Перси Джексон и Всемогущий враг

Океан производил ошеломляющее впечатление. Он словно гипнотизировал, притягивая и отталкивая одновременно. Над водой висели низкие серые тучи. На огромном пространстве открытого берега царил нескончаемый шум волн, заглушающий всё вокруг. Белые гребни начинали пениться где-то очень далеко от кромки воды. Волны медленно доползали до песчаного берега, с шипением рассеивались на нём и так же медленно откатывались, нагнетая и подпитывая чувство безнадёжного отчаяния, обречённости, усиленное каждой новой волной... Казалось, смотреть на них можно бесконечно. Рано или поздно они овладеют душой, поманят за собой, затянут в глубину и больше не отпустят... Я едва удерживала саму себя от неуёмного желания поддаться гипнотическому давлению океана, шагнуть в пенящуюся воду и пойти навстречу волнам… А может, так будет лучше? Уйти в океан и не вернуться. Не самый лучший способ избавиться от жуткой душевной боли, терзающей меня уже столько времени, а заодно и от подонка Люка, но и не самый плохой. Да и как смотреть в глаза Перси после того, как я допустила всё это? А потом ещё и направила против него меч… И за это возненавидела сама себя. Уже много дней мою душу отравляет чёрная пустота, которая разъедает изнутри, уничтожает всё, кроме мрачных мыслей. Подпитываясь ими и чувством вины, боль всё растёт и растёт, как огненное пятно на скошенном лугу, выжигая душу дотла. А океан так манит, что невозможно отвести глаз... Внезапная вспышка света ударила по глазам с такой силой, что даже ноги подкосились. Я зажмурилась и опустилась на песок. Потирая заслезившиеся глаза, я глянула из-под ладони. Над самой линией горизонта в тучах появился крохотный просвет, и один из последних лучей садящегося в океан солнца яростно вспыхнул, словно стремился привести меня в чувство. Что ж, пожалуй, ему это удалось. Во всяком случае, гипнотическое воздействие океана словно бы потеряло некий таинственный ореол, которым он едва не пленил меня... Я медленно перевела взгляд от неотступно накатывающихся на берег волн к густым зарослям причудливых растений на берегу вдалеке и поняла, что начинаю приходить в себя. «Ничего, – подумала я. – До финала ещё далеко. Я не знаю, сколько сил во мне ещё осталось, но я положу их на то, чтобы найти выход». Я поднялась на ноги и неспешно побрела в сторону костра, разводимого Люком. Когда я подошла, он даже вскочил на ноги и неловко улыбнулся – всё пытался показаться лучше, чем он есть на самом деле, но это каждый раз выглядело фальшиво, нелепо и даже неуклюже, и в других обстоятельствах могло бы показаться забавным. Но что из себя представляет Люк, я знала точно. Ещё раз обмануть меня он не сможет. Да и дальше уже некуда. – Аннабет! Я уже начал волноваться, ты так долго пробыла там... А потом решил не мешать тебе. Вдруг у тебя получится придумать для нас план, как добыть Око... Так что, что-нибудь есть? Какая-нибудь идея? – Есть, – охотно кивнула я. – Классная идея – взять меч и снести твою болтливую башку! – Ну зачем ты так?.. – сморщил нос Люк. – Ладно, ладно, не буду с тобой спорить, думай обо мне, что хочешь, но я всё-таки жду, что ты найдёшь способ добыть Око – ты ведь дочь богини мудрости и боевой стратегии! – Тогда заткнись и отвечай только на мои вопросы. Люк торопливо кивнул, и я принялась расспрашивать его, время от времени умолкая, чтобы поразмыслить над его ответами. В общих чертах план захвата Ока был до смешного прост, придумать такой было по силам и ребёнку. Сначала нужно разобраться, на каком именно острове архипелага живут нимфы, а затем найти способ заполучить у них Око. Проблема была в том, как реализовать такой план. В поисках нужного острова нас поджидает слишком много опасных существ, живущих на других островах. Вряд ли кто-то из них будет рад непрошеным гостям. К встрече с ними, безусловно, можно, да и нужно подготовиться. Но все они разные. Подготовиться к сражению с амазонками, а наткнуться на сирен или горгон – не самый лучший расклад дела. Насколько возможно, добираясь до каждого из островов по очереди, быть готовым к встрече с любым из этих существ? Сложно ответить однозначно. Конечно, у Люка есть две молнии, но хватит ли их силы