Долг ценою в жизнь

Глава десятая. Пожар Бейбарсов провёл ладонью по деревянной поверхности пола и криво усмехнулся. Где-то далеко вдруг запахло горелым, но он предпочёл попросту проигнорировать запах, который откуда-то услышал, а лишь вскинул голову и попробовал нормально мыслить – что это и откуда столь отвратительный запашок вообще раздаётся, что он не может понять? Что вокруг горит? Ключи нашлись быстро. Таня сегодня вечером почему-то так и не удержалась и не смогла просто взять и уйти, а поэтому вытащить ключи было не трудно, но они, тем не менее, где-то упали, а Гроттер выключила за собой свет, за что, впрочем, Глеб ей даже благодарен. Есть. Ключи теперь он сжимал в руке – криво усмехнувшись, Бейбарсов попытался дотянуться до прикованной руки, пусть это было и довольно неудобно. Наконец-то у него получилось достать до того места, где ключи будут полезными – осталось только ими воспользоваться – и всё. Дело сделано. Увы, но оказалось, что не всё так просто. Вероятно, это от какого-то другого комплекта – Бейбарсов криво усмехнулся и с ненавистью посмотрел на едва заметные в темноте ключи. Они поблёскивали при незаметном свете луны, пробивающейся сквозь плотные жалюзи, но Глеб не собирался ими швыряться. Нужно проявить что-то вроде смекалки, особенно если от тебя в этот момент этого никто не ждёт, и тогда победа будет на твоей стороне. Таня сама это говорила. Бейбарсов вздохнул и вновь внимательно осмотрел ключи. Да, они были бесполезными, но брелок, который валялся совсем рядом, оказался сделанным из проволоки, а нет такой проволоки, которую невозможно было бы разровнять. Бейбарсову сильно захотелось кашлять, и он вдруг понял, что это за запах. Увы, но здание горело – и, судя по всему, достаточно давно. Клубы дыма скользнули в комнату. Он поднимался всё выше и выше, и Бейбарсову оставалось порадоваться тому, что он практически лежит на полу, а не стоит. Там шансов было бы поменьше. Конечно, теперь пришлось работать быстрее, да и руки сначала дрогнули, не собираясь повиноваться хозяину, но панике пришлось попросту дать пинок, чтобы перестала мешать. - Бейбарсов, не будь тряпкой, - прошипел сам к себе достаточно странное обращение Глеб. Подействовало. Увы, но замочек был совсем маленьким, и пришлось ещё его достаточно долго искать. Когда же Бейбарсов наконец-то нашёл искомое, ему вдруг стало слишком сложно дышать – в долгом приступе кашля, вызванного дымом, прошло несколько минут, а надо было бы действовать немного быстрее, если он не собирается сгореть заживо. Бейбарсов не верил в то, что Таня могла бы сама поджечь дом, но кто тогда? И интересно, есть ли тут кто-то? А если Гроттер спит где-то в соседней комнате? Тогда она попросту сгорит, но если он прикован, то уж точно не сможет ей совершенно ничем помочь, значит, сначала следует спасти по крайней мере свою шкуру, а после уже думать обо всём другом. И обо всех других. Наконец-то замочек начал поддаваться – Бейбарсов довольно улыбнулся, скользнув взглядом по собственной импровизированной тюрьме – не лучшее здание, но, тем не менее, другого выбора у него попросту нет. Поддалось. Бейбарсов вскочил на ноги как-то необдуманно – в лицо пахнуло дымом, и он едва ли не свалился на затёрпших ногах на пол – увы, но идти надо было к двери, а не к окну, да и глупая мысль, что где-то тут есть Таня, упорно не покидала парня, заставляя беспокоиться о Гроттер. Может, найти её? - Не будь идиотом, она уже давно уехала, - Бейбарсов вздохнул. – И, наверное, решила сама поджечь свою старую дачу…

