На все ради тебя

Я проснулся неожиданно, словно что-то меня толкнуло. Оглядевшись, вспомнил, как здесь оказался. Мы с Доком отправились путешествовать и попали в буран. Было мрачно, и не понять то ли утро, то ли день, а может, даже вечер. Буран все еще продолжался. Глянув на часы на тумбочке, понял, что только утро, тогда можно просто поваляться. Я улегся поудобнее, чтобы рассмотреть спящего рядом со мной мужчину. Мне до сих пор не верилось, что это происходит со мной, что мы вместе. Его длинные черные ресницы почти лежат на щеках, и мои руки так и тянутся их потрогать. Мне все время хочется трогать Спенса. Он иногда такой милый, и в такие минуты меня распирает от желания его потискать. Господи! Если бы кто-то слышал меня, то поднял бы на смех! Спенс такой огромный, и слово "тискать" совсем не ассоциируется с ним, особенно когда в первый раз видишь его. Но это если с ним не знаком. Стоит узнать его получше, и получишь такую дозу заботы и внимания, какую не получите нигде! Моя рука сама тянется к его плечам, и я провожу по ним, обрисовывая скульптурность рельефа. Не зря эта тетка заметила, что он красивый... спускаю руку на его грудь, пропускаю соски между пальцами и дальше веду пальцами по красиво накаченному животу. Черт! У меня никогда так не получится его накачать. Спенс говорит, что я неправильно питаюсь, но как правильно питаться с такими тренировками и постоянными разъездами на выездные матчи? Пока я рассуждал о матчах, кое-кто заинтересованно приподнял одеяло. Хм. Просовываю руку под него и глажу голую плоть. Спенс, как и я, лег голый, и это радует! Не долго думая, я сполз ниже и облизал головку. Кажется, я разбудил Спенса. Но это же неплохо? Головка наливалась и темнела прямо у меня на глазах, и я с любовью ее поцеловал. М-м-м.. Как же хорошо Спенс пахнет! Я, больше не задумываясь, вобрал ее в рот, насколько смог, и стал сосать. Спенсер сонно улыбнулся и, не открывая глаз, нашарил голову Рея под одеялом. - Я уже люблю утро, - хриплым со сна голосом проговорил он и глубоко вздохнул, чуть вздрогнув от приятной волны после действий своего парня. Мужчина чуть сжал его волосы в кулаке и, вытянувшись, чуть толкнулся бедрами вверх. Организм проснулся, прекрасно выспавшись, и ленивые мысли, сообщавшие о том, что никуда спешить не нужно, были приятными мелочами, отчего Спенс чувствовал себя счастливым. ****** Ганс Майер зашел в одноэтажный, бревенчатый пристрой к гостинице, что служил им кухней и одновременно домом для проживания. Он отряхнулся у порога? чуть отдуваясь, потому что брести по сугробам до стойла было трудным занятием, а он был уже немолод для физических нагрузок. - Марта... уф... ты приготовила пойло коровам? Женщина суетливо выглянула из отдельной каморки, где готовила только для домашней скотины, которую они держали, и вынесла два ведра. Утро у хозяев начиналось всегда рано, и она была уже порозовевшей от работы. - Да. Ты расчистил дорожку? Мне пора идти доить. - Да. Слушай, а ты ночью не слышала вой? Как-то коровы беспокойны, а я не пойму, не приснилось ли... - Нет. Я не слышала. Очень тихо кругом, даже в гостинице постояльцев не слышно. Женщина беспокойно посмотрела на мужа. - Неужели, правда, слышал вой? Мужчина снял меховую шапку и потер вспотевший лоб. - Не знаю, но все как-то странно... постояльцев точно не слышно... хм... но вот вой... я прошелся, но в такой буран ни черта не видно, следы заметает за минуту. Ганс одел шапку и взял ведра. - Иди в хлев. А я ещё похожу кругом и Эрику скажу приготовить оружие на всякий случай. *** Я еще немного потрудился, но затем решил, что стоит обратить внимание и на собственные потребности. Выпустив влажный и блестящий от моей слюны член, я пополз вверх по