и навыка Люка во владении молниями против толпы разъярённых циклопов, к примеру? Да и смогут ли крылатые кроссовки после того, как мы перелетим в них на остров, сохранить достаточно сил, чтобы унести нас на безопасное расстояние в случае чего? В ответ на этот последний вопрос Люк, ворошивший хворост в костре, отвёл взгляд и промямлил что-то неопределённое. Ситуация выглядела удручающей. – На что ты рассчитывал? – я встала над ним и смерила его презрительным взглядом. Он пожал плечами, явно удивляясь, почему вообще возник такой вопрос: – На тебя, конечно! Ты ведь найдёшь выход? – Да что ты! – прищурилась я. – А кто будет за тебя думать на Олимпе, если, как ты считаешь, твой план удастся? Люк на секунду опустил глаза, а затем они сверкнули нехорошим блеском: – Ну, я надеюсь, что к тому времени ты уже будешь со мной – так или иначе. – Что?! Ты совсем спятил?!! – Если тебя не прельщает участь Персефоны, ты выберешь меня по собственной воле. А я со своей стороны постараюсь тебя убедить в том, что так будет лучше для всех! Это было уже слишком. Совершенно забывшись от внезапного мощного приступа ярости, я со всей силы ударила Люка ногой в скулу так, что он перекатился через спину, я даже покачнулась, едва не потеряв равновесие. В следующее мгновение меня осенило: то, что я только что сделала, идёт вразрез с моей клятвой! Я сейчас оцепенею и всё будет кончено... Перед глазами замелькали искры, звёздное небо как-то странно задрожало, я зажмурилась и осела на песок... Но спустя несколько секунд поняла, что ничего не изменилось, что чувствую себя так же, как и минуту назад. Я открыла глаза. Люк, испуганно косясь на меня, отплёвывался от крови – похоже, я выбила ему зуб. Он явно и сам ожидал, что меня сейчас парализует, и был потрясён тем, что этого не произошло. Я медленно поднялась на ноги и, отряхивая песок с одежды, сообразила: сам факт нападения на Люка с нанесением ему травмы не является прямым нарушением клятвы! Моя клятва касается только добычи перстня для Люка, а в остальном он надо мной не властен так же, как не властен над моими мыслями и моей душой. – Ещё раз попытаешься хотя бы подумать об этом – пеняй на себя! – проговорила я ледяным тоном, отвернулась и пошла к океану, чтобы немного прийти в себя. Когда я вернулась, Люк сидел, закутавшись в плед. Он посмотрел на меня исподлобья взглядом затравленного зверя. Рана его уже не кровоточила, но даже в тусклом отблеске костра было заметно красное пятно вокруг глубокой трещины на его левой щеке. – Остыл? – с ехидной усмешкой спросила я. Он опустил глаза, помедлил и вдруг спросил тихо, почти шёпотом: – Что он сделал с тобой? Я прищурилась и, слегка наклонившись вперёд, чтобы ему лучше был виден мой пронзительный взгляд, так же тихо, но жёстко ответила: – Тебе с твоей мелкой душонкой никогда не понять. Я выпрямилась и отвернулась. За спиной у меня Люк попытался выкрикнуть, но из-за выбитого зуба прозвучало неуверенно и даже нелепо: – И ты думаешь, он до сих пор тебя любит? Да он уверен, что ты уже давно моя! Так что напрасно ты это всё... Он осёкся и обмер – мой кинжал просвистел у самого уха и надрезал его. Кровь закапала на плед. – В последний раз объясняю. Неважно, любит ли меня ещё Перси или уже нет. Важно то, что я его люблю. Понял?! А ещё раз поднимешь эту тему – и на острове циклопов тебя запросто примут за своего!!! Он прижал ладонь к раненому уху и уткнулся в плед, продолжая что-то ворчать, но так, чтобы я не слышала. Весь следующий день я размышляла о возможностях обследовать острова с наименьшим риском, а Люк «зализывал» раны. Он старался держаться от меня подальше и только затравленно поглядывал в мою сторону. При этом я стала чувствовать себя гораздо лучше. Удар и бросок кинжала, которыми я наградила Люка, явно облегчили мне душу. Приступы отчаяния, терзавшие меня всё время этого путешествия, ослабели, перестали вводить в ступор. Голова стала работать если и не в полную силу, то, по крайней мере, намного лучше, чем раньше. К вечеру Люк, весь день поглядывавший на меня издалека, решился подойти. Повод был более чем весомый – я обувала крылатые кроссовки. – Ты... ты куда? – промямлил он. Видимо, рана в десне до сих пор его