Сомнений быть не может

POV Арины Вечер я провела за учебниками, стараясь максимально уложить материал в голове. Знаете, не так просто. Я думала, если не углубляться в детали и тонкости отдельных представителей простейших, то особых преград в подготовке я не встречу. Так сказать, по верхам. Но, нет, даже в общей микробиологии есть свои тонкости: немало циклов, классификация никуда не девается, да и про примеры забыть не получается. Так или иначе, а вечер пролетел мигом. С трудом проснувшись, я заставила себя сесть за прежнюю кипу конспектов. Благо, количество разобранных вопросов росло, а нетронутых практически не осталось. Но, так или иначе, расслабляться никто не позволял. Уж очень хочется освободить вечер для Кати. Да и упасть в ее глазах не то, чего мне хотелось. Подготовка шла полным ходом. Чувствовалась усталость и нервозность. Увы, но сессия никогда не оставляет сил. Кофе – единственное, что удерживало меня в более-менее нормальном состоянии. Хотя, нет, еще мысль, что скоро мы с Катей увидимся, что утро наступит в ее объятиях. Именно так. Но для этого стоило еще приложить немало усилий. Чем я, собственно, и занималась. Завтрак, обед – все прошло довольно типично. Разговоры с мамой о предстоящей «битве» с билетом, о ее работе, о нынешнем и грядущем. Ничего особенного. А потом вновь кипа конспектов. Когда учеба порядком меня утомила, а стрелки часов приближались часам к пяти, я решила попить чайку, так сказать, отвлекаться иногда очень полезно. Мама присоединилась ко мне, а я сказала, не подозревая никаких трудностей и недомолвок: - Мам, я сегодня к Лере. - У тебя завтра экзамен. Учи дома, - холодно отозвалась она. Странно, не правда ли? - Я подготовилась. К тому же, это был не вопрос, - грубостью на грубость. Пусть это и не правильно, тем более с родителями. Но эмоции порой руководят нами, особенно когда нервы напряжены в период сессии. - Я имею право запретить. Будь добра слушаться. Неизвестно где шляешься ночами. Сиди и учи дома. Хватит уже ночевать в чужой кровати, - закипая, выпалила моя мать. - В каком это смысле «неизвестно»?! Я же сказала, я к Лере! – ответно крикнула я. - Не повышай на меня голос! Никуда не пойдешь ночевать. Взяла тут за привычку! - Это с чего, вдруг, я должна тебя слушать! Не маленькая! Где хочу там и ночую! – выбегая из кухни, протараторила я. - Пока ты живешь в этом доме, изволь подчиняться! Не маленькая она, вы только посмотрите! – доносилось недовольное нервное бурчание с кухни. Вот значит как?! Пока я живу здесь?! Да без проблем! Трясущейся от нервов и эмоций рукой я настрочила Кате смс: «Можешь меня забрать? Срочно. Я дома». Спустя минут пять мне пришел ответ: «Что-то случилось? Минут через десять подъеду». Я слышала, что мама продолжала недовольно бурчать на кухне. А я, закинув пару вещей и тетрадей в рюкзак, начала одеваться. Пока я здесь живу, говорите?! Ну-ну, без проблем! Вот только что скажет Катя? Переезжать она мне не предлагала. Но если что, то потереблю нервы девчонкам, они-то точно не откажут. Собираясь в прихожей, так сказать, утепляя себя перед выходом на улицу, я услышала: - Кто это тебя отпускал? Куда пошла? Живо в комнату! – нервно, недовольно. - Не маленькая, сама справлюсь! Не нужно попрекать меня общей жилплощадью! – покидая квартиру, крикнула я. Выйдя из квартиры, я шумно выдохнула. Я слышала, что мне что-то крикнули в ответ. Вот что это все? С чего эти крики? Неужели виной знакомство с Катей?! Но ведь все прошло нормально. Разве нет? Закончив с внутренними терзаниями, я шагнула в морозный вечер. Брр. Холодно, ничего не скажешь. Приметив у подъезда знакомую машину, я направилась к ней. Бросив рюкзак на заднее сидение, я села на переднее