Крепость на окраине

Судя по тому, что Доун Лернер появилась на крыше уже через полторы минуты после произнесенного по рации «принято», Финн О’Доннел стоял в ее личном рейтинге глобальных неприятностей где-то между пятибалльной цунами и девятибалльным землетрясением. Едва взглянув на застывших в растерянности Рози и Ноа, она птицей взлетела на вентиляционный короб и, приставив к глазам бинокль, успела увидеть, как мотоколонна во главе с «хаммером» сворачивает с Декатур-стрит к красно-розовым громадам Твин Тауэрс. - Странно… - пробормотала она, опуская бинокль, - хотя… это очень похоже на Финна – придумать какую-нибудь каверзу вместо лобовой атаки… Спустившись с металлической конструкции, она подумала немного, а затем вызвала по рации Гленна. Кореец, в отсутствие Граймса оставшийся за старшего в группе, отозвался сразу: - Что случилось?.. - К нам пожаловали незваные гости, Гленн. Я хочу, чтобы ты отправил на крышу Майкла и Сашу, если они еще не уехали, и расставил тех, кто неплохо стреляет, на третьем этаже - так, чтобы при необходимости полностью простреливалась зона двора и улицы возле ворот. Да, и предупреди всех, чтобы не вздумали высовываться из здания – это опасно. - Понял. Сделаю, - ответил Гленн. – С Риком связаться или ты сделаешь это сама?.. - Сама, - проворчала Доун, отключая один канал и включая другой. – Рик! Рик, на связь!.. Рация недовольно зашипела, указывая на то, что машина Граймса находится где-то в окружении высоток, создающих препятствие для прохождения волн, а затем послышался искаженный помехами голос шерифа: - На связи… - У вас все в порядке? - Да. - Где вы сейчас находитесь? - В районе мэрии, а что?.. Доун недовольно поморщилась: - Да у нас тут, похоже, Финна снова принесло. С десятком байкеров сопровождения… - Вот бл… блин!.. Минут через десять будем. - Нет! – рявкнула Доун. – Не суйтесь на Декатур! Они пока свернули к Башням, так что лучше тебе скрытно занять позицию в Научном Центре. И… осторожно, ради Бога! Не попадитесь им на глаза!.. Пару секунд Граймс придушенно чертыхался, но потом, видимо, осознав, что риск нешуточный, согласился: - Принято. Если что, свяжись со мной – я буду постоянно на приеме. - Хорошо. Отбой. Она прикрепила рацию к ремню и, взглянув на зевающих по сторонам патрульных, хмыкнула: - Вы бы хоть за парапетом залегли, ребятки… А то маячите тут на фоне неба… как мишени на стрельбище. Рози и Ноа переглянулись и, разбежавшись по своим местам, присели за парапетом. Через пару минут к ним присоединились Майкл и Саша. Сама Доун, даже не думая скрываться, по-прежнему стояла на краю крыши, следя за обстановкой на Джесси-Хилл, откуда, по ее расчетам, должны были появиться «гости». Те не заставили себя долго ждать: через пару минут из-под железнодорожного моста, параллельного Декатур, вынырнул «хаммер». Однако никакого сопровождения у него не наблюдалось. Доун раздосадованно хмыкнула: - Вот черт!.. Этот поганец опять что-то придумал… Догадайся теперь, откуда появятся его приятели… - Ну, точно не с тыла, - проворчала Розита, переводя регулятор стрельбы в режим одиночных. – Там у нас отменный заслон. Из ходячих. Майкл, тем временем внимательно наблюдавший за джипом в оптический прицел, поднял вдруг голову и сказал: - Или у меня оптика покрыта копотью, или Финн сильно загорел с тех пор, как я последний раз его видел… Правда, есть еще вариант: за рулем вовсе не