PER ASPERA AD ASTRA

Большое спасибо Crazy Dreamer, которая подгоняла меня. И еще брату ака соавтору этого фика, который пишет и добавляет со мной части в этот фик. Юд, ты даже не представляешь, как я тебе благодарна. ____________________ Эксо не сразу, не сразу привыкли к новой атмосфере и новому устройству жизни. Никто из них ранее не сталкивался ни с чем, напоминающим земной порядок, так что практически всё на третьей планете от Солнца было для двенадцати парней абсолютно новым. Начиная с того дня, как эксо сошли с корабля на иссушенную поверхность земли одного из дальних районов Сеула, оба варриора постоянно помогали им. Ёнгук нашёл двухэтажное общежитие с комнатами на всех двенадцать человек, правда располагалось оно далековато от центра города, но варриор сказал, что так будет лучше, если эксо не будут находиться в центре шумной столицы. Сухо и Крис, как два лидера, согласились с этим предложением Бэнга, и двенадцать эксо вместе с варриорами наблюдали не один закат Терры. В общежитии эксо немного вещей, только те, что Бэнг по своему мнению счет необходимыми. Минимум вещей, максимум пространства. Огромные окна вместо стен открывают вид на Сеул, и позволяют свету заливать огромный холл. На внутренней стене широкое зеркало с металлическими стойками рядом, по краям – огромная стереосистема выполненная в дизайне «под дерево», пара ламп, диван, стол, стулья и кресло, вещи вроде телескопа, глобуса и гитары; комнаты для эксо – меньше, но похожи на этот холл и друг на друга – кроме спальных мест и электроники (компьютеров, ноутбуков и гаджетов) с новенькой канцелярией на не блещущей дизайном столах, в них почти ничего нет. Кухня, вторая по величине комната в квартире, заставлена мебелью в стиле хай-тек и современной техникой, стол рассчитан на минимум восьмерых, еще шестеро могут сесть за барной стойкой – предметом восторга Чанёля; под гардеробную выделена отдельная комната, правда, она почти пустая, когда эксо только заселяются в свой новый дом. Поначалу варриоры появлялись у эксо по двое, но потом Бэнг сказал, что они заняты каким-то особо важным проектом, так что времени свободного у них поубавилось, поэтому они стали посещать общежитие по одному. Ёнгук объяснял намного больше, чем Химчан, потому что знал о планете, культуре и корейских обычаях практически всё. Хотя не только о корейских. Сначала для эксо была проведена общая лекция о Земле и делении на государства, о правилах поведения, об основных навыках и тому подобном. Гук в первый же день ознакомил парней, как пользоваться интернетом, чтобы узнавать намного больше, чем он может им рассказать. К концу первой недели эксо уже порядком выучили язык и могли общаться между собой так же, как и люди в том городе, который раскинулся на многие километры за пределами стеклянных стен их нового дома. Но по прошествии даже небольшого времени Сухо понял, как отличаются его приближенные между собой. Лидер понимал это по каждой брошенной фразе, по напеваемой музыке, по шуткам или же их отсутствию. Внешне они все немного изменились – татуировки с их кожи исчезли, как только они ступили на Терру, и теперь выглядели совсем как люди вокруг них. Сухо понимал, как захватывает его эта новая жизнь, к которой сначала никто из эксо был совершенно не готов. Сухо иногда даже терялся во всем разнообразии земной иформации, поэтому, где-то в глубине души, как это называли люди, он радовался тому, что они приняли помощь варриоров. На задаваемые вопросы на счет их деятельности на Земле, воины с планеты Мато отмахивались, отвечая «еще не время», «набираем команду», «строим схему действий по завоеванию» и тому подобную ерунду, хотя Сухо всё же не упускал возможности, что в этих словах кроется доля правды. Вообще-то новый мир вокруг со столичным названием Сеул и темно-синим паспортом с новенькой фотографией и новым именем «Чунмён» сначала даже пугает лидера эксо. Но он начинает привыкать ко всем этим немыслимым небоскребам на горизонте, к дурацким и иногда смешным шоу-программам по телевизору, мягким страницам книг, громким битам музыки и танцевальным движениям, вкусу сладковатого кофе обязательно с молоком, - именно таким кофе впервые его угощает Химчан. Сухо думает, что Химчан последний, с кем бы он стал проводить довольно много времени, но реальность почему-то не заботиться течением его мыслей, и жестоко сталкивает Чунмёна именно с этим варриором. Тогда, когда он увидел его впервые, Химчан выглядел отталкивающе. Сейчас же Сухо хватается за него как за единственную соломинку посреди затягивающей трясины. Всё дело в том, что Сухо уходит в город. Уходит не с другими эксо, а идет гулять. Это первый раз, когда он в одиночку покидает стены общежития. Единственное, что есть сейчас у него – это сенсорный телефон в немеющих от внезапной паники пальцах, находящих цифры, складывающиеся в номер кого-то из варриоров. - Всё в порядке? - трубку берет Химчан, и по невнятному голосу лидера эксо понимает, что нет, ничего не в порядке. – Говори мне адрес, я приеду. Чунмён пытается взять себя в руки, находит глазами на табличке название улицы и номер дома, диктует Химчану, а дальше слышит уже короткие гудки. Сухо тысячу раз успевает наругать себя за опрометчивый поступок, кусает губы и присаживается на край пустующей лавочки. Он где-то на окраине парка, впереди множество магазинчиков, распродающих газировку и конфеты, вокруг не очень много людей, а Сухо секунда за секундой пытается выцепить взглядом в пространстве знакомую фигуру. - Ну что, нагулялся? - слышит Чунмён позади себя, и резко оборачивается. Химчан одет в широкие джинсы и какую-то безразмерную футболку с тигровым принтом и черной кожанкой поверх нее. Сухо чувствует, что лицо горит от какого-то странного чувства внутри, и он опускает взгляд. С самого начала, как только Химчан встретился с Сухо так, что они оказались лишь в компании друг друга, он чувствовал себя словно не в своей тарелке. Ему не хочется грубить, не хочется показаться хуже, чем Бэнг, поэтому, после первой же брошенной фразы, варриор кусает губу. Не так. - Если ты хотел увидеть город, попросил бы меня. Я провел бы экскурсию. Сухо виновато смотрит перед собой. - Хотя я знаю этот район не лучше, чем ты. Ирония в голосе Химчана заставляет эксо немного расслабиться. - Правда? Ким мгновенно кивает, после чего усаживает на лавку рядом с лидером эксо. Химчан говорит, можешь спрашивать, я отвечу. Говори, Сухо-ши, то есть Чунмен. Ветер теребит темные волосы лидера эксо, а взгляд направлен куда-то в сторону полосы дороги метрах в пяти от них. - Как ты привык к этому…всему? – начинает Сухо. Химчан ведет плечами, раздумывая. - Наверное, научился не замечать? – он говорит с вопросительно интонацией, потому что сам до конца не знает ответа. – Вот тебе сложно, потому что ты видишь слишком много. Много деталей. Оттенков. Букв в объявлениях. А ты просто… постарайся отбросить. Сухо внимательно вслушивается, перенося слова варриора себе в подсознание, надеясь дать им там применение. - Я не знаю, дельный ли это совет, - склоняет на бок голову Ким, - но я правда не знаю, что еще сказать. Чунмён медленно кивает. А потом слышит, как небо над ними пронзает грохот далекого грома. - Ты меня не предупредил, что будет дождь, - взволнованно тянет Химчан. - Я не знал. - Что, даже погоду в интернете не посмотрел? - А так можно делать? – удивляется эксо. Химчан закатывает глаза. Элементарное порой представляется невозможным. - Ты мог бы сделать что-то такое, чтобы мы не промокли! – кричал Химчан минут десять спустя, чтобы эксо его услышал из-за шума проливного дождя. - Мы в центре города, это могут увидеть! - прокричал в ответ тот. - И потом, я управляю водой, а не погодой! – добавил Сухо, натягивая ниже на лицо капюшон и ускоряя шаг. - Тем более нам лучше вообще не использовать пока наши способности… Когда они добрались до общежития эксо, то успели промокнуть до нитки. - Раньше со мной такого никогда не было, - заметил Сухо, выжимая мокрую футболку и куртку перед входной дверью. У Химчана вырвался смешок, но он ничего не сказал, и, следуя примеру Сухо, смахнул воду с поверности кожаной куртки, сумки и с потемневших от влаги волос. В большом зале общежития их встречают Чен и Сюмин, растянувшиеся на полу, а перед ними были разбросаны маленькие квадратики собираемого паззла. - Ух ты, - восторженно говорит варриор, оказываясь рядом с ними. - Это море, - Чен кивает на большую картонную коробку, прислоненную к дивану. - Океан, - поправляет его Химчан, видя сбоку подпись «pacific». - Да, точно, - вспоминает Чен. – Сухо-хён, ты как, в порядке? Чунмён пожимает плечами и говорит что-то про горячий чай. - Замерз? – спрашивает Химчан. А потом вдруг поворачивается к Сюмину. - Давно хотел сказать тебе… Знаешь, здесь, на Земле ты можешь практиковать крионику и всякие криобиологичекие эксперименты. Чен улыбается прозвучавшей идее. - Тогда Лэй должен получить докторскую степень, а Тао придется создавать машину времени, - отзывается Сюмин, а потом, уже более серьезным голосом добавляет: - Мы не можем рассказывать о наших силах, ты же знаешь. - Да… знаю, - протянул Химчан. – Но ты учти, если с вашим прежним планом произойдет