Чистокровная гордость и магловские предубеждения

Ужины в Норе последнее время проходили на удивление тихо. Дом опустел после того, как младший сын Рональд Уизли уехал по приглашению своего брата Чарли в Румынию разводить драконов. Письма приходили от него редко и содержали не больше пяти строк. А когда, год назад, он вернулся с молодой супругой, миссис Уизли смирилась с мыслью, что ужинов, как прежде, уже никогда не будет. Так и получается, что за слишком большим столом сидят всего четыре человека: мистер Уизли, миссис Уизли, Джинни и Гермиона, которая год назад приехала погостить в Нору на лето, но, по настоянию Молли, осталась там жить до неопределенного времени. Иногда на ужин заглядывал Джордж, еще реже - Перси. Строго говоря, Гермиона, за все время своего пребывания в Норе, встречала Джорджа за ужином два раза, а Перси- один. Вот и в этот день Уизли ужинали вчетвером. Стоило догадаться, что главной темой на повестке дня будет званый вечер в доме Лавгудов и новые знакомства, приобретенные там. - Провалиться мне на этом месте, если мистер Забини не самый приятный молодой человек, которого мне доводилось знать! А уж я-то знала много молодых людей, верно, Артур?! - Я не спорю, моя дорогая. Мистер Забини действительно очень приятный волшебник, возможно, я был бы счастлив породниться с ним. - Верно, мистер Уизли, очень верно! Он просто очарован Джинни! Все это заметили! - Мама, прошу. - Ну что ты, дорогая, это ведь чистая правда. Он танцевал с тобой ровно половину танцев. Из них первый и последний, что важно! Второй танец он танцевал с Луной Лавгуд, а четвертый с Гермионой. - Миссис Уизли, я не верю своим ушам, вы считали каждый танец бедного Забини?- ошеломленно спросила Гермиона. - Что тебя удивляет, детка? За ним, в отличие от его друга, следить приятно! Вот уж кто неприятный тип - так это Малфой! Отказаться танцевать с нашей очаровательной Гермионой. - Говорят, его доход составляет пятнадцать тысяч галлеонов в год,- заметила Гермиона,- с таким доходом он может танцевать с самим министром магии, если захочет. - Все равно, это не дает ему право быть таким грубым и высокомерным. - Вы правы, миссис Уизли. - Зато сестра у мистера Забини весьма приятная девушка, как оказалось,– кротко, скорее предположила, чем утвердила Джинни.– Она была так мила со мной весь вечер, интересовалась увлечениями и попросила посоветовать ей книгу, но вы же сами знаете, что литература не самая сильная моя сторона. Не думаю, что «Квиддич с древности до наших дней» покажется ей интересной книгой. - Джинни, ты как всегда слишком добра, на мой взгляд, у мисс Забини паралич мышц лица, либо она просто вечно недовольна происходящим. - Меня не очень интересует его сестра,- миссис Уизли, разве что не подпрыгивала от нетерпения.– лучше скажи, Джинни, он тебе симпатичен? Ты бы вышла за него замуж? - Мама! Я едва с ним знакома, как можно говорить о свадьбе?! Я даже не знаю, нравлюсь ли ему. - С Гарри Поттером ты была знакома семь лет, мы не говорили о свадьбе, и чем это закончилось?! Над столом повисла тишина, которую разрушил звук отодвигаемого стула и звон столовых приборов, небрежно брошенных на стол. - Разве я сказала что-то не так?