Лучик света в кромешной тьме.

Наверное, это странно, да? Кажется вот, совсем недавно он был маленьким рыжим солнечным мальчуганом, а теперь рослый привлекательный парень, от которого глаз не оторвать. Попытка осознать, когда я влюбился в это чудо, потерпело полное фиаско. Возможно, я любил его с самого нашего знакомства. И после принятия влюбленности, даже скорее любви, начал давить в себе педофила. Ему же только 14 исполнится. Мысли о том, что придется исчезнуть из жизни Ичиго в один прекрасный момент так же неожиданно, как я в ней появился, вгоняют в огромную депрессию. Именно из-за этого Ишшин и начал ко мне присматриваться. Потом приставать с расспросами, лишними спаррингами, пока я в один момент не сдался и не ляпнул, что по уши влюбился в его сына. За что и получил, в общем-то. Справедливо. С неделю он ходил мрачнее тучи, пока дети особо не замечали его мрачного состояния. Косился на меня злым задумчивым взглядом. Пока в один из вечеров, когда дети уже разошлись по комнатам и мирно спали, он не пришел ко мне с парой бутылок сакэ. Я удивленно вскинул бровь, посмотрев на все это богохульство. - Чего смотришь? Поговорить пришел. – Фыркнул он и уселся рядом со мной на диван. – За мной не заржавеет врезать тебе от души, ты же знаешь. - Точно не заржавеет. Особенно когда есть, за что. – Поддакнул я, принимая стопку. – Так что надумал? - Насколько все серьезно? – Волнуется, засранец, вон как рука с бутылкой дрогнула. – Твое депрессивное состояние, конечно, многое объясняет. Но я хотел бы услышать это лично от тебя. - Настолько серьезно, что самому не верится. – Я залпом опустошил рюмку и потянулся за добавкой. – Угораздило же. Хоть убей, все равно любить его буду. - Ясно. – Ишшин тоже залпом выпил и разлил еще по одной. – Я тоже любил, да и до сих пор люблю. Просто это все… просто. В общем… - Да-да, знаю. – Начал я, но этот паршивец в отместку перебил меня. - Я хотел лишь сказать, что делай, как знаешь. – Ишшин нахохлился, явно не особо довольный своими словами, но явно смирившийся с положением вещей. – Не хочу давать лживых надежд, но я тут заметил одну странность. Да и не только я, девочки тоже. В общем, один рыжий засранец тоже не ровно дышит к придурку, которому я все еще хочу врезать. Но вместо этого говорю сейчас с ним по душам и распиваю сакэ. Все-таки столько лет знакомства даром не проходят. - Я не подведу. – Хмыкнул я с легкой улыбкой на губах. Умеет обнадежить. - Признаешься ему? – Я неуверенно на него покосился. Он прыснул в кулак, сдерживая смех. – Да куда ты денешься, Кенпачи. Только дом не разнеси в порыве чувств. Нарывается, скотина! Точно нарывается!