он. - Что?.. – Доун увеличила приближение бинокля и озадаченно хмыкнула: - А ты, похоже, прав… В кабине двое, и оба – афроамериканцы. Черт! Лобовое стекло в трещинах… Не могу лица разглядеть… - Да какая, к дьяволу, разница?! – буркнула Саша недовольно. – Главное – они чешут прямо сюда. Дать предупредительный?.. - Нет, - отозвалась Доун, укрываясь за парапетом и вновь хватаясь за рацию. – Лучше пусть это сделают с третьего этажа… Гленн, слышишь меня?.. - Ага. - Готовы? - Да, командир. - Как только приблизятся к воротам, дайте предупредительный. В машине не Финн, так что попробуем вызвать их на разговор. - Понял. На перекрестке джип уверенно свернул на Декатур-стрит и, расталкивая ходячих, двинулся вдоль периметра, направляясь к воротам. - Поразительная наглость, - пробормотала Доун. Едва она это произнесла, как привычный звуковой фон, создаваемый ходячими, разорвала автоматная очередь. Пули, врезавшись в асфальт, четко обозначили границу, которую новоприбывшим пересекать не стоило. «Хаммер» замедлил движение, а потом и вовсе остановился, нетерпеливо взрыкивая мотором. Раздался громкий гудок, затем - немного погодя, - второй. Доун поднялась из-за парапета, держа в одной руке винтовку, а в другой – рацию, и во всю силу легких заорала: - Эй, там, в джипе!.. Вы кто такие и что вам надо?!. Правая дверца «хаммера» распахнулась, и с подножки спрыгнул рослый чернокожий парень с обрезом в руке. - Не стреляйте! – донеслось до засевших на крыше грейдинцев. – Мы из Мейкона! У нас раненый! Мы слышали, что здесь могут оказать помощь! - Оригинальный ход, - буркнула Лернер себе под нос, а потом рявкнула в ответ: - Если оставите все оружие у ворот, впустим! Если нет – проваливайте! Даем пять минут на размышление!.. Парень что-то произнес и забрался обратно в салон – видимо, совещаться с приятелями. - Задолбали вы, мать вашу!.. - перевела Розита, державшая гостя на мушке и хорошо видевшая в прицел его мимические и душевные движения. Пять минут тянулись так, словно под пятыми точками стрелков была не крыша, а раскаленная сковорода. Розита зевала, Ноа ерзал, никак не находя удобной позы, Саша, размышляя о чем-то, искоса поглядывала на Майкла, который с легендарной индейской выдержкой смотрел исключительно в прицел. Естественно, он первым и засек движение: - Он выходит. И действительно, тот же парень выбрался из салона уже с охапкой оружия в руках. Неуклюже добежал до створки ворот и, свалив стволы в кучу, словно хворост, рванул обратно – к джипу уже неторопливо ковыляло с десяток мертвяков, привлеченных звуком работающего двигателя. Доун, глядя на это, напряженно прищурилась и поджала губы, а потом все-таки поднесла к лицу рацию: - Гленн, они разоружились. Отправляй Сэма и Энтони открывать ворота. Пусть с ними для страховки пойдет Абрахам. Остальным оставаться на месте и держать гостей на прицеле – мало ли, какой сюрприз нам приготовили… Бывали в истории случаи, когда и мертвые оживали, чтоб открыть ворота захватчикам… - Принято, - отозвался кореец, - работаем. Доун глубоко вздохнула, повела плечами, внутренне собираясь, посмотрела на четверку стрелков, остававшихся на крыше, и сказала: - Ладно… Я – вниз. А вы тут смотрите в оба. Если заметите что-то подозрительное, сразу сообщите. Ноа?.. - Да. Хорошо… мэм. Она кивнула и, закинув на плечо винтовку, направилась к люку. Во дворе послышался металлический скрежет открывающихся ворот.

