Блинк

      Антерсельва 2018.       Пустая комната на двоих в отеле. Сидя на кровати в серой пижаме с котятами и в огромном шерстяном шарфе, замотанном по самые уши, я пытаюсь нащупать большую пачку шоколадного печенья на прикроватной тумбочке, а рука сама находит вчерашнюю полупустую бутылку шампанского, открытого по случаю приезда в Италию. Не долго думая, я сделала глубокий глоток, не отрываясь от телеэкрана. Тяжелое ощущение в районе солнечного сплетения словно вспыхнуло - то ли от шампанского, то ли от изображения в телевизоре.       На нём показали счастливого рыжеволосого спортсмена, финишировавшего с огромным флагом своей страны в гонке преследования. Флаг был красно-синий, спортсмен был моим старым добрым знакомым. И его победа была уже такой ожидаемой, но она не оставляла за собой кисловатый привкус - то самое ощущение «приедания», как от побед Фуркада. Это было новое чувство, которое испытали его болельщики в этом сезоне - наконец-то увидеть Йоханнеса во всю его силу и всю его мощь. Он испытывал искреннюю радость за себя, не злоупотреблял популярностью и оставался всё тем же славным парнем, которого полюбила Норвегия и весь мир.       Это был мой старый добрый друг. Мой Йоханнес.       Я сидела и улыбалась, не замечая своей радости.       До того самого момента, пока камера не переключилась на темноволосую Хедду, которая, вцепившись Йоханнесу в шею, висела у него за спиной и улыбалась во все свои 32, изображая счастливую невесту лучшего биатлониста планеты.       Восторженный итальянский комментатор что-то промурлыкал с телевизора в ответ на эту умиляющую картину как раз в тот момент, как в огромный шарф скатилась моя первая за 2018 год слеза.