Том3. Неудачная поза в жизни

      На платформе останавливается поезд. Холодно, уже поздний вечер, а я в лёгком пальто. Мой взгляд очень внимательно оглядывает, будто облизывает, каждого пассажира. В основном это зрелые люди в возрасте от тридцати до шестидесяти лет. А вот и белобрысый коротышка, прыгающий между их серых силуэтов.       Я хватаю его за шиворот.       - Ох, ты ж мать твою! – пугается этот стервенец, едва увидев моё лицо.       - Ну, тварёныш, пора домой, - говорю я ему голосом Люцифера.       Пусть в штаны наделает шкет ушастый, обожаю запугивать таких недорослей.       - Нет, дядя! Никуда я с вами не пойду! Отпустите! Помогите! Маньяк-педофил! – извивается этот сучёныш и привлекает к нам внимание нескольких прохожих.       - Ах, ты гадёныш недоделанный! – я хватаю его за горло и веду к выходу.       - Стойте! Чей это мальчик? – останавливает меня, обеспокоенный криками недросоля, незнакомец.       Я поворачиваю своё озлобленное лицо, украшенное шрамами, на неизвестного мужчину, и у того тут же отпадают все вопросы.       - Кто ты, дядя?! Куда ты меня тащишь?! – визжит этот щенок.       - К мамке твоей, - отвечаю и хмурю брови. В расписании на сегодня нет поездов.       - Нет! Я не поеду обратно! Нет! Дядя Том, пожалуйста!       - Так значит, ты меня знаешь, сучёныш? – удивляюсь я.       - Ну, мамка рассказывала про исполосованного сына своей подруги. – Малец на себе указательным пальцем показал шрамы на моём лице. - Вот я и догадался.       Я схватил его короткие пальцы, которыми он в воздухе расчерчивал своё лицо на части.       - Никогда на себе такое не показывай, - говорю я, и этот юнец сглатывает слюну от испуга. Неужели я так хорош с этим устрашающим голосом? – радуюсь я про себя.       – Что ж, на сегодня рейсов до твоего города нет. Придётся тебе переночевать у меня, а утром я отправлю тебя обратно, – решаю я и фотографирую расписание поездов на свой телефон.       - Голоден? – спрашиваю я у мелкого засранца, и он в ответ кивает головой. Мы заехали в ночную кафешку и перехватили там по гамбургеру.       - В каком ты классе? – спрашиваю своим обычным голосом, чтобы разрядить между нами обстановку.       - В девятом.       Ему пятнадцать и семь лет разницы между нами – тут же считаю я.       Бля, зачем я это считаю?       - Ну, давай рассказывай, что случилось и почему к мамке назад не хочешь, - вздыхаю я.       Что с уголовниками, что с этим негодником – разговор один и тот же.       Малец фыркает.       - Она себе хахаля завела. Хрен я с ними останусь теперь! Она, блядь, всё для него делает, а для меня хер!       Моя челюсть готова упасть, но я отчаянно пытаюсь её удержать на месте. А мне думалось, что это я самый злостный матершинник.       Малец был живым и бодрым, совсем как я когда-то. И почему всё так изменилось? Почему я стал таким серьёзным? Наверное, это влияние Рича. А ведь этот упырь любил меня. Он переписал на меня свою квартиру и все сбережения. Боялся, что умрёт из-за порока сердца, но его сгубила тупая авария со смертельным исходом. Он по максимуму постарался смягчить удар для чужой машины, в которой, кстати, был ребёнок. Никто, кроме Рича, не погиб. Семейная чета с ребёнком на заднем сиденье отделалась лёгкими ушибами.       Я погрустнел. Меня вывели из транса необычные глаза малыша, которые впритык уставились на моё лицо.       - Крутяк! – его мягкая ручка прошлась по моему центральному узкому шраму.       - Отвянь, бестолочь, - рассердился я и оттолкнул от своего лица любопытную рожу стервенца.       Я привёл эту юлу домой, и она оббегала мою четырёхкомнатную квартиру.       - Здесь нигде нет замков, а почему эта дверь заперта? – спросил малец дёргая за ручку спальни Рича.       Я точно стал живым воплощением своего наставника. Жил в его квартире, запер его спальню от посторонних глаз. Какой я ненормальный стал, совсем как Рич когда-то.       - Я живу один, и запираться мне не от кого, - пояснил я. – А в этой запертой комнате я разделываю тела непослушных мальчишек, - пугаю я его.       - БДСМ комната? – уточняет прошаренный шкет. И где только набрался этой похабщины в свои пятнадцать?!       - Да, БДСМ комната, - скалю я зубы. - Так как ты ночуешь здесь одну ночь, разрешу спать в зале.       - Е-е-е! – это чудовище бежит в зал и начинает прыгать там на диване.       После Рича я сделал капитальной ремонт в квартире и только одну комнату оставил без изменений – его спальню. Я обустроил всё по собственному вкусу и сделал из комнаты его бывшей жены личный кабинет. Приносил работу на дом и от скуки делал всё допотопно и по всем правилам. На работе я был лучшим и быстро поднялся по карьерной лестнице. Но меня это не интересовало. Моя жизнь стала пустой и безразличной даже мне самому.       - Прекрати прыгать, чудовище, - окликнул я парнишку.       - Дядя, чего ты хмурый такой? Это же весело! Попробуй и ты! – пригласил он меня попрыгать на мягком диване.       Я представил эту картину: здоровый высокий дядька с тяжёлым от выкуренных сигарет дыханием скачет на диване. Нет уж. Увольте. За четыре года я слишком возмужал, чтобы вновь вести себя как ребёнок.       - Ладно, прыгай, - разрешил я. – Через несколько лет твоя забава будет казаться странной для окружающих, поэтому прыгай, пока тебе это позволено по возрасту.       - Я не ребёнок! – сердится это чудище с глазами, похожими на две водяные лилии.       Следующим утром кличка "чудовище" надёжно закрепилась за этим отпрыском дьявола.