Уровень доверия

В день «икс» Энни наотрез отказалась идти со мной на светскую тусовку, выставив ультиматум в виде такого мощного пинка, что я кубарем выкатилась из книжного магазина. Во-первых, ей это все действо видите ли не по душе, во-вторых, делать ей там абсолютно нечего, в-третьих, она не любит людей, и это еще мягко сказано, в-четвертых, ее бесят шутки Ханджи про то, что мы парочка, в-пятых, у нее нет приличной одежды. Ну, последнее — наглая ложь. Я видела у нее в шкафу отличный костюм с элегантной юбкой, и все приятного бежевого цвета, нашивки с единорожками по рукавам даже очень в тему. А вот в чем идти мне — вопрос открытый. Если Энни не идет, скажете Вы, можно взять ее костюм, ну, тот самый, с элегантной юбкой... Ха-ха, ребята. Она ниже меня ростом, а, может, даже меньше нашей светской львицы Хистории. Я тут местный бугай, ну да это у меня с детства. Так что придется идти в чем есть. В чем есть. В чем есть... Времени покупать что-то уже не было, да и деньги я хранила для техники, чтобы работа шла лучше ведь нужна аппаратура, плюс, наконец, стала нормально питаться. Вернула овсянку, несварение прошло... Жизнь-то налаживается, а тусовки у Ханджи — еще не повод тратить деньги на одежонку. Но вообще-то... у меня всегда есть способ выпендриться не заплатив. Осталось найти простушку, которая одолжит мне шмотки. Криста по понятным причинам отпадает, пусть мы и обменялись номерами, но клянчить я не стану. Что я ей скажу? Ах, Криста, меня впервые в жизни позвали на светскую пати-пати, а мне и надеть-то нечего? Ну, нет уж. Обойдется, колбаса деловая. Пусть думает, что у меня все в полном ажуре и я купаюсь в деньгах, славе и женских телах. А вот кинуть маячок Саше, у которой в принципе схожее с моим телосложение и широкая душа простой девушки... почему нет? В конце-концов, в Тросте мы часто помогали друг другу (не то чтобы по своей воле и очень искренне), но точно разошлись на хорошей ноте. Так что мы созвонились, и я бессовестно нагрянула к ней домой, ожидая встретить там и лысика, но у него была смена (что меня совсем не удивило, если честно). Меня обняли так, словно я вернулась из армии, а в довершение всего прочего еще и расцеловали в обе щеки слюнявым, но очень искренним ртом. Я мельком справилась как дела, как жизнь, как семья, как дети, ну, из чистой вежливости, и мы перешли к примерке её шмота. Нашлись довольно миленькие вещички, но мы решили нарядить меня построже, чтобы не казалось, будто я совсем несерьезная фифа, так что в конечном итоге я вертелась перед зеркалом в, практически, мужском костюме. Прямом, темном и довольно элегантном, особенно для человека с таким количеством веснушек, как у меня. Ох уж эти пятна счастья, любовь солнца, крапинки судьбы! От них всегда одни неприятности! Помнится, даже Криста говорила, что эти гречинки её зацепили в свое время. И как это обернулось? И подумать стремно. – Отлично, Имир! – выдохнула Саша, вытирая со лба пот. Она устала, потому что я критиковала весь её арсенал одежды, но совсем на меня не сердилась. Говорю же — широченная душа. – Так что за тусовка? – А-а... да эта, тетка с новой работы пригласила, – ответила я, махнув рукой. Меня трясло от одной мысли о сборище богачей вроде нашей Кристы. Правда, это хозяева песиков, хоть один им плюсик, забота о ком-то кроме себя. Правда, даже так они смогли выпендриться, устроив свои выставки. – Куча снобов и ни одной знакомой рожи, – наябедничала я. – Правда, Ханджи сказала, что будут закуски. Но что-то меня эти улитки, икра и шампанское