День Мертвых

A/N: Да, это маленькая главка, но у меня появились идеи, и меня пробрало. И да, она очень флаффная (во всяком случае по моим меркам). Захотелось немного доброты и нежности в это тяжелое время)) Иногда - такое случалось до странности редко - Рико мучили кошмары. Не его обычные мрачные сны, где убийства, взрывы и пулеметные очереди заняли свое привычное место, а настоящие кошмары. В такие ночи Рядовой просыпался от тихого, но очень страшного хрипа Рико, заменявшего ему крики во сне, или от его бормотания на неизвестном Рядовому языке. Молчаливый солдат метался на своей койке, скидывая одеяло вниз и ударяя кулаками в стену. Это напоминало Рядовому фильмы ужасов о людях, в которых вселился дьявол. Даже плюшевая игрушка принцессы лунорогов, с которой Рядовой спал, не могла успокоить его в эти минуты. Когда такое происходило, Рядовой или был слишком напуган, чтобы делать что-либо, или звал Ковальски, приподнимаясь на своей койке и осторожно трогая спящего ученого за плечо. Ковальски, в свою очередь, поднимался со своей койки, вылезал на лестницу, встроенную в стену, и поднимался к Рико. Рядовой слышал, как Ковальски будил его, что-то шептал ему с успокаивающими нотками в голосе, как обращаются к ребенку. Иногда младший член отряда засыпал прежде, чем ученый прекращал разговоры с Рико и возвращался на свою постель. Как-то раз Рядовой спросил Ковальски, отчего у Рико случаются кошмары. Умник поджал губы и, уткнувшись в свой блокнот, ответил: - Это засекреченная информация. - Но Ковальски, я просто беспокоюсь за Рико! - воскликнул тогда возмущенный Рядовой, который уже устал слышать подобный ответ, - я просто хочу ему помочь! Ковальски вздохнул. Затем поднял голову и посмотрел на юношу, и его взгляд был таким, какие Рядовой иногда видел в своих сериалах - взгляд человека, мучимого своим прошлым: - Несколько раз, в частности на Мадагаскаре, он попадал в плен к нашим врагам. Прошел три военные тюрьмы только на моей памяти. Такое влияет на психику человека не очень благотворно. Больше они никогда об этом не разговаривали. А Рядовой в первый раз в жизни был не рад тому, что имеет хорошее воображение. Этой ночью Рико вновь снился плохой сон. Рядовой проснулся от тихого хриплого вскрика подрывника, и сам чуть было не вскрикнул от страха. Юноша слышал его тяжелое, надрывное дыхание, доносившееся с верхней койки, словно свист ветра в коридоре населенного привидениями замка. Затем койка Рико скрипнула - очевидно, он свесился с нее вниз - и Рядовой услышал его отчаянный шепот: - К'вальски! К'вальски! - Да, да, я здесь, Рико, - послышался в ответ сонный голос ученого, - тебе приснился плохой сон? Последовала пауза, после которой Ковальски заворочался на своей койке. - Пойдем. Я сделаю тебе ромашковый чай - он поможет успокоиться. Рядовой был бесконечно рад, что ученый проснулся так быстро. Он бы просто не вынес очередных ночных метаний Рико. Ковальски на ощупь нашел лестницу и ловко спустился вниз - сказывались годы тренировок. Свет он включать не стал, по-видимому, боясь разбудить Рядового и Шкипера. Однако базу каждый из них и так уже знал настолько досконально, что мог передвигаться по ней даже ночью. Привыкшие к темноте глаза юноши легко различили высокую фигуру, двигающуюся по комнате, включающую чайник и возящуюся с коробками чая и чашками в стенном шкафу. Вслед за ним со своей койки спустился Рико и, спросонья натыкаясь на углы, подошел к Ковальски. Ни один из них, похоже, не заметил, что Рядовой проснулся, и тот мог, незаметно придвинувшись к краю постели, наблюдать за происходящим из-под прикрытых век. Ковальски поставил две кружки на стол и со свойственной ему скрупулезностью лабораторного исследователя принялся рассыпать по ним заварку и травы. Рико тяжелой поступью подошел к нему сзади и, к безмерному удивлению Рядового, обнял ученого со спины. О степени удивления Ковальски Рядовой судить не мог, только заметил, как ученый замер с банкой чая в руках. Рико положил голову на плечо Ковальски, прижался к его щеке своей, и Рядовой услышал, как подрывник