***

- Блин! Они их впускают!.. Рехнулись что ли совсем?! – возмущенно прошипел Карл, едва не на половину высунувшись из окна. - Что?.. Карл! Какого черта?! Опять хочешь пулю схлопотать?! – Рик рывком оттащил сына от окна и, взглянув в сторону Грейди, увидел, как джип исчезает за сдвигающимися створками ворот. Он невнятно выругался, понимая, что вызывать Доун бесполезно: она наверняка сейчас во дворе – пытается выяснить, какого дьявола понадобилось этим проходимцам. То, что приперся в Грейди вовсе не Финн, он уже знал – рация позволяла прослушивать несколько каналов, - но теперь, когда и Доун, и Гленн замолчали, можно было только догадываться, кто приехал на машине Дэрила. А что, если он сам?.. Может, даже вместе с Мишонн?.. Ведь только это могло заставить Доун открыть ворота… Рик замотал головой, вытряхивая из мозгов безумное, но по нынешним столь же безумным временам вполне реальное предположение. Проклятье! И какого хрена их с Карлом понесло на эту вылазку?.. Вот теперь придется сидеть здесь и тупо дожидаться, когда кто-нибудь из оставшихся в госпитале соизволит с ним связаться… День вообще-то не задался еще с ночи, явно став достойным продолжением предыдущего, ознаменованного полным и трагическим провалом операции. Ночью у шерифа было время поразмыслить, и, слушая, как ворочается и вздыхает во сне Карл, он пришел к неутешительному выводу, что либо теряет хватку, либо в данном конкретном случае что-то помешало ему мыслить трезво и расчетливо. Иначе как он вообще умудрился допустить полную спонтанность действий группы?.. Нет, план был неплох, хоть и слеплен на скорую руку, но кто же мог знать, что у Мишонн окажется с собой рация? Мелочь – стратегически важная, как оказалось, - из-за которой все и полетело к чертям собачьим. А ведь он должен был это знать. Должен был учесть все - каждую мелочь, каждую деталь, в которых, как известно, и кроется дьявол. Что помешало? Растерянность? Отчаяние? Страх? Стремление как можно скорее все разрулить и вернуть Мишонн живой и невредимой?.. Но почему именно ее исчезновение так фатально на него подействовало?.. В конце концов, ни пропажа Бэт, ни самовольный уход Кэрол и Дэрила, ни решение Гленна и Мэгги поехать с Абрахамом в Вашингтон не повергли его в эту странную форму безумия, не лишили способности действовать четко, продуманно и эффективно. А ведь он всех этих людей считал своей семьей. Каждый из них был ему по-своему близок и дорог. Почему же отсутствие именно этой женщины выбивало из равновесия, лишало опоры, ощущаясь, как зияющая бездна, внезапно разверзшаяся в том месте пространства, где до сих пор находилась она – справа и чуть позади, там, где согласно всем общечеловеческим представлениям находится ангел-хранитель. Ангел, который никогда – будь ты хоть подонком вроде Филиппа Блейка, Гаррета или Финна О’Доннела, - тебя не покинет, даже если настанет время предстать перед Господом. Черт возьми, почему он никогда не давал себе труда узнать ее лучше? Почему не находил времени по-человечески поговорить, а не перекинуться десятком-другим слов, сказанных исключительно по делу? Почему никогда не пытался выяснить, что она чувствует, как относится к тому или иному событию?.. Проклятье! Ведь сын же как-то умудрился за это время стать ее другом… И даже - черт возьми! - почти влюбиться в нее!.. Или… всерьез влюбиться? Иначе с чего бы он вторые сутки сам не свой, почему рвется за пределы Грейди, стремясь объехать и осмотреть как можно большую территорию близлежащих кварталов?.. А кстати, почему бы тебе, Рик Граймс, не поговорить с ним, раз уж довелось застрять здесь в ожидании хоть каких-то новостей?.. Он посмотрел на сына. Карл слонялся по помещению, раньше, видимо, исполнявшему функции лаборатории, без особого интереса рассматривая склянки на столах и давно умершее компьютерное оборудование. - Карл, - окликнул его шериф, - поди-ка сюда… - Чего? - парень приблизился, шагая вразвалочку и уложив ладонь на рукоятку кольта. - Я давно хотел спросить… Вы ведь с Мишонн