***

Гроттер лежала на кровати и мирно дремала. Огонёк уже скользнул по синтетическому покрывалу, оставляя на нём горелый след, но Таня ничего не заметила. Совсем рядом валялась наполовину пустая бутылка вина – и хотя бы капля воды на весь дом. Он оказался старым и слишком прогнившим… Хуже, чем ожидал Бейбарсов. Глеб едва успел отскочить в комнату – балка откуда-то сверху свалилась вниз, превратив в труху пол, но Гроттер, которая, судя по всему, уже успела надышаться дымом, даже не открыла глаза. Да, подожгла она. Перевёрнутая бутылка какой-то водки, которую Таня никогда не пила, свеча, которую она поджигала… Спирт плюс огонь никогда не являлся главным признаком романтики, но, тем не менее, ритуальные костры данное сочетание обеспечить более чем могло. И счастье ещё, если этот домик на поляне, а не прямо в лесу. Бейбарсов интуитивно попытался отыскать собственный мобильный телефон, но оного не оказалось, вероятно, Гроттер забрала. Хоть бы дождь какой бы им на головы! И кого-нибудь ещё. Увы, но глупая мысль о том, что о Тане не стоило беспокоиться, оказалась ложной. Бейбарсов уже обрадовался тому, что заглянул в соседнюю комнату, которая и стала источником возгорания, и нашёл там Гроттер. - Таня, проснись! – попытался встряхнуть Таню Бейбарсов, но Гроттер, тем не менее, даже не открыла глаза. На мгновение, казалось, она даже проснулась, но после сон вновь одолел девушку, и Глеб осознал с абсолютной ясностью – это на самом деле бесполезно, пытаться как-то её разбудить и привести в чувство, потому что она на самом деле даже не собирается открывать глаза и куда-то идти. Гроттер попросту сгорит здесь, но уже не заживо, нет. Умрёт от дыма она раньше. Бейбарсов вздохнул и подхватил девушку на руки, стараясь не задеть головой ничего горящего. Тут были ужасно низкие потолки, и Бейбарсову хотелось взвыть от безысходности, но он принял логичное решение, что выть будет когда-нибудь после, не сейчас, не в то мгновение, когда эта отвратительная и вредная девушка собирается идти на тот свет из-за дыма. И почему она так красива? Когда Глеб наконец-то вырвался на относительную свободу из горящего дома, Таня так и не шевельнулась. К счастью, это и вправду была поляна среди какого-то не слишком густого леса, а совсем рядом, наверное, было селение. Собиралось на дождь. Бейбарсов поднял голову – осенне-мелкие капельки уже падали на землю, немного успокаивая её и охлаждая, и надо сказать, что Бейбарсов был весьма рад подобному известию. Хоть что-то хорошее. Он закашлялся – Таня даже не открыла глаз, а лишь повернулась на бок. Кажется, она не пострадала, но, тем не менее, спала слишком крепко, а будить её совершенно не хотелось. Остаться? Но ведь он хотел уходить! Бейбарсов вообще понятия не имел, что ему делать и с Гроттер, и с тем, что тут происходит. Будить её не хотелось – Глеб попросту устроился рядом и провёл ладонью по рыжим волосам девушки, рассматривая черты её лица и пытаясь понять, что происходит и как они вообще могли попасть в подобную глупую ситуацию. - Таня, - тихо позвал он. – Таня, ты меня слышишь? Таня не слышала. Она спала и лишь сжала его ладонь в ответ, реагируя на прикосновение. Бейбарсов же прилёг рядом, растянувшись на траве, и внимательно рассматривал Гроттер, пытаясь понять, почему же она настолько удивительная. - Странная ты девушка, рыжая, - прошептал он совсем тихо. – Странная и очень невозможная. Таня молчала. Ответа у неё явно и вовсе не было, и Гроттер попросту порой достаточно громко покашливала, не открывая глаз. - Спи, - тихо шепнул Бейбарсов ей на ухо. – Спи, спи, рыжая, тебе это пойдёт только на пользу. Все самые вредные и наглые дети во сне похожи на самых настоящих ангелов, а Таня была именно ребёнком. Вредным и наглым, но, тем не менее, маленьким ребёнком, который сейчас ангельски смотрел на него сквозь сон. - Глеб… Бейбарсов оглянулся, уже практически задремав – казалось, Таня его звала, но она так и не проснулась. Кажется, девушка просто сквозь сон что-то бормотала, а он принял это за чистую монету. Вот идиот. И почему он так ждёт, что она проснётся, так сильно прислушивается к её дыханию? Потому что идиот. Если был бы умным и логичным человеком, то попросту осторожно ушёл бы куда-то, постаравшись не наделать шуму, а сам сидит… Хоть бы бумагу какую-то! Бумага нашлась. Бейбарсов быстро написал