пассажирское кресло и выдохнула все также тяжело. Катя внимательно и обеспокоено смотрела на меня, не решаясь спросить, но все же озвучила нависший в воздухе вопрос: - Что-то случилось? Ты сама не своя. Ариша? – чувствовалось беспокойство в ее голосе. - Да это все мама. Непонятно, что на нее нашло. Не хотела меня никуда отпускать, мол «хватит неизвестно где шляться пока живешь в этом доме». Представляешь? Вот я и ушла. Бесит все. Еще и экзамен завтра. Черт! – нервы, что вполне понятно. - Видимо наш вчерашний спектакль посеял сомнения в ее голове. Она прежде видела, как я тебя подвозила? Это меня вчера удивило, - отозвалась Катя немного встревожено. - Да, в тот раз, когда мы про конкурс разговаривали у тебя. Но, Катя, это никоим образом ни на что не влияет. Им придется смириться с моим выбором. Поехали к тебе? – уставшим голосом ответила я, что заметила Екатерина. - Да, конечно. Чувствую, что мой птенчик устал, - заводя двигатель, прошептала она. - Просто разговоры с мамой, экзамен – все сразу. Хорошо, что ты хотя бы рядом, - растягиваясь на кресле в теплом салоне автомобиля, искренне отозвалась я. Катя хотела что-то ответить, я это чувствовала, хотя мы обе понимали все без слов. Но мой телефон прервал ее намерения. Звонила мама. Я не знала, что делать, но увидев взгляд Кати, который говорил «ответь уже», нажала на вызов. - Неужели! И что, до Леры тебя теперь преподаватели довозят?! – я слышала, что ее голос срывался на крик. Вот она, моя ошибка. Но и шанс признаться. Только я не готова. А может к этому нельзя подготовиться? - Что молчишь? – не унималась мама. Хотя ее можно понять. У нее это, вероятно, в голове не укладывается. Но принимать ее напады я не намерена. Я лишь испуганно посмотрела на Катю, не зная, что ответить матери. Катя поняла ситуацию. Я чувствовала, что она хочет помочь, успокоить, но сама тоже не знает, что лучше предпринять. - Вернешься, поговорим, - бросает мне холодно мама на том конце провода. Я убираю телефон, расстроено смотря на свои дрожащие руки. Катя заводит двигатель и трогается с места. Я лишь прижимаю гудящую голову к холодному стеклу. В салоне тепло и тихо, слышно лишь звук двигателя. Мы обе молчим, не зная, что лучше сказать, что уместно сказать в данной ситуации. А так ли все плохо на самом-то деле? Ведь если подумать, то рано или поздно стоило бы поставить родителей в известность, им пришлось бы принять мой выбор, мою сущность. Решилась ли я сама на этот шаг? Ух, сомневаюсь, я жуткая трусиха. Может это повод выйти из тени, повод стать счастливыми открыто? Или хотя бы повод стать собой? Подъезжая к знакомому и родному уже подъезду, Катя заглушила двигатель. За пределами теплого салона авто стало неуютно от холода. Я поспешила поскорее зайти в подъезд, где Катя прервала наше гнетущее уже молчание: - Ты расстроена? – волнительно и с заботой. Вот чего мне так не хватает сейчас, после этого разговора с матерью, после кипы конспектов, после нервозности. Именно заботы. Ее заботы. - Не все так плохо, если честно. Может так будет лучше, - успокаивая скорее себя, чем мою Екатерину, отозвалась я. Она это чувствовала, она всегда чувствует меня. - Ариша, я поговорю с твоей мамой, если ты хочешь. Только прошу, не накручивай ситуацию. К тому же завтра экзамен, - взяв мою руку в свою, прошептала она. - Я сама поговорю. Попытаюсь. Я ведь и тебя подставляю. Не подумала, что она увидит и узнает твою машину, вот я дура-то! – сказала я, заходя в лифт. - Мой маленький птенчик, все наладится. Твоей вины тут нет. Где-то в подсознании я даже рада, что твоя мама приблизилась к истине, а ее реакция оправдана. Не думаю, что сама была бы в восторге, если мою единственную дочь совратила