накладка. Сюмин хмыкнул, а позади варриора раздался холодноватый голос Сухо: - Смотри, как бы с вашим планом никакой накладки не было. Химчан прикусил губу, растягивая губы в ухмылке, но к лидеру эксо не повернулся, продолжая раскладывать на полу элементы паззла. - Я бы тоже не отказался от горячего чая, всё-таки я промок по твоей вине, - говорит он, слыша удаляющиеся шаги лидера эксо. - Эй, так чай будет или нет?.. Химчан собирает несколько волн, трех чаек и пять сантиметров неба, так некстати похожего оттенками на панораму океанских волн, что делает сборку пазла более сложным. Сюмин собирает пасмурный лоскут облаков с едва пробивающимся из-за них бледным пятном солнца, а Чен пытается найти кусочки, которые соединят две части едва заметной линии горизонта между водой и небом. Сухо гуглит прогноз погоды и говорит, что на завтра тоже обещают дождь. Чен спрашивает, будет ли гроза. Сюмин едва слышно добавляет, так, чтобы лидер не услышал: - Разукрасишь небо парочкой молний? Химчану надоедает паззл, и он ложится рядом с картинкой на белый ковер, прикрывает глаза и тихо включает в одном наушнике музыку. Небо прояснилось, посветлев в ярко-голубой цвет, вот только облака остались нависать редкими быстро плывущими в высоте грязно-серыми шарами из ваты. - Домой не собираешься? - спрашивает как всегда спокойный Сухо, глядя на растянувшегося на мягком белоснежном ковре Химчана. Паззлы давно брошены, а чай, выпитый варриором лишь наполовину, остыл. - Конечно, - немного сонно отзывается тот. – Пойду к Гуку и сразу же выложу ему ваши секреты заварки китайского чая. - Почему … - Чунмён говорит слегка неуверенно, подбирая слова, - ты постоянно шутишь? - М? Шучу? – переспрашивает Ким, усаживаясь в позе лотоса. – Я не шучу. - Но ты так говоришь… - Сухо замолкает, не зная, как правильнее продолжить. - Цинизм – это последний патрон в барабане 21го века, - отзывается варриор, приглаживая ладонями растрепанные волосы. Сухо понимает только отчасти, а потом выпроваживает Химчана к дверям общежития. Вечером он говорит с Каем. Он рассказывает, что был сегодня в городе и то, как Химчан ему помог вернуться в общежитие. О том, как это странно – мокнуть под дождем и уставать в конце дня. И о китайском чае. Кай слушает не перебивая, иногда кивает, но взглядом с Чунменом почти не встречается. Когда лидер спрашивает, что сам Чонин думает о варриорах, младший резко бросает: - Они другие. Ты им веришь, хотя ничего о них не знаешь. - Верю, потому что больше довериться некому. Кай хмыкает. - У нас есть мы. Мы - одно. А варриоры... что они могут нам дать? Чунмен раздражается последними словами младшего: - А тебе мало того, что они уже сделали для нас? Пока что другой опоры у нас нет. - Не забудь сказать, когда она появится. Чунмен не успевает ничего ответить впротивовес дерзкой фразе Чонина - тот щелкает пальцами и через секунду растворяется в воздухе, оставляя после себя лишь темный густой дым. Кай с его способностью перемещаться куда угодно - единственный эксо, кого Чунмен не может сдерживать. * * * Варриоры помогали двенадцати юношам-эксо, помогая охватить и усвоить как можно больше знаний и умений, чтобы лучше понять землян и их культуру. Чаще всего у эксо в общежитии все же был Химчан, который успел более-менее подружиться почти со всеми эксо. А потом с Химчаном и Бэнгом стал приходить какой-то мальчишка лет пятнадцати. Он не был с их планеты, не с Мато, но многое в своем поведении он перенял у варриоров, особенно много времени он проводил с Гуком, а это оставило свой отпечаток на его поведении. В первую их встречу, переступив порог нашего общежития, подросток сказал: - Мое имя Джело. Я получил его в честь греческого бога соперничества, - представился он, уважительно склоняя голову с волосами-кудряшками, выкрашенными, как теперь и у Гука, в белый. Чунмёна удивил не сколько внешний вид этого подростка (мальчик был не старше лет шестнадцати на вид, но ростом с Криса), а именно его поведение. Что-то странное было во всем этом: кудрявые светлые волосы и детская улыбка, неуверенные движения, но твердые шаги и безэмоциональный, слишком прямой взгляд и такой же ровный, едва ли даже не безжизненный голос. - Джело живет с нами, - говорит Химчан. – Теперь с нами, - поправляется он. Мальчик кивает. Гук говорит дальше: - Джело, помнишь, что ты хотел спросить? Мальчик коротко кивает. Переводит взгляд на Чунмёна. Лидер эксо вопросительно смотрит, а тот говорит после паузы: - Чунмён-ши, можно мне тоже приходить сюда и помогать вам как это делают Ёнгук-хён и Химчан-хён? Сухо растерянно переводит взгляд на Кима. Варриор лишь едва заметно кивает. Сухо говорит Джело, что да, конечно можно. На губах мальчика появляется улыбка. Улыбка эта странная, слишком заметная, радостная, но лидеру она кажется наигранной. Джело проходит мимо него, в большой зал, где Химчан поочереди представляет мальчику всех остальных эксо. Минут через тридцать Чунхон остается в обществе самых младших – это Сэхун с Луханем (этот только выглядит как ребенок, хоть на самом деле старше Криса) и Чанёль. Кая здесь нет, потому что…потому что Кая почти никогда нет в общежитии. Чанёль безостановочно рассказывает что-то о технических преимуществах огня над ветром, а Сэхун предлагает сыграть в плейстейшн. Джело соглашается, и они рассаживаются на полу перед огромным монитором. На ковре вокруг них полно разных дисков – Чанёль потрошит все коробки, пытаясь найти ту игру, которую просит включить мальчик, а когда, наконец, находит, вокруг них четверых еще больший хаос смешанных книжек, листовок, дисков, конфет и еще какого-то хлама. Лухан берет лежащий среди всего этого месива вещей кубик Рубика, а Чанель садится между Джело и Сэхуном, комментируя атаки каждого из них. Джело играет очень хорошо, Чанёль не перестает восхищаться этим мальчиком ни на минуту – он высокий, он красивый, он классный, он человек. - Как ты это сделал? - восхищенно спрашивает мальчик, пока загружается следующий раунд. У Лухана в руках уже собранный кубик с гранями одинакового цвета. - Я еще ни разу не смог его собрать, - ахает мальчик-блондин. Лухан пожимает плечами и улыбается в ответ: - Мне нравятся головоломки. - Да ты просто mеntаl brеаkеr bаby, - смеется Чанель. По взгляду Лухана понятно, что слова рыжего для него сложнее для понимания, чем схема сборки кубика Рубика, но он смеется вместе со всеми. Через несколько дней после того, как они познакомились с Джело, Химчан звонит и просит всех эксо собраться вместе и ждать их с Гуком приезда. - Зачем? - недовольно спрашивает Кай, после того, как лидер просит его остаться среди них сегодня и никуда не исчезать. Каю проще всего было привыкнуть к новой планете благодаря своим путешествиям в пространстве. - Не знаю. Они попросили собраться всем двенадцати. Чонин фыркает и скрещивает руки на груди. Крис говорит что-то про непослушного ребенка. Чонин не решается начинать спор со вторым лидером и достает из кармана телефон, исчезая в сети. Варриоры подъезжают к их дому минуты через три. Когда эксо выходят на улицу, они видят бодрого Енгука, одетого немного странно по меркам эксо, с ним Джело, который не отходит ни на шаг от лидера варриоров, и одет, впринципе, почти так же, как и Гук. Чунхона радостно приветсвует Чанёль, который был очень впечален этим подростком после первой их встречи. А еще - у Чунмёна вырывается вздох то ли удивления, то ли разочарования, то ли всего этого вместе, - он видит такого уже ставшего привычным Химчана, но с волосами цвета один в один молоко… Чунмён охает, забывая даже сказать «здравствуй», а Химчан просто смеется, зачем-то взъерошивая слегка волнистые обесцвеченные пряди на своей челке. Из этих мыслей лидера эксо вырывает голос Чанёля. - Мы сюда все не влезем, - Феникс кивает на машину позади Бэнга. - А мы поедем не на машине, - отвечает лидер варриоров. - А на чем? Гук указывает с торону ближайщего светофора, возле которого есть вывеска и вход в.. - Метро? – недовольно скривляет губы Кай. - Ну да, это куда лучше машины. - Это дешевле такси и там нет пробок, - пожимает плечами Енгук. Никто, кроме Кая не спорит с варриорами. - Ах да. На счет ваших сил, - замечает Ёнгук. - Мы будем в центре города. Я знаю, вы говорили, что использовать их пока не будите. Но я говорю на всякий случай еще раз - не используйте свои силы, когда вас могут заметить. - Кай. Кай, ты сегодня весь день с нами, слышишь? - говорит Крис, чтобы услышал только младший. - Даже не думай исчезнуть. Чонин ничего не отвечает, но в его взгляде видно, что он понял. Сухо, стоящий к ним ближе всех и расслышавший реплику Ифаня – такого имя старшего эксо в паспорте, благодарно кивает Крису. В метро людей не очень много, Чанель, Лухан и Сэхун рассматривают схему сеульского метро, Джело делится наушником с Каем. Химчан объясняет, как нужно оплачивать проезд, Бэнг говорит, какие магазины можно увидеть в подземке. - Скажи мне еще раз, зачем нам всё это? – довольно громко бросает Кай Чунмёну, когда они ждут нужного поезда. - Это для того, чтобы вы лучше узнали город, - отвечает вместо него стоящий рядом Химчан. - Я прекрасно его знаю, - парирует Чонин. - А они? - командир понижает голос и