вроде друзья?.. Лицо Карла приобрело замкнуто-хмурое выражение – совсем как у Диксона, когда к нему приставали с расспросами: - Ну-у… Вроде того… Рик замялся, напоровшись на пристальный взгляд исподлобья и внезапно засомневавшись в собственной способности вытянуть из сына хоть какую-то полезную информацию, но все же спросил: - А она когда-нибудь говорила что-нибудь о… - он сглотнул комок, внезапно застрявший в пересохшем горле, - обо мне?.. Карл посмотрел на него с удивлением и, немного подумав, сообщил: - Не помню… Может, и говорила… - Хорошее или плохое? Парень призадумался, нахмурив брови, но все же ответил: - Думаю, хорошее… Плохое я бы запомнил. А зачем тебе это?.. Пришел черед шерифу хмуриться, кусать губы и экстренно придумывать ответ. К его чести он вовремя вспомнил, что обещал самому себе быть с сыном откровенным: - Ну, я тут просто подумал… она с нами уже больше года, а я ничего толком о ней не знаю… Карл внезапно улыбнулся. Его лицо словно разом посветлело и стало совсем мальчишечьим, несмотря на пробивающийся над верхней губой юношеский пушок. - Она любит плавленый сыр, - неожиданно сказал он. - Ну, знаешь, такой… в тюбиках. И соевое молоко… А еще – шоколад… Рик замер, боясь вспугнуть внезапное откровение. - Иногда она дурачится, будто ей десять лет… Глупо, правда?.. Шериф, которому прежде и в голову не стучалось, что самурайке свойственны человеческие слабости, задумчиво покачал головой: - Я думаю, вовсе нет… Порой взрослым это очень нужно… Просто чтобы не забыть, что и у них есть сердце, а сами они когда-то были детьми. - Она помнит, - тихо сказал Карл, опустив глаза и глядя в пол. – У нее был ребенок. Маленький мальчик. Его звали Андрэ-Энтони. - Что?.. – Рик вдруг почувствовал, как мир вокруг него совершил мгновенный кувырок и вновь вернулся на место, но уже не таким, каким был раньше – что-то в нем необратимо изменилось. – Откуда ты знаешь?.. Парень мягко улыбнулся: - Я спросил – она ответила. Охренеть… Вот так все просто, оказывается… Можно было просто спросить… - Кто-нибудь еще знает об этом? – силясь подавить непонятно откуда взявшуюся острую обиду, спросил шериф. - Может - да, а может - нет, - пожал плечами Карл. – Я обещал никому не говорить, хотя она об этом не просила: сказала, что это – не секрет. Могла сама сказать еще кому-нибудь: Кэрол, Мэгги, Саше, Розите, Линде… Они ведь подруги – вечно треплются о чем-нибудь своем, девчачьем… Дэрил и Майкл вряд ли знают – она не стала бы говорить об этом с ними. Дэрилу пофиг, а Майкл запал на Сашу… Рик сидел у окна, держа на коленях винтовку, и убито молчал. Вот так. Вот такой круг друзей. Почти вся группа. И его собственный сын – пацан неполных пятнадцати лет, - в их числе. А он, Рик Граймс, где-то за его пределами – чужой и непонятный. Долбаный лидер, возомнивший себя патриархом большого семейства, но не имеющий абсолютно никакого представления о том, чем это семейство живет: какими внутренними привязанностями и неприязнями, какими чаяниями и надеждами, какими тревогами и опасениями. А вот Доун, чуть более недели назад впервые увидевшая его людей, бесспорно, многое об этом знала. Потому и сумела без особого труда найти дело и применение практически каждому. Потому и смогла удержать от необдуманных и рискованных поступков и Кэрол, и Карла. Возможно – и даже скорее всего, - ее не трогали чужие переживания, но она считала своим долгом знать как можно больше о каждом человеке, обитающем в Грейди. Хотя бы ради того, чтобы эффективно контролировать ситуацию… Твою в бога… душу… мать!.. - Спасибо, сын, - через силу выдавил он, поднимаясь. – Главное теперь, чтобы она была жива… А все остальное можно исправить. - Она жива, - твердо сказал Карл, подходя к окну и становясь у откоса напротив отца. – Она сильная. Рик промолчал. Теперь он ясно понимал, что эта сила, в которую так верил сын, далеко не безгранична. *** Кэрол, стоя у окна на одном колене, устало повела головой, разминая шею – та ныла, не имея привычки к снайперским невзгодам вроде выжидания