какая-то женщина, - грустно усмехаясь, закончила она свою фразу. - Вопрос еще, кто кого совратил, - отметила я. -Ну-ну, мастер совращения, заходи уже. Давай сегодня не будем накручивать себя? К тому же, я обещала кого-то погонять по вопросам, - пропуская меня в квартиру, иронично произнесла Екатерина. - Чувствую, твое «погонять по вопросам» это все равно, что уже сдавать экзамен, - бодрее произнесла я. - Я не позволю Жене завалить такое чудо, а чтобы защитить тебя я должна знать, есть ли что тут защищать, - уже с кухни крикнула Катя. - Ты разговаривала с Женей? Ой, то есть с Евгенией Александровной? – смутившись, исправила я свою фразу, что заставило Катю усмехнуться. - Догадливый птенчик. Так, хватит пустых разговоров, к тому же вижу, что кто-то замерз. Бегом мыть руки, и будем пить чай, - бодро скомандовала Катя. Сидя на кухне с чашкой горячего чая, мне было спокойно. Увы, в кофе мне было отказано, когда она узнала, что это будет пятая кружка за сегодня. Этот уют и ее тепло я не променяю ни на что. Это слишком ценно. Слишком. В комнате Екатерина включила преподавательницу, что меня даже позабавило. Но долго веселиться мне не позволили. Вопросы, вопросы и еще раз вопросы – вот, что я слышала от нее ближайшие пару часов. Но удовлетворившись результатом, Катя меня похвалила: - Мой способный птенчик, все у тебя завтра получится. Четыре или пять баллов тебе обеспечены. Тут чтобы завалить, придется очень пренебречь совестью. Не думаю, что Женя настолько в обиде на тебя. Но все же извинись. Не ради оценки, ради себя. - Ради тебя, - отозвалась я, приближаясь к ней. Весь оставшийся вечер мы провалялись на кровати, нежась в объятиях и поцелуях. Очень комфортно. Очень уютно. Очень важно. Как никогда, как ни с кем. Ночь подступила раньше, чем хотелось. Время летит слишком быстро в столь приятные моменты. Утром экзамен, а значит, хотелось оттянуть его как можно дальше. Но будильник оповестил, что нежиться, увы, непозволительная роскошь. Катя первая смогла встать, что-то бурча, про мой надоедливый телефон. Еще бы, я привыкла, меня не так просто разбудить, но для нее это, видимо, слишком раздражающий фактор. Что-то промычав ей в ответ, я продолжила сладкую негу. Но долго это не длилось. - Хватит спать! Птенчик, подъем! Кто-то опоздает на экзамен! Бегом умываться и на кухню! – скомандовала Екатерина. Но, если честно, малосущественный аргумент утром. - Вот как, а ну вставай, - приближаясь ко мне, все в той же манере говорила она, - Арина! Смирнова! - Встаю, - промычала я, действительно сползая с кровати. - Умываться, - потянула она меня за руку в ванную-комнату, оставляя там наедине, и уже за дверью крикнула, - завтрак остынет, торопись. Умывшись, что позволило проснуться, я направилась на кухню. Бр, холодно. Вылезать из теплого плена одеяла всегда сложно. - Ты чего-то слишком сонная сегодня, - отозвалась Катя, пододвигая ко мне кружку с кофе. - Мм, кофе, - протянула я, - сама не знаю, что такое. Обычно в день экзамена картина с точностью наоборот. - Ладно, давай кушай, собирайся и поедем. Я тебя отвезу, - убирая за собой посуду в мойку, сказала Екатерина нежно. - Да перестань, я доберусь сама. Благо, автобусы ходят везде, - не хотелось заставлять вылезать ее из уютного гнездышка в такую противную погоду. - Малыш, мне все равно нужно сегодня в университет. Часом раньше, часом позже – не существенная разница. Я тебя отвезу, - не спрашивая, а утверждая, отозвалась она. - Ладно, раз уж спорить бесполезно. Спасибо за завтрак, ты меня балуешь, - протянула я, просыпаясь окончательно. - Любимых баловать одно удовольствие, птенчик, - целуя меня, прошептала Екатерина, а позже уже серьезно заметила: - Так, нежиться