Волчонок

Айзек опасливо посматривал на Питера, не демонстративно - Крис не замечал или делал вид, что не замечает, - но часто. Иногда опасливо, иногда завистливо. Питеру это почти льстило, как льстило и слепое обожание волчонка, направленное на Арджента. Айзек иногда забывался, наблюдая за мужчиной - смотрел на него во все глаза, затаивая дыхание, или наблюдал поверх какой-нибудь книги, кусая пухлые розовые губы иногда и до крови - Хейл чувствовал запах. Навряд ли Крис не замечал происходящего с мальчишкой, но разговора об этом он не заводил. Наверное, Айзек ему чем-то нравился, все-таки в Крисе была ничем не выводимая потребность кого-то защищать, оберегать - хоть весь мир, хоть свою семью, хоть погрязшего в собственном одиночестве волчонка.

***

- Будешь блинчики? - Арджент, слегка взъерошенный со сна, пахнущий Питером и кондиционером для белья, этим воскресным утром в очередной раз кажется Айзеку просто идеалом. - Я бы не отказался, - мальчик неловко улыбается, опуская взгляд, пряча от Криса свои озерно-голубые глаза. - Я могу кофе сварить, если хотите... - Оставь, - Крис останавливает схватившего турку Лейхи, тут же поясняя: - Питер всегда варит кофе. Не стоит претендовать... - Вот уж точно, - сыто урчит Хейл, прошедший на кухню. - Претендовать не стоит. Айзеку кажется, что Питер говорит не о кофе. - Я, вообще-то, имел в виду, что это единственное, что ты делаешь постоянно и не стоит нарушать традиций, иначе ты вовсе перестанешь делать хоть что-нибудь, - фыркает Арджент, отворачиваясь к холодильнику. - Блинчики это хорошо. Элли любит блинчики, но эти девичьи заморочки с диетами, - охотник пожимает плечами, внезапно замирая у открытого холодильника. Оборотни синхронно догадываются, что не стоит столь откровенными взглядами обласкивать мощную, переливающуюся литыми мышцами спину. Айзек, краснея до кончиков ушей, бросает виноватый взгляд на Питера и опускает взгляд на стол, начиная выравнивать в один ряд сахарницу, солонку, перечницу и прочие стоящие в беспорядке предметы. Питер отвечает Айзеку насмешливой улыбкой и отворачивается к полке с кофе. Волк с охотником шутливо переругиваются, не смущаясь Айзека, а тот наблюдает за этой странной семейной идиллией с улыбкой, полулежа на столешнице, подложив локоть под голову. В какой-то момент, Питер, видимо решая прекратить спор о том, какому сорту сыра стоит отдать предпочтение на этой неделе, просто целует охотника в губы, притягивая к себе за загривок, тихо урча в поцелуй. Айзек не отрывает от них взгляда, невольно облизывая нижнюю губу. Крис легким толчком в плечо отстраняет от себя вервольфа, качая головой и проговаривая: - Я все равно прав. Питер тихо полурычит, полусмеется, доставая с полки три кофейные чашки. Одну ставит перед Айзеком, наливая три четверти кофе, две другие наполняет ароматным напитком доверху. Конечно, за четыре утра нетрудно запомнить, что Айзек любит кофе с молоком, но Лейхи удивляет, что Питер придает этому значение. За политые сиропом блинчики Айзек готов заложить душу, а за спокойную улыбку Криса, адресованную ему лично - сжечь Карфаген, Рим и свою школу. За возможность свободно смотреть на Арджента в домашней, спокойной обстановке Айзек совсем не знает, чем