Перси Джексон и Всемогущий враг

Утром я поймала себя на мысли, что мы не договорились с Перси, где встретимся. Я пошла к его дому, но он был уже заперт. Решила найти Хирона и не ошиблась. Кентавр переминался с ноги на ногу у башни, то и дело бросая взгляд наверх. По его выражению лица сразу стало ясно, что он меня ждёт. – Аннабет! – он сразу предвосхитил все мои вопросы: – Перси и Гровер уже собрались. Гровер ждёт вас обоих в машине за воротами. А Перси поднялся к Оракулу. Ты следующая. Мне стало не по себе: – К Оракулу?! – Не волнуйся, всё будет в порядке. Сегодня очень спокойный день. Если и есть по-настоящему удачный день для встречи с Оракулом, то это сегодня. А уж для таких ребят, как ты и Перси, и вовсе нет причин для тревоги. Я не зря волновалась. Несколько ребят едва не лишились рассудка из-за такой вот встречи, ещё один пролежал почти два месяца в лазарете. И с чего это Хирон такой спокойный?! Наконец, дверь распахнулась, и появился мрачный Перси. Он смотрел куда-то вниз, вытаращив глаза. Я хотела было подойти, но Хирон жестом остановил меня. Перси отошёл чуть дальше и присел на одно из брёвен. Я переводила испуганный взгляд с Перси на Хирона и обратно. Хирон, наклонив голову чуть на бок, пристально посмотрел на него, удовлетворённо кивнул и внимательно глянул на меня: – Теперь ты. Иди, не волнуйся. С Перси всё нормально, он просто хочет осмыслить то, что узнал. Я поднялась на самый верх по лестнице, упавшей мне навстречу. Ржавая дверь наводила тоску. Я постаралась взять себя в руки и толкнула её. Дверь открылась с трудом, издав неприятный протяжный скрип. В комнате, пропахшей плесенью и змеиной кожей, заросшей паутиной и покрытой слоем пыли толщиной с ладонь, было полно всякого хлама, который при должном обращении вполне мог бы быть экспонатами какого-нибудь музея по древней истории. Даже таблички с надписями есть, надо же! «Голова сирены», «Лапа цербера», «Глаз немейского льва» и прочее... В углу, на некоем подобии трона, восседала обмотанная обветшалыми тряпками полуразложившаяся мумия. Не успела я подумать, что делает мумия среди подобных реликвий, как вдруг по полу поползли струйки зелёного дыма и направились к мумии. Они окутали её и сделали какой-то неотчётливой. Мне даже показалось, что она... заговорила!.. Вернее сказать, голос доносился откуда-то из неё, ну, я так думаю... просто потому, что больше неоткуда. Звучание его было таким пронзительным, что было ощущение, будто мне в уши засунули по кинжалу и вертят там, наслаждаясь этой изощрённой пыткой. Попытка заткнуть уши ничего не дала. Но зато хотя бы можно было разобрать, что говорит! – Я — дух Дельфийский, пророчествующий от лица Аполлона, убийцы могучего Пифона. Ты здесь, чтобы поговорить с вестником судьбы. Что ты хочешь знать? Я постаралась заставить голову думать, несмотря на раздирающую её боль: – Что ждёт нас в походе? Зелёный туман стал гуще и заставил меня отойти на несколько шагов назад. Внезапно в нём проступили очертания, вполне похожие на реальное зрелище, если бы не зелёный туман по краям, подвесивший всё это в воздухе. Я увидела сидящих за мраморным столиком Зевса, Посейдона и Афину. Они выглядели настолько реальными, что казалось, сделай я шаг вперёд – и можно будет присесть к ним за столик. Перед богами стояли бокалы с красным вином. Зевс поднял свой бокал и, кивнув мне, торжественно произнёс: – Поход будет длиться дольше, чем ты думаешь. Опасный враг затеял многоходовую игру. Посейдон, подняв свой бокал, как-то весело подмигнул и бойко сказал: – Успех вашей затеи напрямую зависит от вашей стойкости и выдержки. И появиться придётся не только на Олимпе. Афина, наклонив голову