некогда. У кого-то экзамен через полчаса. Собравшись, мы вышли на улицу. Машину припорошило снегом за ночь. Катя, недолго думая, завела двигатель и включила печку, а сама тем временем смела большую часть снега. Мне не дозволила. Отправила сидеть в салоне, который, благо, быстро прогрелся. Доехали мы быстро. Хорошо, что утром в субботу машин существенно меньше, а иначе успеть к девяти на экзамен, увы, не получилось бы. Выйдя из авто на университетской парковке, мы разошлись по своим делам: Катя в преподавательскую на кафедру, а я в аудиторию на экзамен. У аудитории было человек пять, тех, кто желал идти отвечать в числе первых. Подходя к кабинету, я почувствовала, как шалят мои нервы. Ох, как шалят. Одногруппники тоже волновались, это было ощутимо. Нервозность летала в воздухе. Но, думаю, ничего удивительного, экзамены редко оставляют равнодушными студентов, которым не безразлична их успеваемость. Только устроившись на скамейке рядом с Валей, я услышала цокот каблуков. Увы, это не Катя. Из-за угла вывернула Евгения Александровна. Вполне ожидаемо. Вполне понятно. Но от этого не менее волнительно. Женщина приближалась к нам, она шла уверенной походкой. Уверенность, пожалуй, важная составляющая для любого преподавателя. Но, что скрывать, до Екатерины ей еще далеко. Хотя, быть может, не все со мной согласятся. - Доброе утро, надеюсь, все подготовлены? – спросила без особого интереса Евгения Александровна. Ребята начали что-то отвечать, вроде «конечно», «мы старались». Я промолчала, лишь внимательно посмотрев в глаза женщине. По-видимому, она заметила мой взгляд. Пропуская всех в аудиторию, она на мгновение преградила мне путь и сказала: - Что, Смирнова, готова, надеюсь, на «отлично»? – усмехаясь. - Более чем, не сомневайтесь, - ответила я, не отводя взгляд. - Сейчас посмотрим, - собираясь зайти в кабинет, прошипела женщина. - Евгения Александровна, - останавливая ее, проговорила я. Она остановилась, внимательно смотря в мои глаза, пытаясь уловить мои умыслы и суть слов. - Извините меня за тот случай. Мне жаль. Вас задеть намерений у меня не было. Я хотела извиниться после экзамена, но что-то мне подсказывает, я могу уйти не в самом хорошем настроении и не произнесу давно запоздалые извинения, - не дожидаясь от нее ответа, я прошла в аудиторию. Все ребята уже заняли лучшие места. Пришлось устроиться за первой партой возле ее стола. Но что делать. Сяду дальше, все равно пересадит. Проверяли – знаем. Преподавательница зашла в кабинет, осматривая нас, и направилась к своему столу раскладывать билеты. Ребята были заняты своими делами: кто-то повторял, кто-то разговаривал, ну, а кто-то наблюдал за действиями педагога. - Тяните билеты, - сказала преподавательница. Все ребята стали подходить к столу, в том числе и я. Страшно. Но это нормально. Хуже, если не испытываешь ничего, вот тогда стоило бы переживать. Вдох. Выдох. Тяну билет. Билет номер пять. Говорю номер Евгении Александровне. Сажусь на место. Начинаю писать. «Билет № 5. 1. Современная классификация на основе 16S-РНК. 2. Молочнокислое брожение: цикл, представители, особенности». Собравшись с мыслями и силами, я взяла ручку и начала строчить материал. Списывать? Нет, это не про меня. В голове вертелись формулы, виды, осталось только уложить все знания в единую систему, в полноценный ответ. Я слышала, как кто-то из студентов шуршал бумажками, видела, что кто-то, не стесняясь, достает телефон, и чувствовала, что подобной наглости мне не позволят. Но мне и не надо. Я справлюсь. Почти справилась. Осталось убедиться и вперед, в бой. Понимая, что все, что можно, уже изложено на листочке, я двинулась отвечать. Женщина перевела все внимание на