ему расплачиваться. Наверное, страхом перед Питером, в котором больше не чувствуется агрессии или злости, не чувствуется даже ревности. Айзеку кажется, что Хейл чего-то ждет, но вот чего волчонку понять не удается. - Как там мой племянник? - не создается впечатления, что Питера так уж интересует Дерек. Айзек его понимал - младший Хейл к личной жизни дяди отнесся с болезненным непониманием, сделав из неё ещё один повод для выяснения и без того непростых семейных отношений. Больше всего Дерека обижало то, что Кора была на стороне дяди. - Да всё... как обычно, что ли, - Айзек неуверенно пожимает плечами, поднимая взгляд на Хейла. - Он немного бесится из-за того, что Кора со Стайлзом и остальной стаей уехали. Но он сам не захотел на море... - Лейхи передергивает плечами, украдкой косясь на Криса. - Дерек считает, что его мальчишка должен сидеть при нем как на привязи, - Питер смеется, отставляя чашку с кофе. - Кто ж теперь-то ему скажет, что это так не работает. - Сам поймет, - спокойно роняет Крис. - Хочешь сказать, что я чересчур его опекаю? - урчит Питер, подаваясь всем телом ближе к охотнику. - Хочу сказать, что ты чересчур лезешь в его жизнь, - смеется Крис, поворачиваясь к замершему очень близко оборотню. Оба не двигаются, просто смотрят друг на друга, но смотрят так, что Айзек не выдерживает, отводит взгляд, рассматривая напиток в своей кружке. Запахи, исходящие от Криса и Питера, просто сводят молодого волка с ума. - Мне, наверное, нужно обратно вернуться... Ну, в лофт. Я же там живу, - неловко и тихо произносит Айзек, пачкая пальцы кленовым сиропом. - Зачем? - просто спрашивает охотник, бросая короткий взгляд на Хейла. Тот пожимает плечами, всем своим видом выражая полное согласие с любым решением своего человека. Это может означать только что Питер уже знает, что решил Крис. - Можешь оставаться здесь столько, сколько захочешь, если дело в этом. - Дерек - так себе сосед по квартире, особенно, когда квартира принадлежит ему, - со знанием дела фыркает Питер, внезапно улыбаясь. - Оставайся. И Айзек кивает, глядя при этом на Криса. А после завтрака поднимается в комнату, разбирая в спешке засунутые в сумку вещи. Немного страшно - потому что никто понятия не имеет, что может твориться в голове у старшего Хейла, хотя... Хотя Крис, наверное, знает. Знает, и потворствовать какой-нибудь жестокой игре, пожалуй, не стал бы - Айзек надеется только на это, аккуратно раскладывая свои вещи по местам. Иногда Айзеку хочется подойти к мужчине, обнять, пряча лицо на широкой груди - Крис пахнет силой и домашним уютом, Крис не пахнет опасностью. Иногда Айзеку хочется касаться губами его шеи, плеч, груди, подтянутого живота, постепенно опускаясь на колени, чтобы уткнуться лицом в пах, вдыхать мускусно-пряный запах мужского возбуждения, смотреть на Арджента снизу вверх, безмолвно умоляя о похвале и ласке. И почему-то Айзеку неизменно кажется, что он получит и то и другое, стоит только правильно попросить. А Питер наблюдает. Видимо ждет неверного шага, чтобы оправдать жестокое убийство семнадцатилетнего подростка, но Айзеку не кажется, что Питеру нужны оправдания, да для Криса никакое достаточным и не станет, а значит, Хейл выжидает чего-то другого.