мучила. Я ответила, даже не посмотрев в его сторону: – В разведку. Попробую исключить пару островов под покровом темноты. Если повезёт, найду нужный. Он попытался возразить: – Лучше не лететь одной. Там слишком опасно. Давай завтра вместе полетим? Я зашнуровала второй кроссовок и выпрямилась: – Посмотри на себя в зеркало и скажи, какой от тебя толк? Я взяла меч и кинжал и пошла к полосе прибоя. Позади раздался голос Люка, по-прежнему неуклюже выговаривающего слова: – Аннабет, осторожно! Береги крылья от намокания... «Спасибо за подсказку, кретин. Лучше бы одолжил одну из молний», – подумала я, но даже не обернулась. Может, и не надо было вот так, сломя голову, пускаться во все тяжкие, да и не в моём стиле так действовать. Но не использовать возможность отдохнуть от общества Люка, давно превратившегося в настоящую пытку, я не могла. К тому же, чем больше я от него отдалялась, тем лучше соображала. И продвигаться в достижении его цели было необходимо – топтаться на месте и бесконечно зависеть от него было невыносимо. И скорее всего, он не дал бы мне молнию, даже если бы я убедила его, что она мне понадобится там – он слишком боится расстаться с частью своего оружия, даже на время. Поэтому у меня причин рискнуть хоть отбавляй. Я разбежалась по берегу и поднялась в воздух над широкой полосой прибоя. Прохладный морской ветер заскользил по моим щекам, плечам... На несколько секунд зажмурилась, и память тут же вернула меня в лагерь. В наше с Перси последнее утро, когда я проснулась с ощущением того же аромата свежего морского ветра на его рубашке... Я вздрогнула и открыла глаза. Подо мной проплывали волны, впереди смутно маячили очертания ближайшего острова. Я потянулась всем телом вверх, и кроссовки послушно приподняли меня повыше. Я стала изо всех сил всматриваться в белую полосу песка на берегу острова и в заросли позади неё – не замаячит ли какая-нибудь тень, не шелохнётся ли одно из прибрежных растений в разнобой с другими под едва заметным ветерком? Вроде бы ничего такого. Я подлетела к берегу, но опустилась не на песок, предпочла верхушку одной из пальм у самого края прибрежных зарослей. Устроившись на ней, я заметила, как кроссовки уныло повесили крылья – они явно устали. Это значит, что если нам доведётся облететь все острова, вплоть до самого дальнего, нужно будет на одном из островов делать остановку, чтобы кроссовки могли отдохнуть. Знать бы точно, сколько им на это нужно времени... Попытка что-либо разглядеть с верхушки дерева оказалась безуспешной, несмотря на довольно яркую луну – заросли были настолько густыми, что разобрать хоть что-нибудь внизу не представлялось возможным. Я какое-то время прислушивалась, а затем решила всё-таки спуститься на землю. Скрываясь как заправский шпион, я проскользнула вглубь острова, затаилась за переплетением лиан ближе к месту, где заросли расступались, и осторожно выглянула. Мне открылся потрясающий вид. В ярком лунном свете отчётливо проступили очертания огромной скалы, с которой лился почти беззвучный водопад – капли воды были такими медлительными, что почти не создавали шума, но их было настолько много, что это уже можно было назвать водопадом, хотя, наверное, правильнее будет сказать – каплепадом. Всё это походило на бесконечное водяное полуоблако-полупоток, искрящийся в лунном свете и неспешно сползающий вниз со скалы к озеру. На поверхности его мелькали блики лунной дорожки, покачивались цветущие кувшинки и лотосы, между ними грациозно выгибали в лунном свете свои длинные шеи несколько белых лебедей. Завершали пейзаж ветви вьющихся цветущих трав, живописно обрамляющие необычный водопад с обеих сторон по всей его высоте. Этот чудесный вид так контрастировал с тем, что приходилось в последнее время наблюдать, что я едва сдерживалась, чтобы оставаться на месте, не пойти и не искупаться в этом чудесном озере. Мне даже показалось, что внутренний голос говорит мне: «Ну, что же ты не идёшь? Посмотри, ведь там так красиво! Такое чудесное озеро не каждый день увидишь! Да и разве плавали бы лебеди так спокойно, будь здесь опасно?» Разум пытался возражать: «Нет, я здесь не за этим!» А ему в ответ: «Всё подождёт, куда спешить? А озеро может