Перси Джексон и Всемогущий враг

Меня разбудил мягкий аромат любимых цветов. Может, это обрывки сна? Я открыла глаза. Нет, это не сон. На подушке передо мной лежал цветок лилии. Я улыбнулась. И где только Перси умудрился найти его? И главное – где же он сам? В комнате я была одна. Даже растерялась немного: любимый цветок – это очень мило и приятно, но одной было уж очень неуютно. Надеюсь, он не додумался уехать без меня! Вот уж чего я, в самом деле, ни за что не прощу!!! Я вскочила, накинула на плечи куртку и выбежала из комнаты, затем, не останавливаясь, через коридор и входную дверь во внутренний двор нашего домика в кемпинге. И замерла. Отсюда шёл пологий спуск к берегу. Почти у самой кромки воды неподвижно стоял Перси и смотрел на круги, расходящиеся от камешков, которые Гровер пытался заставить прыгать по поверхности воды как можно больше раз. Ему всё казалось мало и он подначивал Перси, чтобы тот с ним посоревновался, а Перси не проявлял желания. Хоть он и стоял спиной ко мне, я словно чувствовала, что ему сейчас не до этого. Я стала медленно и бесшумно спускаться к ним. Когда мне до Перси оставалось каких-нибудь шагов десять, он, наконец, поддался на уговоры друга, поднял камешек и бросил. Гровер стал быстро-быстро считать, но забросил это, махнув рукой где-то на цифре «16». Я неслышно остановилась чуть позади Перси, наискосок от его левого плеча. – Здорово получилось! – вдруг сказала я. Перси от неожиданности вздрогнул и резко обернулся. – Аннабет! Ты проснулась... а я не хотел тебя будить и... – Перси собрался сказать слишком много сразу и сбился. – Аннабет, доброе утро, – негромко сказал Гровер. – Привет, Гровер, – ответила я. Вообще-то смотреть при этом не на него, а на Перси было не очень-то вежливо с моей стороны, но... думаю, Гровер слишком понятлив, чтобы обидеться. – Ладно, я это... пойду, посмотрю... как там машина, – на ходу придумал Гровер, пятясь назад. – Спасибо, Гровер, ты настоящий друг, – ответил ему Перси, не сводя с меня глаз. Шаги сатира стали отдаляться и стихать. Только теперь я обратила внимание, что ещё совсем рано и солнце только поднимается, показав чуть больше половины своего диска над линией горизонта. – Ты напугал меня, – упрекнула я Перси, легонько ткнув его в бок. Он поднял брови и пожал плечами: – Напугал? – Я проснулась, тебя нет... Перси перевёл взгляд на воду: – Да, извини... я собирался искупаться, а потом что-то раздумал. Я опустила взгляд: – А я... так хотела обнять тебя, когда проснулась, а тебя нет... подумала даже, что ты бросил меня здесь одну. Перси слегка усмехнулся и покачал головой: – Тогда мне было бы лучше остаться в дорожной спирали. Это безопаснее, чем пытаться что-то тебе объяснить, когда ты в гневе. Я тоже улыбнулась, обхватила ладонями его руку чуть выше локтя и уткнулась ему в плечо. Перси вдруг перестал улыбаться, прикусил губу и перевёл взгляд на воду. Я подняла голову и пристально посмотрела на него. Он вздохнул, не сводя глаз с водной глади, и, покачав головой, сказал: – Я всё-таки искупаюсь. Подожди меня в домике, ладно? Я была немного озадачена перепадами его настроения. У меня вертелась в голове какая-то мысль, но... Я решила просто не мешать ему. – Хорошо, – кивнула я и пошла в домик. Заодно приведу себя в порядок (я ведь даже умыться не успела, и уж тем более – принять душ!), к тому же узнаю насчёт завтрака и запасов в дорогу. А вот и Гровер! – Ну, как машина? – Всё путём! Я даже на заправку успел её отогнать! – явно довольный собой, сообщил Гровер, а потом понизил зачем-то голос, хотя рядом никого не было, и спросил: – А вы с Перси как? – В смысле? – Ну... – замялся Гровер и опустил глаза, потом глянул исподлобья: – просто... я не знаю, как сказать... вам вроде бы не до этой поездки. – Не вроде бы, а точно. Нам не до этой поездки. Но мы поедем. Больше некому. Я пошла в домик, но тут Гровер окликнул меня: – Аннабет! Я рад, что вы помирились. Я улыбнулась и ответила, понизив голос почти до шёпота в попытке хоть немного спрятать свой восторг: – Если бы ты знал, как я рада! Гровер расплылся в улыбке и, подмигнув мне, пошёл в сторону коттеджа хозяина кемпинга, а я – в домик. Уже выходя из ванной, я