набок, тихо, словно рассказывая сказку малышу перед сном, проговорила: – Самое главное – доверять друг другу полностью. Без оглядки и сомнений. Сомнения вас погубят. Последние три слова она растянула так, словно не сказала их, а пропела. Боги зазвенели бокалами, чокаясь, рассмеялись, завертелись вместе со столиком, и зелёный туман украл их. Он медленно рассеивался, открывая взгляду мумию, которая за эти пару минут, что длилось видение, стала словно бы ещё более древней. Я попятилась к ржавой двери, не спуская глаз с мумии, нащупала ручку и покинула комнату. Как я оказалась внизу, не помню. Очнулась, сидя на том самом бревне, на котором какое-то время назад сидел Перси, побывавший у Оракула раньше меня. Я чувствовала себя, словно в кино, в котором замедлили съёмку. Всё вокруг меня было как-то... размазано, что ли, двигалось плавно и медленно. «Как будто в жидком стекле», – почему-то подумала я. Медленно повернув голову, я увидела Перси и Хирона, которые разговаривали, поглядывая иногда в мою сторону. Ждали, когда я приду в себя. Постепенно всё вокруг становилось отчётливее, задвигалось чуть быстрее, затем ещё быстрее и, наконец, вернулось в норму. Я поднялась и подошла к Перси и Хирону. Директор внимательно посмотрел на меня, удовлетворённо кивнул и сказал: – Теперь я вижу, что вы готовы. Будьте осмотрительны. Не лезьте на рожон... без нужды. Берегите друг друга. Ну, и действуйте по обстановке. К счастью, вас этому учить не надо. Увидев отражение вопроса на моём лице, он предостерегающе поднял ладонь: – Нет! Ничего не говори. То, что сказал Оракул, он сказал только тебе. Действуй согласно его подсказок. Мы попрощались с Хироном, сели в машину к Гроверу и помчались по трассе в Нью-Йорк. Во всяком случае, так мы тогда думали. ************ Перси сидел на пассажирском месте рядом с Гровером и вот уже час молчал, мрачно глядя в окно. Все попытки друга разговорить его словно разбивались о невидимую стену. Осознав тщетность этих попыток, Гровер оставил его в покое и принялся болтать со мной. Вообще-то, меня после встречи с Оракулом тоже не слишком-то тянуло пообщаться, так что Гровер в конце концов умолк и включил радио. А я всё поглядывала на Перси и думала: что такого сказал ему Оракул, что он до сих пор не в настроении? Я решила: если он не может рассказать, то можно попробовать его отвлечь. Я попросила Гровера остановиться на берегу Гудзонского залива. Мы вышли из машины и остановились, глядя на солнечные блики на поверхности воды. Взгляд Перси немного смягчился. Он попросил подождать его, оставил одежду на берегу и пошёл в воду. Когда он нырнул, я поискала в машине полотенце и вернулась на берег, а Гровер стал возиться в багажнике в поисках чего-нибудь, что можно перекусить на скорую руку. Когда Перси вышел и взял у меня полотенце, я осторожно спросила: – Это на тебя Оракул такую тоску нагнал? Мрачное предсказание? Он отвёл глаза: – Не совсем... Я вопросительно смотрела на него, но он молчал. Осторожно произнесла: – Нельзя говорить, я понимаю... – Не в этом дело. Просто... Вот с тобой, к примеру, кто говорил в видении? – Зевс, Посейдон и Афина. – Тебе повезло. Он снова замолчал. Я опустила глаза и тихо сказала: – Я не из любопытства спрашиваю. Я только хотела... понимать тебя лучше. Он вздохнул: – А я просто не хотел тебя расстраивать. Со мной говорила... гидра. Причём каждая её голова, высказав своё пророчество, тут же отваливалась, как будто её отрубили, и падала мне под ноги, заливала пол чёрной кровью... Это может означать, что всё, что я услышал, может обернуться с точностью до наоборот... Моё воображение нарисовало мне это зрелище. Вдобавок ещё и пророчество, о котором