меня, ожидая ответа. Присев на стул возле стола, хотя если признаться, то моя парта находилась в той же близости, я протянула ей билет. Она слабо кивнула головой - я начала отвечать. Голос слегка дрожит, руки тоже не в полном моем контроле, но это обычное состояние, не удивительно. Я говорю уверенно. Или мне только кажется? Женщина слушает меня, не перебивая, что меня даже удивляет, признаться, я ждала от нее какой-то агрессии в свой адрес. Может Катя права? Так или иначе, но мой монолог подошел к концу. Неуверенно я отпускаю листок на стол, поднимая глаза на педагога. Евгения Александровна смотрит на меня, и начинает небольшой допрос, с которым я успешно справляюсь. Мне кажется, что успешно. - Ладно, молочнокислое брожение это не сложно, расскажи лучше цикл маслянокислого. Я помню, что в прошлый раз этот вопрос вызвал у тебя трудности. А я не имею права ставить положительную оценку тому, кто не понимает этих тонкостей, - победная улыбка на ее лице меня озадачила. Я ошиблась? Она хочет потягаться? - Эм, но этот вопрос никак не связан с моим, - не желая идти на поводу, говорю я. Но зачем я упираюсь? - Значит, ты отказываешься отвечать? – уточняет она, приподняв брови и ухмыльнувшись. - Почему же. Давайте я напишу цикл, - поднимаясь со стула, говорю я. - Нет, пиши тут, с разъяснениями. Списывать вы все мастера, - грубовато и не заслуженно. Это задевает. - Я не списываю. Хорошо, напишу тут, - начиная писать формулы, буркнула я. Спорить? А к чему это приведет? Разве что я лишусь своей оценки и получу балл ниже тех, кто все списал. А потом доказывай, не доказывай, одни проблемы. К моим объяснениям женщина не стала придираться, понимая, что со стороны ее придирки более чем глупы. - Ладно, ты убедила меня, - взяв мою зачетку, оповестила меня педагог. Собравшись на скорую руку, не забыв свою зачетку, я пулей вылетела из аудитории. В коридоре я осмелилась взглянуть внутрь. Сердце пропустило удар, прежде чем я осознала, что у меня «отлично». Видимо, я ошиблась на ее счет. Думаю, мне стоит еще раз извиниться перед ней. Катя оказалась права, впрочем, как всегда. На крыльях счастья я побежала к Екатерине на кафедру, лишь у двери понимая, что слишком глупо будет вломиться в преподавательскую с воплями радости. Она там, скорее всего, не одна. Сев на знакомый подоконник, я написала смс: «У меня пять! Я счастлива! Ты долго сегодня?». Спустя минут пять мой телефон издал звук, оповещая меня об ответе. Сообщение от Кати: «Я не сомневалась, птенчик! Но я буду долго. Прости. Давай пересечемся ближе к вечеру?». Я погрустнела. Мое окрыленное счастье как рукой сдуло. Я была уверенна, что весь день проведем вместе, а получается, что мне придется ползти куда-нибудь одной. Вопрос, куда? Домой? Что-то не хочется. Может к Лере? Набрав номер моей лучшей подруги, я пошла одеваться к гардеробу. Здесь делать уже точно нечего. - Арина, привет! – бодрый голос оповестил, что абонент мне наконец-то ответил. - Привет! Как у вас дела? Дома? – спросила я. - Дела по-разному. Да, только пришли. Как у тебя? Не звонишь, не приходишь. Мы скучаем, - отозвалась Лера, хотя Лика не оставалась в стороне, крича что-то мне на заднем плане. - Да, экзамены, сама понимаешь, - отмахнулась я. - Может в гости зайдешь? – уточнила подруга. - С удовольствием, минут через тридцать буду, хорошо? – весело и бодро. - Да, мы тебя ждем, - спокойно произнесла Лера. Добралась я быстро, благо жила Лера не так далеко от моего ВУЗа. По дороге я зашла в магазин и прикупила пирожные к чаю, кто из девчонок не любит сладкое? Вот именно, таких единицы, и уж точно не мы. Погода на улице была по-настоящему зимняя: холодно, скользко и много снега. Люблю снег. Но вот холод явно