Добровольная душа - дар для дементора

Том Марволо Риддл. Мальчик, который жил в приюте все семь лет с самого рождения. Мальчик, не знавший своих родителей. Мальчик, которого не любят и считают ненормальным. Его история началась 31 декабря 1926 года. Мать пришла на порог этого приюта ночью. Здесь же она его родила и умерла, успев дать напоследок имя. Первые года три он был обычным ребенком, но потом начались странности. То у нянечки волосы перекрасятся в голубой, то занавески загорятся. Обычные люди этого не понимали, боялись и из-за этого стали избегать и недолюбливать мальчика. Поэтому его часто наказывали за такое либо розгами, либо закрывали в помещении для швабр и лишали еды. Том же не понимал, что происходит. Он сам иногда боялся этих странностей. Один раз на него напал Стаббс с друзьями, а мальчик испугался и закрыл глаза, но ничего не последовало. Открыв глаза, он увидел лежащих ребят в нескольких метрах от себя. После этого Стаббс стал еще чаще избивать и обзывать его. Как и любой другой, ребенок мечтал о семье. Иногда он представлял, как придут родители и заберут из этого места. Но его мечты были разрушены в пять лет, когда он попался на глаза подвыпившей миссис Коул. Она накричала на него, говорила, что никому он не нужен, поэтому отец бросил его и мать, что мать сдохла, только чтобы не быть с ним. Тогда он разочаровался в них. Позже он решил найти новых родителей из тех, кто приходит в приют за детьми. Но в такие дни миссис Коул запирала его где-нибудь и не выпускала весь день. Это было самое обидное. Не оставить ни единственного шанса, чтобы выбраться из этого места. Тома это слишком удручало. Дружеские отношения с другими детьми совсем не клеились. Риддл пытался подружиться с теми, кого селили в его комнату, однако все сбегали от него. То случалась какая-нибудь новая странность, и они пугались и уходили, то кто-то говорил, что он ненормальный, и те просили переселить их. Остальные жители приюта тоже быстро находили причины. Том искренне хотел иметь друга, но от него отворачивался любой человек. Когда приходил новенький, он с упорностью осла пытался найти общий язык с ним. Но все всегда повторялось. Была еще надежда на школу, ведь в семь он туда пойдет, вдруг повезет. Риддл обедал за своим столиком. У него был свой стол, потому что никто не хотел сидеть рядом. Он наткнулся взглядом на загадочного мальчика. Вот уже несколько недель как в приюте появился новенький, а Том вопреки всему не мог к нему подойти. Тот всегда садился один, ни с кем не разговаривал (он не знал, что новичок немой, потому что в то утро он проспал), и вообще сложно было его найти. Да к тому же Том почему-то смущался, что ли. Этот мальчик был красивый, ел аккуратно, выглядел старше него, и хоть и одет как все, держал себя, словно он не в приюте находится, а в замке, где требуется вести себя соответственно. Весь его вид кричал о какой-то загадке, которую Риддл хотел разгадать, но не мог сделать первый шаг. А мечтать, что такой мальчик сам к нему подойдет, Том даже не смел. Ведь кто он? Ребенок вздохнул и, убрав посуду, пошел на улицу читать. Книги брал в библиотеке, хотя детям его возраста их не выдают, но он сумел уговорить библиотекаря (Том не заметил, как использовал магию для внушения). Книга "Остров сокровищ" Стивенсона так захватила мальчика, что тот не заметил опасности. К нему в очередной раз подошел Стаббс с приятелями. - Все читаешь, кошак? - спросил он и хохотнул, друзья его поддержали. Ответа не было. - Я к тебе обращаюсь, ненормальный, - зарычал Билли. Том вздохнул и оторвался от книги. - А не видно? - Хамишь мне? - покраснел от злости светловолосый. - Вовсе нет. О зрении твоем беспокоюсь. Стаббс задумался о чем-то. Риддл в это время поднимался и готовился бежать к себе. Наконец мыслительный процесс закончился. - Я тебя отучу хамить старшим! - закричал мыслитель и кинулся на него. Том же, наученный быстрой капитуляции, рванул. Он бежал в сторону приюта, в свою комнату. И у него бы даже получилось, если бы не споткнулся на лестнице. Его перехватили уже на ней и потащили в противоположную сторону от седьмой комнаты, комнаты Тома. Риддл постарался вырваться и не смог. Его бросили на пол. - Ты у меня свое получишь, урод! И первый ударил его. Том, обладающий обширным опытом, старался прикрывать голову руками и не кричать, так как крики только подстегнут хулиганов. Он еще старался не плакать, но боль была нестерпимая. - Будешь еще у меня в ногах ползать, Риддл! Затем особо сильный удар ногой, а потом наступила тьма. Том открыл глаза и начал осматриваться. "Интересно, где это я? Должен был лежать на полу, а сейчас… Меня раздели и положили на кровать под одеяло. Уже темно, но луна освещает комнату, значит я так уже дольше шести часов. Надолго же меня уложил Стаббс. Кажется, я начинаю его ненавидеть. Так где же я? Судя по виду, это чья-то комната. А комната большая, больше чем у меня, видимо, на два