вдруг вспомнила, что у Перси нет полотенца. Я схватила самое большое и поспешила на берег. Перед порогом задержалась всего на секунду – на улице стало так тепло, что я решила не надевать куртку и пошла к берегу в одной майке и шортах. До воды мне оставалось шагов двадцать. Перси уже шёл мне навстречу и мелкие капельки воды искрились на его коже, оттеняя загар. Выглядел Перси просто сногсшибательно – он стал ещё выше, шире в плечах, крепче и мужественнее, каждая его черта была так гармонична, словно это с него лепили скульптуры для музеев по античной истории. Я почувствовала, что волнуюсь, шаги мои становятся какими-то нетвёрдыми, будто земля качается под ногами. Что-то я совсем растерялась… или это меня от солнца в жар бросило? Нет, конечно же, при чём тут солнце… Я с ума схожу от этого парня – вот и весь секрет… Глядя куда-то себе под ноги, я протянула Перси полотенце. Он сказал: – Спасибо, я и забыл совсем. Мельком глянув на него, я заметила, что он улыбнулся и пристально смотрит на меня. Стало совсем не по себе, засмущал меня... Я сунула руки в карманы шортов. Не зная, куда деть глаза, чувствовала на себе его взгляд, такой тёплый, что мне стало ещё жарче. Оказаться бы сейчас вдвоём на необитаемом острове!.. Голова начала плавно кружиться от незнакомых раньше чувств. Я прикусила губу, пытаясь не думать об этом. Перси взъерошил полотенцем волосы, поднял с песка свои вещи и сказал: – Ну что, пойдём? Я шла за ним и не могла оторвать от него глаз. Мне безумно хотелось поцеловать его, но я боялась, что если обниму его сейчас, то совершенно потеряю голову, а нам этого нельзя допустить. Пока нельзя... ************ Во время завтрака в кафе Гровер переглянулся с Перси и заметил вслух, что я ничего не ем. – Не хочется, – проворчала я. Рука Перси, потянувшаяся было за чашкой с чаем, замерла в воздухе. Он внимательно посмотрел на меня и сказал: – Аннабет, в самом деле, так нельзя. Мы едем в слишком опасное место. Откуда возьмёшь силы, если ничего не ешь? Прав он, что и говорить. Я покосилась на свою тарелку и поняла, что не получается даже заставить себя. – Не могу. В горло не лезет, – как-то виновато ответила я. Перси вздохнул и покачав головой, сказал: – Тогда придётся оставить тебя здесь. Я возмущённо сверкнула глазами: – Даже не вздумай! Перси опять переглянулся с Гровером, отложил вилку и, откинувшись на спинку стула, сказал: – Ладно. Тогда и я буду есть столько же, сколько и ты. Уравняем наши шансы в дорожной спирали. Я посмотрела на Перси, на Гровера и, проворчав с досадой: «шантажисты!», принялась за еду, вкуса которой совершенно не чувствовала. Перси тоже взялся за вилку. Пока мы доедали завтрак, выпуск новостей по телевизору оборвал какую-то музыкальную программу. Сообщили об убийстве в Нью-Йорке и новой пропаже людей. Мы срочно засобирались. Дожёвывая что-то на ходу, Гровер побежал за машиной, а мы поспешили расплатиться и направились в домик, чтобы забрать вещи. Всё было уже упаковано. Мы подошли к входной двери с тремя рюкзаками в руках и собрались было выйти из комнаты, но тут вдруг Перси вместо того, чтобы открыть передо мной дверь, прижал её ладонью. Я вопросительно посмотрела на него. Он внимательно посмотрел на меня и сказал: – Пообещай мне кое-что. Если сможешь выбраться оттуда хотя бы только ты одна – выбирайся. Сердце отчаянно застучало. – Я так не смогу. Ты хочешь, чтобы я пообещала бросить тебя там?! – Нет. Но мне будет легче, если я буду знать, что ты не останешься там только ради мести... за меня. Это – верная смерть. Я покачала головой: – Перси, не надо так... – Пообещай. Мне это нужно. Я медлила, не зная, что сказать. Он ждал. Я нехотя кивнула: – Хорошо. Я обещаю. Перси едва заметно улыбнулся одними уголками губ, мягко провёл ладонью по моей щеке и, наклонившись, поцеловал меня. Я прильнула к нему, он обнял меня другой рукой за талию, я уронила рюкзак, мои руки обхватили его. Я почувствовала, как его ладонь соскользнула с моей щеки на шею, плечо, вниз по руке, наши пальцы переплелись... пол плавно и быстро уплывал из-под ног, мысли рассеялись... ************ Внезапно раздался бешеный стук кулаками в дверь и испуганный голос Гровера: – Перси! Перси, ты