не для меня. Точнее я не для него. Прячась в знакомом с детства подъезде от холода, я поправила шапку и направилась к лифту. На пороге квартиры меня встретила Лера: - Привет, - обнимая меня, произнесла девушка, - какая ты холодная, - закончила она, поежившись от уличного мороза, который я гостеприимно прихватила с собой. - Да, на улице давно уже не лето, - отозвалась я, стягивая пуховик. - О, какие люди, - выходя из кухни, протянула блондинка. - Напоите чайком? А то успела замерзнуть, - отодвигая ботинки, сказала я. - Еще спрашиваешь, - направляясь на кухню, сказала Лера. - Можно чего и покрепче, - усмехнулась Лика. - Ага, кофе, например, - щурясь на блондинку, цокнула Лера. - О, чувствую знакомую атмосферу любви и взаимопонимания, - не упустила я возможности заметить. Тем временем Лера налила чай чашки, а Лика достала печение и конфеты. Мои пирожные уже стояли и ждали своей очереди на столе. С девчонками всегда тепло. Это невозможно не отметить. С Лерой уютно. Она мне роднее родных. Да и Лика уже стала не чужой. Для меня они как единое целое. Ссорятся? А куда без этого. Зато живут. Живут по-настоящему. - Давайте, рассказывайте, как у вас дела? – взяв пирожное, спросила я. Искренне. Не ради любезности. - В двух словах не рассказать, - ответила подруга, на что Лика согласно кивнула и дополнила: - А что насчет вас? Где твоя Катя? - На работе она, - буркнула я, но сразу дополнила оптимистичнее, - но у нас все хорошо. Успели и поссориться, и помириться. Но вот с мамой у меня не все гладко, - не собираясь изначально признаваться, выпалила я сходу. - Что у вас произошло? – спросила Лера серьезно. - Кажется, она что-то подозревает на наш счет, - потупив глаза, пробубнила я. - Да ладно?! Как и когда вы спалиться то успели? – усмехнулась Лика. - Глупо получилось, если честно. Даже ничего конкретного. Просто Катя меня подвезла, а мама увидела. Увидела, как мы в машине сидели и разговаривали. Хорошо хоть ничего большего мы не позволили себе, - опустив глаза, протараторила я, дополнив, - а потом какие-то нелепые подозрения мне высказывала, не отпустила ночевать, якобы к тебе. Я психанула и ушла, точнее Катя меня на машине забрала, а мама видела. И ведь, согласитесь, мало кого преподаватели на машине вечерами от дома увозят. Глупо. Но теперь я уверенна, что какая-то ерунда меня дома все же ждет, как минимум разговоры и крики. - Действительно, ничего конкретного, - заметила Лика, усмехнувшись, что меня удивило, как и Леру, - если вы не готовы, то убедить родителей в невинности вашего общения не проблема. - Ты уверена? Мне кажется, что уже слишком открыто наше общение, - сомнительно спросила я. - Мне тоже с трудом верится, что Аринина мама поверит в сказки, - высказала Лера. - Ты просто у меня пессимист, - усмехнулась блондинка, - и не мастер сказок. Лера лишь цокнула, но Лика прижала ее сильнее к себе, что подействовало на Леру, и она успокоилась, поменяв гнев на милость. А Лика продолжила, смотря на меня: - Вот только подумайте, может лучше рискнуть и открыться? Да, это не простой путь, но рано или поздно они примут. Мои смирились, хотя изначально тоже были настроены категорично. Родители все такие, они хотят лучшего. Им просто нужно показать, что именно для тебя лучшее. Но только на этот шаг стоит идти, если вы действительно хотите быть вместе, - не часто Лика выглядит так серьезно, как в эту минуту. Ее слова звучат очень точно. Даже Лера слушала ее внимательно, не желая прерывать ее своими репликами, лишь в конце фразы она сильнее сжала ладонь своей блондинки в знак согласия. - Я боюсь, что у Кати могут возникнуть проблемы на работе из-за нас, - призналась я. - Если верно подойти к разговору, то, сомневаюсь, что