– раздался вопрос Молли, вслед выходящей из кухни Джинни Уизли. Когда Джинни и Гермиона остались одни, Джинни, до того отзывавшаяся о мистере Забини весьма сдержанно, призналась подруге, насколько он ей понравился. - Он именно такой, каким должен быть молодой человек,— сказала она,— умный, добрый, веселый. И я никогда еще не видела подобных манер — столько свободы и вместе с тем как чувствуется хорошее воспитание! - К тому же, он недурен собой,— добавила Гермиона,— что также говорит в пользу молодого человека, если к нему это относится. Благодаря этому, характер его можно считать вполне совершенным. - Я была так польщена, когда он пригласил меня танцевать второй раз! Признаюсь, я этого совершенно не ожидала. - Не ожидала! Зато я ожидала вместо тебя. Ну что могло быть естественнее того, что он однажды пригласил тебя танцевать? Разве он не видел, что ты самая красивая девушка в зале? Чего же тут удивляться его галантности? Впрочем, он в самом деле довольно милый молодой человек, и пусть уж он тебе нравится. Тебе не раз нравился кое-кто и похуже. - Гермиона, я надеюсь, ты не имеешь в виду Гарри. - Оу, нет, прости. Конечно, я не имею в виду Гарри. То, что произошло между вами не характеризует его как человека. Хотя, не спорю, он вызвал мое осуждение за это. - Его нужно понять. Детская влюбленность недолговечна, а устоять перед настоящим чувством невозможно. Кроме того, ты лучше меня знаешь, что Гарри нужен был отдых, он устал быть героем и спасителем, а Мэрри видит в нем обычного парня, который делает потрясающие фокусы. Я верю в то, что они будут счастливы, так же сильно, как верю в свое счастье. - Например, с мистером Забини. В Гермиону полетела большая пуховая подушка, но даже она не могла остановить беззаботный смех девушек, который свободно разлетался по округе в ночной тишине, отголосками и эхом долетая до дома за холмом. Утро следующего дня выдалось на удивление мрачным. Казалось, тучи всей Англии сползлись над несчастной Норой и прилежащим окрестностям, что, несомненно, добавляло завтраку мрачности, а всему семейству Уизли угрюмости. Вплоть до того момента, когда в окно веранды постучала клювом большая серая сипуха. - Гермиона, от кого она? - От мисс Забини, полагаю. Адресовано тебе, Джинни. - Открывай же скорее!- С нетерпением воскликнула миссис Уизли. Джинни забрала письмо, а тем временем сова, не дожидаясь ответа, улетела назад, вероятно спеша в свою совятню, до того, как дождь сделает это невозможным. Девушка быстро пробежала глазами по присланному письму, а ее мать уже сгорала от нетерпения и жажды узнать содержание записки. - Мисс Забини пишет,- начала озвучивать девушка,- что приглашает меня сегодня на обед в дом за холмом, чтобы я составила ей компанию, пока мужчины будут по делам в Лондоне. - Значит. Забини не будет дома? - Да, мам, я воспользуюсь камином? - Что?!- запротестовала женщина,- ни в коем случае! Летучего пороха слишком мало. Возьми метлу. - Миссис Уизли, к обеду начнется настоящий ливень, в такую погоду опасно летать на метле. - Джинни хорошо летает, а в Хогвартсе она летала в погоду и по хуже этой. - Мама, ты хоть представляешь в каком я виде появлюсь на пороге дома мистера Забини? - Уверена, моя дорогая, что в прекрасном. Джинни закатила глаза к потолку, а затем поспешила удалиться в сарай для метел, чтобы подготовить метлу к перелету. - Миссис Уизли, вы это делаете для того, чтобы Джинни осталась в доме Забини до его появления? - Разумеется, Гермиона, как иначе доказать молодому человеку, что он влюблен в нее? - Сомнительный способ. - Но можешь быть уверена, что очень действенный. Замысел Молли казался все более устрашающим и безумным с каждой минутой. К десяти утра начал накрапывать моросящий, липкий дождь. А, когда время уже приближалось к одиннадцати, он превратился в настырные капли. В полдень это был уже настоящий дождь, способный до нитки промочить одежду неудачливого путника. А еще через полчаса погода разыгралась не на шутку, ливень заливал стекла окон, а сильный ветер задувал холодные капли за шиворот. Ждать урагана было бессмысленно и Джинни, взяв самую крепкую метлу из находящихся у нее в распоряжении, полетела в сторону холма, а оттуда к дому Забини. Миссис Уизли была очень довольна своей задумкой, что поддерживало ее