Drown.

С того утра прошло две недели. Я больше не наведывался в комнату Трейси, зато все больше стал проводить времени в обществе Джейден. Больше выходных. Больше свободного времени. Джейден же перестроила ради этого весь свой давно распланированный график. Мне нравилось это в ней. Она не избегала меня, не ставила высоко планки, до которых я не сумел бы допрыгнуть. При всей своих достоинствах, она оставалась простой. И я все еще не мог понять, как так вышло, что она на меня клюнула. Большую часть времени мы проводим за подготовлением к свадьбе. Разъезды, звонки, примерки, встречи с подавляющим числом людей, к чему я никак не привыкну, даже будучи бизнесменом. Мне не нравится эта возня. Не нравится подготовка. Это нечестно и несправедливо с моей стороны. Поэтому... Джейден улыбается — и я улыбаюсь. Джейден смеется — и я смеюсь. Мы так много с ней пережили, так много преодолели вместе, потому и стали неотделимы. Словно один человек. Одна плоть и кровь. Одни удовольствия и одна жизнь. Лишь иногда в мои размеренные, тихие, «семейные» часы вторгалось прошлое. Болезненные воспоминания об «оторванной ноге», хотя рано давно затянулась. — Эта, — не задумываясь, ответил я, ткнув пальцем в планшет на кремовые простыни для столов. — Эта? — заинтересованно переспросила Джейден. Она оценивающе прищурилась, листая легким движением пальца другие образцы, присланные ей дизайнером. Ударила пару раз по экрану планшета, добавляя в «выбранные» и ту, на которую я указал, тоже. Через пару дней должны были доставить все выбранные образцы, чтобы уже окончательно определиться. Джейден волновалась. Значит, и я тоже. Вот только не об этом. Я весело улыбнулся Джейден, когда заметил, как на ее лице разгорается по истине детский энтузиазм по мере того, как она листает все дальше и дальше. Потом все-таки вернулся за свой письменной стол, чтобы продолжить переписку с Брайаном. Вновь намечался крупный проект. Совершенно неожиданный, ведь заказчиком был едва ли не ведущий конкурент фирмы Рэйсов. Должно быть, в этом крылся какой-то подвох, но я упорно его не находил при всем желании. А Мерфи нисколько не помогал, в каждом своем сообщении, заверяя, что дело движется, как надо. Нет, никаких подвохов, Кейден, перестань быть параноиком. Пальцы зависли над клавиатурой. Мысль формировалась в голове, но я не переносил ее на монитор. «Как она?» «Она обедала?» «Она не устает?» «Ее нога зажила?» Прошло две недели с тех пор, как я разговаривал с ней. С тех пор, как я стремительно перепрыгнул черту. С тех пор, как я проснулся в бреду, так крепко прижимая ее к себе, едва ли ребра не ломая. Вновь перевел взгляд на погруженную с головой в планшет Джейден. Милая, прекрасная Джейден. Никакой Трейси. Джейден. Только Джейден. «Держи меня в курсе», — напечатал я. Уже в пятый раз, по-моему. Мысли смешались. Откинулся на спинку кресла, растерянно уставившись на дверь напротив. Моргнул. Раз. Другой. Что-то не вязалось. Я упорно пытался сообразить что именно, но в голову ничего не шло. Сплошная сумятица. Рука потянулась в ручке. Выхватив ее их подставки, я быстрым движением руки вытянул листочек, укладывая его перед собой. Надо успокоиться. Прекратить истязать свой мозг. Порисовать. Быть может, тогда мысли займут свои места на полочках. — Тебе нравятся орхидеи? — вдруг спросила Джейден, на секунду оторвавшись от планшета, чтобы возвести на меня свои счастливо блестящие зеленые глаза. Я рассеяно вывел на листке линию, неоднозначно кивнув. — Кейден? От произнесенного ею моего имени в своей мягкой манере, я резко дернул рукой, выводя еще одну неаккуратную прямую линию. Никогда не умел рисовать. Не то, что Трейси... — Да? — ее улыбка не дрогнула, но хмурость затмила счастливый блеск ее глаз. Я. Снова. Все. Портил. — Орхидеи. Тебе нравятся орхидеи? Я ненавидел цветы. Особенно орхидеи. Орхидеи нравились Джейден. Она обожала цветы. — Да. Орхидеи замечательны, — отозвался я, искренне улыбнувшись. Джейден едва заметно поджала губки, пытаясь понять как себя со мной вести. Но прежде чем я увидел итог ее внутренней борьбы, она опустила взгляд, отрезая все мои пути.

