Средь пены морской и русалок игривых

      — Давайте ему травяной сбор и делайте холодные компрессы. Пара дней, и он встанет на ноги. Ой, простите, случайно вырвалось… — молодая травница чуть смутилась. Она до сих пор не до конца верила, что несколько часов назад её пациентом стал русал. — Но я всё же посоветовала бы вам найти кого-нибудь его вида: я смогла справиться с симптомами, но не с причиной болезни.        — Вы оказали нам неоценимую помощь, мисс Аурелия. Вот, прошу вас, возьмите, — Оливер протянул девушке ворот с драгоценными камнями и серьги. Та мгновение поколебалась, но приняла их. — И я очень надеюсь, что вы никому не расскажете о нас.        — Об этом вы могли и не упоминать, — чуть обиженно воскликнула Аурелия. — Моего брата постигла та же судьба, что и вас, но, к сожалению, некому было его спасти.       Несколько минут прошли в молчании, затем девушка вновь заговорила:        — Дня через три мой отец отправится в Рашен — он гончар и раз в месяц возит туда глиняные горшки. Думаю, в его повозке найдётся для вас место. Всё же оставаться здесь не безопасно.

***

       — Надеюсь, ты поговорил с командой? — Джефри не удостоил вошедшего капитана даже взглядом, продолжая делать пометки на одной из нарисованных Доминго карт. — Маршрут я проложил. Вот здесь, — он указал на обширную область, обведённую жирной линией, — наши охотничьи угодья. Нам очень повезло, ведь через пару дней начнётся сезон, и улов обещает быть крупным.        — Но ведь это не правильно… — неуверенно начал капитан, но наткнулся на разгневанный взгляд церковника.        — Не смей даже заикаться об этом. Эти безмозглые твари лишь расходный материал. И мне плевать, сдохнут они или будут чьими-то игрушками. Ты меня понял?        — Да. Всё будет так, как ты захочешь.       Джефри растянул губы в подобии улыбки: наконец-то его жизнь налаживалась. Доминго делал абсолютно всё, что он хотел, а команда в свою очередь не смела перечить своему обожаемому капитану. Саманион — тот человек, с которым он говорил в Гарше, — выполнил свою часть сделки и замолвил за Джефри словечко. Благодаря этому появилась возможность повысить своё влияние и материальное положение. К тому же охота на сирен и русалок для Фокса являлась не только очень прибыльным делом, но и весьма приятным в моральном плане.

***

      Тритон метался на кровати, комкая одеяло. Лихорадка спала, но в груди всё ещё было ощущение, будто он горит изнутри. В своих снах он видел Доминго, протягивал руки, пытаясь ухватить его, но тот всё время ускользал. Отчаянный рывок вперёд, и вот он уже лежит на капитане. Жар в груди больше не причиняет вреда, скорее, ласково греет. От переполнивших его чувств, тритон крепко обнял капитана, а затем впился в его губы в неумелом поцелуе.       Сантьяго вошёл в хижину и наткнулся на умоляющий взгляд Оливера: тот лежал не в силах даже пошевелиться, прижатый к полу тритоном, который к тому же слюнявил рубаху на его плече. Каждая попытка выбраться или отползти вела за собой ещё более сильные объятия.        — Если он сожмёт меня ещё хоть немного, то сломает мне ребра, — с трудом произнёс Оливер.        — А разбудить ты его не пробовал? — расплылся в широкой улыбке негр — ситуация его забавляла.       Оливер укоризненно посмотрел на Сантьяго.        — Пробовал, как же иначе.       Сантьяго что-то прикинул в уме и на несколько минут вышел из хижины, а затем вернулся с ведром воды.        — Ты же не собираешься… — начал было Оливер, но негр уже выплеснул воду.       Тритон моментально проснулся и непонимающе уставился на Оливера, лежащего под ним. А как только понял происходящее, то тут же отполз от парня, при этом сильно покраснев и бормоча извинения.        — П-прости, я… мне снился… Неважно… — тритон окончательно смутился и уставился в пол.        — Все в порядке, — на лице Оливера также проступил румянец. — Кажется, уже светает, пора собираться.       Рашен был портовым городом-колонией Северного альянса и отличался от городов Южан своей архитектурой. Добротные деревянные домики были украшены резьбой в виде лошадей, медведей, и других тотемных животных, которым поклонялись северяне. Люди здесь тоже были другие: крепко сложенные мужчины с суровыми лицами и стройные девушки с надменно поджатыми губами и пронзительно голубыми глазами, которые, казалось, в душу смотрят. Но это было лишь первое впечатление, на деле же оказывалось, что за суровостью скрывалось доброе сердце, а за надменностью — мягкий и кроткий характер.       По счастливой случайности в порту стоял фрегат «Асмодея Милосская», капитан которого был хорошим знакомым семейства Керроу. Встреча прошла в лучших традициях северных народов: капитан заключил Оливера в свои медвежьи объятия, а затем расположил парня и его друзей на корабле, как самых дорогих гостей.        — А ты вырос, Оливер! — громогласно сказал Роднар Медвежий Коготь, дружески хлопнув парня по спине, от чего тот подавился воздухом. — Я тебя помню совсем мелким задохликом. Хотя и сейчас не лучше. Так и хочется накормить, чтоб на парня был похож, а не на девку! Вот твой чернокожий друг совсем другое дело! А, кстати, что это за татуировки у тебя на руках и лице? Надеюсь это не те, которыми шаманы невест на выданье разрисовывают?        — Вовсе нет, сэр Роднар, — покраснел Оливер, благодаря Всевышнего за то, что в каюте они одни и речей капитана никто не слышит.        — А ведь твои родители места себе не находят, — внезапно серьёзным тоном произнёс капитан. — Что произошло? Пять лет назад адмирал Керроу написал мне, что перестал получать от тебя весточки. С тех пор он каждые полгода присылал мне письмо, спрашивая, не узнал ли я что-нибудь о судьбе его единственного сына. Ты ведь знаешь, что он смирился с тем, что ты плаваешь под чёрным знаменем, и единственное, что ему хочется знать — это то, что ты жив.       Оливер с силой провел по лицу — разумеется, его родители не получали от него вестей, ведь он был мягко говоря не в себе, а Проклятие попросить написать им письмо даже не подумал.        — За это время случилось много чего странного…        — Я как того парня с рыбьим хвостом увидел, так и подумал. Пожалуй, не буду ни о чём расспрашивать. — Оливер с благодарностью посмотрел на Роднара. — Но, может, я чем-то смогу помочь?        — Нам нужно к Драконьему хребту, — не стал пренебрегать предложением Оливер.        — К Драконьему хребту? — удивлённо переспросил Роднар. — В это время года? Прости, Оливер, но это слишком опасно, можно нарваться на прихвостней Девяти.        — Ты не первый, от кого я слышу про них. Кто вообще эти Девять?        — Преступный синдикат Южан, состоящий из девяти самых влиятельных людей. Все пираты, разбойники и контрабандисты на море и на суше подчиняются им. У каждого из Девяти есть своя территория, на которой они могут делать всё, что заблагорассудится. Не стоит с ними связываться.        — Драконий хребет, значит, часть чьей-то территории?        — Да, но не весь. Я смогу доставить вас только до клыков Дракона.        — Это было бы замечательно, — воодушевился Оливер.        — Допустим, я вас туда отвезу. А дальше что? Неужели ты думаешь, что я оставлю тебя в шлюпке посреди моря? Это же верная смерть.        — Об этом не беспокойтесь, сэр Роднар, есть у меня одна идея…