настроение в течение всего дня. К ужину, когда Джинни так и не появилась, она так развеселилась, что чуть не сожгла утку, которую решила приготовить в честь удачного завершения дня. Мистер Уизли же, вернувшись с работы и оценив план жены по достоинству, не мог найти себе места, постоянно поглядывая на кухонные часы, где стрелка с именем его дочери умиротворенно застыла на фрагменте «в гостях». - Артур, она в гостях, дорогой, часы не покажут ничего другого, можешь успокоиться. - Разумеется, если покажут «в смертельной опасности», то ты будешь утешать себя мыслью, что наша дочь погибла в погоне за мистером Забини! - Поберегите мои бедные нервы, мистер Уизли! И садитесь ужинать. Ужин прошел в напряженном молчании, только беззаботное напевание Молли себе под нос разбавляло мерное тиканье настенных часов. Сразу после ужина мистер Уизли отправился спать, а его жена, наколдовав очищающих заклинаний, еще раз глянула на часы, где стрелка Джинни по-прежнему показывала «в гостях». Гермиона же, сидя на подоконнике в своей комнате, не могла сосредоточиться на книге, которую начала читать, ее мысли были где-то в другом месте, возможно, там за холмом, вместе с Джинни. Нет, она не завидовала подруге: оказаться в логове слизеринцев одной на весь день и ночь, без единого здравомыслящего человека рядом - ей уж точно не хотелось. Но вот поддержать подругу, посмеяться с ней вместе перед сном, как они делали это каждый вечер - она желала. Не имея такой возможности Гермиона еще долго ворочалась в кровати, пока наконец не провалилась в сон. На утро все обитатели дома Уизли спустились к завтраку. Без Джинни стол казался до нелепости большим. Мистер Уизли нервно постукивал пальцами по столу, что заглушало тиканье часов. Надо сказать, что Гермиона даже была благодарна за это - слышать их мерное тиканье каждое утро иногда становилось невыносимо. Но вдруг миссис Уизли остановила его: - Артур, прошу, мне кажется, что ты барабанишь по моим нервам! - Уж лучше, чем слушать часы, миссис Уизли. - Кстати, я их совсем не слышу. - Просто ты привыкла к ним, дорогая,- пытался разрядить ситуацию мистер Уизли. - Нет, Артур, я их действительно не слышу. Все внимание тут же устремилось к настенным часам. Часы застыли, словно ожидая чего-то. А стрелка Джинни, которая вчера сохраняла полное спокойствие, сейчас мелко дрожала на границе между частями «в гостях» и «в опасности». Еще минуту обитатели дома простояли в безмолвном онемении, а затем с завидной скоростью и суетливостью начали метаться по дому. Миссис Уизли хлопотала над шкафчиком, где хранила лечебные зелья, мистер Уизли искал перо, чтобы связаться с домом Забини, а Гермиона уже выходила из дома, когда на веранду приземлилась та же сова, что принесла записку от мисс Забини вчера. На этот раз письмо было не от мисс Забини, а от ее брата, который сначала долго изливал в письме свои благодарности за визит Джинни в его дом, а затем, словно прерванный кем-то, Забини пишет, о том, что бедняжка промокла до нитки в ужасный ливень, а в результате неудачного приземления вывихнула лодыжку. В новом доме Забини нет подходящих средств, поэтому лечение ноги решено оставить магловским методам, а с утра мисс Уизли почувствовала недомогание, очевидно, простыв в столь скверную погоду. Далее мистер Забини передает просьбу самой Джинни, которая заключалась в том, чтобы ей передали ее сменную одежду, прислали перцовые зелья для скорейшего выздоровления и перестали волноваться. Письмо закончилось пожеланиями всего наилучшего и краткими извинениями за неудобства. Дочитав до конца, Гермиона тут же поспешила к родителям Джинни, чтобы передать им послание. Кто бы мог подумать, что миссис Уизли может быть настолько счастливой?! Молли расцветала