потерять своё очарование днём, нужно сейчас попробовать! Всё равно здесь никого нет!» СТОП! Последние слова прозвучали как-то уж слишком громко!!! Я резко обернулась, едва успев выхватить меч и вскинуть его перед собой. Русалки! В двух шагах! Целая толпа, их, наверное, сотня!! Я сделала резкий разворот вокруг себя с мечом в вытянутой руке, а они продолжали твердить нараспев: – Тебе некуда деваться! Пойдём с нами, тебе у нас будет хорошо! Ты станешь одной из нас и будешь счастлива! – Нет! – выкрикнула я. Сделав ещё пару резких разворотов с мечом, я с силой оттолкнулась от земли и, едва успев увернуться от сотни протянутых рук, взмыла в ночное небо. Возмущенно кричащие мне вслед русалки остались внизу. Мне ещё повезло, что кроссовки успели передохнуть. Ну держись, Люк! Ты ничего не говорил про русалок! Удар ногой в скулу, полученный тобой вчера, был явно не последний. Интересно, о чём он ещё умолчал? Или не знал? Тоже мне, завоеватель! И сколько ещё могут выдержать кроссовки? Соседний остров выглядел далеко не таким приветливым, как первый. Одна возле другой, словно обронённые кем-то, маленькие скалы, больше похожие на огромные валуны, толпились бесформенной чёрной массой, образуя остров. От скал до кромки прибоя было самое большее футов сто песчаного берега. Почти никакой растительности. «Выглядит хоть и неприятно, зато честно», – подумала я. – «Хотя... ещё неизвестно, кто здесь обитает. Где же хозяева?» Стоять на открытом берегу перед скалами было неуютно, да и попросту опасно. Я метнулась к ближайшему большому камню и прижалась к нему, осматриваясь, как из укрытия. Никого. Я подняла голову. Ничего не поделаешь, придётся карабкаться на скалу. Кроссовки стоит пустить в дело только в крайнем случае. Им ведь ещё предстоит нести меня обратно! Скала оказалась мокрой от влажного воздуха и скользкой. Почти наощупь (тёмная каменная поверхность совсем не отражала лунный свет) я обнаружила небольшие выступы и стала взбираться по ним. Это было нелегко – мокрый камень почти не позволял держаться на нём, но переупрямить меня всё же не мог. Добравшись почти до середины скалы, я почувствовала, что земля затряслась, вместе с ней завибрировали и все валуны, я поскользнулась и меня неумолимо потянуло к подножию скалы. Землетрясение? Сумасшедшая тряска продолжалась, и, съехав на землю, я не удержалась на ногах, а потому предпочла перекувыркнуться через голову и так добраться до ближайшего большого валуна, из-за которого я и выглянула. Внутри прямо-таки похолодело – по берегу важно шествовал огромный циклоп. Футов девять, не меньше! Его единственный глаз грозно поблёскивал. Даже если кроссовки успели передохнуть, они меня не спасут, у них нет достаточной для этого скорости. Циклоп перехватит меня в воздухе, словно ночного мотылька. Выход только один – замереть в надежде, что он меня не заметит. Вроде бы идёт мимо... Циклоп и вправду шёл мимо, но вдруг остановился, словно в задумчивости, перед тем самым камнем, за которым я почти не дышала. Я беззвучно пригнулась ещё ниже, почти легла на землю, а потому потеряла его из виду. Послышался странный шорох, а в следующее мгновение валун, скрывавший меня, отлетел в сторону от удара ножищи циклопа. Я вскочила и, оттолкнувшись от земли, взлетела, одновременно выхватывая меч. Циклопу понадобилось всего два шага, чтобы протянуть руку и схватить меня, но он просчитался, думая, что всё будет так просто. В последний миг я перекувыркнулась в воздухе, циклоп громко хрустнул пальцами над моим плечом, а я ухитрилась метнуть меч ему в глаз прямо из-под его руки. Получилось не очень удачно. Меч вошёл не в глаз, а прямо над ним, точнее – в верхнее веко. Отвратительного вида и запаха циклопья кровь хлынула ручьём. Великан взвыл, запрокинув голову, вырвал из раны меч и принялся исступлённо размахивать им во все стороны сразу. Мне удалось увернуться и улететь на соседний остров. Теперь я, совершенно измотанная и абсолютно одинокая, вооружённая всего одним маленьким кинжалом, осталась посреди ночи в усталых и измученных кроссовках на острове, на котором подстерегала неизвестность. Зря, наверное, я улетела от русалок. Не самый плохой был вариант. Всё лучше, чем общество Люка.