кивает в сторону остальных эксо. Кай закатывает глаза и шагает к подъезжающему поезду. Чунмён кидает на Кима извиняющийся взгляд, но тот лишь мотает головой – ничего. Они следят, чтобы никто из эксо не потерялся, и останавливаются недалеко от дверей, стараясь держать всех в поле зрения. И только тогда взгляд Чунмёна снова переходит на белоснежные волосы Химчана. - Твои волосы… - неуверенно начинает он. - Ты же видел Гука и Джело с таким цветом волос, – хмыкает Ким, касаясь пальцами высветленной челки. - Но это не Енгук и не Джело. Это... ты, - Сухо немного смущается своей откровенности. Химчан, впрочем, тоже. Они говорят довольно тихо. - Ну, я. - И ты… теперь всегда будешь таким? - Я не… Это же для нашего промо-клипа, - поясняет варриор. Сухо кивает, хотя не совсем понимает, что такое промо-клип. Когда по дороге Химчан рассказывает ему более подробно о дебютном клипе и альбоме, Чунмён внезапно прерывает его и спрашивает: - То есть ты тоже будешь в телевизоре и на станицах мировой интернет сети? - Ну да, - кивает Химчан. - Вроде того. Я на это надеюсь. - Почему? – задает вопрос Чунмён. - Потому что это сделает нас известными. - Зачем это вам? Химчан усмехается и понижает голос совсем до шепота: - Гук меня убьет, если расскажу. Но ты ведь все равно узнаешь, да? - Ты о чем? - Это наш план, Сухо. Помнишь? Для захвата Земли. Чунмен смотрит как-то недоверчиво. - Что? - спрашивает Ким. - Звучит как-то… слишком просто. - Всё гениальное просто, Чунмён. Варриоры показывают им, какие остановки означают выход в центр какого района и где на какую ветку метро пересесть. Хотя Химчан больше слушает, чем говорит – он Сеул знает совсем не так хорошо, как Бэнг. Зато он успевает кое-что рассказать Чунмёну о неком КванЁне, который помогал Бэнгу. - Помогал ЧТО делать? – переспрашивает слегка шокированный Сухо. - Не кричи ты, - шикает Ким. – Это очень долгая история. И если я перескажу тебе в двух словах, то выйдет вот что: Джело физически почти умер, когда на это Кван согласился. А этот лэд – он был очень классным разработчиком программного обеспечения и некоторых моделей вооружения у нас на Мато. Ну, теперь-то я знаю, что у него было изобретение и посущественней…но сейчас не об этом. КванЁн помог спасти Чунхона, понимаешь? И я… я не знал Чунхона до этого. Но я благодарен Квану за то, что он сделал. А сделал он почти невозможное, понимаешь? Сухо кивает. Даже не вдаваясь в подробности, ему известно, что спасти жизнь – это очень многое. Их остановка минут через двадцать. Чунмёну нравится спокойная обстановка метрополитена – она напоминает ему о помещениях звездолета, о родных уровнях на ElDorado, несмотря даже на явные конструктивные различия. Вообще, говорит Гук, Сеул нельзя поглощать в больших количествах. Так что это их конечная остановка на сегодня. Химчан и Бэнг долго спорили, куда же отвести эксо, чтобы они в полной мере ощутили жизнь Сеула. Торговые центры они пока что отбросили – на это у них было отдельно выделенное время. И совершенно случайно, какой район показать эксо, варриорам подсказал Чунхон. Несчетное количество брызг, приятно бьющих по лицу. Краски, выделяющиеся на фоне коктейля серых стеклянных многоэтажек и широких полос городских дорог. Эти фонтаны восхищают, даже если ты их видишь каждый день, что уж говорить о тех, кто бывает на площади впервые. Химчан невольно улыбается, глядя на восторженные взгляды эксо. А их лидер... Взгляд и выражение лица Сухо сейчас непередаваемые. В карих зрачках отражается небо и вся та вода, которую выплескивают фонтаны, подсвечивая цветными лампочками. Внезапно ладонь эксо сжимается, и фонтан взрывается миллиардами брызг, а потом вода вновь плотными фонтанчиками взлетает к небу. - Чунмён, - настороженно начинает Химчан, делая шаг к нему. Его волнует это, потому что ни сам Ким, ни Гук не представляют масштабов силы эксо, и не знают, как её сдерживать в случае чего. Внезапно солнце скрывается за облаками. И тогда варриоры понимают, что-то меняется. Эта напряженная атмосфера гложет вдыхаемый оксиген вокруг них, до тех пор, пока... Бэкхен касается лампочки под ногами. Подсветка фонтана меняется на золотистый и слишком яркий, чтобы смотреть, не щурясь. Джело переводит взволнованный взгляд на Чанёля - тот быстрыми шагами направляется к фонтану, а отпечатки его ботинок остаются на асфальте огненными отпечатками. Кёнсу делает твердый шаг к центру площади, сжимая пальцы в кулаки. Бэнг улавливает слабое колебание под ногами. Локтя Кёнсу касается рука Лэя, и колебание земли уже через секунду проходит. Сэхун касается рукой крисовского плеча и через секунду Химчана едва не сбивает с ног резкий порыв ветра. Взгляд Лухана направлен туда же, куда и лидера, где в метрах трех над землей фонтан взрывается каплями, которые теперь совсем не хаотично разлетаются в стороны. Тао оказывается рядом с Луханем и едва касается его руки. На одно мгновение падение капель замедляется, но Химчан все же думает, что ему показалось. Тао закрывает глаза. Вода фонтана резко опускается к полу, после чего снова взлетает вверх, но своим обычным ритмом. Сюмин касается невысоких перил, и черная кованая сетка их узора покрывается инеем. Ясное небо пронзает серебряный блик молнии, покрывая голубое полотно заметными на мимолетное мгновение трещинами. - Бэнг, - медленно говорит Химчан, а потом зовет лидера громче, перекрикивая ветер: - Бэнг, нам нужно уезжать! Во всей этой неразберихе Химчан успевает остановить взгляд на Кае - тот просто наблюдает, не применяя ни своей силы, не пытаясь запретить это делать другим эксо. И, кажется, на его губах улыбка. Только в глазах страх. - Силу трудно контролировать, когда долго не даешь ей выхода, - говорит Сухо. Варриоры уже на пороге их общежития и все эксо в относительной безопасности – за стенами отдаленного от центра города нового дома. - Тем более земная атмосфера. Она помогает нам ощущать... - Сухо замолкает, подбирая подходящее слово. - Ощущать свободу, да? - подсказывает Енгук. Сухо несколько секунд размышляет над его словами, а потом все-таки согласно кивает. - А почему Кай?.. – начинает Химчан, пытаясь понять кое-что из того, что увидел в центре. - Почему только Кай не использовал из нас силу? Химчан кивает. - Потому что он единственный, кто и без того использует ее каждый день. Поэтому ему легче контролировать. - Солнечное затмение, - говорит Кай, сидя на полу в окружении соплеменников, и подвинув к себе колени. - Что? - переспрашивает Крис. - Сегодня было солнечное затмение. Я в интернете смотрел только что. - И что? - спрашивает Сюмин. - Неужели это имеет отношение к... - Это имеет отношение, - перебивает Чунмён. - Ведь так, Чонин? Тот молча кивает и кладет голову на сложенные на коленях руки. Чонин вспоминает Праздник Двух Лун на Арене, тогда его выступления обязательно открывали празднование, и он позволял танцу полностью завладеть не только своим телом и своей силой, но мыслями всех, кто смотрел в такие моменты на него. Крис говорит, что им нужно давать себе возможность использовать силу, так что каждый должен создать себе такие условия для этого, чтобы их способности не раскрыли. Пока другие эксо обсуждают его слова, Кёнсу подвигается к Чонину и тихо спрашивает: - Ты тоже вспомнил о Лунах, да? Кай усмехается, бросая на него быстрый взгляд. - Кому, как не мне об этом вспоминать? Кёнсу кивает. Видя, что Кай не особо желает продолжать говорить, он переводит взгляд на Чунмёна, который говорит о том, что Кай мог бы помочь каждому найти себе такое место среди континентов Терры, где каждый эксо мог бы использовать свою силу и не бояться быть раскрытым людьми. Кай что-то хмыкает, никто не слышит его голоса кроме Кёнсу. Дио хочет пересесть на кресло, но как только он делает попытку отсесть, Кай ловит его запястье. Взгляд карих глаз, в которых все еще читается тень страха, просит остаться. Кёнсу соглашается, и Кай укладывает подбородок на его плечо, закрывая веки. * * * Следующий масштабный "выход в свет", как назвал это событие Химчан, состоялся через пару дней после первого. Эксо нужно было купить одежду, потому что того минимума, что подобрали варриоры на 12 парней было маловато. Местом "операции" был выбран какой-то шумный торговый центр, где для эксо было еще много на что посмотреть кроме магазинов. Бенг выдал две кредитки - одна была у Сухо, вторая у Криса. Химчан присутствовал только как советник, а еще ему нужно было подобрать одежду для Джело, который пошел вместе с ним. Из эксо, помимо лидера с Ифанем, напросились пойти Лухан с Чанёлем - первый уговорил еще и Сэхуна, а второй почти вытолкал из общежития Бэкхёна, который идти особо желанием не горел. К удивлению Химчана, девятым в их компании оказался молчаливый Тао, которого варриор заметил только на улице, присвистнув что-то про братство кольца - Сухо попросил его повторить, но варриор лишь отмахнулся. В итоге всю дорогу до торгового центра Лухан не умолкал, расспрашивая Химчана о всем, что только взбредет в голову, изредка к нему присоединялся Чанёль, почему-то не выпускающий ни на секунду рукав Бэкхёна, и вызывая у Химчана усмешку своими комментариями и шутками. Сухо слушал ответы варриора как-то спокойно, даже