Перси не может говорить и которое теперь вообще не понятно, как толковать... Я помолчала, потом мягко взяла его за руку и сказала: – Ничего. Мы справимся. Ты больше не думай об этом, ладно? Он кивнул, и мы пошли к машине, на капоте которой Гровер уже разложил что-то из припасённого в дорогу. Аппетита не было ни у меня, ни у Перси, но сатир так активно уписывал за обе щёки, что, в конце концов, и мы удосужились что-то пожевать. Напившись чаю, мы отправились дальше. Вода и наш разговор возымели своё действие на сына Посейдона – он перестал быть таким мрачным, каким был до этого. ************ Когда стали сгущаться сумерки, я поймала себя на мысли, что за окном машины что-то не так. Я не сразу сообразила, но тут Гровер подсказал ответ: – Ребята! А мы здесь уже сегодня проезжали... кажется... – Точно! – выкрикнула я. – Смотрите – та самая кривая сосна! И поваленное дерево! И холмик этот мы уже видели! Перси присмотрелся и сказал: – Похоже на то. Гровер, остановись перед ближайшим указателем. Он не просто остановился – он так резко затормозил, что мы подпрыгнули на своих сидениях. Так и есть – мы уже здесь были и видели этот указатель. У него погнут правый нижний край и царапина на букве «а» – всё это уже было. Перси удивлённо посмотрел на Гровера: – Мы что, заблудились? Как это могло случиться? – Не знаю, понятия не имею... – растерянно пролепетал Гровер. – Ладно, – Перси ободряюще хлопнул Гровера по плечу, – не переживай, бывает. Поехали. Мы плавно обогнули кольцо развилки и поехали, если верить указателю, вперёд и вправо. Спустя минут десять Гровер отчаянно завопил: «Стикс!» - и резко ударил по тормозам. Нас снова подбросило на сидениях. – Гровер! – возмущённо выкрикнул Перси. – Ты что?! Но тот не слушал. Он выскочил из машины и помчался куда-то назад. Пробежав ярдов двадцать, замер как вкопанный, а потом стал нервно прохаживаться то в одну, то в другую сторону, напряжённо озираясь. Когда мы подошли, он испуганно тыкал пальцем в чисто спиленный пень. – Вы видели?! Вы видели?! – кричал он. – Что видели? – разволновался Перси. – Я присмотрелся... к этому пню, я уже видел похожий! Нет, я видел ЭТОТ пень! Но в этот раз на нём ещё и старуха сидела! В сером плаще с капюшоном! И показывала клюкой дальше, вперёд, вдоль дороги!!! – Какая старуха, Гровер?! Тут никого нет! – Ага, теперь нет, но она была, клянусь! Перси, неужели ты мне не веришь?! Перси не успел ответить, как вмешалась я: – А я тебе верю, Гровер! Послушай, Перси, да, сейчас здесь никого нет, но я думаю, что Гровер прав. С этой дорогой явно что-то не так! К примеру, мы на ней совершенно одни. Разве это возможно, чтобы на трассе, ведущей в Нью-Йорк, совсем не было машин?! Здесь что-то происходит, надо только понять, что именно! Перси пристально посмотрел на меня: – Ты уверена? – Да, – твёрдо сказала я. – Сам посуди: мы едем по одной и той же дороге уже в третий раз! По пустой трассе! Поэтому вполне возможно, что и Гроверу ничего не померещилось. Только что всё это значит?! Мы медленно повернулись спиной друг к другу и огляделись. В сумерках это делать было неудобно, но у нас не было выбора. И тут Перси тихо, но внятно стал говорить: – Ребята, я, кажется, начинаю понимать. Я знаю, почему мы не сразу заметили, что едем по той же дороге. Потому что всё то, что на её обочине, начинает перемещаться вверх с каждым нашим новым витком. Посмотрите! Вон тот перелесок на возвышенности – он был ниже в прошлый раз! И дорога шла по равнине, а не между холмов, как сейчас! Мы едем ПО СПИРАЛИ ВНИЗ!!! Едва он успел это выкрикнуть, как из темноты на нас ринулись две фурии! Перси вмиг раскрыл в руке Анаклузмос, я же смогла увернуться