родители побегут в деканат жаловаться на Екатерину. Вот если ты проигнорируешь их, закроешься, то проблем может возникнуть куда больше. Всегда наступает момент выбора. Мы всегда что-то решаем для себя. Признаться родителям, попробовать найти их поддержку или солгать, спрятаться – это твой, точнее ваш, выбор, - закончила Лика. - Ты так верно говоришь, - отозвалась я, - вот только выбор не простой и очень страшный, - мрачновато и грустно звучали мои слова. Мы продолжили пить чай и разговаривать. Мне помогли слова Лики. Правда. Помогли что-то уложить в своей голове. Ведь иногда просто необходимо услышать со стороны, чтобы понять себя и свои мысли. Я испытывала только страх, боялась признаться маме, боялась, что она осудит и не поймет, что отвернется, но я не даю ей шанс узнать себя настоящую, не даю шанс принять меня. Я сама сделала выбор за нее. Но верно ли это? Меня пугает, что признайся мы хотя бы родителям, то узнают все: друзья, знакомые, Катины коллеги. Но Лика права, родители могут, ища правды, натворить куда больше глупостей. Молчать и убегать – не выход. Придется либо сказать правду, либо солгать, но разговора избежать, увы, не получится. Девчонки рассказали мне о своих делах. Лера перестала переживать, она наконец-то смогла пересилить себя, смогла отпустить мысли других, смогла обрести спокойствие. Она стала доверять Лике всю себя, что не могло не радовать. Но с родителями она не говорила, на этот счет у них договоренность «не торопиться». В группе почти все знали, что между девочками далеко не простая дружба, но, как выяснилось, почти никто не осуждал, ведь каждая из них была невероятной личностью и притягивала взоры многих. Они очень гармоничны вместе, не одна я это вижу. Мы просидели пару часов, распивая чай и поедая вкусности на кухне, после переместились в комнату, где девчонки показывали фотографии из своей поездки, с которой они приехали совсем недавно. Они ездили на базу. Почти как мы в тот раз, только на этот раз большой компанией, группой. Странно, что до этого они мне не рассказывали, а может, просто мне было не до их рассказов? Как знать. Так или иначе, мне удалось вновь окунутьсяя в ту сказочную атмосферу, в тот уют и тепло. На моменте ностальгии мне пришла смс от Кати: «Я почти свободна. Могу тебя забрать, если ты все еще хочешь увидеться». Я написала ответ: «Я у Леры. Заезжай, забирай, буду очень рада». До приезда моей женщины мы продолжали разговоры о всякой ерунде, начали строить планы «выбраться куда-нибудь на выходные». Мне с ними уютно. Я рада, что такие люди есть в моей жизни. Очень рада. Звонок в дверь оповестил нас, что Екатерина уже прибыла. Лера поспешила открыть дверь, а я стала натягивать на себя ботинки. Катя прошла, ухмыльнувшись в мою сторону, и сказала: - Привет, девчонки, а птенчик, я смотрю, не торопился тут без меня. - Ну не в куртке же мне тебя ждать, - отозвалась я снизу, зашнуровывая ботинок. - Может кофе, - улыбнулась Лика. - Увы, сегодня у меня с кофе завязано. Отчеты заставили опустошить уже не одну и не две чашки, - отозвалась Екатерина. - У нас и чай имеется в наличии, - протянула Лера. - Спасибо, но не сегодня, хотя не откажусь в следующий раз, - спокойно сказала моя женщина. А я в этот момент как раз закончила с ботинками. - Кать, а у тебя что с планами? – спросила я, застегивая куртку. - Есть предложения? – уточнила она, выходя и прощаясь с девчонками. - Да, я сдала экзамен! Хочу праздновать, - весело крикнула я, выходя из подъезда. - Вот оно что, ну тогда поехали в кафе, поедим чего-нибудь на твое усмотрение, а дома обещаю особенно приятный и уютный вечер, - садясь в машину, усмехнулась она, на что я лишь довольно улыбнулась.