roommate // h.s.

После того, как я вышла из ванной, постелила себе на диване. Мы ещё раньше решили, что Гарри занимает низ, поэтому я не собираюсь занимать его кровать. Стайлс только наблюдал за мной, но не начал со мной никакого разговора. С одной стороны я радовалась этому, в конце концов нас не радовало присутствие другой особы в доме, но, если честно, то я не представляю себе теперь этот дом без Гарри. Звучит это странно, но это правда. Мне нужно было поговорить. Несмотря на то, что я сказала ему раньше, всё это смешалось в моей голове. Мы были врагами, но я чувствовала странное притяжение из-за того, что мы сожители и живём в одном доме. - Мой отец не приехал, потому что я его никогда даже не знала, - тихо сказала, когда мы уже двое лежали в своих кроватях. Я специально поставила будильник на час раньше, чтобы мама не заметила того, что мы спим отдельно. - Мне жаль, я не знал, - Гарри включил маленький ночник, который стоял возле его кровати. – Ты не должна переживать из-за этого, Габби. Этот мужчина должен быть настоящим придурком, раз не хочет увидеть свою дочь. - Когда я была младше и во время каких-то представлений приходили все родители, я чувствовала себя ребёнком хуже других. Завидовала другим, потому что к ним приходили двое родителей, а ко мне всегда только мама. Она старалась, как могла, чтобы у меня было всё необходимое. Работала целыми днями, из-за чего мне приходилось сидеть у соседки и ждать её там. Этот мужчина никогда не поинтересовался есть ли у нас на что жить или положить на тарелку. – Говорить об отце мне всегда было сложно. Я мало кому рассказывала о том, что чувствовала и думала об этой ситуации. Несмотря на то, что ¾ всего времени мы с Гарри ссорились, у меня было ощущение, что могу ему доверять. По крайней мере, в этом случае. - Ты должна задуматься над одной вещью, - Гарри встал со своей кровати и уселся возле меня на диване. – А что если этот мужчина не был бы идеальным отцом? Как бы ты себя чувствовала, если бы он каждый день говорил о том, что ты испортила его жизнь своим рождением? Ты бы хотела его, но ты хотя бы не должна была смотреть каждый день на его недовольное лицо и быть боксёрской грушей для тренировок из-за каждого его непослушания, - говорит Гарри, а я всё время перебираю свои пальцы. - Думаю, что ты прав, - отвечаю я после минуты молчания между нами. – Это просто сложно. Я хочу, чтобы он хотя бы посмотрел мне в глаза и ответил почему так поступил. - Если бы он посмотрел на тебя и увидел, какая ты, - Гарри коснулся моей руки, поэтому я автоматично посмотрела на него. – Только тогда бы он понял какую большую сделал ошибку. Я нежно улыбнулась и опустила взгляд. Чувствовала, как мои щеки краснеют на его слова, что не обошло его внимание и уже через минуту он широко улыбался. Стайлс как будто пытался ввести меня в ещё большую краску и начал водить пальцами по тыльной стороне моей ладони. - Я не хочу обременять тебя своими проблемами. Наверное, твоя жизнь не напоминает одно большое говно, как моя. Поэтому тебе не понять этого, - на эти слова Гарри сжал сильнее свои пальцы на моей левой ладони. - Я бы не сказал тебе просто так, что лучше не знать своего отца, - отозвался спустя секунду тишины. – Мой отец много работал, чтобы нас содержать. Моя мама занималась мной и моей старшой сестрой Джеммой. Отец чтобы расслабиться пил, а во время запоев мог и ударить мою мать. Но она всегда ему верила. Верила, что он больше этого не сделает, - я внимательно слушала с большим комом в горле. – Она поняла, что была не права, только тогда, когда он напился и набросился на меня и мою сестру. – Гарри отпустил мою руку и поднял свою футболку вверх. С правой стороны возле бедра был шрам. Он не был большим, но сейчас его было хорошо видно. - Э-это... – Я даже не могла сказать все те слова, которые рвались наружу. - Да, потушил об меня свою сигарету, когда я плакал, чтобы он оставил Джемму в покое, - сказал, а я в свою очередь взяла его за руку. Стайлс посмотрел меня грустным взглядом, но всё же нежно улыбнулся. – Теперь ты знаешь, почему лучше, что ты не знала своего отца. Я чувствовала, как мои глаза становятся влажными от слёз. История Гарри была страшной и у меня сжалось сердце от боли из-за него, ведь рассказывал он это только мне. - Эй, Габби, - парень поднёс мой подбородок вверх. Я опустила голову, когда мои слезы начали стекать по моим щекам. - Мне так жаль, Гарри, - мило улыбнулся на мои слова и вытер мои потеки, которые струились вниз. - У каждого своя история. У кого-то счастливая, у кого-то – нет. Это не значит, что мы хуже, чем другие. Гарри притянул меня к себе и обнял. Этот жест заставил меня почувствовать себя в безопасности. Его рука гладила мои плечи. - Спасибо, - пробормотала я в изгиб его шеи. – Но это не изменяет тот факт, что ты самый плохой сожитель в этом мире. - Vice versa (прим. переводчика: означает – наоборот, обратно), - сказал Гарри, пряча свое лицо в мои волосы. – Зануда, - я засмеялась и положила голову на его плечо. Даже самые ужасные враги в трудных минутах смогут понять друг друга.