человека. Там, где меня оставили не было занятых комнат, да и никто из детей не подошли бы ко мне. Тут каждый сам за себя, ну если только ты не друг, а друзей у меня нет. Взрослые? Вот уж вряд ли, да и непохоже это на медицинский кабинет. Так где я и кому оказался небезразличен? И где сам хозяин?" Риддл сел и очень внимательно начал осматриваться. И все-таки в первый раз он просмотрел кресло, а точнее того, кто спал на нем. "Хмм, кто-то спит на кресле. Кресло маленькое, а человек помещается целиком с ногами, то есть ребенок. Но разве кто-то из детей помог бы?" Том поднялся и тихо подошел к креслу. Он присел на корточки и начал разглядывать хозяина комнаты. Им оказался тот новенький мальчик. Тот лежал свернувшись в клубочек, а голова была на подлокотнике. Такой спящий и спокойный он выглядел как и положено ребенку. Темные волосы обрамляли его лицо, которое в свете луны стало еще белее обычного. Мальчик оказался укрыт своей курточкой. Брюнет был таким хрупким и беззащитным… Но тут Том почувствовал пристальный взгляд. Он повернул голову и встретился с изумрудными глазищами. Риддл не мог отвести глаза или что-то сказать. Было ощущение, что взгляд проникает в душу. Новенький отвел взгляд и сел. Том наконец очнулся и потряс головой для уверенности. Встав на ноги, он еще раз посмотрел на мальчика и произнес: - Спасибо, что помог мне. Но почему? Мальчик поднялся и пошел к двери. "Он хочет меня выставить? Мда, понятно. А я уж подумал…" Том пошел к кровати, где лежала его сложенная одежда. Но тут загорелся свет. Риддл резко повернулся. "Но на ночь в приюте отключают свет!" Новенький тем временем шел к столу. Наклонившись, он что-то начал писать. "Это нормально?" Новичок дописал и направился к нему с запиской. Он протянул ее Тому, а тот недоверчиво взял. [Не за что. Я шел к себе в комнату и увидел тебя. Ты был без сознания, и я решил занести тебя в свою комнату. Надеюсь, ты не против, что я тебя раздел, обтер и немного почистил твою одежду? Ты был весь в крови, и если бы одежда присохла, то не очень приятно снимать ее после стало бы. Почему я тебе помог? А почему я не должен был тебе помогать?] Том ошалело смотрел на него. "Этот мальчик сделал для меня больше кого-либо и еще спрашивает, не против ли я!! Надо что-нибудь ответить, а то стою как дурак." - Нет, не против. Спасибо большое. Не должен был, потому что здесь никто бы не стал этого делать для чужого человека. Да и вообще для меня не стали бы, я ведь ненормальный... - к концу фразы Том затих. Он с горечью посмотрел на собеседника. Новичок нахмурился, снова пошел к столу и написал новую записку. [И почему же они зовут ненормальным? Мне ты таким не кажешься.] "Сказать или нет? Хотя все равно кто-нибудь скажет, и еще приукрасят. Но он же сразу отвернется от меня, а я не хочу! Мне нужен друг! Но он узнает и будет хуже. Эхх..." Том вздохнул и отвернулся, чтобы не видеть отвращения, которое проступит на красивом лице брюнета. - Ну, иногда вокруг меня происходят какие-то странности: один раз волосы нянечки перекрасились в голубой цвет, занавески в комнате загорелись, а еще ребят других отбросило от меня, когда они начали лезть ко мне. Но я не знаю, что это происходит. Я не виноват! Я не хочу, чтобы это происходило! - воскликнул Том в конце. Стекла в окне и зеркало задребезжали и начали трескаться. "Нет, нет, нет. Только не сейчас! Что же происходит? Ну почему опять ЭТО начинается?" Риддл закрыл лицо руками и всхлипнул. Все мечты о друге снова разлетелись вдребезги. Как же Том боялся одиночества. Больше всего на свете. Самое страшное, когда его запирали в подсобке для швабр, было не темнота и пауки, а то самое одиночество. Тому казалось, что когда-нибудь его вот так вот запрут и забудут про него, а он умрет один без еды и воды. Но что-то изменилось. Он почувствовал тепло. Риддл убрал руки от лица и оглянулся. Новенький его обнимал со спины. Том развернулся в объятиях и заглянул в его лицо. На нем не было ни отвращения, ни жалости просто грустная улыбка. И Том не выдержал и разревелся, вцепившись в мальчика, как в спасательный круг. А тот его лишь прижимал к себе и гладил по спине. Сколько они вот так простояли, Риддл не ответил бы. Но когда он успокоился, его отвели к кровати. Том не мог перебороть себя и посмотреть на новенького, ему было стыдно. "Разревелся перед ним, как девчонка. Неудивительно, что он просит одеться и уйти." Том взялся за одежду, но ее у него забрали из рук и отнесли на стул. - И как же я уйду без одежды? Он все-таки взглянул на брюнета. Тот вздернул вопросительно бровь и указал на кровать. - Ну кровать, и что? Новичок закатил глаза, потом прижал ладони друг к другу, прикоснулся ими к щеке и закрыл глаза. - Мне ложиться спать? - сообразил Том. Мальчик покивал. - А ты? Новенький пошел к креслу и забрался в него. Риддлу ничего не оставалось, как лечь в кровать. - Спокойной ночи, - пожелал он и закрыл глаза. Как погас свет, он уже не заметил.