Спенсу, оставляя тропинку из поцелуев. На всякий случай повлажнее, чтобы найти путь обратно. - Хочу тебя, - беззастенчиво объявил я, улыбаясь во весь рот. Хайт открыл глаза, шумно втягивая носом воздух от возбуждения, и посмотрел на взлохмаченного парня: - Принято к сведению. Он обхватил руками любовника и, усмехнувшись, крутанулся по кровати. Раздвинув коленом ноги партнера, Спенс устроился сверху и придавил его собой. Жадно исследовав языком длинную, изящную шею, мужчина тихо застонал: - Ты такой вкусный... хочу тебя! Он приставил влажный от смазки и слюны член к сжатому входу и плавно надавил, проникая. Чёрт, это было великолепно и так желанно, что Хайт еле сдержал себя, давая партнеру после перерыва привыкнуть. - О мой бог! - я вздохнул, привыкая к раздвигающей меня горячей плоти. Чуть приподняв бедра, я толкнулся навстречу, давая Спенсу больше доступа. И он меня понял. Мы целовались, жадно поглощая друг друга. Его толчки в меня сводили с ума. Мне хотелось кричать и стонать, и пусть я сдерживался, но мое рычание все равно вырывалось наружу. - Да, Спенс, хочу! Вот так! Кажется, я умолял его трахать меня все сильнее и сильнее, и мой партнер радовал меня своей ненасытностью... Желание кончить стало невыносимым, и я, как ни старался, боялся, что больше не выдержу. - Пожалуйста, Спенс, я больше не могу! Он прорычал что-то мне в ухо, похожее на "давай", и нас сотряс оглушительный по интенсивности оргазм. Кажется, что я весь пропитался спермой своей и Дока, но меня это мало волновало, я прижимал его к себе, благодарно вжимая губы в шею, не в силах оставить даже приличный поцелуй. Хайт лежал, прижимая к себе своего парня, его мысли текли вяло. Их шумное, сбившееся дыхание постепенно выравнивалось, но говорить все равно не хотелось. Мужчина думал, что просыпаться от ласки, заниматься сексом и потом просто лениво лежать, слушая довольное сопение рядом – не это ли рай для него? Никогда раньше радость и удовольствие так не затапливали его с головой. Все, что было раньше, казалось какой-то слабой тенью жизни, а сейчас краски вернулись. И это просто потому что Рей был рядом, лежал рядом, дышал рядом и дарил себя без остатка. Был в его жизни. Иногда накатывала волна паники, страха, что всего этого нет, что все иллюзия, и мужчина только сильнее вцеплялся в родное тело рядом и снова получал покой. Спенсер расслабился и провел ладонью по груди, животу партнера, с легкой улыбкой размазывая сперму. Хрипло произнес, прикусив мочку уха: - Мне понравилось в тебя кончать… повторим? С улицы послышался слабый шум, и Хайт невольно прислушался. Со стороны окна шум становился все громче и громче. Словно недалеко ехала машина. Нет, не машина. Снегоход, скорее… да… и не один, похоже… Резкий и близкий звук дал понять, что теперь точно кто-то промчался под окном и остановился. Отдаленные звуки тоже приближались и даже сквозь шум ветра становились все четче и четче. Мурашки побежали по всему телу от укуса Спенса, и я невольно хмыкнул. Все тело ныло от усталости и удовольствия, и мне совсем не хотелось вставать, но его слова напомнили мне, что теперь придется бежать в душ, если я не хочу, чтобы из меня текло весь день. Понимаю, Спенсу все это нравится, но меня еще смущают такие моменты. Я стал подниматься с кровати, и в это время послышался шум от нескольких снегоходов. - Странно, кто-то в такой буран не боится разъезжать на снегоходах. Совсем безбашенные ребята. Я шагнул к окну, пытаясь рассмотреть в снежном вихре, сколько гостей пожаловало. Спенсер тоже поднялся и подошел к окну. Он обнял парня, прижавшись сзади, и задумчиво посмотрел сквозь окно. Было видно, как стихал ветер на время, как рассеивалась снежная пыль и можно было рассмотреть черные точки. Они