***

Айзек готовит ужин, предварительно спросив разрешения у Арджента. Тот удивленно щурит серебристые глаза и кивает, пожав плечами - кажется, Айзек своим вопросом-просьбой привел его в легкое замешательство. - Я правда хорошо готовлю, - пытается успокоить мужчину волчонок, и тот улыбается, смешливо, но не обидно - Айзеку хочется заурчать, сесть в ногах, прижимаясь щекой к бедру, и так провести остаток жизни. Наверное, действительно получается хорошо, во всяком случае, так говорит Крис, и Айзек не чувствует в его интонациях лжи или жалости к себе, а Питер разливает вторую бутылку сухого красного по бокалам, почти не сводя взгляда со своего человека. Питеру не идет слово "влюбленный", но Айзек не знает синонима, подходящего взгляду Хейла, обращенному на Криса Арджента. Когда Айзек, пожелав обоим хороших снов, уходит спать, Крис, покручивая в пальцах тонкостенный бокал, опустошенный лишь на половину, поворачивается к Хейлу с тем выражением на лице, которое означает: "Я все знаю, но хочу, чтобы ты мне об этом рассказал сам". Питер смеется, поднося свой бокал к губам, но взгляда не отводит, придвигает стул ближе, наклоняясь к человеку и почти в губы выдыхая: - Что? - Ты не против того, что мальчишка живет здесь? - Крис коротко вздергивает брови и отстраняется, вставая из-за стола, начиная собирать посуду. Питер подумывает открыть третью бутылку вина. - Знал бы я тебя похуже, подумал бы, что ты боишься оставаться со мной наедине надолго, - вервольф скалится в ответ на смешок человека. - Но я тебя знаю не настолько плохо. Тебе он нравится? - Питер подается вперед, обхватывая проходящего мимо охотника за бедра, чтобы притянуть к себе. - Ему трудно, - Крис вытирает руки кухонным полотенцем, бросая взгляд на загудевшую посудомойку, и снова берет в руки бокал, подходя вплотную к Хейлу, с тихим вздохом усаживаясь на его бедра. - У него нет никого, кто мог бы в действительности о нем позаботиться. Питер осторожно прихватывает клыками виднеющуюся из-под рубашки ключицу, тут же зализывая потревоженное место, касается губами шеи, глубокими глотками вдыхая запах Криса. - Он хочет тебя, - неожиданно спокойно проговаривает Хейл, широким мазком проводя языком по шее охотника. - У него на лице читается желание грохнуться на колени и отсосать тебе. - Перебарщиваешь, - так же спокойно роняет охотник, отставляя свой бокал в сторону. - Мальчишка просто не представляет, как еще можно получить ласку и одобрение. - Его поздно переучивать, Крис, - Питер откидывается на спинку стула, мягко проводя ладонями по бокам охотника вниз, к бёдрам, а затем вверх, задирая тонкую черную рубашку. - И это в любом случае не меняет того факта, что он хочет тебя. - А тебя это не заставляет нервничать, - Крис наклоняется к оборотню, запуская пальцы в его волосы. - Что ты задумал? - Ничего, - оборотень улыбается, касаясь губами щетинистого подбородка. - И мне незачем нервничать, Крис, он всего лишь потерянный мальчишка. Которому страшно, одиноко и он никому, в общем-то, не нужен. И прекрасно это осознает. - Тебе жаль его, - Арджент не спрашивает, а утверждает, спуская одну ладонь на шею любовника. - Немного, - Питер прикрывает глаза, подставляясь прикосновениям. - Может быть. Я не уверен. Питер не хочет продолжать разговор, а Крис ему позволяет, ему кажется, что он узнал и понял достаточно - во всяком случае, неприязни к волчонку Питер не испытывает, и это неплохо. А узнать, что он задумал можно и позже, потом, хоть слегка насытившись прикосновениями и близостью. Завтра. Послезавтра. Оставить всё на потом.