и, пока фурия разворачивалась, чтобы напасть снова, успела вытащить из ножен длинный кинжал. Убивать фурий не понадобилось. Разглядев в нас опытных воинов и получив пару ранений, они с противным визгом растаяли в темноте. ************ Мы вернулись к машине. – Ну вот, начинается! Я же говорил, я же говорил! – тараторил Гровер в попытке прийти в себя. Он сел за руль, но не поехал, а просто включил фары, погасшие было при появлении адских тварей. Мы с Перси остались снаружи. Он прислонился к машине спиной и задумался. Я тоже. Итак, мы едем по дороге, переходящей в спираль, которая затягивает нас куда-то вниз. Нам надо выбраться отсюда и попасть в Нью-Йорк, на смотровую площадку Эмпайр Стэйт Билдинг, чтобы доехать до 600-го этажа. Как это же сделать на этой аномальной дороге, если нас, вдобавок, преследуют разные твари вроде фурий и какой-то испарившейся старухи?! А может, в ближайшее время появится ещё кто-нибудь? Я предложила такой вариант: – Давайте поедем по этой дороге обратно! Доедем до указателя и свернём в сторону, противоположную той, что нам по указателю нужна! Перси немного помедлил, но всё же кивнул: – Попробуем. Хотя мне кажется, не всё так просто. Но стоит проверить. Так мы и сделали. Гровер развернул машину, и мы помчались обратно. Подъехали к указателю и свернули в противоположную сторону. Вглядываться в темноту за окном было почти бессмысленно. Правда, мы перестали погружаться вниз и оказались на равнине, но ситуация стала не намного лучше. Через два часа равнинный пейзаж, хоть и не повторял сам себя, но был уж слишком однообразным. И густые сумерки, которые уже давно должны были перейти в ночь, не менялись. Нахмурившись, я бросила взгляд на Перси, и он отозвался: – Ты думаешь о том же, что и я? – Что, что? В чём дело? – опять занервничал и без того встревоженный Гровер. – Похоже, на этот раз мы едем по кругу. Не по спирали вниз, а по однообразному замкнутому кругу, – мрачно констатировала я. – Можем ехать по нему ещё лет сто – ничего не изменится. Даже бензин в баке не закончится. – Как же так? – растерянно пробормотал Гровер. – И что же делать?! – Тормози, – сказал Перси. – Будем думать. Мы остановились даже не на обочине – Гровер съехал с дороги прямо в открытое поле. Включив фары на дальний свет, мы открыли дверцы нараспашку, но из машины не выходили, в любой момент были готовы, хлопнув дверцами, сорваться с места. Свежий сумеречный воздух окрестностей безлюдной трассы наполнил машину. Мы сидели молча, размышляя каждый на свой лад. Впрочем, молчали мы недолго. Через каких-то пару минут Перси заговорил: – Значит так. Мы попали в спираль, когда поехали по указателю. Затем попали в бесконечный круг, когда поехали в противоположную сторону по тому же указателю. Думаю, что выбраться из этого всё-таки можно, но в любом случае нам понадобится найти всё тот же указатель. – И что будем делать, когда доедем? – спросил Гровер. Перси стал пристально всматриваться в окрестности, немного помедлил, а затем проговорил встревоженным голосом: – Я бы сказал тебе прямо сейчас, но у меня почему-то такое чувство, что нас подслушивают! Не могу объяснить... Давай так: едем обратно, до указателя, а там я скажу, что нужно сделать. И ты сразу же поедешь так, как я скажу, без вопросов! Думаю, что только так мы сможем выбраться! – Так может, лучше ты сядешь за руль, Перси? – Нет, я лучше буду отбиваться от тех, кто попытается помешать тебе. – И я тоже! – мне уже не терпелось оказаться перед указателем, чтобы понять, что же придумал Перси. – Всё, давай, поехали! – подзадорил он Гровера. Тот развернул машину и мы помчались обратно – искать тот самый указатель, будь он трижды проклят!..