стремительно приближались к гостинице с разных сторон от темнеющей кромки зимнего леса. Под окном быстро промчался снегоход, и Хайт увидел на нем мужчину, лица которого не было видно из-за вязаной черной шапки-маски, а за спиной отчетливо был виден приклад ружья. Спенсер нахмурился, вспоминая неясный разговор хозяина гостиницы о "диких". Он пришел к выводу, что речь шла о диких зверях и ни о чем другом. И сейчас видеть человека с ружьем было даже не странно. - Посмотри. Вон ещё трое едут... интересно, это развлечение в виде охоты, или местные по-другому не ездят. Гостиница стоит в стороне от городка, и не сказать, что туристы стали бы так рисковать... буран... хотя кто их знает... Я прижался спиной к теплому Спенсу: - Ты знаешь, мне совсем не нравится, что они ездят по городку с оружием. У нас тоже много охотников, но оружие всегда зачехленное. Оглянувшись, я внимательно всмотрелся в заинтересованное лицо Спенса, вглядывающегося в происходящее за окном. Хайт нахмурился и кивнул, соглашаясь с Реем. Он огладил его по животу, продолжая смотреть в окно, пока черные точки не приблизились и не превратились в людей, и каждый из них был тоже вооружен. Они скрылись за поворотом строения, и все стихло. - Знаешь, меня это тоже немного беспокоит... ммм... вчера хозяин упоминал диких зверей... мол, мы неосторожны... странно, конечно, но, в принципе, я не думаю, что нам что-то грозит. Мы, слава богу, не в средневековье. Эта группа явно прибыла к нам сюда. Хочешь, можем спуститься и унять любопытство? Заодно и позавтракать? - Ты же помнишь, что я все равно ничего не пойму, но давай спустимся. И насчет завтрака очень разумная мысль. Но сперва! В душ! А то от меня спермой за версту воняет. Я сморщил нос и, убрав руки любимого с себя, заковылял в душ, дергаясь от стекавшей из меня спермы. В душевой Спенс присоединился ко мне, помогая вымыть спинку, а затем я ему... в общем мы никуда не торопились. И когда вышли, то услышали смех и мужские басовитые голоса с хозяйской половины. - Все, я сейчас умру от голода, если мы не спустимся. *** Старик Майер насторожился и замер с большой кружкой кофе. Он сидел в гостинице за одним из пустующих столиков столовой и смотрел телевизор. Как бы считалось, что он работает, выполняет обязанности хозяина, вдруг путники забредут или единственные постояльцы что-либо затребуют. Но он прекрасно понимал, что все это очень маловероятно. И сейчас слышать резкий треск снегоходов было тревожно. Ганс поднялся и вышел из столовой в холл-прихожую с четким желанием узнать, кто пожаловал, но тут дверь открылась, и вошли двое, отряхиваясь от снега у порога. - Доброго утра, гер Майер, - проговорил один, а второй снял меховую шапку и, стряхнув ее, приветливо улыбнулся хозяину. - Мир твоему дому, дружище. Пустишь? Мужчина тоже улыбнулся в ответ и замахал руками в приглашающем жесте: - А, это Вы, конечно, давайте проходите. Двое? - Нет, ещё сейчас трое прибудут. Мы к тебе погреться, да и потолковать надо... Ганс озабоченно нахмурился, но все же крикнул в сторону кухни: - Марта! У нас гости. Патрульные! Готовь еду и много горячего кофе! Прожившие много лет в этом городке, почти всю свою жизнь, они знали друг друга не один год. Эти двое были хорошими знакомыми Ганса - отец с сыном, Ларссоны. Они были и охотниками, и рыболовами, и подрабатывали проводниками для туристов, в общем, занимались всем тем, что и остальные. Майер не ожидал их увидеть в ближайшее время, все же буря - это не мелочи, и местные вполне серьезно к этому относятся, но, видимо, для этого была причина, и Ганс, провожая гостей в столовую, мысленно надеялся, что это не то, о чем он подумал. - Ганс, у нас проблема, - старший Ларссен снял ружье, ставя его у стены, и сел на плетеный деревянный стул за круглый столик. - Сегодня всех подняли по тревоге. Дикие напали. На поместье Ридов, на юге, был совершено нападение. Разорвали двух коров, пропали три овцы и ...