволу, заглатывая все глубже, находя самые чувствительные точки. - Нэдзуми, я… я сейчас… не надо, - забормотал Сион. Его дыхание участилось, стоны стали ещё громче, а неосознанные попытки толкнуться глубже – все чаще. Нэдзуми чувствовал это, но не отстранялся. Он лишь поднял голову выше, скользнул языком по головке, прошелся пальцами по поджатым яичкам – этого хватило, чтобы Сион, выгнувшись на кровати и вцепившись пальцами в простынь, кончил. Нэдзуми проглотил все, лишь одна капля скользнула к уголку его губ. Он поднял голову. Альбинос тяжело дышал, абсолютно не двигаясь, с открытыми глазами. Его руки лежали вдоль тела, около ладоней на простыни ещё остались мятые следы. - Сион, - прохрипел Ив, коснувшись его ладони. Это его оживило. Он часто заморгал, резко сел на кровати и посмотрел на Нэдзуми – нет, не благодарно, удивленно или восхищенно. Его взгляд горел праведным гневом. - Зачем ты это сделал? – воскликнул он, подаваясь вперед. Не ожидавший такого Нэдзуми невольно отшатнулся. В глазах Сиона стояли слезы. – Не нужно, не нужно было. Это же так грязно, так нельзя! Ты не должен был этого делать! Зачем? - Тебе не понравилось? – тихо спросил актер, глядя ему прямо в глаза. Сион опустил взгляд. - Конечно, понравилось. Это было восхитительно. Но ты не должен был это делать только из-за этого! Это же так грязно, - альбинос подался вперёд. В его глазах ещё стояли слезы, когда он судорожно прижался губами к губам Нэдзуми, слизнул языком каплю, скользнул внутрь, стремясь избавить его от этого вкуса. В ответ парень мягко отстранился, усмехнулся и покачал головой. Что бы ни случилось, Сион оставался Сионом. Нэдзуми боялся и одновременно желал испортить его, содрать с него эту шкуру невинности и показать настоящий мир, но это была не шкура. Это была его кожа, мышцы и кровь. Он не мог избавиться от своих розовых очков, даже если бы на него направили пистолет. Он сохранял невинность, даже в моменты такого разврата. И, как бы то ни было, за это он его и любил. - Я сделал это для тебя, - Ив поднял руки и сжал его лицо в ладонях. Сион закусил губу, вцепившись пальцами в его запястья, и тихо всхлипнул. - Ты не… - Послушай. Самое главное для меня – это доставить тебе удовольствие. И если хорошо тебе, значит, хорошо и мне. В этом смысл, - тихо шептал он, периодически целуя его в губы, щеки, подбородок и глаза. Сион покраснел и опустил взгляд, скользнул им по бедрам. - Но ты же… - он покраснел пуще прежнего, заметив на джинсах Нэдзуми изрядную выпуклость. Перехватив его взгляд, парень усмехнулся. - Не думай об этом. Я сам справлюсь, - пробормотал он, наконец, почувствовав, насколько сильным и болезненным было его собственное возбуждение. - Но… я могу помочь, - еле слышно прошептал Сион, и его руки, отпустив ладони парня, скользнули вниз. Актер не успел даже ничего предпринять, как он несмело коснулся пуговицы – лишь судорожно выдохнул, почувствовав в такой близости теплые пальцы. - Ты не должен, Сион, - дрогнувшим голосом произнес он, когда робкие, чуть подрагивающие пальцы скользнули внутрь. - Но я хочу. Я хочу, чтобы тебе было так же хорошо, как и мне, - уверенно произнес парень и, посмотрев в серые глаза, поднял руки и слегка потянул за плечи. Все ещё находясь в легком смятении, Ив подчинился, поменялся с ним местами, сел, оперевшись спиной о стену – на односпальной кровати было не так уж много места – а альбинос устроился меж его разведенных бедер. Нэдзуми нечего было ответить. Словно завороженный, он наблюдал, как Сион стягивает с него джинсы, неуверенно ведет пальцами по трусам, касаясь сквозь их ткань напряженного члена. Актер закусил губу. Он с легкостью подавлял рвущиеся стоны, но эти неуверенные движения заставляли его следить за ним, забыв обо всем. Взявшись за резинку трусов, альбинос поднял голову, словно уточняя, правильно ли делает, и, поймав на себе этот пронзительный взгляд, потянул вниз. Нэдзуми был возбужден до предела. Его член налился кровью, головка набухла, едва оказавшись на свободе, он отклонился назад, почти касаясь живота. От