часами в неудобной позе с прижатой к прикладу щекой. Расслабляться, впрочем, было не время, и она снова приникла к прицелу, наблюдая за происходящим во дворе. Блин, Абрахам и Доун - точно профессионалы: стоят так, чтоб не оказаться на линии огня. Да тут, собственно, уже почти всех можно хоть сейчас – на контрактную службу в каком-нибудь спецназе. Вон, Дэвид в другом конце восьмиместной палаты пристроился у окна так, что из-за шторы фиг увидишь дуло винтовки… И кровати отодвинуты таким образом, чтоб можно было быстро сменить позицию, не налетая на мебель… А еще Гленн заставил всех надеть бронежилеты, и теперь лишние двенадцать фунтов снаряжения донимали хуже, чем вынужденная неподвижность. Как люди в этом воюют – хрен его знает… Будь здесь Дэрил, точно не удержался бы от смеха, глядя на нее. А то еще и проехался бы насчет седла для коровы… А потом вообще винтовку отобрал и вытолкал отсюда в шею. Господи, лишь бы с ним все было нормально!.. Так, Кэрол, возьми себя в руки! С ним все нормально. Он выкрутится из любой переделки, потому что не страдает ни болезненной принципиальностью Граймса, ни чрезмерной самоуверенностью Доун. Он не полезет на рожон без крайней на то нужды. Он умеет выживать в самых, что ни на есть, экстремальных условиях. Он… Стоп! А это еще кто?.. Из-за правой дверцы джипа, прихрамывая, показалась до оторопи знакомая фигура: линялые джинсы, майка, завязанная узлом на груди, потрепанная жилетка, шоколадная кожа – сплошь в кровоподтеках и ссадинах, свисающие неопрятной копной дреды… - Мишонн!.. – Кэрол, напрочь позабыв обо всем, вскочила и, закинув винтовку на плечо, вылетела вон из палаты. - Эй! Ты куда?! – крикнул ей вслед Дэвид. – Был же ясный приказ не покидать позицию… Но Кэрол было уже наплевать. Какой, на хрен, приказ, если тут – такое?! *** - С возвращением, - глядя на Мишонн с жестким прищуром и кривой усмешкой, произнесла Доун. – Уж не знаю, постоянным или временным… - Уж как получится, - холодно отозвалась женщина. - Кто это? – небрежно кивнув в сторону Дэмиена, спросила лейтенант. - Он сам расскажет. Доун язвительно хмыкнула и перенесла внимание на парня: - Вы узнали о нас от нее? – опять небрежный кивок. Мишонн прикусила губу, едва сдерживая негодование: да за кого ее тут, черт возьми, принимают?.. - Нет, - сухо ответил Дэмиен. – От другого человека. - Ну, и где этот другой человек? – голос хозяйки Грейди был полон яда. - Остался в Мейконе. - Жаль. А так хотелось влепить ему в лоб семь грамм свинца… - Я бы тоже не отказался, - процедил парень. - Надо же, - притворно изумляясь сказала Лернер. – Неужто он и вам уже успел подгадить?.. - Успел. Подрезал кое-кого… - Та-а-ак… Ну, и где ваш раненый? – Доун, держа винтовку наперевес, сверлила тяжелым взглядом высокого чернокожего парня. – Открывай салон и показывай. Тот поджал губы, явно едва сдерживая злость, и, прошагав вдоль борта джипа, молча распахнул задние дверцы салона. Лернер, сделав знак Абрахаму оставаться на месте, обошла машину справа, мимоходом смерив пренебрежительным взглядом имевшую весьма бледный вид самурайку, и заглянула в салон. Носилки образца семидесятых прошлого века. На них – молодая женщина лет двадцати пяти на вид, явно без сознания: бледное лицо, рядом с которым рыжие волосы кажутся невыносимо яркими; безвольно свесившаяся рука с введенным в вену катетером; неровно, в спешке, обрезанная до самой груди серая майка; широкая повязка поперек живота с проступившим сквозь бинты кровавым пятном. На жестких сидениях вдоль бортов сидят трое мужчин – все без оружия. Один держит пакет с физраствором, а двое других придерживают носилки. Доун сдержанно кивнула: - Выносите, - и, взявшись за рацию, произнесла: - Гленн, срочно отправь сюда Эдвардса. Ноа, пусть Майкл и Саша спустятся вниз, они нужны мне для сопровождения… и побыстрее. Высокий парень взялся было помогать приятелям, но Доун бесцеремонно отодвинула его стволом винтовки, оттеснив в сторону от джипа: - Стоять. Они и сами справятся: груз невелик. А тебе