сам время от времени задавал вопросы или одергивал неуемных Феникса с Луханем. Крис вместе с Тао шли позади, и Химчан не слышал, чтобы они говорили даже между собой, но предпочитал не лезть, потому что его внимание и так требовали другие эксо. В этот день Химчан чувствует себя в центре внимания, потому что на него сыпется град расспросов и он вынужден пояснять эксо всякие мелочи вроде того, как работает экскалатор и что это за огромные постеры с двигающимися картинками (плазменные экраны) висят на зданиях. Когда они наконец-таки добираются до магазинов, Химчан переводит тему в более необходимое сейчас русло. Они останавливаются напротив какой-то витрины, одежда в которой Химчану вполне нравится, потому что искрит яркостью и вместе с тем кричащей грубостью и вызовом. - У людей есть такое понятие как "мода", - говорит варриор, усмехаясь про себя - если одеть эксо просто, Гук не оценит. И не то чтобы ему хотелось посмеяться над ними, скорее, сделать чуть ближе к себе. Поэтому Химчан одобряюще кивает Лухану, указывающему пальцем на темную кожаную куртку с шипами на плечах. - Это модно? - щурится Бэкхен, глядя на одежду в витринах с подозрением. - Ты мне не веришь, лампочка? - вздергивает брови Химчан и для убедительности оттягивает ворот собственной кожанки, отстеганной металлом. Тот пожимает плечами и снова переводит взгляд на разодетые манекены. - Нам обязательно одевать все настолько яркое? - уточняет Сухо, оглядываясь на другие магазины - в их витринах пестрят серебристые, зеленые и синие оттенки. Химчан собирается ответить, но Джело его опережает, и все оборачиваются на механический безэмоциональный голос мальчика-робота. - Яркая одежда помогает не слиться с толпой, - Чунхон неотрывно смотрит на свитер в полоску кислотных тонов - розового, желтого, бирюзового, фиолетового и красного, и Химчан неуверенно спрашивает: - Понравился? - Бенг ведь просил ему что-то подобрать. Всем эксо кажется абсурдным ответ "да", но именно это Джело и говорит, коротко кивая. Химчан пожимает плечами, затаскивая мальчика к дверям. Эксо идут следом, и лидер уже на входе замечает, как Лухан выхватывает среди вещей что-то блестящее и серебристое и подходит рассмотреть поближе. Яркая вещь оказывается то ли курткой, то ли пиджаком, но она безумно идет молчащему Сэхуну, на плечи которого старший эксо тут же ее набрасывает. Химчан оценивающе смотрит и говорит найти еще что-то похожее каждому. Лухан кивает, тут же стаскивая с тремпеля еще два похожих пиджака – один черный, а второй ярко-голубой. Последний скептически оглядывает Чанёль, качая головой и перебирая вещи более сдержанных тонов. Зато Бэкхён рассматривает вещицу в руках Луханя с интересом, а потом осторожно надевает на себя, разглядывая свое отражение. Химчан бросает, чтобы не тратили время подолгу, и сует парням в руки по несколько пар джинс разных оттенков черного и серого, штаны самых разных цветов – коричневого, бежевого, синего и даже серебряного. Блестящие осторожно вытаскивает из середины стопки Сэхун, заставляя Лухана хмыкнуть, чтобы помог отнести все это в раздевалку, но младший только хватает с вешалок какие-то кофты и майки, и скрывается в неизвестном направлении. Бэкхён помогает Лухану все отнести и тянет следом Чанёля, который сам выбирает ворох каких-то темных пайт и штанов. Химчан указывает им направление в раздевалку – туда как раз ушел Сэхун – и поворачивается к оставшимся в зале Сухо, Крису и Тао. Лидер эксо смотрит чуть растерянно, и варриор легко усмехается, высматривая новые вещи. С десяток из тех, что он выбирает в этот раз оказываются в коричнево-зеленой гамме, которая напоминает далекую родную планету войн. К отделанной военными принтами одежде он добавляет немного золота – это уже из-за Сухо, которому, кажется, оно должно пойти. Он отдает лидеру эксо вещи и поворачивается к оставшимся трем – Крису, Тао и Джело. Как раз с ними получается сложнее всего, потому что первый старательно выбирает все сам и напрочь отказываеся от того, что предлагает Химчан, а Тао попросту ничего не интересует, и он лишь мотает головой, отвергая яркие и блестящие шмотки, что совал варриор. Хотя, на варианты, предлагаемые Крисом, он нехотя соглашался. Именно раздражающий своей самостоятельностью Крис и удивил Химчана неплохим вкусом, предпочитая изящные рубашки и брюки, а вот Джело мило разочаровал, выбирая самые нелепые сочетания одежды. Но Химчану было весело наблюдать за тем, как эксо удивляются очередной яркой до рези в глазах пайте у Чунхона в руках, а сам варриор соглашался все это покупать только чтобы увидеть потом лицо Бенга. Когда Химчан ждет переодевающихся в обновки эксо, он успевает оставить на кассе пару футболок и кофт, которые точно собирается купить эксо. Первым перед варриором появляется Лухан в золотом и светлом блеске одежды, которая напоминает Химчану звезд современной корейской поп-сцены. Варриору определено нравится, потому что Лухан выглядит совсем не дурно. Он разрешает эксо докупить все, что тому понравится, потому что его вкус вполне радует. Следующим Химчан видит Сэхуна. На нем открывающая ключицы майка, пиджак цвета «металлик», и совсем не те серебристые штаны с черными вставками, что он вырвал из рук Лухана, а серые джинсы-узкачи, но Сэхун сильно худой, и они висят на нем, хотя ему идет. Не хватает только каких-то крутых конверсов – но их Химчан уже сам заказал в интернете. - Примеряй эти, - варриор дает Сэхуну штаны с камуфляжными вставками. – А те серебряные мне нравятся. Младший эксо без слов берет одежду и смотрит на Химчана с секунду, от чего тот щурится: - Ты никогда не улыбаешься? – спрашивает он, а Лухан, приобнимая младшего за плечи, только смеется. - Тебе просто нужно узнать его получше. Химчан в ответ слабо кивает, не особо желая отвечать, и переводит взгляд на стоящих рядом Бэкхёна с Чанёлем. - Феникс, тебе можно что-то поярче, - бросает он, оглядывая Чанёля сверху вниз. Черные джинсы и серая пайта "rock on" нравятся ему совсем не так, как сэхуновские шмотки. Зато на Чанёле не висят штаны, как на младшем эксо, а красиво обтягивают стройные ноги, и Химчан в который раз отмечает про себя, какой тот высокий. Чанёль замечает изучающий его взгляд варриора, и почему-то улыбается, а Химчан выходит на пару секунд в зал, откуда возвращается с парой цветных футболок - преимущественно оранжевых и красных расцветок, рубашками в клетку и курткой с десятком замков цвета кофе с каплей молока. - Одевай это, - говорит Химчан, и Чанёль послушно сгребает все вещи, исчезая в раздевалке. Варриор тогда переключает внимание на Бэкхёна. - А тебе черный идет, - одобрительно кивает он, разглядывая одетого во все темное Бэкхёна. Тот вздергивает подбородок, оценивающе глядя на свое отражение. - Здесь только кое-чего не хватает, - замечает Химчан, закусывая нижнюю губу. - Но об этом чуть позже, - он выразительно смотрит на Бёна, и тот, хоть и хмурится, нехотя кивает. В этот момент из крайней раздевалки выходит Сухо, и Химчан, как и эксо, неотрывно разглядывает лидера. Варриор довольно растягивает уголки губ - на Чунмене штаны на подобие военных, золотая футболка и пиджак камуфляжного принта с блестящими вставками. Лидер оглядывает себя в зеркале и удивленно смотрит на Химчана, который закусывает нижнюю губу. - Я знал, что тебе пойдет, - ухмыляется капитан варриоров, после чего делает шаг ближе, разглядывая ценник на рукаве. - Это ты подобрал? - внезапно раздается за его спиной чей-то хмурый голос, и Химчан не сразу идентифицирует его как чанёлевский. Когда варриор оборачивается, Феникс совсем не улыбается, а в его глазах горит нехороший блеск. - Что-то не так? - бросает Химчан, замечая, что Бэкхён и Лухан с Сэхуном смотрят растерянно, словно не улавливая, о чем те говорят. - Я думаю, что нам пора, - говорит Чанёль ледяным голосом, и Химчан переводит ничего не понимающий взгляд на Сухо. Такая перемена в настроении Феникса его удивляет. Эксо снова идут переодеваться, и тогда Химчан бросает, понравилась ли Сухо одежда. Тот оглядывает свое отражение и неловко ведет плечом, поправляя сбившуюся челку. - Не нравится? - хмурится Химчан, а Сухо запоздало мотает головой. - Нет, просто... - Просто что? - щурится Химчан, а эксо смотрит ему в глаза с толикой неуверенности. - Непривычно. В этот момент Химчану кажется, что он впервые видит лидера таким. - Поэтому ты предпочтешь ходить по улицам в том балахоне, в каких вы были на корабле? - он с усмешкой ведет бровью, а Чунмен пронзает его взглядом, как бы напоминая о бестактности варриора по человеческим меркам взаимоуважения. Но Химчана это не напрягает, и он слегка меняет тему. - Ты не думай, что дело в этих принтах или каких-то скрытых намерениях Бэнга. Мы просто помогаем. Лидер эксо смотрит на варриора без тени эмоций. Слова Химчана просто так бы не прозвучали, так что ответ следует подобрать не бездумно. - Мы это ценим, - говорит Сухо чуть погодя. - Вы - наши проводники на Земле. Как свет маяка, ведущий корабли - так ведь люди говорят? Химчан, снисходительно улыбаясь, кивает. - Мы будем и дальше вести. Только вот не ото всех есть отдача. Сухо чуть хмурит лоб, а Химчан продолжает: - Все, что мы делаем для вас, это... - он