тихо произнес: - К'вальски. - Приснилось что-то очень плохое? - спросил ученый, по-прежнему не двигаясь, не выпуская банку и не предпринимая попыток высвободиться из рук молчаливого солдата. Рико кивнул и сильнее прижал Ковальски себе, сжимая в кулаках полы его широкой спальной рубашки. - Что тебя взяли в плен, - прохрипел Рико, - и я не успел спасти. Тебя убили. Сказав это, он уткнулся носом в шею Ковальски. Рядовой затаил дыхание, обескураженный этой сценой. Рико был очень эмоционален сейчас, причем не так, как обычно. Быть может, виной тому был необыкновенно яркий сон, который еще не отпустил его, или старые воспоминания о годах военной службы, мысли о которых подчас пугали Рядового. Юноша не мог не почувствовать себя неловко, наблюдая за этой стороной жизни своих товарищей, но оторваться уже не мог. Ковальски, наконец, отставил банку с чаем в сторону и, судя по движениям, положил свои руки поверх рук подрывника. - Это был просто сон. Ничего страшного. Мы все здесь, и с нами ничего не случится. - Ага, - протянул в ответ Рико. Тут Ковальски сделал то, что удивило Рядового еще больше - ученый повернулся к Рико лицом и обнял его в ответ, похлопывая по спине. Рико прижался к нему так, будто его товарищ по команде собирался раствориться прямо в воздухе. Это было настолько необычно, настолько странно - видеть Рико таким. Таким... уязвимым. Похоже, до этого момента эту его сторону видел только Ковальски. Через несколько секунд этот проникновенный момент закончился - ученый опустил руки, отстранился, и Рико нехотя выпустил его из своих объятий. - Чай сейчас будет готов, - сказал Ковальски. Ученый вернулся к приготовлению напитка, а Рико уселся рядом прямо на стол, свесив вниз ноги. Ковальски, обычно ужасно не любивший подобных вещей ("ты нарушаешь стерильность, которая здесь и так оставляет желать лучшего!"), сейчас возражать не стал. Он передал Рико дымящуюся кружку, и они в молчании принялись распивать приготовленный чай. Рядовой, наблюдая за своими товарищами по команде и тщетно размышляя о том, что же такого страшного могло произойти в жизни каждого из них, начинал потихоньку снова проваливаться в сон. Когда он уже закрыл глаза и покрепче прижал к себе плюшевую принцессу Уважанию, Рико нарушил молчание: - Покурим? Рядовой сонно приоткрыл глаза, чтобы заметить, как Ковальски кивнул, поставил на стол свою чашку и сделал Рико жест в сторону выхода с базы. - Поднимайся, я сейчас к тебе присоединюсь. Рико кивнул в ответ, бесшумно спрыгнул со стола и, пока Ковальски убирал чашки и банки обратно в шкаф, вылез на улицу через люк, из которого пахнуло на мгновенье прохладным осенним воздухом. Ученый взглянул ему вслед, удостоверившись, что Рико покинул базу, а затем быстрым шагом направился к койкам. Рядовой тут же зажмурился, изо всех сил делая вид, что беспробудно спит. Тем не менее, он не смог сдержаться и вздрогнул, когда рука Ковальски легла на его плечо. - Не говори ничего Шкиперу, ладно? - прошептал Ковальски. Рядовой открыл глаза, и его щеки тут же залил стыдливый румянец. - Он... что, еще спит? - Он в наушниках. Вечером же в соседнем клубе опять включали музыку. Рядовой неловко заворочался на своей койке под пристальным взглядом старшего товарища. - Не скажу. Прости, Ковальски. Ученый только вздохнул и подоткнул на Рядовом сбившееся одеяло. - Спи, Рядовой. До подъема еще пять часов. Юноша пробормотал "спасибо" и покрепче обнял свою игрушку. Он закрыл глаза и сквозь медленно накатывающий сон слышал, как Ковальски передвигается по базе, заходит к себе в лабораторию и наконец вылезает через люк на улицу, чтобы присоединиться к ожидавшему его Рико. Рядовой подумал о том, сколько же еще тайн могут хранить его товарищи и сколько еще они будут это от него скрывать. И что самое удивительное – Ковальски, оказывается, курит! Ладно Рико, но Ковальски! Рядовой не мог не остаться немного разочарованным в нем, ведь ученый всегда был его главной ролевой моделью! И тут – такое. Какой ужасный секрет ученый скрывал все это время! Главное, чтобы Шкипер об этом не узнал.