здесь?! Скорее, Перси! И тут его голос перекрыл вой сразу нескольких полицейских сирен. Перси отпустил меня и распахнул дверь. – Что случилось, Гровер?! – У нас проблемы! Совсем неподалёку найдены мёртвыми сразу три человека! Кругом – полицейские облавы, а у нас... – он резко перешёл на чуть слышный шёпот, – у нас ведь полно оружия! Да ещё голова Медузы в моём рюкзаке!!! Уходить пришлось через окно – полицейские прежде всего перекрывали оба выхода в каждом домике, а об окнах думали во вторую очередь из-за того, что в этих домиках они располагались немного выше, чем обычно. Но для нас это не было проблемой. Так что полиция, ворвавшись в наш домик, нашла лишь пустые комнаты со всё ещё опущенными гардинами на окнах. Мы с Перси сидели на заднем сидении машины, охваченные чувствами, и старались помалкивать, лишь поглядывая украдкой друг на друга и поддакивая Гроверу, как всегда фонтанирующему эмоциями из-за страстей, кипящих вокруг нас. Приблизившись к развилке и увидев впереди роковой указатель, мы все, не сговариваясь, переглянулись. Перси, уперев взгляд в эту странную грань между нормальным и непонятным мирами, вполголоса произнёс: – Гровер, спокойно... мы «ничего не знаем»... Наш водитель медленно кивнул и плавно въехал на ту полосу, которую нам подсказывало изображение на указателе. Перси взял мою ладонь в свою и сжал её, я ответила тем же. ************ Поначалу ничего неожиданного для нас на спирали не было. Как мы и предполагали, всё, что находилось по обеим сторонам дороги, повторялось и плавно поднималось вверх с каждым новым витком. Правда, перемещение вниз шло быстрее, чем в прошлый раз, при этом заслоняя небо и создавая вокруг некоторое подобие несвоевременных сумерек. Напряжение нарастало. Мы с Перси так и сидели, держась за руки. Мечи на всякий случай были наготове – их рукоятки выглядывали из приоткрытых рюкзаков. Вдруг Перси сказал: – Я думаю, раз уж мы изображаем заблудших овечек, нам стоит притормозить и оглядеться, будто мы растерялись. Я хочу спровоцировать их. Хочу, чтоб они попробовали убедить нас ехать дальше и показали себя. – Может, не надо, Перси? – пробормотал Гровер. – Они могут что-то заподозрить. А вот мы будем начеку. Если и дальше делать вид, что ничего не происходит, скорее всего, будет только хуже. Я кивнула. Надо быть полным кретином, чтобы не заметить странностей по обеим сторонам пустынной трассы. Может, простые смертные, попадающие в эту спираль, и не так наблюдательны, как мы, но ведь не идиоты же они! Перси верно заметил – надо вести себя правдоподобно и сделать вид, будто мы здесь впервые и пытаемся понять, что происходит. Мы притормозили через минуту, съехали на обочину и вышли из машины, впрочем, не отходя далеко от неё. Мечи пришлось оставить в салоне, но каждый из нас держал за пазухой кинжал, а я во внутреннем кармане куртки – ещё и заряженный маленький арбалет. Мы принялись оглядываться, изображая удивление. Затем решили разжечь костёр, сделав вид, будто совещаемся. Ветки, подобранные нами, казались какими-то сырыми. Но не успела я высказать досаду по поводу того, что разжечь огонь вряд ли удастся, как внезапно пламя вспыхнуло так легко, словно это были не мягкие от влаги ветки, а клочки сухой бумаги! Мы переглянулись – это было что-то новое. Я хотела было сказать, что об этом думаю, но Перси покачал головой и поднёс палец к губам. Затем выразительно показал мне глазами на огонь, чтобы я внимательно наблюдала за ним, а сам принялся исподтишка оглядываться по сторонам. Вдруг из костра стали появляться какие-то слишком большие искры. Я отпрянула и инстинктивно потянула от костра и Перси. Он тоже отпрянул, но при этом смотрел куда-то наискосок, вправо и назад, где ярдах в двухстах начиналась опушка леса. – Перси, что это? – пробормотал Гровер, сидевший напротив нас с вытаращенными глазами. Перси, не отводя взгляда от чего-то на краю опушки леса, тихо проговорил: – Ну-ка в машину. Быстро! Мы проворно заскочили в машину. Гровер сорвался с места. Я обернулась и через заднее стекло увидела, как из костра, брошенного нами, вырвался целый столб искр, неестественно больших, словно в этот костёр кто-то подложил петарду. А с опушки леса