делает паузу, подбирая нужное слово, и Сухо подсказывает: - Услуга? Варриор ведет плечом, но все же кивает. - Взамен на это у нас должна быть уверенность в том, что если нам потребуется помощь, вы ее окажете. Сухо наклоняет голову чуть в сторону: - Разве мы не доказали, что мы союзники, еще на пути на Землю? - Я просто хочу быть уверенным, - Химчан поджимает губы, глядя эксо в глаза. Тот, перед тем как ответить, касается рукой груди варриора. - Я, как лидер эксо, даю слово. Когда они выходят из седьмого магазина с едва ли не десятком пакетов каждый, Химчан устало расправляет плечи. - Тао так и не выбрал куртку, - напоминает Лухан, и все поворачиваются к темноволосому эксо. Химчану кажется, что за те часа четыре можно было выбрать сотню курток. Он хочет бросить что-то вроде «купим потом», потому что перспектива проторчать в торговом центре еще хотя бы полчаса, его напрягает. И варриор удивленно сдвигает брови, когда слышит решительный голос темноволосого эксо в ответ. - Я хочу такую, - неожиданно бросает тот, указывая на темную кожаную куртку в витрине, возле которой они остановились. Она без всяких излишеств, сдержанная, с двумя зелеными и одной красной линиями на манжетах, но Химчану хватает этого, а еще вывески бутика, чтобы поджать губы. Крис же подходит ко входу в магазин, медленно вертя в руках кредитку, и варриор запоздало бросает: - Это же gucci. - Это что? - оборачивается Крис, а Химчан усмехается. - Это дорогой бренд. - Бренд? - хмурится Крис, и видя как Химчан устало качает головой, поворачивается к Тао. - Если хочешь, я куплю. Химчан решает, что не может промолчать. - Только вот Енгук тебе за это спасибо не скажет. - Почему? - тут же спрашивает Крис. Химчан протяжно вздыхает, думая, как бы объяснить подоходчивее. - Я уже сказал, что это дорого. Так что денег на карточке может уже не хватить. Крис поджимает губы, но тут же протягивает руку Сухо ладонью вверх. Химчан тихо вздыхает, когда лидер отдает ему вторую кредитку, и блондин вместе с Тао исчезают в магазине. - Я его предупредил, - Химчан мотает головой и прикладывает ладонь ко лбу. Он ловит вопросительный взгляд Сухо, но лишь прикрывает глаза, чувствуя отдающуюся ударами небольшого молоточка боль в висках. На сегодня его миссия успешно выполнена. * * * В общежитие они возвращаются, когда солнце наполовину закатывается за горизонт. Наблюдающий из окна за оранжевым диском Кай встречает эксо с Химчаном и Джело прищуром холодных темных глаз. Он оглядывает множество пакетов, которые те оставляют в зале и хмурится, когда Сэхун выбирает один, предварительно заглянув внутрь, и исчезает где-то в соседней комнате. Кай никак не реагирует на короткий кивок лидера в знак приветствия и лишь хмурится, глядя на то, как варриор перебрасывается с ним парой фраз. Чонин – а таково теперь имя Кая здесь, на Земле, отводит взгляд в сторону, на Бэкхёна, устроившегося в кресле и севшего рядом на мягкий подлокотник Чанёля. Они выглядят уставшими, в отличие от Криса и Тао – по их лицам Кай вообще не понимает настроения, и те, не задерживаясь в холле больше пары секунд, удаляются с ворохом в коридор, ведущий к комнатам. Кай тихо фыркает и подтягивает ногой один из пакетов, вытряхивая содержимое себе на колени. В его руках оказываются блестящие серебристые штаны, понравившиеся Сэхуну и Химчану, пара маек и футболок с широкими вырезами и ярко голубой пиджак, которые эксо оглядывает с интересом, хоть и чуть хмурится из-за необычных расцветок. - Сэхун выбрал это себе… - начинает Лухан, и Кай тут же вздергивает подбородок. Эксо замолкает, видя раздраженный и вместе с тем насмешливый взгляд Кая, а тот тут же сгребает вещи и поднимается из кресла. - Нет, я беру их себе, - бросает он, даря Лухану взгляд, с которым лучше не спорить. - Но… - протестующее бросает тот, а Кай усмехается и поднимает руку, сжав пальцы для щелчка. - Кай, ты помнишь, что я говорил, - вырывается у Сухо. Когда он замечает резкий жест Чонина. Тот нехорошо щурится, бросая короткий взгляд на стоящего рядом Химчана, и лишь усмехается. А потом раздается щелчок и на месте Кая остается только сероватый дым, и лидер запоздало выдыхает, словно воздух из груди выбивают сильным ударом. Замерший рядом варриор смотрит на витающую в воздухе дымку с пару секунд, и медленно переводит взгляд на Сухо. В комнате так тихо, что кажется, никто из эксо не дышит, а лидер кусает нижнюю губу, отчего Химчан понимает, что он не должен был увидеть то, что только что сделал Кай. - Это и есть его сила? – хрипло спрашивает варриор, а Сухо, колеблясь мгновение, все же кивает. Химчан понимает, что требовать от лидера чего-то большего сейчас не имеет смысла – варриор и так видел достаточно и непозволительно много. Поэтому он медленно отходит к дверям, оттягивая за собой и Джело, который все еще разглядывает стеклянным взглядом место, где стоял Кай, и бросает, что будет у эксо завтра с утра. Когда дверь за Химчаном закрывается, в комнате все еще царит тишина, и Сухо, прикладывая пальцы к вискам, уходит к себе. Лидер меньше всего хочет думать о том, что теперь у варриоров появилось преимущество в том, что они узнают о них то, что ему хотелось бы утаить. Но не думать об этом не получается. Земные законы – это нечто, не поддающееся, пониманию эксо, потому что на своей планете они не привыкли чувствовать то, что происходит с ними в городе Терры: усталость, потребность в восстановлении своих жизненных сил, жажда узнавать новое и больше времени проводить с другими. За те пару часов, на которые лидера затягивает спасительный сон, эксо, которые ходили за покупками успевают вместе с остальными (за исключением Кая) разобрать все пакеты и собраться на кухне, обсуждая сегодняшний день со всеми его мельчайшими деталями. Кёнсу, Чен, Лэй и Сюмин с интересом слушают все, что эксо передают со слов Химчана, и старательно игнорирует то, что было вечером, когда Кай демонстративно исчез в присутствии варриора, проигнорировав запрет лидера о использовании способностей. Зато Чанёль вспоминает о камуфляжной одежде, подкинутой Химчаном, и выслушивает по этому поводу несколько совершенно разных мнений. А когда в комнату вдруг заходит Сухо, в воздухе застывает слегка неловкая атмосфера молчания. - Лидер ведь не станет носить военную форму, - наконец раздается неуверенный голос Феникса. Сухо не понимает, звучит это то ли упреком, то ли сожалением со стороны Чанёля, который как-то странно косится в его, Сухо, сторону. Но отвечать лидер ничего не планирует, только взамен получает еще один красноречивый взгляд, на этот раз Сехуна – тот одет в новые камуфляжные штаны и белую вязанную майку с черной кожаной курткой. - Ну что? – не выдерживает лидер. Чанёль делает вид, что «ничего такого». Сехун вообще непонимающе переводит взгляд с одного на другого, впрочем, как и Бэкхён. Только вот последний наблюдает с каким-то унынием за этим диалогом, граничащим со скрытой ссорой. - У меня еще есть дела, - вяло бросает лидер, а вместе с ним тут же срывается с места и макнэ, уходя следом. Чанёль фыркает, и допивает остывший чай. В следующий раз тему принтов он поднимает уже к вечеру, но тогда его слушает уже только один Бэкхён. Феникс замирает в дверном проеме, едва только открывает двери. - Это что? – спрашивает он с ходу, поджимая приоткрытые губы. Бэкхен отрывается от зеркала и смотрит на Феникса прищуром подведенных чем-то черным глаз. - Ты о чем? - моргает пару раз эксо, бросая взгляд в отражение, а Чанёль демонстративно обводит свои глаза пальцем подобием "восьмерки", останавливая его на виске. Бэкхен тогда растягивает уголки губ в легкой улыбке, разглядывая себя в зеркале с двух сторон. - Это подводка. Мне Химчан сказал, что нужно подчеркнуть глаза. Чанёль приоткрывает губы, но так и не находит, что сказать. - Пока вы были в одном из последних магазинов, он успел купить ее мне и рассказал, как… - Слушай, - перебивает его Чанёль. – Это, - он указывает пальцами на глаза, - конечно, очень важно, но давай лучше о чем-то посерьезней. Бэкхён хмурится и вскидывает брови: - Например? Чанёль отвечает почти скороговоркой. - Химчан выбрал одежду с военными принтами. - Сдалась вам эта одежда? – тут же ворчит Бэкхён, отворачиваясь от раздраженного непонятно чем Фениксом. - Это ведь не ты одеваешь военные принты, - как будто между прочим говорит ему тот и пожимает плечами. - А даже если бы и одевал… - А вот если бы одевал, - перебивает его Феникс, - надеюсь, что ты не такой глупый, чтобы не увидеть в этом намек пропаганды идей варриоров. - Ха! Что-о? – протяжно и даже как-то отчаянно вырывается у Бэкхёна ироничной интонацией. –Ты считаешь? - А ты так не считаешь? – Чанёль склонил голову на бок, внимательно глядя на младшего. - А я не стараюсь заметить во всем какие-то заговоры или скрытый смысл, - просто ответил Бэкхён, не отводя взгляд. - Иногда стоит смотреть внимательно, чтобы что-то увидеть. - А иногда лучше и не перегибать палку, - парирует Бэк. Чанёль усмехается. - Ну ладно. Но считай, что я предупредил. - Я запомню. Феникс с пару секунд смотрит на Бэкхёна и ничего больше не говорит, и лишь когда тот, спокойно выдохнув, снова уделяет внимание своему отражению, Чанёль улавливает