тяжело ранен старик Рид. Майер с силой потер лысину и в сердцах ударил ладонью по столешнице: - Вот чёрт! - Да. Мы полночи патрулируем окраины, но этот буран нам совершенно не помогает напасть на их след. Наш капитан всех полицейских поднял под ружье, но ты понимаешь, что, не зная, как их выследить, всю территории не защитить. И вызвать подмогу он не может из-за непогоды. Хреновое дело, друг. Мы одно только узнали, их двое... может, трое... полнолуние в самом пике, и проблема серьезная. Двери снова отворились, и вошли друг за другом ещё трое мужчин, о чем-то споря на ходу. - А я говорю тебе, что видел одного на западном склоне... Майер махнул им рукой и взял свою кружку, хмуро отпивая остывший напиток. - И вот с утра поступил сигнал, что было нападение на ваших соседей Лоутов... разорвали пса и унесли лошадь, поэтому мы все поспешили сюда. Ты что-нибудь заметил? Ганс почувствовал, как от нахлынувшего страха вспотели ладони, опустив посуду на столешницу. - Я не видел никаких следов... метет... но скот явно беспокойный был... чёрт! Чёрт! Чёрт! Неужели они ещё не насытились? - Ты ж знаешь, в полнолуние, хрен их знает, что ими движет, то ли голод, то ли звериный азарт охоты... Трое охотников зашли в столовую. Один из них, коренастого и крепкого телосложения, снял шапку-маску и вытер лицо от влаги, кивнул в приветствии. Двое других, отряхнув друг друга, подошли к столику все также продолжая спор: - А я тебе говорю, это был просто лес, не настолько я ехал далеко и ничего не видел... хорошего дня, гер Майер. Молодой парень с россыпью веселых веснушек на лице приветливо улыбнулся хозяину и протянул руку. Его спутник, блондин с ярко-голубыми глазами, тоже приветливо кивнул, задумчиво прикусив губу. - Привет, ребята, тоже решили поохотиться на собратьев? Ганс как-то невесело улыбнулся и пожал руки обоим. Парни синхронно пожали плечами и сняли куртки, последовав примеру остальных. - Таких «собратьев» отстреливать надо. В столовую торопливо вошла женщина, неся большой поднос с тарелками дымящийся яичницы с сыром, и суетливо стала накрывать на столики. Она слышала разговор и, как муж, очень взволновалась, но мысль, что они не одни, немного успокаивала. - Хорошего дня, тетушка Марта. Парень широко улыбнулся, а когда женщина с материнской любовью погладила его по щеке, он смешно сморщил нос. - Как ты, мальчик? Блондин блеснул глазами и приобнял за плечи своего спутника. - Фрау Марта, я берегу Яна, как сокровище. - И разрешаешь ему участвовать в охоте. Карл, если он пострадает, я тебя убью. Ян толкнул плечом блондина, высвобождаясь из-под крепкой руки, и взял тарелку из рук женщины. - Тетушка, это я за ним присматриваю. Мой партнер тупой мужлан, да и нюх его оставляет желать лучшего, но ты же знаешь, мне без него никак. Все окружающие хмыкнули, глядя на этих двоих, коренастый закатил глаза, скрывая свое недовольство, а Марта, тихо рассмеявшись, ласково дала подзатыльник Яну: - Ты тоже не суй свой нос, куда не просят. Более рослый, по сравнению со своим парнем, блондин довольно покивал головой и схватил свою тарелку. Майер проследил за женой, как она скрылась на кухне за добавкой. - Вы считаете, что они бродят где-то поблизости? Все вмиг стали серьезными, поглощая еду. Старший Ларссен кивнул седой головой, с жалостью глянув на Ганса: - Скорее всего, да, но для этого мы и здесь, и мы на связи с капитаном. Коренастый хмуро брякнул тарелкой: - Не понимаю, почему власти до сих пор не истребили этот заповедник? Сколько можно жить так? Все время ждать