(Не) Взаимно

      Аравэн вернулся после заката. Раздевшись, он сразу прошёл в кухню и, не говоря ни слова, упал на первый подвернувшийся табурет и устало откинулся на стену. Глаза он прикрыл, замирая в таком положении, не замечая вовсе, что всё это время находящийся в кухне Кирис следил за ним. И состояние воина ему не нравилось. На ум мигом пришёл разговор с Дэретом, и сердце сдавили чувство вины и жалости. Как помочь Аравэну и решить его проблему, он не знал, но совесть требовала сделать хоть что-нибудь. И, оставив недомытые полы, он подошёл к воину, тихо обращаясь к нему:       - Ар, нам надо поговорить…       - Валяй, - не открывая глаз, с усталостью бросил тот в ответ. Не зная, с чего начать, дракон немного покусал губу, подбирая слова поддержки. Но те никак не находились.       - Я знаю о твоих проблемах на службе. Мне рассказал Дэрет…       - М, вот как…        Аравэн ограничился только бессвязным мычанием, будто его вовсе не волновала затронутая тема. И Кирис невольно потерялся от такого ответа. Он потратил почти весь день на то, чтобы придумать решение, перебирая самые различные варианты, а сейчас казалось, что ни один из них не сможет помочь. Но теперь перед ним встала ещё одна стена – появились сомнения, что Ар примет помощь.       - Прости, это всё моя вина… Если я могу как-то искупить её… - Кирис осёкся, теряя слова и мысль, когда его обжёг яростный взгляд воина. Казалось, что он резко оказался перед чертой гнева, и любое слово могло толкнуть его за неё. - Мне, правда, стыдно за то, что так вышло… - дракон начал было свою извинительную речь вновь, но воин грубо оборвал его:       - Да плевать я хотел на проблемы на службе. Кроме размера оклада я ничего не потерял.       - Но тогда в чём же… - Кирис окончательно потерялся, не зная, что думать и говорить. До сих пор и в самом деле казалось, что пренебрежение Ара, как и его гнев сейчас – всё из-за тех проблем, что он доставил ему. Но со слов воина выходило иначе, дракон окончательно перестал понимать происходящее. Благо, разъяснили ему быстро:       - Ты опять раболепничаешь. Завязывай!       - Рабо… что? – Кирис не понял, новое слово было ему незнакомо. И он ещё больше потерялся из-за грубого тона воина.       - Подлизываешься, пытаешься угодить мне. Тебе не надоело? Играешь роль ручного зверька, прислуживаешь, заботишься...       - Я… делаю всё возможное, чтобы искупить вину!       Лишь выпалив фразу, дракон понял, что солгал. Конечно же, причина была в ином, но он всё ещё помнил боль отказа. И придумал первое пришедшее в голову оправдание.       Но оно явно не понравилось воину. Тот прищурился, прожигая его взглядом, будто хотел прожечь насквозь. На мгновение Кирису показалось, что серые глаза недобро сверкнули. А в следующую секунду воин зло ухмыльнулся, продолжая уже с издёвкой:       - Да что ты? Что же ты только уборкой и готовкой решил обойтись? А как же массаж ног, кормление с ложечки и сон на коврике у двери?       Скрестив руки на груди, Аравэн смотрел на Кириса снизу вверх, но взгляд его говорил об обратном. Сейчас воин видел дракона ниже себя, и это бесило куда сильнее того, что он говорил.       - Да что в этом плохого?! – дракон повысил тон, готовый сорваться на крик от злости. Кулаки сжались сами собой, да так, что ногти впились в кожу, но лёгкая боль нисколько не отрезвила. - Я пытаюсь угодить тебе!       - Меня тошнит от твоего подхалимства.       - Что же молчал всё это время? - Кирис вернул ухмылку воину, от чего тот нахмурился, предчувствуя недоброе. - Понравилось жить, когда за тобой прислуживают? И ты ведь хотел себе ручного дракона, что не устраивает?       - До сих пор не можешь простить мне случайно брошенных слов? - в этот раз Кирис попал в точку, и из нападения Аравэн перешёл в защиту. Втянув голову в плечи, он нахмурился только сильнее, пытаясь скрыть собственный стыд. Но как бы он ни ощущал себя виноватым, чувство противоречия требовало оспорить всё. - Так ли тебе не нравится быть комнатной собачкой, коль терпел моё отношение? А если я посажу тебя на цепь и выставлю за дверь, заставив охранять мой дом, что тогда? С радостью завиляешь хвостиком? Я успел пообщаться с обеими твоими личностями, и та, что с крыльями, мне нравилась больше. У неё хотя бы был характер….       - Аравэн, ещё хоть слово... - дракон закипал, теряя терпение от боли и унижения, но воин не услышал его.       - И что ты сделаешь? Тявкнешь на меня?       Кирис не замахивался, только сильнее сжал кулак. Удар пришёлся точно в челюсть, Аравэн повалился на пол вместе с табуретом и с болезненным стоном схватился за скулу. Дракон не дал ему подняться, оседлав его бёдра, и, нависнув сверху, схватил за грудки, заставляя Аравэна посмотреть на него. Его зрачки сузились, глаза загорелись ярче, казалось, что даже его волосы встали дыбом, пока он скалился, притягивая человека к себе. Но Аравэн не боялся. Дракон и рыкнуть не успел, как воин рассмеялся и тут же схватился за скулу вновь, застонав от боли. Но, не удержавшись, он начал смеяться вновь, теперь уже над вытянувшейся мордой Кириса.       - Видел бы ты себя сейчас, - сквозь смех, морщась от боли, выдавил из себя воин, окончательно вгоняя дракона в ступор.       - Я не понимаю...       - Таким ты мне больше нравишься.       Перестав смеяться, Аравэн поймал лицо Кириса ладонями и, притянув его к себе, звонко чмокнул в губы. Дракон тут же дёрнулся, вырываясь из захвата, и теперь смотрел на друга с ужасом, начиная опасаться за его здоровье.       - Ар... ты сегодня пил? - осторожно поинтересовался он, не спеша однако подниматься с развалившегося на полу воина.       - Нет. Просто я уже было окончательно решил, что ты баба с членом, а не мужик. Ошибаться иногда приятно... - с улыбкой протянул тот, явно довольный сделанным открытием. Но Кирис так и похолодел от этих слов, и вопрос вырвался против воли:       - Ты так и не понял, да?..        - Что не понял?       Аравэн нахмурился, быстро становясь серьёзным. Он даже приподнялся на локтях, видимо, желая встать, но так и замер, бросая взгляд на пах дракона. Пусть тот не прижимался к нему, хлопковые штаны мало что могли скрыть. Но прежде, чем воин успел хоть как-то отреагировать, Кирис прижал его к полу, надавив на плечи и не позволяя даже дёрнуться.       - Кирис, что всё это значит?       Аравэн попытался сбросить дракона с себя, но тот явно был сильнее. И всё, что оставалось воину, это морщиться от неудобного положения и бросать на дракона гневные взгляды. Его крылья при этом вздыбились, но удержать ещё и их Кирис не мог. Поэтому ему оставалось только мириться с тем, что справа и слева от него медленно вырастает стена из перьев, закрывающая их от мира. Своеобразная романтика, почему и нет. Пусть даже казалось, что сейчас воин готов его скорее убить, чем поцеловать вновь.       - Я же не просто так... Я пытался понравиться тебе. Ты мне все время говорил про домашний очаг и скромную жёнушку, вот я и хотел... думал, что смогу стать таким.       - Ты что рехнулся?! Ты же мой друг!       - Но ты мне не друг, Ар! Ты мне нравишься! Не как друг...       - О да, я это отлично чувствую.       Аравэн вновь попытался сбросить с себя дракона, но тот, тяжело простонав, осадил попытки, сильнее вжав воина в пол.       - Да я не об этом! Это последствия... а не причина... - Кирис никак не мог заставить себя произнести нужное слово. Но по тому, как он отвёл взгляд, беспомощно кусая губу, Аравэн наконец догадался. И едва не застонал сам.       - Только не говори, что ты... А прямо сказать, что влюбился, слабо было?!       - Я пытался показать...       - Я думал, ты подлизываешься.       - Прости...       - Слезь с меня.       В этот раз дракон послушался. И даже протянул Аравэну руку помощи, но воин отказался от неё, поднявшись сам. Он всё ещё буравил Кириса взглядом, но что больше его злило в сложившейся ситуации, пока не мог разобраться и сам.       - Как давно?       - Когда ты пришёл вызволять меня из тюрьмы.       - А твоя "болезнь"?       - Я не врал... не будь рядом тебя, я мог кинуться на кого угодно. Только...       - Только? - надавил воин, заставив дракона ещё больше стушеваться.       - Обычно проходит легче.       - А потом ты прикидывался пай-мальчиком, чтобы произвести на меня впечатление...       - Не совсем. Я действительно такой, но кое-что... делал специально.       - Значит, и кошмары тебе не снились?       - Нет...       - Я мог бы и сам догадаться. Ты хоть понимаешь, как я себя чувствую сейчас? Ты водил меня за нос, игрался со мной, как с игрушкой, и я ещё чувствую себя виноватым! Уйди, Кирис, будет лучше, если сегодня ты не попадёшься мне на глаза.       