придется побеседовать со мной, - и, не отводя взгляда, бросила стоявшему неподалеку Сэму: - Ну-ка, обыщи его и тех троих. Нет ли спрятанных ножей или еще каких-нибудь сюрпризов… - Спасибо на добром слове, - язвительно процедил парень, поднимая руки и позволяя обыскать себя. – Вообще-то все, что у нас есть, осталось за воротами. Вместе с достоинством, похоже… Доун даже глазом не моргнула, попросту пропустив мимо ушей его попытку задеть за живое. Зато Мишонн, вымученно улыбнувшись искренне обрадовавшемуся ее возвращению Абрахаму, повернулась и похромала к Доун и стоящему перед ней с видом несправедливо оклеветанного посла Дэмиену. - Доун, зачем ты так? Они не замышляли ничего дурного. Им просто нужна помощь и… - Помолчи! – резко оборвала ее Лернер. – Я сама разберусь. Без твоего участия. Ты и так уже сделала все, что могла. Если бы Финн знал, во что ты нам обошлась, его радости не было бы предела!.. Лицо Мишонн посерело. Ее худшие предположения сбывались, и ждать здесь добра и понимания явно не приходилось. Что ж, терять ей уже нечего… Она приоткрыла было рот, чтобы произнести то непоправимое, что навсегда отрежет ей возможность возвращения в Грейди, как вдруг сзади на нее налетело нечто, крепко обхватившее за плечи и мгновенно покрывшее лицо поцелуями. - Мишонн! Дорогая! Ты жива! Ты вернулась! Я так рада!.. Мы все так переживали! Ты даже не представляешь, как!.. – тонкие пальцы Кэрол Пелетье гладили ее разбитую скулу, бережно стирая грязь и засохшую кровь, почти по-матерински нежно отводили с лица слипшиеся, покрытые дорожной пылью волосы. От нее буквально волнами исходили искренняя радость, тепло и сочувствие, от которых щемящая боль, давно поселившаяся внутри, где-то под грудиной, стала совершенно невыносимой. Мишонн втянула воздух с судорожным всхлипом, отодвигая от себя подругу и силясь подавить рыдания, рвущиеся из груди. От мгновенной и полной «потери лица», готовой выразиться в слезливой истерике, ее спасла Доун, тут же свирепо рявкнувшая на Пелетье: - Кто разрешил оставить позицию?! А ну-ка, немедленно марш обратно!.. И тут Кэрол показала себя. Ее голубые глаза сузились, превратившись в две бритвенно-острых льдинки, ноздри хищно раздулись, верхняя губа приподнялась в почти волчьем оскале, а правая рука сжалась на рукоятке ножа с такой силой, что костяшки пальцев побелели. Она стремительно шагнула к Доун почти вплотную и, глядя в округлившиеся от изумления глаза хозяйки Грейди, сладким, дико не вязавшимся с выражением лица голосом тихо, чтобы не расслышал мейконец, произнесла: - Не забывай, благодаря кому Грейди сейчас жизнеспособен. И не строй иллюзий относительно того, почему мы подчиняемся твоим распоряжениям. Можешь сожрать с костями этого парня и иже с ним, но никого из нашей семьи лучше не трогай. Доун, к ее чести, не дрогнула и глаз не отвела, даже осознав, что Пелетье слышала все, сказанное ею Мишонн. Она лишь прищурилась, словно прицеливаясь, и так же тихо ответила: - Я учту. Но и ты, кажется, о многом забыла... Поговорим на эту тему позже. А сейчас забирай ее и уходи. Кэрол фыркнула, развернулась и, схватив за руку Мишонн, потащила ее за собой, к зданию – ей не терпелось расспросить подругу о том, каким образом она оказалась у байкеров и - самое главное, - не знает ли она, где сейчас Дэрил. На середине двора они столкнулись с торопившимися к машине Эдвардсом, Майклом и Сашей. Доктор сдержанно кивнул обеим, Саша широко улыбнулась, а Майкл порывисто обнял подругу, прошептав на ухо: «Держись. Все будет хорошо». Мишонн посмотрела им вслед… и, неожиданно высвободив руку из ладони Кэрол, сказала: - Извини… Мне надо кое-что сказать Доун. Это важно. Кэрол нахмурилась, но возражать не стала, и самурайка, прихрамывая, направилась обратно. Она видела, как Бен, бегло проверив пульс раненой и реакцию ее зрачков, перекинулся с коллегой парой-тройкой слов и десятком только им понятных медицинских терминов, а затем на всех парах помчался готовить операционную. Парни из Мейкона подхватили носилки и