на ней – ручка у него тоже была, - что-то вроде послания, и вложил его в руку Тане, но уходить пока что не стал, а лишь, поцеловав её в висок, прилёг рядом. - Зачем только ты прогнала свою службу безопасности, а, Гроттер? Разве ты не понимаешь, что сама для себя опасна? Таня ничего не ответила. Бейбарсов покачал головой, закатывая глаза, и, всё-таки оставив ей эту записку, направился к дороге, которая, судя по звукам, должна быть рядом. Таня так и осталась лежать под каким-то дубом, а сильный дождь гасил пламя лучше всяких пожарных, не позволяя ему по крайней мере перебраться на лес, что было главной целью спасения от пламени. Гроттер будет жива и здорова. Для остального он здесь уже совершенно не нужен; тем не менее, пусть Таня продолжает спать и дальше. Она могла проснуться. Но у них больше нет ни единого шанса на то, чтобы хоть попытаться быть вместе, и большой вопрос, кто именно эти шансы растратил. Их ведь было так много…

***

- Ты вернулся! – Лиза реагировала на каждый его приход именно вот так, и именно с таким воплем. Бейбарсов криво усмехнулся и отпрянул от неё, не пытаясь дальше сказать ни единого слова – Зализина теперь была и вовсе совершенно неинтересна, поэтому Бейбарсов не стал говорить ей ничего обнадёживающего. - За своими вещами, - спокойно ответил Глеб. – Я у тебя многое оставил, позволишь забрать? - Конечно. Лиза, казалось бы, и вовсе расстроилась – она опустила голову и поспешно отвернулась от него, не собираясь даже больше ничего говорить. Складывалось такое впечатление, словно Бейбарсов всё это время встречался с ещё одним маленьким ребёнком, только если Таня была вредным дитям, то Зализина всегда оставалась той ещё плаксой. - Ты меня никогда не любил, ведь так? - А ты желаешь выяснять отношения? - Да! – воскликнула вдруг Зализина. – Да, Глеб, я желаю выяснять отношения, и желаю сделать это как можно быстрее, да хоть прямо сейчас, потому что мне уже всё это слишком сильно надоело! Бейбарсову захотелось рассмеяться. Лизе всегда всё надоедало, и он давно привык к подобному проявлению её характера. - Хорошо, - кивнул он. – У меня как раз есть время. - Есть время? – удивилась Зализина, не понимая, почему Бейбарсов вот так смотрит на неё. Глеб кивнул – время у него действительно было. Глеб ни на мгновение не сомневался в том, что на самом деле не пройдёт и несколько часов, как Таня вдруг решит всё-таки его отыскать и удушить прямо на месте, но, тем не менее, не собирался просто так сразу же отправляться к ней с распростёртыми объятиями. Сначала дела. Сначала Лиза. - Да, у меня есть полно времени, - наконец-то протянул он. – В конце концов, Гроттер станет меня искать только часа через два или три. - И ты что, не желаешь использовать фору для того, чтобы сбежать от неё? – весело спросила Зализина. - И как мне её использовать? Лиза молчала. Детективы она терпеть не могла, а увлекалась скорее какой-то ерундой вроде любовных романов, но, тем не менее, Бейбарсов предпочитал дослушать, что именно она ему сейчас скажет. - Ты мог бы купить билет на автобус, уехать из города… Даже из страны, у тебя же виза вроде бы есть. - Есть. Из-за неё и есть, - кивнул Глеб. – И что дальше? Ну, уеду я – она же не убивать меня собирается, собственно говоря. - А что тогда? - Лиза, может быть, ты поймёшь сама? Лиза поняла. То ли по тону, то ли просто так, потому что не понять было бы достаточно трудно, но она наконец-то поняла и попросту спокойно кивнула, соглашаясь с тем, что он только что сказал. Казалось бы, это и вовсе все осталось более чем логичным, и Бейбарсов улыбнулся, вспоминая о том, как бы отреагировала Таня. Она бы его просто так не отпустила, но Лиза… Лиза – это совершенно другое. Зализина – это попросту один-единственный ингредиент в виде постоянного, бесконечного нытья. Таня – нет, Таня не такая. Таня – это смесь, набор миллиона порошков и какой-то странной воды… Свежей травы, яблочного сока и замечательного оттенка