нападения… сорвет ли крышу диким или обойдётся… дерьмо! Карл и Ян с неприкрытой неприязнью глянули в его сторону и синхронно цыкнули сквозь зубы: - Свен, тебе просто повезло родиться у другой мамочки. Майер покивал головой, устало проведя по лбу. Заповедник, находящийся в нескольких километрах от городка, не приносил больших неприятностей, но такие редкие нападения надолго оставляли след страха и недовольства у жителей. Люди, живущие там, в народе их называли «дикими», держались своей общиной и во многом помогали городкам в округе. У них была хорошо налажена лесопильная работа, да и охотники из них были намного лучшие, чем горожане. Да, они были людьми, но каждое полнолуние превращались в свирепых хищников. Превращения были под контролем, и было много способов следить за этой особенностью, лекарства, цепи или подвалы, но иногда случались и осечки. И нужно ли было их винить, что просто «волчий» ген, как у всех живущих на Земле, просто был в какой-то, хрен знает какой хромосоме и оказывал такое сильное влияние? Никто не выбирает, кем родиться. Власти опасались их, но все же шли на сотрудничество и всячески поддерживали, защищали и помогали общинам. Никто не мог решиться на поголовное истребление не только мужчин, которые являлись более опасными и неконтролируемыми, но и женщин с детьми. Во всех живущих под этом небом текла одна кровь, просто в ком-то проявлялись эти «особенности» сильнее, в ком-то слабее, а в ком-то и вообще никак. Ганс согласен был в душе со Свеном, потому что нападение «обратившихся» всегда несли убытки, но, и не только их, а даже смерти. Зверь терял разумность человека, и только хитрость оставалась при них, отчего они были умнее обычных животных и, естественно, более опасны. Старик Ганс посмотрел на пару за соседним столиком, Яна и Карла, и вздохнул. Он понимал, что вот такие, как они, тоже имели право жить, даже не являясь нормальными в общепринятом понятии. Тот же «животный» ген накладывал на них свой отпечаток, отчего такие люди изначально уже рождались с принадлежностью к определенному типу: омега или альфа. Да, они не обращались, но в определенный период вели себя как принято у зверей. Они тоже были людьми, просто в них порой инстинкты были сильнее. У них был усиленный нюх, у некоторых - даже слух или зоркость, но больше всего они были связаны друг с другом. Каждый искал себе пару, каждый стремился быть вдвоем и завести потомство, просто все это было выражено сильнее и ярче, чем у обычных людей. Всем свойственно хотеть продолжения рода, но не все хотят этого, а такие, как эти двое, находили истинное счастье и предназначение в своей половинке. Омеги были созданы, чтобы дарить альфам потомство, а альфы - чтобы это потомство сделать. Иначе никак. И все эти чертовы гены. Ганс не был генетиком или ученым, но прекрасно понимал, что против внутренней сущности не попрешь. Если разделить все человечество в этом мире, то «диких» было процентов десять, а вот таких, «полудиких», процентов тридцать, остальные ничем не выделялись. Все были разными, и всем приходилось жить в мире, забыв древние времена вражды. Марта зашла с новым подносом, неся бутерброды и кружки кофе. Все немного расслабились от напряженной атмосферы после неприятной темы об истреблении. - Мы будем обходить ваш дом и окрестности. Ветер порой стихает, и, может, нам удастся натолкнуться хоть на какие-то следы или что-нибудь увидеть. Майер кивнул Ларссену: - Мы будем начеку. Мой брат и я уже приготовили все оружие. - Хорошо, что гостиница пуста, и это нам только на руку в данном случае. - Дьявол! - Ганс в сердцах застонал. Он совершенно забыл о двух приезжих. Марта всплеснула руками и невольно посмотрела вверх, прислушалась. - У нас вчера прибыли