FlashBack.

Я не знал, где она находится, но подсознательно чувствовал, что она была рядом. Все внутри приятно щекотала от волнительного предвкушения. Ладони повлажнели. Я едва ли не выронил зажатый между пальцами с стебель орхидеи, которую я достал с таким трудом. Я слышу хихикающие девчачьи голоса, слышу перезвон смеха, где угадываются заливистые нотки Трейси. Я опускаю взгляд на зажатый в руке цветок, отмечая как дрожат судорожно сжатые пальцы. Всего несколько шагов, Кейден. Проделай их и вручи ей цветок. Все девчонки любят цветы. Но Трейси не была похожа на остальных девчонок. Она были иной. После того первого поцелуя, который я сорвал с ее губ, многое переменилось. В мне самом. Если раньше я знал, что люблю Трейси непоколебимой любовью, которая доводила меня до сумасшествия, потому что она ничего о ней не знала, то сейчас, когда, похоже, всему и вся стало известно о моих чувствах сам Господь Бог решил потешиться надо мной, создавая все новые и новые препятствия на пути нашей дружбы, которая перерождалась, казалось, во что-то новое. Она была еще маленькой. Пятнадцать лет — не так уж много. Мне было многое понятно в ее поведении. Я даже понимал ее страх, ведь и сам отчасти боялся. Понимал ее осторожность и настороженность. И был готов многое понять. Но не ее увлечение этим странным парнишкой Итаном, которого она разве что не преследует. Я желал, чтобы она выбросила его из своей прелестной головки. Разве меня ей не хватает? Разве я мало ей даю? А что вообще я ей даю? Лишь себя. А это ничтожно мало. Упершись рукой на деревянную пластину забора, я привалился к нему лбом, пытаясь разыграть в своей голове эту сцену. Почему я вообще волнуюсь? Она же обычная девчонка, такая же, как и те, что штабелями ложатся у моих ног. Правда, все они постарше. Интересы другие и настолько сильные, что они даже забывают про мое «уродство», лишь бы насладиться «шикарной оберткой». Я ненавидел свое тело, потому что оно привлекало женщин. Но не ее. Потому она и была другой. Той, что приворожила своим детской непосредственностью, наивностью и упорством. Той, чьи прикосновения я продолжал украдкой воровать, невольно раздражаясь тому, что она не видит, как меня потряхивает от любого контакта с ней, даже мимолетного. Это была нездоровая одержимость. Одержимость, рожденная сильнейшей детской привязанностью. Названная любовью. «Пройдет» — уверяли некоторые. «Никогда» — понимал я. Семнадцать лет. Что вообще я могу понимать в этой жизни? Только то, что я не уверен настолько даже в следующей минуте, как в своей любви к Трейси. Сделав глубокий вдох, я решительно оттолкнулся от забора и уже было, двинулся на голоса, как вдруг понял... С Трейси была Кэт Джонс. — Это мило, — констатировала она. — Очень мило. Он милый. Вы милые. Я застыл, крепко стиснув в одной руке стебель, в другой деревяшку. Они говорили о нас? — Он подарил мне розу, — радостно отвечала Трейси. — Розу, Кэт! Не обо мне. В ушах зашумело. — Знаешь, Трейс, я тебе удивляюсь. Ты ведь никогда не любила розы. Да ты же ненавидишь цветы! А сейчас радуешься, как ребенок розе, от которой у тебя сопли в три ручья льются из-за аллергии. Я опустил взгляд на орхидею, зажатую в пальцах. Сейчас она не казалась мне такой прекрасной, как прежде. Ее лепестки, словно грустно поникли, ведь красоту цветка не оценили. Розу ей подарил Итан. У нее была аллергия, но она приняла ее. Он подарил ей цветок. Он упорно хотел забрать ее у меня. Больше идея с подарком не казалась мне такой прекрасной. Я держал его, как гирю, в руке. Или скорее, как обвитую вокруг пальцев змею, от которой нужно было как можно быстрее избавиться. Перехватив стебелек повыше, я отошел от забора, словно он был объят пламенем, яростно обрывая лепестки орхидеи. Где-то сзади вновь послышалось хихиканье, которое сейчас звучало злорадно. Будто насмехаясь надо мной. Моей наивной влюбленностью. Разве меня ей не хватает?