Последние слова воин произнёс уже тише, но звучали они чётче остальных. Дракон не смел ослушаться. Сказать бы он всё равно ничего не смог - горло саднило от застрявшего в нём кома, и голос грозился подвести. Кивнув, не решаясь поднять глаз, Кирис ушёл к себе в комнату. И, запершись в ней, первым делом окинул маленькое тёмное пространство взглядом, с болью подумав, что собрать вещи сможет очень быстро.       Оставшись один, Аравэн долго решал, как ему поступить. Собственный дом как никогда давил, и больше всего на свете сейчас хотелось уйти из него. Время, когда он радовался Кирису, как дорогому гостю, теперь казалось несоизмеримо далёким. И мысль, что всего пару дней назад он обнимал дракона, когда тот едва не упал с табурета, пытаясь достать что-то на верхних полках на этой самой кухне, теперь звучала дико. Сквозь призму чужого признания почти все поступки и события теперь вызывали стыд, а не тепло, как раньше.       Ему необходимо было подумать и разложить мысли и чувства по полочкам. Вариант пойти к кому-нибудь из друзей-сослуживцев отпал тут же. И, не придумав ничего лучше, Аравэн отправился в ближайший паб.       Первый поданный ему бокал он осушил залпом. После второго ситуация перестала казаться столь плачевной. Шум и разговоры вокруг, огни под потолком и весёлый смех окружения расслабляли и согревали не хуже выпитого, но, главное, не отвлекали, позволяя спокойно размышлять. И чем больше он думал и вспоминал, тем больше приходил к выводу, что возможно погорячился.       Несмотря ни на что, он по-прежнему считал Кириса хорошим парнем. Ему нравилось проводить с ним время, он был смышленым и любознательным, а временами и вовсе умилял. Теперь всё выглядело в ином свете, и Аравэн изо всех сил пытался увидеть в мальчишке-драконе не только друга. С трудом, со скрипом, но получалось. На середине третьего бокала его осенило, что ничего по сути не изменится. Они уже жили почти как супруги, и, пусть было тяжело признаться себе в этом, но ему нравилось так жить! Нравилось возвращаться в дом, где его ждали и радовались ему, нравилось, что рядом всегда был кто-то готовый выслушать, нравилось засыпать, чувствуя тяжесть на крыльях... А вот об этом он смог спокойно думать, только приступив к четвёртому бокалу.       До сих пор он пытался просто удалить из памяти их близость. Это далось нелегко. Первые дни одного взгляда на Кириса оказывалось достаточно, чтобы вспомнить его стоны и руки, что гладили и обнимали столь нескромно. И, как и тогда, сейчас эти воспоминания вновь вызывали тяжесть и томление в паху. Развратность дракона никак не вязалась с его человеческой скромностью, но именно это и впечатляло, заставляя разум мутнеть. Аравэн не хотел себе в этом признаваться, но отрицать и дальше было глупо.       Ему было хорошо тогда. И если бы не вязкое, неприятное чувство, что его использовали, он бы ни за что не отказался повторить. Вот только это раньше он думал, что его использовали. Если Кирис не солгал, то тогда... его вело не только животное влечение. Да и все остальные его поступки имели благие намерения. Он ведь сам сказал, что пытался стать ближе... То, что поначалу вызывало гнев и казалось, по меньшей мере, издевательством, теперь обретало краски жертвенного подвига. И хотелось отдать Кирису должное хотя бы за его старания и попытки.       В конце концов, выходило, что дракон не сделал ему ничего дурного. И всё чаще всплывал вопрос, почему же он так разозлился, когда услышал признание.       "Неприятно чувствовать себя тем, кого водили за нос, приручая к себе, как..." - мысль так и не была закончена, сметенная внезапным осознанием. Кирис и в самом деле приручил его к себе. Приручил не смущаться и не бояться прикосновений, приручил к совместной, почти семейной жизни и даже к собственному телу! Перед глазами вновь и вновь мелькали картинки, а по коже пробегали ощущения: мокрый, лохматый Кирис, дрожащий от холода и прижимающийся к его боку. Он же, сонный, жмущийся к его крылу, тонкие пальцы, ласково порхающие по плечам и лопаткам... От последнего внутри вновь просыпалось томление - тягучее и почти горячее чувство.       Его приручили банальной лаской.       "И кто же из нас неразумный зверь после этого?" - теперь уже Аравэн почти смеялся над собой. Оставалось лишь решить, так ли сильно он против данной роли.