ставшие чуть резче черты лица Бёна. - А в этом он был прав, - медленно произносит он, и Бэкхён удивленно вскидывает брови, глядя на него через зеркало. - Я надеюсь, мне правда идет? – спрашивает тот, а Чанёль, вмиг посерьезнев еще больше, кивает. Феникс поджимает губы. Глядя на черные аккуратные линии в уголках глаз Бэкхёна он уже не думает ни о каких военных принтах и выражении через них варриоровской идеологии. * * * К варриорам в общежитие они приходят через день. На этот раз Гук говорит, что хочет их с кем-то познакомить. В общежитии варриоров всё совсем по-другому: Чунмён отмечает намного больше теплых оттенков, а вся атмосфера их дома кажется ему слишком уж человеческой. Почему-то он всё представлял иначе. И Химчан слишком уж точно растолковывает его взгляд: - Не Полигон, да? Прости, что разочаровал. Чунмён немного виновато закусывает губу. - Я думал увидеть что-то… - Увидишь, если спустишься на этаж ниже. Там царство логики и строгости, созданное воображением Ёнгука и строгой системы законов Мато, - перебивает его чей-то голос, который доносится откуда-то сверху. Сухо переводит взгляд к источнику этого, четко произосящего каждое слово, голоса. Чанёль и Сэхун, собравшиеся на поиски комнаты Джело замирают, так и не дойдя до коридора. Крис и Кай хмурятся. Тао почему-то роняет ботинок на пол. Эксо молча ждут, пока обладатель голоса спуститься к ним с лестницы второго этажа. Химчан же нарушает эту напряженную тишину: - А вот, собственно, и он, - бросает варриор Чунмёну. А потом, чуть громче: - Разрешите представить - Ким КванЁн, представитель лэдов планеты Мато, инженер и изобретатель. В глазах эксо этот парень, КванЁн, выглядит очень молодо и не претендует на знание с пометкой «гениальный». Но лэд привык, что по первому взгляду мало кто может предвидеть его истинные способности и знания. Он откидывает длинную челку с лица – Чунмён отмечает, что да, этот тоже блондин, только стрижка у него удлиненная, пряди закрывают уши и лоб. Эксо по очереди представляются лэду с планеты Мато, а когда Чунмён протягивает руку для знакомства (этому жесту его научил Химчан), парень-изобретатель произносит: - А ты же Сухо? Давно хотел с тобой познакомиться. Меня зовут КванЁн, ну, ты слышал, и от него знаешь, - кивок в сторону командира варриоров. - Я, может, тороплю, но покажешь мне эксперемент, превращающий дигидроген монооксид в лёд? - Не сегодня, - вместо Чунмёна резко отвечает Химчан. Эксо вообще не успевает переварить все те слова, что говорит ему новый знакомый. - Я спрашивал не у тебя, - качает головой лэд. – Ну, так как? Сухо лишь пожимает плечами: - О чем ты? КванЁн улыбается довольно теплой и сдержанной улыбкой. И говорит: - Я о твоей чудо-способности. Ты можешь контролировать воду, так? - Да. - Продемонстрируешь мне? - Не вижу причин отказать, - осторожно произносит Сухо, встречаясь взглядом с молодым парнем-блондином. Пока Химчан отвлекается – Джело зовет его со второго этажа, и тот просит его подождать, Чунмён перебрасывается диалогом с КванЁном. - Химчан говорил о тебе. - Наверное, он раскрыл тебе только темные стороны моего характера. Сухо улыбается: - Нет, это вовсе не так. Он сказал что-то вроде «превосходный юный инженер-проэктировщик с творческим мышлением, находящийся на последней ступеньке гениальности». - Ого. Пожалуй, он меня перехвалил, - усмехнулся Кван. Но где-то внутри от этой фразы было тепло и приятно. - А еще он сказал, что у тебя неплохое чувство юмора. - А тут недооценил, - усмехнулся лэд, отчего Сухо засмеялся. - Развлекаетесь? Не дождавшись меня? – в комнату возвращается Химчан, успевший зачем-то переодеть рубашку на широкий тонкий свитер белого цвета. - Тебе идет, - замечает КванЁн, окидывая его оценивающим взглядом. – Гармонично сливается с цветом твоих волос. Химчан ничего не ответил, прожигая лэда взглядом. Впрочем, и Чунмёна тоже – тот не смог сдержать улыбки после слов изобретателя. - Вообще-то этот парень, - говорит Химчан, привлекая к себе внимание всех остальных эксо, - может ответить на многие ваши вопросы, я думаю. Касательно людей и их жизни. И…я думаю, касательно ваших способностей тоже. Почему-то в комнате воцаряется тишина. Нарушить её первым решается Крис. - Как кто-то, кто не сталкивался с нами до этого, может сказать что-то о нашей силе? А он еще и возрастом на много лет уступает, - Ифань кивком указывает на лэда. - На самом деле в людях есть тот же код, что и в наших ДНК, - говорит КванЁн.- И в ваших тоже. - Дэ..Эн…В чем? – переспрашивает Чен. - В нашей струтурной простройке. Генах. Программных функциях. Называйте как хотите. Но смысл того, что я сейчас скажу, от этого не поменяется. Кван выдерживает паузу и продолжает: - Так вот. В их генах, программе жизни, есть такие же коды, отвечающие за суперспособности. Но Терра – это такое место, что изначально блокирует коды. Лишь некоторые могут вырваться из блокирующего биополя – разные там экстрасенсы, фокусники, йоги… - Я не понимаю… - растерянно произносит Лухан, а до этого молчавший Тао перебивает: - Я могу сказать? Кван пожимает плечами. Химчан думает, что это третий раз, когда он вообще слышит голос этого эксо. - Люди могут то же, что и мы, только развивать это нужно с самого детства. Например, если взять в пример способности спортсменов и длительные тренировки – только так можно достичь результатов. Взять то же ушу. Я прав? КванЁн согласно кивает в ответ. - Это только один из примеров. Таких можно привести еще много. - То есть, если развивать, например, речь и иностранные языки, в конце-концов можно выучить их все и использовать какой угодно когда захочется? – спрашивает Крис. - Говорить на любом языке не прикладывая никаких усилий к обучению может только эхо, - хмыкает Кван. - Эхо?.. – переспрашивает Ифань. Химчан улыбается уголками губ. Привыкайте к манере КванЁна отвечать на вопросы, ребятки. Следующие полчаса КванЕy отвечал на бесконечные вопросы эксо, пытаясь говорить более проще, чтобы не загружать их лишними деталями и ненужными подробностями. Некоторое время спустя Джело крадет от массы говоривших Чанеля, Сэхуна и Лухана, и, как ни странно, к ним присоединяются Кай и Тао. Оставшиеся бросают тем в спины удивленные взгляды и возвращают свое внимание к лэду. Джело показывает пятерым эксо общежитие варриоров: Тао и Сэ уделяют внимание большому гардеробу, где Джело показывает им новые яркие принты на футболках и свитерах, Кай останавливается у огромного монитора, где на режиме mute Джело оставил запись танцевального хип-хоп соревнования, Чанёля очень интересуют химчановские чангу, а Лухана - комната звукозаписи. КванЁн чувствует, что у него уже садится голос от долгих разговоров. - Люди сильно отличаются от нас. Не смотря на то, что мы обладаем силой намного больше, чем у них, привыкли не чувствовать холода, боли или тоски, здесь, на Земле, всё прошлое теряется, - завершает свою речь лэд. – Люди – слишком сложная структура. КванЁн устает от вопросов. - А почему возможны невозможные фигуры? – усмехается он. – И почему Луна не падает на Землю?..Ну вы еще спросите, почему нельзя делить на ноль и почему чемодан не принимает форму шара. Химчан, слушая уже бессмысленные ответы КванЁна решает, что для одного дня достаточно, о чем тут же говорит. Кван разминает уставшую шею и предлагает всем вместе пообедать. Химчан не возражает и даже предлагает свою помощь в готовке, но Кван решает, что они будут пиццу, эксо такого еще не пробовали, смеется он. По телефону Кван заказывает штук 6 разных. - Колы можешь заказать, пожалуйста? - говорит Ифань. - Только не сладкое, - хмурится Сюмин. - Мне сок. - И закажи еще чего-нибудь апельсинового для Чанеля, - просит Бэкхен. - И лимонной минералки, - добавляет Чунмен. Губы Химчана растягиваются в улыбке - почему-то ему кажется, что здесь, на Земле, эксо намного забавнее, чем в прошлой, космической, жизни. Пицца приезжает с доставкой на дом минут через двадцать. - У людей всё так странно устроено, - говорит Лэй. - Почему странно? – спрашиваету него Кван. - Потому что я икогда раньше не сталкивался с таким – как нелогичное и ненужное может быть настолько важным? Блондин прищуривается, всматриваясь в самого спокойного среди эксо. И думает, что отвечать на этот вопрос – это вроде как объяснять ребенку, почему небо голубого цвета. - Лэй. Это называется жизнь. Исин лишь смахивает челку с лица и берет предлагаемую Химчаном пиццу. - А как?... Кван оборачивается к Чунмёну, и тот от неожиданности едва не разливает свою лимонную воду. - Как что? - Как вы…почему у вас всех, - кивок в сторону Химчана, - такой цвет волос? Всмысле…как вы сделали волосы такими? Химчан краем уха ловит фразу Чунмёна и слушает, как Кван отвечает о красках, окислителях и парикмахерских. - Что? Кто-то сказал о парикмахерской? – в комнату влетел Чанёль, который до этого (Крис точно уверен) был в комнате Джело. – Может опробуешь стрижку огнем?