***

Я быстро моргнул. Неровные линии расплывались перед глазами. Казалось, весь мир на секунду остановился, возвращая меня в прошлое. Забыть. Вырвать из памяти, как лепестки той, увядшей орхидеи. — Эй, Ки, — пробормотала Джейден, — сейчас ты точно не в порядке. Что случилось?.. Трейси? Я медленно качнул головой, поднимая на нее взгляд. Джейден. Почему я ее во все это втягивал? Потому что был к ней неравнодушен. Потому что был эгоистичен. — Почему ты со мной? — вырвалось у меня. Хрипло, грубо. Она даже дернулась от резкости моего тона. — Потому что люблю тебя, — честно ответила Джейден. — Я люблю тебя. Я улыбнулся ей. Широко. Ярко. На душе запело, когда я поднялся, и преодолев лежащую пропасть между нами, крепко ее обнял, оставляя нежный поцелуй на губах. — Спасибо, — выдохнул ей в шею. Ее мягкая ладонь скользнула по моей спине, пальчиками зарываясь в волосы. Я закрыл глаза охваченный приятной дрожью и волнами тепла, прокатывающимся по моему телу. Я любил ее. Я так ее любил. Я... Мои руки запутались в ее волосах, запрокидывая голову. Губы мучительно медленно опустились на ее рот. Мое хриплое дыхание. Ее тихие стоны. ...Люблю... Скользнул руками вниз, медленно принялся задирать юбку ее платья. Выше... и выше... Ее дыхание сбилось. Мое же было спокойным, но тяжелым. Все было так, и не так одновременно Ее глаза были зелеными. Глаза Джейден были зелеными. Глаза Трейси были зелеными. Все в голове смешалось. Полнейший сумбур. Зажмурился, не в силах вновь взглянуть на эту зелень ее глаз. ... Тебя. Слова не срывались с губ, хотя я и знал, что они были реальными. Отражали мои чувства. Глубокие, спрятанные где-то в самом уголке моей темной, покрытой паутиной, душе. — Я знаю, — шепнула Джейден, аккуратно прикладываю ладошку к моей щеке. — Знаю. И слова перестали иметь значение. Я чувствовал лишь ее губы, ее руки, ее дыхание. Кожа к коже, сердце к сердце. Хотя что-то и ощущалось неправильным. Лишь спустя пару часов, вернувшись за свой письменный стол, со спокойной душой и удовлетворенной улыбкой на губах, я распознал мигающий значок почты, оповещающий, что кто-то прислал мне сообщение. Плавно ведя мышкой, я проехался курсором до значка, мысленно подготавливая себя к тому что увижу. Почему-то уже тогда я знал, что сегодня полноценный выходной в обществе Джейден мне не светит.

«Ты нужен в офисе, Кейден. Тут Смит. Он лично занимается проектом». Брайан Мерфи.