***

Думать о признании и признаваться – разные вещи. Я это понял, когда сегодня все-таки признался. Я ждал чего угодно: угрюмого молчания, удара под дых от души, да чего угодно, но не взаимного признания. Вспоминая предупреждения Ишшина, пришлось взять себя в руки и перебороть в себе желание носиться по дому с радостным воплем. Я даже на мгновение забыл, кто я, и что мне нужно дышать. Влетевший в комнату отец семейства напомнил, что все-таки Ичиго сегодня именинник, и дома мы определенно не одни. Да и к чему спешка, времени еще полно. Но так не хочется его отпускать. Ай, была, не была. - Ну что, именинник, готов принимать подарки? – Спросил я, когда все поели и начали что-то оживленно обсуждать. Девочки, хлопая в ладоши, начали подзуживать с воплями «Подарки! Подарки! Время подарков». - А может… - Начал Ичиго, посмотрев на меня умоляющим взглядом. - Никаких может, Ичи. – Сердце, ну куда тебя понесло? Если это только начало, что же дальше то будет? Сентиментальный Зараки Кенпачи – это уже слишком. В Готее этого явно не оценят должным образом. – Ну, так что, кто начнет? Садо не в счет, он уже подарок подарил. За столом повисло молчание вперемешку с легким напряжением. Я осмотрелся, понимая, что кого-то явно не хватает добрых полчаса. - Бегу! – Завопил Ишшин с лестницы и все дружно засмеялись. Напряжение спало. Глава семейства Куросаки подбежал к столу и протянул сыну синий сверток, перевязанный красной лентой. – С днем рождения, сынок. - Спасибо, пап. – Ичиго слабо улыбнулся. – Но можно было не так официально и не в такой спешке. - Идиот. – Буркнула сидящая рядом с Ичиго Карин и протянула брату подарок. Так и пошли по кругу. Ичиго терялся с каждым новым подарком. Положение спас Садо, когда подошла его очередь. - Подарок, наверное, вышел дурацкий. – Тихо буркнул он, за что получил щелбан. - Отличный подарок, придурок. – По-доброму огрызнулся Ичиго, которому определенно стало легче. На Садо удивленно уставились несколько пар глаз. Я тоже не сразу привык к тому, что этот молчаливый парень может много говорить. Стоило мне почувствовать укол ревности где-то под сердцем, как я получил увесистый пинок по ноге. От кого он прилетел, я так и не понял. - Остался только Кен-чан. – Послышался тоненький голосок Юзу. Уже я? Быстро, однако. - Карин, Юзу, держите его и закройте ему глаза. – Со смешком сказал я сестрам и повернулся к недоумевающему Ичиго. Ишшин резко напрягся. Не знал, что он бывает таким испорченным. – Вытяни руку. Парень недоуменно вытянул над столом левую руку перед тем, как девочки закрыли ему глаза. Все молча смотрели за моими движениями. Я достал из кармана штанов золотой браслет, который так и не успел упаковать. Девушки охнули, а парни посмотрели с легкой завистью. - Цыц, не подсказывать. – В шутку пригрозил я, услышав тихий облегчённый вздох Ишшина. Я аккуратно надел браслет на руку, чувствуя, как Ичиго напрягся. – Угадаешь, что это, или сразу открыть глаза? - Уж лучше сразу открыть. – Хмыкнул рыжий и сестры сразу убрали руки и отошли. Он не удержал восхищенного вздоха, рассматривая браслет на руке. – Ты совсем умом тронулся? Он же дорогущий, Кен-чан! - И только поэтому ты пялился на него последние полгода, как только проходил мимо ювелирного? – Поддел я с понимающим оскалом на губах. - Ну, просто… - Красный как помидор парень нахохлился и отвернулся. - Знаю я такое просто. – Я посмотрел на время. – Ну что, может, сыграем во что-нибудь, пока время еще есть? - Вот дети пусть играют, Кенпачи, а мы с тобой выпьем. – Ишшин с особым энтузиазмом сцапал меня за плечо. – Не хватало мне еще напиваться в одиночку. - И то верно. – Я встал из-за стола и скинул настырную руку с плеча. – Мне одного раза хватило тебя придурка откачивать. - Не напоминай, Кен-чан. – Ичиго встал из-за стола. - Ну так что, во что сыграем? - Может во что-нибудь на улице? – Предложила Тацуки. – Не все же время сидеть дома. - Тогда вышибалы? – Предложил кто-то из ребят. – А там дальше посмотрим. - Хорошо, тогда мы принесем попить. – Встряла Карин. Ичиго лишь обреченно выдохнул и склонил голову. Пока ребята распределяли, кому что, мы с Ишшином под шумок ушли на крыльцо. Как только мы оказались на улице, мне сразу же прилетел подзатыльник и непонятное бурчание. - Ничего не слышу, громче можно? – Оскалился я, прищуренными глазами сверля старого друга. – Я тебя действительно так напугал? - Да, идиот! – Фыркнул Ишшин и заткнулся. А меня пробрало на смех. – Ты уж береги его, ладно? А я, как всегда со стороны. Нет, ну серьезно. Вроде взрослый, дельный мужик. Ему же около сотни лет, если не больше, а ведет себя как маленький ребенок! Ну ладно, может я действительно немного перегнул палку, но оно ведь того стоило. Все остальное время прошло в тягуче-приятном молчании. Мы пили, наблюдали за молодежью, временами перекидываясь парой фраз. Пару раз подходил Ичиго, молча присаживался рядом и пристраивал голову на мое плечо. Несколько минут смотрел куда-то вдаль немного уставшим и сонным взглядом и возвращался обратно к гостям. Вскоре и они стали расходится, поздравляя напоследок с днем рождения и дружески его обнимая. Не знаю, что именно отразилось на моем лице, но сидящий рядом Ишшин зажал себе рот руками, чтобы не засмеяться во весь голос. А когда любимый засранец стал возвращаться, так мужчина вообще смотался, оставив нас одних. - Как же я устал. Хорошо, что завтра выходной. – Негромко сказал Ичиго и, подойдя ближе ко мне, обнял. Мгновением спустя он уткнулся лицом в грудь, пряча покрасневшие щеки. Я усмехнулся и, обняв его в ответ, поцеловал его в макушку. О, теперь и уши покраснели. - Что-то ты слишком сильно покраснел. Не заболел ли? – Со смешком спросил я. – Может побыть с тобой, пока не уснешь? А то мало ли. Я тихо засмеялся, когда Ичиго вздрогнул и на всех порах собрался рвануть в свою комнату. - Да успокойся ты, дурачок. – Я чуть отпрянул и поцеловал его в щеку. – Я не собираюсь торопиться, так что успокойся. Идем домой, надо помочь с уборкой. Благо убираться пришлось не долго. Пока молодежь играла, девочки успели убрать все основное. А уже после, когда в гостиной, освещенной лишь лунным светом, да тусклым торшером на столе, я с удовольствием ответил на нежные объятия и робкий поцелуй этого засранца. Наслаждаясь поцелуями и заново изучая уже, казалось бы, давно известную спину, я старался не думать, что скоро мне возвращаться в Готей. Что придется еще долго спускать в кулак, потому что после всего этого во снах все зайдет далеко за грань объятий и поцелуев. И что надо бы успеть сходить хотя бы на одно свидание перед тем, как я оставлю его здесь на месяц-другой.