не радуют. То же мне — еда. Одно извращение. Мясо поджарьте, вот Вам и еда, сборище кретинов, собиратели пивных крышек. Своих собак и то лучше кормят. Филе там, вырезки. А сами тянут какие-то потроха, запекая их в желудках тех же зверей. – Закуски! – завопила Саша, и я поняла — плевать сколько снобов там будет — еда решает все. Да, я-то согласна, но какая это должна быть еда. А этой... я знаю Сашу — она сметет, что угодно, и еще спасибо скажет. Такую не стыдно и на банкет привести. Простые люди тем и хороши — трогательные до одури. – Можем пойти вместе, у меня плюс один, – небрежно сказала я, и Браус чуть не померла от счастья. Остаток времени мы провели, выбирая костюм и ей. Но она определилась быстро, в отличие от меня. Хотя, в чем тут вопрос? Гардероб-то её. В назначенный час мы пришли в дом Зое, где уже было людно и собрались почти все гости, разряженные в пух и прах. Большой зал действительно использовали для того, чтобы приглашать гостей. Собак не было. Я даже удивилась — уж не заперла ли она их? Как-то не похоже на Ханджи. Но даже такие верные друзья людей, как Бин, Сони, Фрида и стремная болонка, все равно не смогут во всей красе оценить банкет. Думаю, они в глубине этого необъятного дома. Я познакомила Сашу с Ханджи, которая признала в ней деревенскую и любительницу гончих для охоты, поэтому Браус была принята радушно: обласкана, расцелована и угощена вкуснейшим рагу, который еще даже не подали. У Ханджи дома все по своим правилам. Я оставила её у стола, где она нашла общий язык с каким-то молодым человеком, налегающим на острое и соленое, а сама двинулась вслед за Ханджи, которая знакомила меня с гостями. Эти снобы вовсю любовались моими фото-работами и восхищались собачками. У них был сдвиг на псинах, это точно. – Это та самая Имир, – говорила она всем подряд, и это даже немного смущало. Меня! Которую вообще ничем не смутить! Возмутительно! Я же тщеславная, охотчивая до похвалы, внимания и всего прочего. Но такие рукоплескания... у меня и не было такого ни разу. Впрочем, если мотаться по гей-клубам, вряд ли на такое нарвешься. Скорее — на небезопасный секс в туалете и, как следствие, герпес. Брр... – Ах, это Вы! – улыбались мне мадам с высокими прическами и их мужья, держащиеся по правую руку, чтобы поддерживать своих вешалок за локоть. Я будто попала в средневековье, ей-богу. Что за позерство! – Видели Вашу работу. Чудесно, просто чудесно! Мы хотим, чтобы Вы сделали нам такую же композицию с нашими песиками. Они, кстати, тоже победители выставок. – Но не таких крупных, как те, в которых побеждают мои любимцы, – все время вставляла Ханджи. – Но и на Вашей улице когда-нибудь будет праздник. Примерно тогда, когда я заберу своих малышей на песнию. Дамы не подавали виду, но лица у них слегка вытягивались. К большой радости моей любимой клиентки. Да и к моей, чего греха таить. Ханджи-то, в отличие от этих обрюзгших выпендрежников, своя, простецкая. Правильно, что ставит их на место. – Ханджи сообщила, сколько Вы берете за свою работу, – продолжали мужчины, поддерживая своих жен. Курицы угодливо кивали. – Деньги, – подмигивали они. – Не проблема. Вы ведь — элитный фотограф, который имеет дело лишь с чемпионами и фаворитами выставок. Вот это жизнь! Здесь пахнет крупной прибылью, учитывая, сколько собачников в режиме реального времени просят меня об идиотских коллажах. А кто-то еще хочет альбом с питомцами, а у кого-то, как выяснилось, сын заканчивает школу... Кажется, мои булочки хорошенько промазываются маслицем! Элитный