* – спросил рыжий у Криса, щелкая пальцами, отчего в его руке тотчас загорелся язычок пламени. - А я тут при чем? – фыркает второй лидер эксо. – Эй, ты что, в клубе огнепоклонников? – скептически добавляет Ифань, на всякий случай отодвигаясь от подошедшего к нему Феникса. - Ну привет, - усмехается младший. – Мы с тобой там со дня его основания. Крис не может сдержать улыбки. - Ты точно как Солнце, - говорит КванЁн, не отводя взгляда от ладони Ёля, где несколько мгновений назад горело пламя. - В смысле, яркий? – улыбается Чанёль. - В смысле, как ядерный реактор над головой, - бесцеремонно влезает в их разговор Бэкхён. - Пффф, - Чанёль откинул с лица пряд рыжих волос и обиженно сложил руки на груди. – Много ты понимаешь… - Уж побольше тебя, ребенок, - усмехнулся Бэк. - Да у вас разницы в возрасте практически не чувствуется, - прервал их обоих Крис. Теперь уже обиженно фыркнул Бэкхён,а Чанёль довольно дернул уголками губ. - Тебе Бэк сок заказал, - влезает в их мини-ссору Чен. - И все же, что ты говорил о парикмахерской? – Чанёль поворачивается к Ифаню, делая глоток. - Не я, - отвечает Крис. - Это ваш лидер предложил, - говорит КваЁн. - Я ничего не предлагал, - тут же протестует Сухо. - Просто стало интересно. Их волосы такие светлые... * * * Джело сидит на полу, что-то с интересом рассматривая на айпаде, и не замечает, как за ним, столь же заинтересованно, следит сразу несколько пар глаз. Бэнг не отрывает взгляда от своего творения, потому что чувствует постоянную тягу к этому мальчику, опасение за его жизнь, боится, что тот сделает ошибку или причинит себе боль, поэтому Гук и не сводит с Чунхона глаз. Химчан следит за ним, потому что никак не может свыкнуться, понять его поведение, и самое важное - принять его как живого, а не просто удачный эксперимент. КванЁн смотрит с улыбкой, до сих пор не совсем веря в то, что они сделали. Рядом с роботом на полу устроились Сехун, улёгшийся на несколько подушек, Лухан, облокотившийся на спину макнэ эксо, и Чанёль, который кладет подбородок на плечо Джело и что-то говорит роботу на ухо, указывая рукой куда-то в нижнюю часть сенсорного экрана. Джело звонко смеется в ответ, а потом раздается уже и смех двух других эксо. - Они хорошо поладили, - замечает Кван, - кивая на «детей» на полу. - Поладили и теперь остаются жить у нас? – иронично спрашивает Химчан. - А можно? – слышит он смех Чанёля. А Гук слышит, как рыжий тихо добавляет что-то о семьях. И о собаке. Да, точно: «Давайте собаку заведем», - ни к кому конкретно не обращаясь, говорит Феникс. Бэнг ставит невидимую галочку у себя в мыслях. Когда приезжают остальные эксо, Ёнгук удивлен еще чуточку больше. Проходит всего один день после того разгвоора с КванЁном, а внешний вид эксо теперь совсем меняется. Волосы Чунмена приобретают оттенок спелой вишни, у Сэхуна - пепла, а у Криса - теплый золотистый блонд. Тао демонстрирует аккуратно подстриженные с обоих боков короткие виски и несколько новых проколов в ухе - сережки дает ему Бэнг, умалчивая о том, что подобраны они Химчаном, с которым у ЦзыТао сложились не самые лучшие отношения. Каю тоже хочется понять, каково это - поменять цвет волос, но он соглашается лишь высветлить несколько прядей на челке. Хотя, спустя уже несколько дней он попросит затонировать себя обратно в темный. Гук внимательно смотрит на вишневые пряди, падающие на слегка прищуренные глаза лидера эксо. - И, наверное, ты многое узнал за то время, что вы на Земле, - обращается он к Чунмёну. - Не скажу, что очень много... Просто все эти знания такие...беспорядочные. - Упорядочить не пытался? - Если ты о системе знаний в целом, то Химчан мне в этом помогает, - не понимая гуковской иронии, отвечает Чунмен. - Я смотрю, ты Химчана очень хорошо узнал. - Не сказал бы.. - Тогда скажи вот что. Как далеко вы планируете зайти? - голос Гука совсем тихий, и Сухо думает, что их разговор должен остаться между ними. - Я не совсем понимаю, что ты имеешь в виду. Но мы стараемся найти ответ. - Хочешь найти ответ – посмотри фильм про войну, - вдруг резко отвечает лидер варриоров, усмехнувшись. Он бросил еще один взгляд на занятого разговорами с младшими эксо Джело, после чего вышел из комнаты. Сухо перевел взгляд на стоящего в стороне Химчана. Тот заметил, как Гук что-то обсуждал с Чунмёном, и последовал за ним. В кухне Химчан садится напротив лидера. - О чем ты говорил с Сухо? – спрашивет он. - О том, что не следует выходить за границы позволенного, - после некоторого молчания, отвечает Гук. - Границы? – прищуривается командир. - Границы. Некоторое время они молчат. - А мне он говорил на счет той истины, что они ищут здесь, на Земле, - вновь заговаривает Ким. - Как ты думаешь, они найдут это? Мне не очень верится, что… - Если ты все время таскаешься с придурком, который постоянно ищет истину, в которую никто не верит – значит, ты Дана Скалли, - бормочит себе под нос Гук, усмехаясь. - Что? – переспрашивает Химчан. - Ничего. - Это опять эти твои земные шуточки? – скривил губы командир. - Земные шуточки о неземных истинах. Ага, - кивает Гук. Химчан качает головой и бросает, что они с Чунмёном прогуляются по городу. - Я могу взять твою машину? - Нет. Командир хмыкает. - Он всегда…такой? Вопрос принадлежит Чунмёну. Они идут по аллее одного из парков и Сухо рассказывает о Ёнгуке. - Какой такой? – подражая интонации эксо, переспрашивает командир. Эксо закрывает веки, подбирая нужное слово, но потом просто отрицательно мотает головой. - На самом деле не всегда, - заговорил Химчан. Он не очень любил обсуждать лидера, но Сухо он уже научился доверять, тем более он так давно никому не открывался, так что слова буквально распарывали горло помимо его воли. - Я помню его еще до…войны. Она его изменила. Хотя, конечно, тут обошлось не без его склонностей... - Каких? Химчан задумывается на несколько мгновений, а потом качает головой: - Забудь. Некоторое время они идут молча. И потом Химчан просит: - Расскажи о своей силе. Что ты чувствуешь сейчас, на Терре? Чунмён прикусывает губу. Где-то в его мыслях эхом повторяет это странное химчановское «чувствуешь, чувствуешь, чувствуешь?..». - Я еще не знаю, - говорит эксо. – Это сложно объяснить даже кому –то из наших, а не имея способности управлять…Химчан, не обижайся, но ты вряд ли поймешь. Ким пожимает плечами. - Но вы ведь контролируете силы, да? - Абсолютно. Тогда, у фонтанов… Мы пытаемся понять, почему так было. Но ты пойми, нельзя совсем не использовать свою силу. Так можно с ума сойти. Варриор кивает – понимаю. - То есть…там, на моей планете, я видел и слышал и другие Силы. Они подчиняли каждого из нас, но подчиняли по нашей воле. А здесь… иначе. Здесь есть разные религии и разные Боги. Но даже у них есть что-то общее, пусть и довольно-таки абстрактное,- потом, подумав, Сухо добавляет: - Только в итоге это всё равно не правда. - Неужели? - Я могу говорить дальше, но ты меня не будешь понимать, - усмехается Чунмён уголком губ. - Неужели? – повторяет Химчан. И улыбается. Лидер эксо толкает носком ботинка опавший пожелтевший лист на асфальте. Химчан предлагает сесть на кованую лавку. - В богов трудно верить. А тем более в богов здесь, на Терре. - Тогда зачем ты в это веришь?.. – Химчан непонимающе смотрит на лидера эксо, пытаясь понять. - Хм… - Сухо не знает, что ответить, но всё-таки говорит: - Верю, ибо абсурдно. И тогда он не может не задать вопроса: - А во что ты веришь? Химчан хмыкает, на секунду прищуривая и без того слишком узкие глаза, а потом, растягивая слова, говорит: - Храмы, - кивок в сторону золотокупольной постройки напротив того места, где они сидят, - построил человек, а не Бог. Религия – это что-то вроде системы психотерапии. Её тоже придумали люди. Сухо молча выслушивает и отводит взгляд на небо, едва разбавленное оттенком голубого. Уже сейчас ему не хочется верить во всё то, что было раньше. Но и отбросить всю свою религию, всю свою прошлую жизнь, он так просто не может. Просто слова командира варриоров заставляют задуматься. - А вот это, - заговаривает Сухо, переворачивая руку в воздухе ладонью вверх, - тоже создал человек? – В его ладони появляется прозрачная, кристально чистая капля воды, которая с каждой секундой увеличивается в размерах. Эксо чуточку сгибает пальцы, создавая ладонью подобие шара, а следом за ним форму шара приобретает и вода. Химчан заворожено смотрит, как Сухо создает стихию из ничего и умело управляется с этой маленькой частичкой. Чунмён вспоминает, что чувствовал, управляя стихией раньше. Вода на Эксо была максимально солёной. Здесь же, на Земле, она была совершенно иной – кристально чистой, с необычным пресным вкусом, иногда была ледяной и освежающей, а в другое время передавала капельки тепла и горячий пар кипятка. И управлять такой стихией для Сухо тоже было совсем по-другому. - Но вода может и разрушать, - подводит итог Чунмён, отвлекая варриора от сбивчивых мыслей. Всю ночь Химxану снится вода. Струи холодной, до дрожи ледяной воды, которая капает с покрытых инеем полотков лаборатории, и стекает чем-то, напоминающим разбавленную нефтяную копоть, по несгораемому каучуковому покрытию стен. Химчан трясется от столь низкой температуры, а капли воды все чаще попадают ему на одежду, пропитывая своими молекулами низкой температуры складки ткани, заползают под воротник, неприятно сползая по спине, бьют по лицу, склеивая вязкой, холодной, перемешанной с крупинками инея массой ресницы. «Дождь» холодных капель становится ливнем. И