вслед нам ринулись какие-то твари с горящими глазами. Впрочем, мы тут же скрылись за холмом, за который свернула дорога, а те, кто мчался нам вслед, были далековато, чтобы нагнать нашу машину, из которой Гровер выжимал всё, что мог. Хотя мечи мы по-прежнему держали наготове. – Кто это, Перси? Ты рассмотрел? – быстро спросила я, продолжая оглядываться. – Точно не знаю. Похоже на волков, только очень крупных. И глаза у них, как горящие угли. – Сколько их было? – Трое. Но это те, которые показали себя. Кто знает, сколько их. – А ты видел искры, Перси?! – взволнованно выпалил Гровер. – Целый фонтан! Что это значит, как думаешь? – Пока точно не знаю, – Перси медленно обводил глазами всё, что проносилось мимо нас за окном машины, – когда смогу что-то утверждать, поверь мне, Гровер, скрывать не буду. Ни от тебя, ни от Аннабет. – Вот чёрт!!! – внезапно завопил Гровер и чуть не слетел с трассы на обочину, выписав неприятный зигзаг с заносом вправо. Правда, почти тут же поймал управление и выровнял машину. – Что там?! – выкрикнул Перси, и мы с ним дружно обернулись, чтобы рассмотреть то, что так напугало нашего водителя. Всё сразу стало ясно: на дороге стояла та самая старуха, которую Гровер описывал нам в прошлый раз. Она указывала клюкой вперёд и махала нам вслед свободной костлявой рукой. Показалось даже, что из-под низко опущенного капюшона сверкнуло что-то, напоминающее очертания черепа… Мы с Перси переглянулись. Гровер тоже пытался обернуться, но Перси тут же одёрнул его: – Нет, Гровер, следи за дорогой! И вдруг машина, будто нарочно решив пойти вразрез со словами Перси, сорвалась сразу всеми четырьмя колёсами и завертелась, как безумная! Перси крепко прижал меня к себе. Нас понесло с бешеной скоростью куда-то вперёд и вниз. Темнота накрыла сразу, словно мы попали в туннель. А может, так и есть? Вдруг я заметила, что Перси в этом сумасшедшем круговороте зачем-то опустил стекло на дверце машины. В салон ворвался морозный воздух. Я хотела было спросить Перси, что он делает, но в такой безумной гонке и тряске это было почти невозможно, да и не понадобилось. Перси резко, с силой взмахнул рукой в открытое окно вперед по ходу движения, и через каких-то пару секунд нас стало вертеть не так сильно. Примерно через полминуты Гровер сумел поймать управление и даже притормозить. Отдышавшись, мы переглянулись и решили выйти из машины, чтобы осмотреться. Ну, так и есть – мы и вправду в туннеле! Какой-то он странный – весь обледенелый, включая потолок, разнокалиберные сосульки сползают по стенам, свисают сверху. Сырой и холодный воздух пробирает до костей. И только под колёсами машины проталины, на которых мы и смогли затормозить. Мы будто съехали в подземную пещеру с необычайно низким потолком – всего-то футов пятнадцать. – Ну и дела! – пробормотал Гровер. – Мы опять влипли! Но я клянусь – никуда не сворачивал! – Успокойся, Гровер, ты ни при чём, – сказал Перси, продолжая оглядываться. – Аннабет, осторожно, очень скользко! Я думаю, это какой-то сквозной туннель между уровнями спирали. Чтобы затянуть пленников поглубже как можно быстрее. – Это ты лёд растопил? – спросила я у Перси. – Ну да. Лёд – тоже вода. Только очень холодная, – улыбнулся он. Я не удержалась от ответной улыбки, но при этом с сомнением покачала головой: момент для улыбок у нас был не самый подходящий. – И что теперь будем делать? – Гровер поглядывал то на меня, то на Перси, то вокруг. – Постараемся что-нибудь придумать, – медленно проговорил Перси, разглядывая туннель. Он уже размышлял. – Может, ещё не поздно вернуться?.. – робко предположил Гровер, но я приложила палец к губам, давая понять, чтобы он не мешал Перси. Сама я тоже решила поразмыслить. Примерно через минуту Перси начал высказывать предположения вслух: – Этот туннель очень похож на переходной канал между уровнями спирали. Это не настоящая подземная пещера – слишком низкая. И обледенела она не сама собой. Потому что слой льда на стенах слишком тонкий для настоящей ледяной пещеры. Её заморозили. Специально или случайно – ещё не знаю. Но точно могу сказать, что по её стенам пронёсся мощный поток воды, он-то и замёрз. Значит, где-то в стене туннеля имеется