***

Айзек спускается на кухню непоздно ночью, наливает в стакан воды, осушая его долгими большими глотками, окидывает взглядом прибранную кухню и возвращается обратно на второй этаж, как завороженный замирая у лестницы. Айзеку нужно повернуть налево, пройти до конца недлинного коридора и закрыться в комнате, которую про себя он с нежностью называет "своей". Но с другой стороны Айзеку просто жизненно необходимо повернуться направо, туда, откуда несет невыносимо сладким и жгучим запахом возбуждения, туда, откуда до волчьего слуха доносится учащенное дыхание и тихие, сдерживаемые постанывания. Айзек так невероятно сильно хочет видеть то, что происходит за обычно закрытыми дверями спальни. Увидеть Криса, отдающегося оборотню или, наоборот, берущего его. Айзек уверен, что Арджент охренителен в любой позиции. Айзек бесшумно переступает босыми ногами по полу, доходя до общей спальни Криса и Питера, и замирает, забывая дышать, потому что какие-то волчьи боги явно издеваются над Айзеком - чем еще объяснить приоткрытую дверь, открывающую отличный обзор на то, что Айзек совершенно точно не должен видеть? Но Лейхи не собирается упускать шанса, он только надеется, что увлеченный любовником Питер не почует чужого запаха и не услышит сбитого дыхания. Новый стон - чуть громче предыдущих, еле слышных. Айзек наконец-то позволяет себе, оглушенному чужими эмоциями и запахами, присмотреться к происходящему на широкой постели. Крис, приподнявшись на локтях, кажется, кусает нижнюю губу - в полумраке плохо видно, - неотрывно глядя на расположившегося между его ног оборотня, иногда нетерпеливо подкидывая бедра вверх, с хриплым стоном вбиваясь глубже в горло любовника. Питер урчит, наверняка вибрируя горлом вокруг напряженной плоти, и опускает голову ниже, вбирая член глубже, похотливо выгибаясь всем телом. Арджент захлебывается воздухом, спиной падая на кровать, и запускает одну руку в волосы оборотня, сжимая пряди, оттягивая, задавая нужный ему ритм. Питер подчиняется с удовольствием - Айзека просто сметает запахом, - двигается так, как хочет охотник, то почти выпуская член из плена губ, то глубоко насаживаясь глоткой, давая Ардженту толкнуться еще глубже. Айзек осторожно приваливается плечом к стене у двери, чтобы видеть лучше и больше, и запускает ладонь под тонкую ткань пижамных штанов, сжимая ладонью вставший, уже потекший липкой смазкой член. Волчонок чувствует, как меняется запах Криса по мере приближения к оргазму, он становится ярче, терпче, в нем больше пьяняще-пряных нот - Айзек быстро двигает ладонью по своему члену, стараясь догнать Арджента, который просто должен вот-вот кончить. Но этого не происходит - Питер без труда отстраняется, проводя руками вдоль тела человека, вычерчивая дорожку прикосновений губ по животу и груди к шее, к подбородку, к губам. Крис тихо постанывает, коротко вскидывая бедра, отвечая на поцелуй, цепляется сильными пальцами за бедра, сжимая, притягивая любовника ближе, а затем одним слитным рывком опрокидывает Питера на спину, нависая над ним, тяжело дыша от клокочущего возбуждения. Айзек завороженно наблюдает за происходящим, едва поглаживая себя, растирая капли смазки по головке, прижимаясь горящей щекой к прохладной стене. - Окей, - жарко выдыхает Хейл, перед тем, как Крис наклоняется к нему, втягивая в долгий поцелуй. Айзек едва не скулит от скопившегося в паху напряжения и желания разрядки, но оторвать взгляда от Арджента не может и не хочет. Сильные плечи, узкие бедра, плавные, но выраженные рельефы мышц, переливающаяся золотистым загаром даже в слабом лунном свете кожа - всего этого хочется касаться руками, губами, хочется вылизывать каждый изгиб идеального мужского тела. Айзек прокусывает губу до крови, туго обхватывая ладонью свой член, пережимая у основания, чтобы не кончить немедленно, когда Крис начинает двигаться, равномерно и мягко толкаясь между широко разведенных бедер, выгнувшегося ему навстречу Питера. Лейхи затаив дыхание следит за тем, как на спину Криса ложатся когтистые ладони - хищник под ним рычит и, как кажется Айзеку, себя почти не контролирует, но на самом деле когти даже не касаются кожи, не так, чтобы оцарапать хоть немного. Питер шепчет что-то, даже Айзек не может разобрать слов, но Крис, наверное, слышит, а услышав, тихо, сдержано стонет, переходя на глухой гулкий рык, когда длинные черные когти едва-едва касаются ягодиц. Питер вторит рыку, активно подмахивая каждому движению Криса, заводит руки за голову, давая любовнику полную свободу, власть над собой, которыми Арджент пользуется: замедляется, чуть откидываясь назад, удерживает оборотня за бедра, с каждым движением буквально натягивая его на себя. У Айзека подгибаются колени от напряжения, но он продолжает ласкать взглядом сильное, взмокшее тело. Волчонок кончает, когда Крис снова склоняется над Питером и тот в ответ обнимает его, притягивая к себе. "Наверное, целует" - устало думает Айзек, размазывая сперму по ладони. Айзек очень хочет сейчас поцелуя. Настоящего, жадного, жаркого. Такого, который сейчас делят на двоих мужчины в постели. Разрядка изматывает, и, к тому же, накатывает стыд - Айзек отворачивается от двери, вслушиваясь в предоргазменно учащенное дыхание охотника и вторящие ему хриплые порыкивания хищника. - Господи... - выдыхает сквозь зубы, понимая по сдавленному рыку, что мужчины почти одновременно дошли до пика. Едва опавший член снова начинает подниматься, и Айзек мучительно краснеет, спеша убраться подальше от чужой спальни, чужой жизни и чужого удовольствия. Ночью ему, предсказуемо, снится Арджент. И даже спокойно-насмешливый взгляд Питера, так же присутствующий в сновидении, Айзека не смущает.