тогда Химxан видит, что стеклянная дверь колбы, в которой заряжается Джело, открыта на распашку. Губы варриора шепчут «нет, нет, только не это», но его слова тут же вплетаются в реальность, только приобретая обратный смысл: Джело делает шаги навстречу командиру, но вода добирается и до него. Но Джело не такой, как Химчан. В этот момент Джело намного слабее варриора, который максимум, что может получить – это воспаление легких. Капли жидкости причиняют роботу не только внешний дискомфорт, а проникают намного глубже, шипяще касаясь тех проводков внутри мальчика, которые поддерживают его жизненные силы. Тонкие струйки воды сползают по бледной коже мальчика-робота. Химчану кажется, что по его детскому лицу текут слезы. Химxан думает о том, что говорить ЁнГуку, когда тот узнает, что его персональный робот впал в вечный и неповорачиваемый вспять анабиоз. Вольфрамовый порошок Джело смотрит на контраст розового и зеленого, лимонно-желтого и оранжевого, алого и бирюзового – на снимках запечатлена планетарная туманность "Кошачий глаз" в созвездии Дракона. Она сформирована из концентрических пузырьков газа и обломков, выброшенных с большой скоростью из внешних слоев умирающей звезды. Согласно одной теории, газы освобождались с интервалом в 1500 лет, придавая туманности ее многослойный внешний вид. Мальчик смотрит на эти снимки по двум причинам. Первая – их яркость. Яркие краски привлекают взгляд подростка. Вторая – они заменяют ему то, что он не может увидеть, планету, о которой Енгук говорил слишком много. Мато. Поэтому фотографии космического пространства помогают Джело заполнить пробелы в рассказах лидера варриоров и дополнить сказку о далеком доме красочными афишами неизведанного. Джело не может игнорировать внутренние вспышки и краски, всё чаще подкатывающие к горлу, глазам, да он и не умеет – этого не было заложено в программе. Он не знает, как их называть, но они напоминают ему звезды. Он осознает это, когда вспоминает рассказы хёнов о других галактиках и о «далеком настоящем доме», о военных кораблях и космических сражениях. И всё это на фоне бесконечных просторов черного космоса и мелких искорок бесчисленных звездочек, а он, Джело, видит свои вспышки за закрытыми веками на черном полотне, так напоминающим спэйс-пространство, и поэтому вспышки для него становятся звездами. После того, как он привыкает к этим псевдогаллюцинациям, начинается новая пытка, и вот это он уже не может удержать в себе. Джело чувствует боль. Вопреки всему – природе, логике и здравому смыслу, Джело чувствует боль в 30 раз более сильную, чем обычные люди. У него ужасно болят кости. Особенно в тех местах, где соприкасаются с проводками внутри. Гук обещал это исправить, но когда он это сделает, думает Джело, к тому времени можно сойти с ума от невыносимого электрического горения внутри…Если робот вообще может сойти с ума. Странно, конечно, слышать частые и такие наивные «роботам ведь не больно» или «хорошо жить, не болея» ну и всё остальное в этом роде. Странно, потому что Джело изо всех сил хочется закричать в ответ обратное. Но он не может. Гук ведь сказал не говорить. Запретил. А приказ создателя нарушать нельзя. Так что остается только криво усмехаться в ответ на такие фразы, изображая из себя неуязвимого, лишь почаще натягивать на лицо черно-белую маску, и к этим мыслям возвращаться лишь в неоновом свете озонового контейнера. А заряжается Джело всегда твердо стоя на ногах, доверчиво загоняя тонкие запястья и предплечья в металлические оковы, но засыпает только лежа ровненько на спине. И не только потому, что так, лежа в кровати и укрывшись одеялом, он больше похож на человека. Просто только так эта жуткая боль уходит. Джело просыпается слишком рано, часы показывают только половину четвертого, но мальчик едва сдерживаться, чтобы не разбудить весь дом громким болезненным криком. Он тихонько бродит по коридорам пока еще поверженного в предрассветный сон дома, смотрит в окна, переминается с ноги на ногу перед дверью комнаты Гука и… уходит вниз по лестнице в лабораторию. Подзарядка ему сейчас не нужна, но больше в голову ничего не приходит. Чунхон идет между отполированных до стерильно блеска столов со светлыми мраморными поверхностями, ведет по ним ладонями, вбирая в себя приятный холодок, останавливается около полок со стеклянными закупоренными пробирками и вертит их поочередно в тонких пальцах, обязательно возвращая потом каждую на своё место. Кван Ён неслышно прикрывает за собой лабораторную дверь и смотрит на стоящего у шкафа мальчика. Сначала он просто молча наблюдает, а потом начинает замечать детали: уставшее лицо и не выспавшиеся глаза, вялые движения, маска закрывает половину лица, рукава пайты опущены до самых костяшек пальцев, а шея перемотана теплым красным шарфом. И Кван злится на самого себя, почему же он не понял раньше. - Скажи, Джело… почему ты не спишь? Мальчик испуганно оборачивается и облегченно выдыхает, видя блондина-лэда. - Я … - начинает он, но маска приглушает его слова. Он медленно опускает темную ткань вниз и неуверенно смотрит в глаза Квану. - Что случилось? - ЁнГук проснется, и тогда я… - пытается отмахнуться Джело. - Чунхон, - жестче говорит Кван, подходя ближе к мальчику. – Что произошло? Джело опускает глаза в пол. КванЁн тянется рукой к шарфу и разматывает его. Слова утешения замирают у него в горле, как только взгляд останавливается на посиневшей коже с воспаленными красными нитками-сосудами вдоль позвоночника. - Как давно это у тебя? - Уже около недели, - поджимает побледневшие губы Чунхон. – Но ЁнГук обещал… - Он знал? – резко перебивает Кван. – И ни словом мне не обмолвился?!.. Джело не поднимает взгляд вверх, а блондин делает глубокий вдох. - Так. Давай сядем, - медленно тянет Кван, но в мыслях обещает себе обязательно высказать Бэнгу всё, что он думает о его беспечности. Джело кивает и снова перематывает шею шерстенной тканью. Они присаживаются два мягких кремовых кресла, и тогда разговор возобновляется. - Надеюсь, что становой хребет в порядке… - озвучивает он свои мысли. - Нельзя о таком молчать, - продолжает Кван, но понимает, что это не те слова. – Слушай меня. Завтра … то есть сегодня, я найду решение, хорошо? Только я должен тебя спросить. Мальчик-робот в очередной раз кивает, нервно сжимая и разжимая ладошки. - Скажи мне, как много в тебе изменилось? Этот вопрос заставляет его замереть. - Не… - начинает он и шумно выдыхает. – Я не знаю. - Подумай. Вспомни…Ты мог заметить что-то одно. Есть такое? - Да, наверное, - задумчиво говорит Джело, растягивая слова, как молочный ирис. – Я вижу краски. И они… в моих мыслях. Или… еще где-то. Вот, - его рука касается груди, - здесь. Они похожи на разноцветные молнии. - Первопричины? - Я не знаю. Это появляется когда кто-то говорит. Красные – если ЁнГук-хён зовет меня быть с ним рядом. Зеленые и синие – когда я танцую. Розовые – когда меня ругает Химчан-хён. Желтые и оранжевые – когда шутит Чанёль с Бэкхёном. Светлые и серебряные – когда слышу пение Дио-хёна… - Я знаю, что это, - довольно улыбаясь, говорит блондин, и Джело внимательно смотрит на него. - Правда? - Люди называют это эмоциями. Мальчик несколько мгновений молчит, а лэд ожидает его слов. - Хочешь сказать… что я чувствую то же, что и люди? – глаза Джело не доверяющее всматриваются в радужку зрачков блондина, желая то ли поверить в эти слова, то ли пытается их отвергнуть. - Я хочу сказать, что в тебе намного больше человеческого, чем ты привык думать. - А ты тоже так думаешь? – все еще не верит младший. - Я говорю только то, что думаю, - пожимает плечами Кван. – Пора бы это уже запомнить. Джело наконец-таки улыбается, а потом неожиданно широко зевает и закрывает губы ладонями. - Так, знаешь что? – говорит лэд, наигранно строгим голосом, приподнимаясь с кресла. – Пошли, я уложу тебя спать. Тебе нужно отдохнуть. Дети еще спят в такое время. Он пропускает мальчика вперед и закрывает лабораторию. Джело взбегает по ступенькам и бесшумно залетает в свою комнату на втором этаже. Когда Кван заходит туда спустя минуту, младший уже лежит на кровати. - Ну вот, теперь засыпай, а то у тебя на лице написаны последствия депривации сна. - Почему ты всегда говоришь такими странными словами? – смеется мальчик. - Кому-то же нужно ими разбрасываться… - вздыхает Кван. – Что тебе пожелать? Спокойной ночи? Или уже утра? - А ты… можешь не уходить? – неуверенно говорит Чунхон, закутываясь в одеяло. - Могу, - Кван аккуратно садится на край его кровати. – Только ты должен спать. - Как принцесса в волшебной истории? - Как принцесса, - улыбается Кван, глядя, как мальчик укладывает голову с молочно-белыми кудряшками на подушку. - Значит, я в волшебной истории? – вопросы Джело не спешат заканчиваться. - Вроде того, - отвечает Кван. - И у тебя есть такая история? - У всех она есть, только не каждый придает ей значение. - Расскажешь мне? – тихо просит Джело, уже сонно закрывая глаза. Лэд смотрит на закрывшиеся темные веки, на контуры детского лица и улыбку умиротворения на губах Чунхона. И КванЁн правда рассказывает. Даже не смотря на тот факт, что мальчик, наверное, не слышит и не совсем понимает половину его истории.