с каждой строчкой прочитанной из письма мистера Забини. - Гермиона, дорогая, прошу, собери вещи Джинни, думаю, тебя не затруднит передать их нашей девочке? - Можно было бы передать их через камин? - Ни в коем случае, дорогая, все перепачкается в пепле, пока они доберутся до дома Забини, к тому же зелья могут разбиться. Лучше слетай сама. - Я не люблю летать на метле, миссис Уизли, с детства боюсь высоты. - Милая, но ты же не собираешься идти пешком? - Почему нет, миссис Уизли? Тут не так далеко, к тому же можно аппарировать к дому. - Защитный барьер нашего дома стоит почти до самого холма, а у Забини и того дальше. - Значит я прогуляюсь пешком. - После дождя тропинка стала совсем размытой, ты перепачкаешься в грязи. - Не переживайте, миссис Уизли, в конце концов я волшебница, и вы неплохо обучили меня очищающим заклинаниям. - Ну раз так, то я не буду настаивать. Я собрала лекарства в корзинку, найдешь ее на кухне. Собрав необходимые вещи, Гермиона отправилась к дому Забини через холм. Когда миссис Уизли сказала, что дорога размыта, она очень преуменьшала, тропинка напоминала грязевое болото, пройти по ней можно было разве что в резиновых сапогах. Но разве это может сравниться с той грязью, по которой порой приходилось бежать Гермионе, Рону и Гарри, чтобы спастись от преследования Пожирателей смерти и егерей в прошлом, когда они скитались по лесам в поисках крестражей? Так, или иначе, Гермиона все же добралась до дома Забини. Это был довольно большой белый особняк с классическими колоннами, окруженный садом и небольшим лесным участком. Гермиона вышла к дому со стороны сада. Большие деревья еще скрывали главную дорогу к дому, вымощенную булыжником, в отличие от той тропинки, по которой шла девушка. Она оставила чемодан у яблони, а сама скрылась за ветками дерева, чтобы отчистить обувь и одежду от грязи. Ей не хотелось ловить на себе брезгливые взгляды Малфоя и сестры Забини, касающиеся ее внешнего вида. Но как же она ошиблась в выборе места. Стоило ей только начать очищать одежду, как из-за небольшой аллеи, последним деревом которой была та самая яблоня, скрывающая Гермиону от посторонних глаз, вышли Малфой в сопровождении мисс Забини. - Мисс Грейнджер,- удивленно воскликнул Малфой, что было для него даже чересчур эмоционально,- Вы к мисс Уизли, я полагаю? - Доброе утро, мистер Малфой, мисс Забини, я хочу ее навестить и передать вещи, которая она просила. - Вы пешком шли?! – удивленно произнесла мисс Забини, словно прогулка пешком является чем-то предосудительным. - Верно, мисс Забини. Вы весьма наблюдательны. Неловкая пауза затянулась. Гермиона чувствовала на себе удивленные и брезгливые взгляды. В конце концов, терпеть это было унизительно. И отказавшись от идеи очистить одежду, Гермиона спросила: - Я могу увидеть Джинни? - Да-да, разумеется, она в доме, на втором этаже в гостевой комнате. Я мог бы Вас поводить. - Не утруждайтесь, мистер Малфой, я найду дорогу. - Конечно. Не дожидаясь других реплик Гермиона направилась к дому, а парочка продолжала смотреть ей вслед. - Как это не эстетично,- брезгливо сморщив носик, сказала мисс Забини. Малфой промолчал на эту реплику, и девушка решила продолжить,- идти пешком по такой грязи, как магл! Сразу чувствуются пробелы в не волшебном воспитании. - Я так не думаю. - Что? - Я не вижу в этом проблемы, мисс Забини, насколько я знаю эту девушку, у нее нет проблем с применением магии, разве что она пользуется ей исключительно с умом. Это нельзя назвать пробелом в воспитании. - С каких пор эта девушка пользуется Вашим расположением? - Возможно, с тех самых, как я увидел в ее недостатках какую-то необыкновенную притягательность. - Уж не влюбились ли Вы, мистер Малфой? - Ох, женское воображение! Стоило