Жизни моей скомканный нотный лист...

POV Antoinette Конец осени выдался дождливым и совершенно не продуктивным. Мы репетировали новые спектакли, но все боялись одного: вновь навлечь на себя гнев покровителя оперного театра. К слову, Эрик пропал. Его долгое время не было видно, и даже со мной он никоим образом не выходил на связь. Я не получала от него писем с приказами для руководства, а дверь, через которую я попадала в его подземный мир, была наглухо заперта. Возможно, это было и к лучшему, поскольку до меня донеслись слухи, будто бы молодой виконт де Шаньи сделал предложение Кристин, и она согласилась. Разумеется, зная Кристин, она бы ни за что не стала трезвонить об этом на всю труппу, но бриллиантовое кольцо, которое она почему-то носила на цепочке, говорило красноречивее любых слов. Приближался праздник Нового года, и я искренне надеялась, что, возможно, этот грядущий год что-то изменит в нашей жизни. Внутри я чувствовала какое-то небывалое облегчение, и это не давало мне никакого покоя. По случаю праздника директора решили устроить в здании театра бал-маскарад, куда были приглашены все сливки общества. Несчастные уборщики драили мраморные лестницы днем и ночью, чтобы, как выразился господин Фирмен, все могли видеть в ступенях свое отражение. Вечер тридцать первого декабря как нельзя лучше подходил для празднования. Тени снежинок рисовали свои узоры на стеклах, а некоторые, особо дружные, сливались в сугробы, мягко украшавшие своими шапками территорию театра. Мне даже казалось, будто я сама, взрослая женщина, попала в какую-то сказку. К театру подъезжали кареты, из которых выходили дамы в ослепительно прекрасных вечерних туалетах и сияющие от изобилия бриллиантов, точно рождественская ель. Их сопровождали мужчины в разноцветных фраках. Эта идиллия казалась мне слишком сомнительной, чтобы быть настоящей. Зная наше маленькое театральное королевство, злой дракон находился где-то неподалеку. Мое внутреннее чутье подсказывало мне, что именно сегодня Эрик должен напомнить о себе, хотя Карлотта с довольной улыбкой во все тридцать два зуба мурлыкала о том, что «наконец-то это подземное чудище пропало и больше не будет докучать своим существованием». Краем глаза я заметила Кристин, которую нежно обнимал за талию Рауль. Девушка чувствовала себя откровенно не в своей тарелке из-за всего происходившего. На лице ее играла улыбка, но глаза были полны страха. Неужели она тоже что-то чувствует? И все же я пыталась убедить себя, что это всего лишь мои домыслы. Эрик не появлялся уже почти два месяца, и вряд ли появится теперь. Нужно насладиться этим праздником, получить удовольствие от всего происходящего вокруг. Музыка гремела отовсюду. Сегодня театр был наполнен ею, как никогда. Мне казалось, что этот вечер никогда не окончится, пока… Он появился, как всегда, неожиданно. Теперь, глядя на своего воспитанника, я понимала: мое предчувствие не подвело меня. Эрик был зол, как никогда, и все его существо говорило об этом. Он был одет в кроваво-красный бархатный камзол с золотым шитьем. Полы длинного атласного плаща тянулись вслед за ним с каждым новым шагом. Привычно белую полумаску заменило что-то, напоминавшее человеческий череп. - Господи… - только и смог выдохнуть кто-то, но замолк, стоило Эрику бросить на него беглый взгляд. Все стояли, не в силах сказать или сделать что-либо. Я заметила, что Кристин стоит уже одна и зачарованно смотрит на Эрика. - Что притихли, господа? – насмешливо поинтересовался мужчина, сжимая эфес шпаги, пристегнутой к поясу. – Неужели я помешал вам? Ах, вы позволили себе подумать, что меня больше нет. Увы, увы. Простите за то, что дал вам соскучиться. А я времени даром не терял. Я закончил свою оперу и даже принес