двое туристов. Как я понял, они уехали подальше от туристических кемпингов, чтобы побыть вдвоем… ну… они пара, как эти наши, неугомонные. Карл с Яном переглянулись озабоченно, обдумывая сказанное, а потом удивлённо выдохнули хором: - Течка! Веснушчатый повел носом, сосредоточенно хмуря брови: - Не чую… - Они в другом крыле, и, как ни странно, там тихо. Ян хлопнул ладонью по колену и повернулся ко всем остальным: - У меня идея! На запах «дикие» реагируют намного сильнее даже в радиусе полукилометра. А то и больше… и обязательно придут! Давайте используем этих двоих как приманку. А тут мы! Карл ошарашенно уставился на свою пару и врезал ему подзатыльник: - Ты спятил?! Хочешь оказаться на пути у обезумевшего самца или даже нескольких? Да они от нас и мокрого места не оставят! Даже мы теряем голову, а уж они… вот родишь мне сына и можешь искать более мирный способ самоубийства. Ян сощурился и со всего маху пнул под столом в колено своего партнера: - Меня твои альфа-замашки бесят! Хрен тебе, а не сына! Все присутствующие громко и от души засмеялись над этими двумя. Они вечно цеплялись, не как у других подобных спокойных пар, отчего многие часто становились свидетелем их бурных выяснений отношений. Карл засмеявшись, скорчился от боли и стал потирать ногу: - Ну почему мне досталась язва, вместо спокойной, покорной омежки? Марта, смеясь, подошла и ласково погладила по голове паренька, гордо восседавшего на стуле. Она подсунула ему кусок пирога, и тот, широко улыбаясь, показал всем язык. - Он сам дурак. Ведь так, тетушка? Все отсмеялись, но снова вернулись к существующей проблеме, озадаченно поглядывая друг на друга, а Карл вырвал кусок из рук Яна и с самодовольством запихал его весь в рот. - Фафо ты мефя люфишь! Майер посмотрел на Ларссена: - У нас проблема, Юхан. - Их необходимо отсюда вывезти как можно быстрее. Юхан потер ночную щетину на подбородке и хмуро посмотрел в стену, а Карл, прожевав пирог, задумчиво расчесал пятерней свою блондинистую шевелюру. - Вы думаете, есть возможность сейчас их вынуть из постели? Что-то я сомневаюсь. Я бы не вылез… к тому же это не совсем возможно, если они… ммммм… соединились. - Значит, придется вытащить, иначе нам всем здесь придет конец! И им тоже! Ян уже нахмурился и задумчиво вертел головой, словно принюхиваясь, тихо проговорил партнеру: - Я все же не чую даже слабого оттенка… ты же знаешь, у меня нюх… может, они ошиблись, и там не настолько все серьезно? Ну, они могли просто заранее уехать, и все… или они могут быть другими, и все будет просто. Со стороны лестницы раздались шаги и голоса, которые заставили всех присутствующих дружно повернуть голову в сторону арки входа в столовую. *** Мы дружно натянули джинсы, теплые носки и свитера, а я с усмешкой наблюдал, как мой пижонистый доктор ловко зашнуровывает зимние высокие ботинки. Голоса стихли, стоило нам ступить на лестницу. - Это же ничего, что мы сами спустимся за завтраком? Я не очень понимаю, как тут принято. Видимо, заметив мое нервное состояние, Спенс легонько меня приобнял, толкнул в столовую и прошептал на ухо: "Сейчас узнаем". Его несокрушимое спокойствие, видимо, передалось и мне, и я заулыбался, чуть толкнув его локтем. Так, бок о бок, мы и зашли в столовую. Там, за круглыми столиками, сидели разновозрастные мужчины. Хозяйка суетилась вокруг них. Заметив нас, она открыла от удивления рот и тут же захлопнула. Два паренька, сидевшие рядом, разом, довольно смешно втянули носами воздух и тут же переглянулись. Их удивление было таким заметным, что мне стало интересно, за кого они нас приняли? Потому как они явно ожидали увидеть кого-то другого. Я, немного смущаясь, произнес на немецком, что учил меня всю дорогу Спенс: - Гутен таг.