***

      Кирис сам не заметил, как уснул. Как только за Аравэном захлопнулась дверь, он первым делом выбрался из спальни, чтобы закончить уборку и убрать остывший ужин со стола. А затем устроился на диване с книжкой, плотно закутавшись в плед, наслаждаясь запахом, что шёл от подушки Аравэна. И именно этот запах убаюкал его, не дав дождаться воина. К тому моменту, когда он проснулся, в окно уже пробивались первые алые лучи. А на кухне слышалась какая-то возня и звон тарелок, которые и заставили дракона пробудиться.       Чувство радости и облегчения быстро сменилось тоской и страхом. Но, собравшись с духом, Кирис всё-таки выбрался из постели и бесшумно подобрался к кухне, на которой вовсю хозяйничал Аравэн. Он что-то искал по верхним шкафам и ящикам, явно стараясь вести себя тихо, но не очень успешно. Кириса он заметил не сразу – лишь когда обернулся, тихо браня кого-то себе под нос. И тот час стыдливо замер, словно пойманный с поличным вор.       - О, Кирис! Доброе утро. Прости, я не хотел тебя будить, - виновато улыбнувшись, Аравэн втянул голову в плечи, стараясь спрятать руки за спиной.       - Ты что-то ищешь? - осторожно поинтересовался дракон, не зная, как иначе начать разговор. И чувствуя себя из-за этого не менее неловко.       - Да я уже нашёл... В следующий раз предупреждай, если решишь переставлять что-то в доме.       - В следующий раз?       - Ладно, давай на чистоту. - Воин вдруг стал серьёзным, и дракон невольно вздрогнул, ожидая худшего. Но заметив, как       Аравэн смущённо отводит взгляд, позабыл о страхе, ведомый любопытством. - Ты понимаешь, что после твоего признания я не полюблю тебя?       - Понимаю.       - И что в принципе не могу обещать тебе, что когда-нибудь отвечу тем же? Мне перечислить почему или...       - Не стоит! Я понимаю.       - И ты пообещаешь мне, что больше не будешь притворяться?       - Обещаю.       - И не будешь ничего от меня утаивать, особенно того, что касается твоих драконьих штучек.       - Обещаю.       - Ну, тогда... Я готов попробовать.       Аравэн всё ещё чувствовал себя неловко, но, когда самое страшное было озвучено, всё же решился посмотреть на дракона. И едва не рассмеялся, заметив, что тот даже дышать боится. И, желая подтолкнуть его, воин всё же вытянул вперёд правую руку, протягивая на раскрытой ладони ключ.       - Это от моего дома. Теперь ты полноправный его жилец и... Не проси меня озвучивать то большее, на что я соглашаюсь! В конце концов, ты мне нравишься, ты отличный парень, и мне хорошо с тобой, значит...       Кирис не стал дослушивать, боясь просто рассмеяться в голос над смущением воина и его оправданиями. И, в три шага оказавшись рядом с ним, заткнул его поцелуем. Их первым поцелуем, но от того он и был таким долгожданным и жадным - ведь так хотелось передать через него всё то, на что не хватало слов. Аравэн не оттолкнул. И сильные объятия и осторожный поцелуй сейчас ценились куда сильнее признания в любви.