***

Брайан встречал меня прямо у больших зданий величественного здания холдинга. Он нервно переступал с ноги на ногу, теребил большими пальцами рук кармашки своих брюк. Волосы на его голове легонько шевелил ветерок, неспешно бросая пряди из стороны в сторону. Глаза его беспокойно метались от по мне, пока он неторопливо шел навстречу, словно продумывая, что мне сказать. — Прежде чем мы двинемся, я хотел бы с тобой переговорить, — буркнул он, неожиданно перестав всматриваться в меня. Теперь его глаза избегали прямого контакта с моим взглядом. Я промолчал в ответ, но в груди разбушевалось беспокойство. Неосознанно шагнул к двери, всеми фибрами желая, чтобы сейчас навстречу мне, следом за Мерфи вышла и Уэст. Где же она, черт возьми?! — Эй, — окликнул меня Брайан, когда я сделал еще пару резких движений к зданию. Он поравнялся со мной, а потом и вовсе обошел, не позволяя мне себя обогнуть, дабы войти в здание. — Что? — голос сорвался от волнения. Я заглянул ему за плечо на стеклянную дверь. Не думал, что могу снова испытать этот необъяснимый страх. Волнение, будто вот-вот произойдет, что-то что вновь перевернет мой мир вверх дном. — Где Трейси? Брайан слегка хлопнул меня по плечу кулаком, привлекая к себе внимание. — Об этом я-то и хочу поговорить, — буркнул он, вперив взгляд в мой воротник. — Я не хотел тебе говорить, но компания Смита сотрудничает с нами... ну, я встретился с ним, когда со мной была Трейси. Я знал о чем он говорил. По пальцам скользнуло онемение, поднимаясь выше. Почему так больно, Трейси? Словно история начиналась по-новой. Словно кто-то, решив позабавиться, нажал кнопку повтора. Но я не хотел этого снова. Не хотел мучений, страданий. Они были ни к чему. Не сейчас. Нужно вовремя поставить перемотку на «паузу». — И? — тело мое расслабилось. Так казалось на первый взгляд. На самом деле все внутри бурлило в возбуждении. Кто сказал, что я все спущу на тормоза? Кто сказал, что я позволю ей вновь портить мне жизнь? Кто вообще сказал, что я позволю ей с кем-то на моих глазах развлекаться?! Тем более с Джейсоном Смитом. Ха. И еще раз: ха! О да-а. Я помню это чувство. Странное волнение, на первых секундах, как падение в бездну. Приятную бездну. Предвкушение. Как хищник, завидев свою жертву. Будто второе дыхание. Я даже улыбнулся. — И они... ну, они ужинали после этого. И... Он рассказывал мне про парня, с которым она ужинала прежде. Но я и думать не думал, что этим парнем окажется кто-то вроде Смита. Неужели он был лучше меня? Неприятное чувство, как червячок, упорно пытающийся прорваться через броню, которую ты с таким трудом выстраивал вокруг своего сердца. Не позволяя больше никому так близко к нему подобраться. Даже Джейден. Джейден, которую я любил, но не подпускал так глубоко. Она знала многое. Очень многое из моего прошлого, но не все. Она была под кожей, но не у сердца. У сердца была лишь блеклая тень выжженного силуэта Трейси Уэст. — Она ему нравится. И он это не скрывает. «Он милый. Вы милые». — Он за ней ухаживает, они часто встречаются. Меня это должно трогать? Трогает. — Ладно. — Ладно? Постой... Ладно?! Ты сейчас серьезно? Она практически встречается с Джейсоном Смитом и... Ладно? — Это ненадолго, — ответил я, — потому и «ладно». — То есть, я мог за ней ухаживать? Черт, нет. — Нет. — И почему же? И правда, почему же? Это уже не Итан, риск больше... — Никаких романов на работе. — И тебя это тоже касается? — ровно спросил Мерфи, глаза которого врозь его тону, сверкали бесенятами. — Тоже. Но это меня уже не касается. Я почти женат. Что-то в его