большое отверстие, в которое влился поток. – А ты уверен, что оно большое? – Думаю, да. Поток был очень мощным, он занял собой весь туннель, пронёсся по дну, стенам и потолку одновременно, а малый поток лился бы только по дну. Нам бы найти это отверстие! Оно бы нам могло очень пригодиться. – Да, согласна, – кивнула я. – А как его можно найти? – Надо вернуться к началу туннеля. Раз уж весь он залит водой, то видимо, поток вошёл где-то в начале. – Так может, он прямо через вход и хлынул! – выпалил Гровер. – Вряд ли, – не согласился Перси. – Наверху не было никакой реки, озера или родника. Я думаю, это подземный поток. – А ты сможешь определить, где отверстие? – осторожно спросила я. Ведь даже если Перси не сможет этого сделать, никто не упрекнёт его. Но Перси уверенно ответил, что наверняка справится. – Я просто определю, есть под слоем льда ещё вода, или нет, – объяснил он. – Там, где воды нет – там камень. Где воды слишком толстый слой – там и входное отверстие, через которое влился поток! Это обнадёживало, а потому мы все улыбнулись проблеску удачи. – Но как же мы поднимемся по такой дороге наверх? – всполошился вдруг Гровер. – Поедешь за мной. Я пойду впереди и растоплю лёд. Долго, конечно, зато надёжно, – сказал Перси. – То есть, отправляемся прямо сейчас? – уточнил Гровер. – Конечно, чего тянуть? – Может, сначала узнаем, куда ведёт туннель? – предложил Гровер. – Не думаю. Возможно, что у самого выхода из туннеля выяснится, что лучше было бы заранее знать, где же отверстие. Оно нам может послужить как запасной выход, возможно, что от этого зависят наши жизни, – объяснил Перси. Пока Гровер усаживался за руль, я осторожно спросила Перси: – Как думаешь, куда может вести это отверстие в стене? – Куда угодно. В какой-то водоём. И явно не маленький. Если в океан – считай, нам повезло. Даже озеро будет для нас спасением. Скорее всего. – Но не точно, – грустно кивнула я. – А что здесь, в этом дорожном хаосе, может быть точно? – невесело заметил Перси. Я предпочла идти позади него, а не рядом. Не хотелось мешать. К тому же, я взяла на себя заботу о том, чтобы оглядываться назад и по сторонам. Быстро идти не удавалось, поэтому назад мы вернулись лишь спустя изрядное количество времени, и всю дорогу Перси растапливал лёд, а потому теперь выглядел уставшим. – Может, тебе отдохнуть? – предложила я. – Нет, нет, мы и так много времени потеряли. Я отдохну в машине, когда поедем обратно... Он принялся методично прощупывать стены в поисках отверстия и прислушиваться. Мы с Гровером наблюдали, стараясь не шевелиться, чтобы не помешать. Наконец Перси замер, присел и прислушался, а затем оглянулся на нас с усталой улыбкой на лице. Я поспешила подойти и присела на корточки рядом: – Есть, да? Он радостно закивал. – А... размер? Хотя бы примерно? Получится? Он снова кивнул и стал медленно водить руками по ледяной стене, словно прощупывая её насквозь. Наконец, он поднялся и выпрямился. – Значит так, – подвёл итог Перси, – отверстие здесь. Оно достаточно большое, как я и думал. И он провёл пальцами по льду на стене, показывая примерные размеры отверстия, не видимого за толстым слоем льда. Оно и в самом деле должно быть довольно большим. Таким, как мы, понадобилось бы всего лишь пригнуться, чтобы пройти в него. Жаль, нельзя оставить никаких меток. Но думаю, что запомнить всё равно сумеем – от этого может многое зависеть. Мы вернулись в машину, и Перси устало откинулся на спинку заднего сидения, даже глаза закрыл. – Гровер, поехали. Только потихоньку, – попросила я, с тревогой поглядывая на измотанного сына Посейдона. Сатир кивнул и плавно тронулся с места навстречу неизвестности. Впрочем, теперь уже было не так страшно. Во-первых, у нас появился запасной выход, который, кроме нас, никто как выход не рассматривает. Во-вторых, благодаря растопленному льду, нас уже не несло в бешеной круговерти на неуправляемой машине. Правда, ещё половина туннеля впереди с нерастопленным дном, но мы можем просто дать Перси время восстановить силы, чтобы он растопил лёд в оставшейся части туннеля, и мы могли бы ехать, не боясь разбиться раньше, чем поймём, правильно ли поступили, сунувшись в дорожную спираль.