фотограф! Дурни! Всего лишь пара снимков чемпиона, и я уже в цене. И мне-то всего лишь нужно было исполнить идиотскую идею этой безумной женщины, как она входит в оборот, потому что эти собачники — повернуты на своих животных. – Обратитесь в фото-студию «Объектив Майка», – говорила я, представляя лицо Нанабы, когда эти психи штабелями придут, расшвыривая деньги в разные стороны. Наконец-то я приношу прибыль. Правда, фотоаппарат я зачем-то взяла с собой на эту тусовку, и он нелепо болтался на шее, пока мы говорили. Ханджи шепнула на ухо, что все считают это признаком профессионализма. – Нанять меня можно лишь там. И те, забирая номерки и адреса, стояли и перешептывались, планируя, как на стене в гостиной появятся их крошка Жужа, маленькая Лапочка, пес Разбойник, старый Пират, верный Кинг, своенравная Кина, громкая Волынка, веселый Пустозвон, удивительный Попрыгун, озорной Граф. Я только и успевала, что запоминать клички. – А кошек Вы фотографируете? – спросили меня внезапно. Раньше, чем я среагировала на голос, кто-то засмеялся. – Это Вы верно придумали, Хистория, – хмыкнул какой-то мужичок. Передо мной стояла Криста с убранными наверх волосами, в бежевом платье, изящная, тонкая, роскошная. Рядом с ней — старикашка. Видимо, тоже какой-то бизнесмен, светский тип или вроде того. Я попыталась приосаниться. Что же, теперь мне бояться нечего. Эти люди думают, что я — элитный фотограф. И они платят. – У меня есть сиамская кошка. Победительница кошачьих выставок, кстати. Баронесса. Я бы хотел видеть ее на такой же потрясающей композиции. – Обратитесь в «Объектив Майка», – повторила я, глядя однако только на Кристу. – Я работаю именно там. Они скажут, когда у меня есть окно. Старик засмеялся и откланялся. Криста сделала шаг навстречу. Висюльки на платье качнулись, как и ее длинные серьги. У неё было раздосадованное лицо, потому что я, видимо, не словила наживку. – Обрати... – начала я, но она только махнула на меня рукой. Как грубо! – Ты не звонила, – сказала она, будто кинула претензию. Мне это не понравилось. Что за хамство? Видит меня второй раз за долгое время и ведет себя так, будто ничего не произошло. Вот уж зазналась, так зазналась. Деньги портят людей. Но, думаю, в Кристе изначально были подобные задатки. – А должна была? – фыркнула я. Я была близка к тому, чтобы расхохотаться ей в лицо. – У меня, как ты могла заметить, много работы, – небрежно заметила я и манерно обвела рукой зал, другой рукой придерживая фотоаппарат, болтающийся на шее. – Если тебе так надо, могла бы сама... – Я боялась. – Чего это? – подозрительно спросила я. Криста промолчала. Она напомнила мне ту Кристу, которую я знала. Ту Кристу, которую я любила. Такую... молодую. Девушку, а не женщину. Ту, что держала меня за руку, а не ту, что надменно пила чай, сидя напротив. Не женщину с приказным тоном, а девушку с веселым и доброжелательным голосом. До того, что она с нами сделала. Интересно, это уловка? – Я боялась, что ты скажешь, что не хочешь меня больше видеть, – сказала она спустя минуту. – Ты... поздравляю. Кажется, у тебя все удачно складывается. Мне вдруг стало тошно со своего нынешнего положения. Будто мои успехи — не благо, а вина. Да уж. Новая Криста могла заставить чувствовать себя неловко лишь из-за того, что у меня теперь стабильная работа, есть пожилая, но крутая подруга, и много людей знают мое имя. Какая прелесть! – А у тебя что, нет? – уточнила я. – Нет, – улыбнулась она и протянула ко мне руку. – Ты не любишь такие тусовки. И я тоже. Давай уедем?