мне только отметить привлекательность девушки, как вы тут же делаете вывод о моих чувствах. Я не влюбился в мисс Грейнджер, но не могу отрицать, что у нее масса достоинств, которые прежде казались мне невозможными. Мисс Забини была недовольна ответом Малфоя, ее бы устроил категорический отказ даже от намека на чувства к Грейнджер, но никак не согласие с присутствием у этой девушки достоинств и тем более привлекательных черт. Поэтому мисс Забини выражала свое негодование единственным доступным ей способов в общении с Малфоем – упражняясь в остроумии на тему его чувств и привязанностей. Состояние Джинни было действительно неутешающим, но зелья миссис Уизли быстро помогли пойти ей на поправку, так, что вечером того же дня, как Гермиона переступила порог дома Забини, Джинни уже не чувствовала лихорадки, только боль в горле и редкие приступы кашля. Она настаивала на перелете домой, но Блейз Забини и слышать ничего не хотел. Гермиона не могла не отметить, с каким удовольствием этот молодой человек проводит время у кровати ее больной подруги, не говоря уже о том, что он, уверяя всех окружающих в своих знаниях медицины, не доверял никому перевязывать лодыжку своей гостьи. В этой идиллии был только один минус. Гермиона собиралась было уже отправиться назад в Нору, когда Джинни попросила ее остаться с ней. Гермиона понимала, что Джинни не хочется еще на одну ночь оставаться одной, ведь мистеру Забини было бы не прилично много времени проводить в ее спальне, а кроме него обитатели дома не посещали гостью. В итоге Гермионе, под предлогом ухода за больной, пришлось остаться в обители слизеринцев на следующие несколько ночей. Надо сказать, что самым сложным для Гермионы оказались приемы пищи. Мисс Забини, по какой-то неведомой для Гермионы причине, стала к ней совершенно холодна и иногда открыто выражала свое недовольство ее присутствием в доме. Малфой, как и стоило ожидать, вел себя высокомерно, но все же большей части стремился игнорировать гостью, так что за столом все в основном молчали, кроме мистера Забини, у которого было на удивление хорошее настроение. Он с радостью показал Гермионе библиотеку и любезно предложил ей пользоваться в любое удобное для нее время. Это несколько подняло настроение девушки, и она тут же воспользовалась предложением. Но основные трудности ожидали впереди. Мистер Забини настаивал на совместном времяпровождении после ужина, считая, что таким образом все извлекают больше пользы из пребывания гостей в его доме. Так что вечером, после того как мисс Уизли ужинала, принимала лекарства и ложилась спать, Гермиона была вынуждена находится в общей гостиной вместе с хозяином дома и его друзьями. В комнате было достаточно светло и просторно, Гермиона выбрала удобное кресло у самой лампы, чтобы провести вечер за чтением. Мистер Малфой с другом играли в волшебные шахматы, мисс Забини со скучающим видом наблюдала за их игрой. Под жестоким натиском черных шахмат Малфоя, Забини быстро сдал свои позиции и проиграв другу, очевидно уже не первую партию, он решил сменить поле деятельности и вступил в разговор: - Мисс Грейнджер, а Вы не хотите сыграть партию шахмат против Малфоя? Мне было бы интересно смотреть на схватку интеллектов. - Я не играю в шахматы, мистер Забини, и Вы сильно преувеличиваете способности моего интеллекта. Не спорю, я люблю проводить время за чтением хорошей литературы, но не заслуживаю за это ни похвалы, ни порицания. Это такое же занятие, как и любое другое. - Она права, братец,- вставила мисс Забини,- любовь к книгам еще не говорит об образованности. - Но право же, я еще не встречал необразованных девиц. Кажется, что леди могут все! - У тебя слишком расплывчатые понятия об образованности, Блейз,- парировала его сестра,- женщина, заслуживающая это звание, должна быть хорошо обучена музыке, пению, живописи, танцам и владеть магией на высоком уровне. И кроме всего, она должна обладать каким-то особым своеобразием внешности, манер, походки, интонации и языка — иначе это название все-таки будет заслуженным только наполовину. - Всем этим она действительно должна обладать,— сказал Малфой.