легкого трения ткани о нежную кожу, актер вцепился пальцами в ткань постели. Но Сион смотрел только вниз. Его взгляд был заинтересованным и слегка настороженным, словно он точно не знал, что дальше делать, но вспомнив движения парня, он протянул вперёд руку и коснулся напряженной плоти, осторожно провел пальцами. Ив сглотнул и часто заморгал. Он уже чувствовал, как в горле зарождаются стоны, но изо всех сил их сдерживал – по старой привычке. - Покажи мне, - Сион поднял голову, посмотрев на Нэдзуми и чуть склонив голову. На его щеках ещё горел лихорадочный румянец, но глаза сияли уверенностью – он хотел сделать это. - Ты уверен, что хочешь? Ведь… - Да! – он блеснул воинственным взглядом – вот это был его Сион. Из его глаз исчезла любая покорность – лишь желание и уверенность в себе. Он готов был спорить до хрипоты, лишь бы сделать то, что пожелает. Актер усмехнулся. - Дай сюда руку, - хриплым голосом произнес он, протянув вперед открытую ладонь. Альбинос с готовностью протянул свою, вкладывая в неё свои пальцы. Так доверчиво и открыто. Нэдзуми невольно сглотнул. Не разрывая зрительного контакта, Ив взял его ладонь тыльной стороной и потянул вниз, чувствуя, какими горячими стали пальцы Сиона в его руке. Как только их пальцы коснулись твердой плоти, юноша вздрогнул и опустил голову. Повинуясь ладони партнера, он сжал его член в своей ладони и осторожно повел вниз. - Ты ведь уже делал это раньше? – шепот Нэдзуми то и дело срывался, но от этого не становился менее прекрасным – наоборот, эти нотки возбуждения заставляли альбиноса покраснеть, но ещё больше желать доставить удовольствие. – Удовлетворял себя? В этой комнате, на этой кровати? - Нет, - судорожно прошептал Сион, покрываясь краской, но продолжая следить за своими пальцами, все с большей уверенностью скользящими по твердой плоти. Головка Нэдзуми блестела на свету, то и дело исчезая в кольце пальцев, и альбинос не мог оторвать от неё взгляда. - О чем ты думал, когда делал это? – голос актера становился все более хриплым и сбитым, он склонился ещё ниже, почти касаясь губами его уха. Его волосы щекотали шею парня, черными локонами висели по сторонам, блестя в бледном лунном свете. Сион не ответил, лишь сглотнул и помотал головой, словно завороженный следя за членом партнера. Он чувствовал, как то и дело напрягается тело Нэдзуми, как пальцы, держащие его руку, все слабеют, ладони скользят на лопатки, а голова опускается на его плечо, и вскоре альбинос уже сам скользил пальцами по плоти. И он решил поэкспериментировать. Закусив губу, он провел пальцами по головке, легко сжал её, услышав, как с губ актера срывается шипение, и легко улыбнулся. Он прошелся пальцами по члену, сжал в кольцо основание и потянул пальцы вверх, провел большим пальцем по выступающей вене, мягко погладил головку, почувствовав на ключицах судорожный выдох. - Нэдзуми, тебе… нравится? – неуверенно спросил Сион и тут же почувствовал, как в его плечо вцепляются чужие зубы. Он убрал пальцы от головки и мягко скользнул ниже, от чего Ив мягко выдохнул. Актер поднял голову, и Сион увидел, что его прекрасные, серые глаза, напоминающее хмурое осеннее небо, сейчас подернулись дымкой тумана. Он впервые видел Нэдзуми настолько расслабленным, и чувствовал, что это приводит его в восторг, хотя он не мог сказать почему. Несколько мгновений Ив смотрел ему в глаза, а после подался вперёд, прижался губами к его губам, медленно, лениво скользнул языком внутрь. Альбинос ответил ему, провел языком по губам, прикусил его язык, сжав его губами, и почувствовал, как по телу любовника пробежала дрожь. Его пальцы в это время продолжали скользить, то крепко сжимая, то еле ощутимо скользя пальцами. От такого контраста Нэдзуми сходил с ума. Он был не в силах даже продолжить поцелуй, лишь откинулся назад, утягивая Сиона за собой. Он чувствовал, что близок к финалу. - Сион, - прошипел он, отстранившись. Альбинос склонил голову, вопросительно на него глядя, продолжая гладить его член и чувствуя, как он напрягается ещё сильнее. Уже не сдерживаясь, парень