кожи, какого-то немного смугловатого и натурального. Лиза бледная. Лиза серая. Лиза – самая настоящая мышь, а Таня – кошка, которая однажды эту самую мышь поймала за хвост. Бейбарсову это нравилось – Гроттер и его пыталась точно так же поймать, и разорвала бы буквально в первые же мгновения, если бы он тоже оказался мышью. Или убила бы, загоняла, если бы он был каким-то псом. Но вышло так, что они сошлись, до того времени, пока кошка вдруг не решила устроить очередное испытание своему сородичу. Зачем он тогда ушёл? Следовало остановиться и не позволить ей сказать ни единого оскорбительного слова, но этого ждала от него Гроттер, а Глеб не хотел подчиняться тому, что она говорила. Всё это было для неё испытанием, для него – тем более, но сдаваться просто так в обыкновенном конкурсе было бы глупо. Поэтому они проиграли друг другу. Из-за собственного упрямства. - Послушай, Лиза. Между нами ничего не получится, и, думаю, ты это поняла уже достаточно давно. Поэтому не стоит и пытаться что-то изменить – может быть, это и может завершиться чем-то нормальным, но я сильно сомневаюсь в том, что это вообще реально. - Но почему? – удивилась Зализина. – Ты же когда-то любил меня, разве не так? Мне казалось, что ты даже чувствовал ко мне что-то серьёзное и собирался навсегда со мной остаться. - Да. - Тогда почему сейчас ты уходишь? – недоумевала она. – Я не понимаю, у меня такое впечатление, что ты сбегаешь! - Я не сбегаю, Лиза, - отрицательно покачал головой Бейбарсов. – Я просто больше не желаю продолжать тот абсурд, который ты по ошибке называешь отношениями, понимаешь? Не желаю, и всё тут. Зализина кивнула. Она вдруг поняла, почему именно так, но это её отвратительное понимание совершенно ей не понравилось. О боги, как же это противно! Сейчас и вовсе захотелось взвыть, но, сколько бы девушка ни пыталась устроить себе что-то вроде спокойной истерики, ничего не выходило. Она однажды сорвалась. - Она же просто мстила вот так, - прошептала Лиза. – Из-за Ивана. Я же у неё его увела… и… - Я в курсе. - Да? И откуда же ты знаешь? Она рассказала? – Лиза вскинула голову. – Ты не понимаешь, что ли? Долг, Валялкин… Это игра, Глеб, это просто игра! - Я в курсе, ещё раз говорю, - хмыкнул Бейбарсов. – Для неё это игра, для меня в принципе тоже, но просто жить – скучно. - Тебе скучно? И всё? - Да, Лиза, - согласился Бейбарсов. – Мне с тобой скучно, и это последняя причина, по которой мы вряд ли ещё раз увидимся. А ещё тебя до жути раздражает моя мать, а мы с нею слишком похожи. Лиза кивнула. А ещё на её мать была до жути похожа Гроттер. Младшая. Не старшая, именно младшая. - Иди, - кивнула Лиза. – Иди, я тебя отпускаю. Тебе это не нужно, конечно, но если ты ещё раз придёшь, то я тебя прогоню. - Веником? - Им самым, - кивнула Зализина. – Я должна как-то заставить тебя уйти как можно скорее, и если этот способ действительно подействует, то я его использую. Ты должен меня понять, Глеб. - Да я понимаю, - согласился Бейбарсов. – Это лучшее, что ты можешь предложить. Так где метла? - Я куплю. - Вот и молодец. Тебе всегда нравился твой однокурсник, он сейчас, кажется, торгует вениками, и вы прекрасно сойдётесь. Тем более, он явно расстался со своей девушкой, - Бейбарсов пожал плечами. - Откуда знаешь? - Вообще-то она мелькнула в криминальных хрониках, кажется, пыталась его отравить, но я не прислушивался. В общем, удачи тебе и счастливой личной жизни, - Бейбарсов улыбнулся и поспешил покинуть квартиру. Лиза вздохнула. Ей не было больно. Странное дело – она когда-то так цеплялась за него, после просто так взяла и отдала, а теперь ей даже не больно, хотя она на самом деле должна выть и попросту умолять, чтобы это больше никогда не повторилось. Почему? Почему она без конца должна страдать, если всё настолько отвратительно и до такой степени страшно? В любом случае, ей следует как-то получше выучить эту жизнь, и тогда, возможно, она даже будет счастливой.