— Но я бы добавил к этому нечто более существенное — развитый обширным чтением ум. - И сколько же Вы встретили по-настоящему образованных дам в своей жизни, мистер Малфой? Не удивлюсь, что под эти строгие критерии едва ли подходят больше пяти- шести женщин во всем мире. - Неужели вы так требовательны к собственному полу и сомневаетесь, что подобные женщины существуют? - Мне они не встречались. Я никогда не видела, чтобы в одном человеке сочетались все те способности, манеры и вкус, которые были вами сейчас перечислены. И я уверена, что не была бы рада такому знакомству, ведь дама, обладающая этими качествами, навеяла бы на меня смертельную скуку. Мисс Забини задохнулась от возмущения и досады, которые на нее обрушила реплика Гермионы. Несомненно, уж себя-то мисс Забини относила к образованным девушкам и даже мысль о том, что она может навеивать на кого-либо скуку казалась вздорной и возмутительной. Малфой увидев подобную реакцию сестры своего друга, едва сдерживал смех. Надо признаться, что то, как Грейнджер поставила на место зазнавшуюся мисс Забини, ему понравилось и вызвало в нем чувства удовлетворения. Чтобы хоть как-то скрыть свое настроение, Малфой поспешил сесть за письменный стол и принялся писать письмо. - Пишете письмо в Мэнор, мистер Малфой?– тут же отреагировала Забини. - Да. Хотел сообщить матери о количестве расходов, связанных с дислокацией в здешних местах специального отряда авроров. - Как это скучно, мистер Малфой, я надеюсь, что Вы передадите Нарциссе мои благодарности за ее советы по устройству гостиной? - Не думаю, мисс Забини, что в этом письме еще будет место для ваших восторгов. Приезд авроров очень срочная и важная проблема, требующая безотлагательных решений. - Зачем им приезжать сюда?– спросила Гермиона - Они ищут скрывающихся от правосудия Пожирателей и приспешников Темного лорда. - А какое отношение к этому имеете вы? - Я и моя семья, мисс Грейнджер, являемся спонсорами этой работы. Мы обеспечиваем такие отряды провизией, как Вы могли уже догадаться, мое пребывание в доме Забини не случайно. - Это крайне благородное дело, мистер Малфой. Можно даже подумать, что в Вас совсем нет пороков, а если прислушаться к мисс Забини, то Вы сплошь состоите из добродетели. - Я именно так и считаю, мисс Грейнджер,- ответила мисс Забини, сладко улыбнувшись. - Во мне достаточно пороков, мисс Грейнджер, и уж Вам он них известно не понаслышке. Гермиона долгим не понимающим взглядом смотрела в лицо Малфою, пока он не отвернулся к письменному столу, привычно ухмыльнувшись. Так проходили почти все вечера до выздоровления Джинни. Гермиона спускалась в гостиную, там терпела неумелые, но злобные остроты мисс Забини. Тепло общалась с ее братом, иногда даже беседовала с Малфоем, но нельзя сказать, что эти беседы доставляли ей удовольствие, после них она обычно чувствовала тяжесть и боль в голове. Поэтому день, когда Джинни, слегка прихрамывая, смогла подняться и дойти до аппарационного барьера, стал для Гермионы истинно счастливым. И первое, что услышали девушки оказавшись дома, был крик миссис Уизли: - Перси! Завтра к нам приедет Перси! Гермиона, Джинни! Вы слышали?! Какая хорошая новость! Гермиона, милая, тебе нужно срочно наведаться в город, чтобы привести в порядок волосы! - Зачем, миссис Уизли? - Моя дорогая, я же сказала! Приезжает Перси!