глазах, подсказывало, что он не слишком-то и убежден моими словами. А был ли я ими убежден? Столько сцен с участием Трейси. Вовсе не деловых. И что самое отвратительное: когда Джейден обо всем знала. Каждый поцелуй, каждое прикосновение. Джейден, может и не зная подробности, но была в курсе каждой нашей встречи. Каждого нашего с ней столкновения. Зачем ей это? Без понятия. Но, когда она говорит, что любит, я знаю, что любит. Только вот... Тут дело было глубже. История со Смитом была замята, но призрак их отношений все еще кружил по бренной земле, словно брат-близнец призрака наших с Трейс отношений. — Итак, есть что-то еще, что мне стоит узнать прежде чем вы войдем туда? Мерфи качнул головой, отшагнув в сторонку, чтобы я мог пройти, и придерживаясь темпа моих шагов, пошел вровень. — Много времени это не займет. Пара вопросов. И подпись. Но, честно говоря, твое присутствие было не совсем обязательным. Тут больше Смит настоял. Стоп. Резко затормозив перед лифтом, нажал на кнопку вызову. Постарался выглядеть невозмутимо, когда слегка склонив голову, обратился к Мерфи. — Что значит: «Смит настоял»? — То и значит. — Он попросил меня вызвать? И каков шанс, что он узнал про то, что творилось у меня с Трейси? Каков шанс, что он пытался через нее добраться до меня? — Да. — Мерфи задумчиво окинул меня взглядом, после чего подвел: — Не засоряй свой мозг. Они познакомились в самолете. Летели сюда вместе. «Летели сюда вместе». Нет, он бы не стал. Вся моя неприязнь к Смиту, которую я так мучительно долго подавлял, вновь начала поднимать голову, превращаясь в необъятную ненависть. Только Трейси была способна вызвать во мне столько эмоций. Приехал лифт. Двери со звоном распахнулись, приглашая нас в свои объятья. Пока мы поднимались выше этаж за этажом, я усиленно пытался обуздать свои мысли, принять полностью невозмутимый вид. — Уже лучше, — похвалил Брайан. Я бросил на него убийственный взгляд. Неожиданно накрыла одна мысль, заслоняя собой все остальные. Что они там с ним делали вдвоем? Что они могли успеть сделать за это время? И что мы увидим, когда, наконец, окажемся в кабине? Ее тихий стон, которыми она одаривала меня раньше, прострелил ухо, словно она стояла в двух шагах от меня. Тело передернуло. В штанах стало тесно. Стены давили. Появилось желание выпрыгнуть из лифта. Надо остановить перемотку. Сейчас. Легкое дуновение ветерка прошлось по разгоряченной коже щек, когда мы выступили из лифта. Оттянул галстук, сделал пару вдохов. Я исправлю все. Как исправлял прежде. Матовое стекло двери не слишком многое показывало, но я хотя бы мог узреть, что никак быстрых движений на диване не происходит. Вообще не происходит. Уже легче. Бросил взгляд на большое стеклянное, незашторенное окно. Они не рядом, по разные концы комнат. Узел на шее разом ослаб. Уверенность вернулась ко мне. Разве меня ей не хватает? Решительно толкнув дверь, я размашистым шагом вошел в кабинет, впервые с тех пор как она приехала, зная абсолютно точно чего хотел. Будет больно. Многим. Но на то, я и монстр, коим меня считала Трейси. Не зря она бежала. Взгляд пропутешествовал по комнате. Холодно кивнул Смиту, взглянул на заваленный бумаги стол, наконец, останавливаясь на ней. Маленький рост, хрупкий силуэт, мелкие плечики, и устремленные на меня самые прекрасные на всем белом свете зеленые глаза. Я ненавидел зеленые глаза. Пухлые губы, сложенные в робкую улыбку, неуверенная подавленность в глазах. Взгляд опустился ниже на ее руки. На то, что она так бережно держала в своих руках. Я ненавидел цветы. Особенно орхидеи.