вцепился пальцами в его плечи, одной рукой скользнул на затылок, сжимая белые волосы в кулак. Его собственные пряди стали влажными, липли к щекам, шее, плечам, но он уже не обращал на это внимания. Его дыхание стало быстрее, стоны начали прорываться наружу, по телу пробегали мелкие волны дрожи. Он видел, как бардовые глаза широко распахнулись. - Нэдзуми, почему ты прежде молчал? – Сион подался вперед, закусил его губу, словно в наказание, ладонью в это время скользнув по груди. Сил на то, чтобы сдерживаться, уже не было, и губы Нэдзуми вновь издали тихий стон. - Сион… я сейчас… отодвинься, - его дыхание стало прерывистым. Он надавил на плечо, потянул за волосы, заставив альбиноса зашипеть. - Зачем? – но парень не двинулся с места. Он лишь замотал головой, пытаясь сбросить чужие пальцы, но Ив ещё крепче вцепился в белоснежные пряди. Времени на уговоры уже не осталось. Он поджал пальцы на ногах, затрясся всем телом, откинул голову назад и издал глубокий гортанный стон. Сион смотрел на это, широко распахнув глаза, и неожиданно почувствовал на коже влагу. Посмотрев вниз, он увидел, как из члена Нэдзуми выплескивается сперма. Белесые капли упали на его руки, грудь, живот. Он, словно завороженный, смотрел на это, чувствуя, как тонкие пальцы вцепляются в плечо с такой силой, что на утро обязательно останутся синяки. Издав последний стон, Нэдзуми шумно выдохнул, успокаивая дыхание, и открыл глаза. И почувствовал, как в груди становится жарко. Сион сидел перед ним, полностью голый, на коленях устроившийся между его ног, с растрепанными волосами, раскрасневшимися губами, блестящим взглядом. Он задумчиво смотрел на Нэдзуми, что-то слизывая с пальца, и сердце актера замерло. Встретившись с ним взглядом, альбинос вытянул палец изо рта и улыбнулся. - Тебе понравилось? – спросил он, глядя на него вопросительным взглядом. Несколько мгновений парень молчал, и затем внезапно усмехнулся, потянул его за затылок к себе, увидев, как Сион улыбнулся, с готовностью потянулся вперед, прогнув спину. От одного вида этой голой спины и соблазнительных ягодиц, в его голове возникли сотни пошлых мыслей. - Это было ужасно, - насмешливо произнес Нэдзуми, мягко проведя ладонью по волосам. На мгновение Сион замер, а после улыбнулся ещё шире. - Я буду тренироваться, - прошептал он и подался вперёд, приник к губам. Чуть прикусил нижнюю и потянул на себя, лукаво улыбаясь, словно дразня, и Ив подался вперёд, прижал его ещё ближе, скользнул языком в рот, чувствуя, как часто бьется сердце. Он изменил его. Пусть Сион остался таким же наивным маленьким мальчиком, он уже никогда не будет так невинен, как тот парень, сидевший на скамейке на заднем дворе школы. Он забрал его первый настоящий поцелуй. Он стал первым, кто стянул с него рубашку, первым, кто коснулся его члена и заставил стонать от удовольствия. И, что бы там ни случилось, он не позволит кому-либо сделать это вместо него. Он будет защищать этого мальчишку, заботиться о нем, не отдаст и никуда не отпустит. Он был первым, он станет и последним. - Думаю, нужно это смыть, - пробормотал Сион, широко зевая, и подался вперёд, уткнувшись носом в шею Нэдзуми, положив голову ему на плечо и приобняв за талию. - Ага, - пробормотал парень, вытянул руку и, нашарив на полу его рубашку, провел легкой тканью по их телам, стирая белые капли. Сион, уже закрывший глаза, улыбнулся и слегка вздрогнул. Нэдзуми усмехнулся, мягко приподнял их обоих и достал из-под тел покрывало. Одной рукой обнимая Сиона за плечи, другой он натянул ткань на них, бережно укрывая альбиноса до самых плеч. Но парень лишь промычал что-то невразумительное и прижался ещё ближе, скользнул ногой меж его ног, коснувшись теплым дыханием его шеи. Ив мягко улыбнулся, прижал его ближе, положил другую руку на предплечье, чувствуя жар исходящий от чужого тела, и понимая, что, наконец, согрелся. Живые люди всегда теплые. спасибо за ожидание! надеюсь, оно стоило того ^-^ думаю, эту часть можно считать последней. будет ещё маленький утренний эпилог и, в общем-то, всё...