Drown.

— Эй, Трейси, поднимайся! Майки Джонс с размаху запрыгнул на мою кровать, с радостью тарабаня своими крошечными ножками по моему животу. О да, замечательное утро. — Слезай с меня, Майки, — буркнула я, слегка оттолкнув от себя малыша, который уже восседал у меня на груди, расставив свои ступни по обе стороны моей головы. — Мама зовет, Трейси, — настойчиво бормотал малыш, схватив прядь моих волос в кулак. — Скажи маме, что… — Что сказать маме? — с вымученной улыбкой на лице в дверях моей комнаты, появилась и сама мама — Кэт Джонс. В руках она держала венчик и миску, а сама выглядела слишком необычно и по-домашнему, в фартучке и с небрежным узлом на голове. Зато под фартуком давала о себе знать молодое безрассудство Кэт — короткие шорты и милый серый топ, открывающий ее живот. — Что сказать маме, а, Трейси? Она мило улыбнулся, всем своим видом противореча привычному образу Кэтрин. — Я не хочу никуда ехать, Кэт, — навалившись на подушку, я скинула с себя Майки и ласково пощекотала его обнаженные пятки. — Для начала, тебе нужно узнать, что тебе предлагает босс, а потом уже решить хочешь ты ехать или не хочешь… — Я знаю, что он предложит, — буркнула я. — Поездку в Нью-Йорк на три месяца. — Тогда, что тебя расстраивает? Хоть Кэт и старалась держать себя оптимистично, я знала, что где-то внутри, та старая Кэт медленно впадает в панику. Она останется совсем одна с Майки и счетами. И это будет уже серьезным испытанием для ее кошелька. Не говоря уже о нервной системе. — Расстраивает? — тупо переспросила я. Можно было бы ответить правду, но боюсь, это заденет ее гордость. Поэтому я ответила по-другому. — Не люблю суетливый Нью-Йорк. И мне совсем не хочется оставлять свой дом. И вас с Майки тоже. Кэт качнула головой. Ее серые мятежные глаза вспыхнули: — Остаться с нами и не воспользоваться таким шансом? Ты шутишь? Я не позволю тебе. Поднимайся. — Кэт… — Не хочу ничего слышать, — забавно топнула ногой Кэтрин, ткнув венчиком в сторону кухни. — Майки — на кухню. Малыш неуверенно посмотрел на мать, но оценив ее поведение, как серьезное, все же решил послушаться. — Пятнадцать минут, — безапелляционно сказала Кэт, закрывая за сыном дверь. Я закатила глаза, после накрыв их тыльной стороной ладони. Черт. Нью-Йорк. *** — Я не хочу туда ехать. Действие происходило вечером, в нашей с Кэт квартире в Штате Миннесота, город Рочестер. — Это же Нью-Йорк, Трейси! — простонала Кэт. — Не могу поверить, что ты так говоришь! Да, и что изменят твои слова? Ведь Хью уже и так все решил. Хью — это мой начальник и заодно генеральный директор фирмы, в которой я работаю, его личным помощником, которого он отправляет, куда самому лень ехать. В этот раз он отправлял меня к главе фирмы по поставке техники — налаживать отношения. — Послушай, — Кэт понизила голос до шепота, чтобы Майки не мог ее слышать, садясь ко мне максимально близко. — Если ты думаешь, что столкнешься там с Кейденом, то это маловероятно. Я прикрыла глаза и тихо вздохнула. Угу, спасибо, Кэт. — На самом деле, я не думала об этом, — призналась. — Но сейчас рассматриваю это, как еще одну причину не ехать. — Трейси, — Кэт потянулась ко мне, осторожно укладывая свою теплую ладонь мне на плечо, — все, что у вас произошло, было давно, поэтому я не думаю, что он до сих пор таит зло. Я укусила себя за внутреннюю часть щеки, открывая глаза и встречаясь взглядом с Кэтрин. — Ты серьезно так думаешь? — иронично переспросила я. — Кэт, он псих. Кейден Рэйс — гребанный псих, который никогда не оставит меня в покое. — Но ты же, не думаешь так на самом деле! — вспылила Кэтрин, сжимая руку на моем плече сильнее, чем следовало. — Да, он перегибал палку, но разве он поступал так всегда? Разве не было причины?.. Я резко перехватила ее руку за запястье, скидывая ее со своего плеча. Поднялась на ноги и подошла к огромному окну, стараясь не показывать, как сильно этот разговор выбил меня из колеи. Я уставилась в окно, на самом деле, видя только свое блеклое отражение — видя уставшие и покрасневшие зеленые глаза, путанные каштановые волосы, небольшой курносый носик и маленькие пухлые губы. Мое лицо выглядело необычайно детским с дополнением в виде щек. — Трейси, — позвала Кэт. Но в ответ, я всего лишь покачала головой, обрывая ее. *** Два года назад. Меня мутило. Это первое, что я почувствовала, просыпаясь, не считая того, насколько было жарко в комнате. Следом пришла отдающая в висках головная боль и тяжесть в животе. Стоп. Не в животе. А на животе. О. Мой. Бог. Я с трудом приоткрыла одно веко, мучаясь от боли в глазах, несмотря на тускло-освещенную комнату. Затем другое, постепенно опуская взгляд к своему животу. Дерьмо. Рука Кейдена Рэйса покоилась на моем животе с слегка растопыренными пальцами. Под средним и указательным находился небольшой засос, словно свидетель очередного столкновения двух непримиримых врагов. Я со стоном вновь плюхнулась на подушку, утопая в ней с головой. Кейден спал рядом, беспокойно посапывая и слегка сжимая кожу на моем животе, будто желая придвинуть меня еще ближе. Его брови были мрачно нахмурены, но в остальном лицо казалось расслабленным. Я опустила взгляд, ниже отмечая мужественный рельеф его мышц и витиеватые татуировки, ласково устроившиеся на его плечах и спине. Сдерживая желание коснуться их пальцами, я попыталась выскользнуть из кровати, но из этого мало, что вышло, поэтому мне потребовалось адское терпение, выдержка и способность задерживать дыхание. Мне потребовалось всего минута, чтобы быстро одеться и бесшумно открыть дверь, до того как проснется Кейден. Он будет в ярости — это я знала наверняка, как и то, что исчезну, наконец, из его жизни навсегда. Мне потребовалась всего минута, чтобы скрыться из этого дома, будто меня и не было там вовсе. Будто никогда не являлась частью жизни Кейдена Рэйса. *** Я задержала дыхание, вспоминая то волнение отхватившее меня в нашу последнюю встречу. Тот страх, когда я выползала из его постели. То чувство вины, испытанное мною. Кэт так и оставалась сидеть на стуле, когда я повернулась к ней лицом и прислонилась спиной к огромному окну на всю стену. «Мы — это вечность, Трейси». Я смежила веки, словно на самом деле услышав голос Кейдена. — Ты права, Кэт, — грустно пробормотала я, запрокидывая голову, боясь встретиться с ней взглядом. — На это были причины. Много причин и ошибок, которых создала я. Я и была ошибкой. Ошибкой, которой он был одержим.