ее вам! – с этими словами он вытащил из складок плаща перевязанную кожаную папку, на которой золотыми буквами было вытеснено: «Торжествующий Дон Жуан», и бросил ее в руки недоумевающему Андре. – А теперь послушайте несколько моих указаний. Вы ведь не умеете читать! – и он залился смехом. – Карлотте нужен педагог, чтоб осваивать актерскую игру. Сколько можно скакать петухом по сцене? А синьору Пьянджи просто необходимо похудеть! Ведь не может быть Дон Жуан таким толстым! Как Вы планируете очаровывать дам, синьор? – он бросил насмешливый взгляд на Увальдо. – Ах, да. Господа директора… Вам я вообще запрещаю совать свои длинные носы в эту постановку! Сидите в кабинете и не высовывайтесь! – прорычал Эрик и перевел взгляд на Кристин, которая затрепетала от этого, точно пташка в руках. – А что до нашей маленькой звезды мадемуазель Кристин Даае… Ну что ж, она уже звезда, это факт. У нее прекрасный голос, и она будет исполнять главную роль в моей опере… Но если она еще хочет хоть чего-то достичь и научиться музыке, ей следует помнить, что ее все еще ждет и помнит брошенный ею Учитель… На мгновение мне показалось, будто время остановилось, и во всем зале существовали лишь эти двое. Они безотрывно смотрели друг на друга, и я клянусь, между ними происходила сильнейшая магия, какую только можно было представить. Словно все стены, что Эрик любовно выстраивал вокруг себя, рухнули в одночасье под одним только нежным взглядом Кристин. Виконт пропал, и теперь она чувствовала себя свободной, будто ту самую птичку кто-то только что выпустил из клетки. Взгляд Кристин сменился. Несмотря на весь тот ужас, что она испытала, и о котором она до сих пор говорила с дрожью в голосе, было ясно, точно белый день: она влюблена в Эрика. Возможно, так же сильно, как и он сам любил ее… Но волшебство обрушилось, когда Эрик заметил кольцо, висевшее на шее девушки. Он дернул за цепочку, ломая ее застежку, и прорычал, глядя в глаза своего маленького ангела: - Ты обручена со мной! Твой голос принадлежит лишь мне одному! – с этими словами что-то резко хлопнуло, и весь зал покрылся едким красным дымом. Я заметила, как Рауль побежал за Эриком, но разве можно догнать привидение?... Я успела вовремя, прежде чем покровитель оперы накинул на шею молодого виконта пенджабскую петлю… - Вот так все и случилось, месье виконт, - проговорила я, отводя взгляд от Рауля и не в силах сказать что-либо еще. - Так значит, его зовут Эрик, - задумчиво проговорил молодой человек, встав и коротко кивнув мне на прощание. – Благодарю Вас, мадам Жири. Я буду думать, что можно сделать с этим. Так больше продолжаться не может. Этот человек держит в страхе весь театр. Он замучил Кристин. - Я умоляю, пожалуйста, не причиняйте ему вреда… - я прижала руку к губам, едва сдерживая рыдания, представив, что может сделать виконт с моим воспитанником. – Он очень хороший человек… просто с ним случилось так много плохого…И он гений, месье… настоящий гений… - Гений превратился в безумца, - тихо, но отчетливо сказал виконт и вышел из моей комнаты, оставив меня наедине с мыслями. Закрывшись в комнате, я легла на постель и попыталась заснуть. Сон шел плохо. Мысли об Эрике не давали мне ни минуты покоя. Лишь одно предположение того, что его в скором времени могут убить, сводило меня с ума. - Антуанетта…- послышалось откуда-то сбоку. Я раскрыла глаза и увидела перед собой покровителя театра. - Эрик, ты жив! – я бросилась на шею старому другу. - Пока да, - горько усмехнулся он. – Итак, мальчишка все знает… - Тебе лучше уйти, - вздохнула я. – Не отсюда, вообще из оперы. Он ни перед чем не остановится, чтобы тебя… - Посмотрим, кто первый, - пожал плечами мужчина и вышел из комнаты, оставив меня в полной растерянности.