последовали за чероки, показывавшим дорогу. Саша шла замыкающей, бдительно следя за поведением чужаков. Доун тем временем жестко наезжала на Дэмиена, у которого, судя по плотно стиснутым губам и дергающимся желвакам, терпение было уже на исходе. Атмосфера вокруг них ощутимо накалялась – настолько, что Мишонн почувствовала пробегающий по спине противный холодок. - Насколько я понимаю, помощь раненой – не единственная цель, с которой вы сюда явились?.. - Это будет зависеть от того, помогут ли ей и какой прием нам здесь окажут, - сквозь зубы отозвался парень. – Пока что мне он не слишком по душе… - Зря, - усмехнулась Лернер. – Мы достаточно гостеприимны. Вас всех ждут отдельные комнаты и почетный караул. А потом – ужин и увлекательный разговор по душам. Например, о том, что у вас за группа, какой численности, насколько хорошо вооружена и какие имеет планы на будущее. - Я не уполномочен вести такие беседы. Если тебе интересно, поезжай в Мейкон и поговори с нашим вожаком. Мишонн смотрела на них и понимала, что до настоящей войны осталось менее двенадцати часов. Именно столько времени потребуется Гризли, чтобы организовать людей и привести их сюда после того, как оставшиеся в Твин Тауэрс парни вернутся в Мейкон. А они вернутся, если кто-нибудь из троих, приехавших с Дэмиеном, через час не окажется в Башне с известием, что помощь и достойный прием оказаны. Понимала, что Гризли был прав, отправляя своих в Грейди именно с таким заданием – «проверкой на вшивость», как выразился Дэмиен, когда они покидали Твин Тауэрс. А вот Доун сейчас совершала роковую ошибку, напрочь заваливая своеобразный тест, подкинутый ей более опытным и мудрым вожаком байкеров. - Доун! – Мишонн шагнула вперед, словно в пропасть, вклиниваясь прямо между Лернер и Дэмиеном. – Мне нужно сказать тебе несколько слов наедине. Это жизненно важно! - Какого черта?! – огрызнулась лейтенант, по-прежнему глядя на мейконца, словно удав на кролика. Вот только удав этот не подозревал, что помимо кролика его ждет еще и хорошо замаскированная ловчая петля. - Да выслушаешь ты меня, мать твою, или нет! – злобно прошипела Мишонн, обеими руками схватив ее за плечи и хорошенько встряхнув. – Это касается нас всех! Видно в глазах самурайки были такая ярость и такая решимость, что Доун опешила и после секундного замешательства сочла за благо отступить: - Ну, хорошо! Успокойся! Говори, что там у тебя! - Давай отойдем, - Мишонн, так и не отпуская ее плечо, оттащила Лернер по другую сторону джипа, оставив Дэмиена в компании невозмутимо наблюдавшего за всем этим цирком Абрахама, и первым делом сообщила: - Он сказал тебе чистую правду. Если мы не причиним им никакого вреда и поможем, они просто уйдут отсюда. У нас женщина, которая является одним из их вожаков и Дэмиен. У них – Дэрил и Финн, который знает Грейди, как свои пять пальцев. Въезжаешь в ситуацию?.. Да? Так это еще не все. В Твин Тауэрс находятся сейчас еще четверо парней, и у них есть четкий приказ: если через час трое из вошедших сюда не вернутся, они поедут обратно и приведут сюда всю группу. А там, судя по тому, что я успела увидеть, не меньше полусотни мужчин-бойцов. Короче: если хочешь, чтобы мы все через двенадцать часов оказались в осаде, продолжай в том же духе. Доун некоторое время ошалело молчала, видимо, переваривая информацию. Потом зло процедила сквозь зубы: - Заебись - ситуация!.. Какого хрена ты сразу мне этого не сказала?! - А ты стала бы слушать? – криво усмехнулась Мишонн. – Ты же меня в упор не хочешь видеть. - И ты бы не захотела видеть человека, по вине которого группа едва не лишилась двоих лучших бойцов! - Что?.. Кого?.. – Мишонн отшатнулась. Страшная мысль обдала словно кипятком. – Рик?.. Что с Риком?! - С ним как раз все в порядке, - с горечью сказала Доун. – А вот Джона едва удалось вытащить с того света. Абрахама укусили, и мы до сегодняшнего утра не были уверены в том, что все обошлось. Мишонн закрыла руками лицо и медленно сползла по борту джипа на асфальт. - Мы стоим друг друга, - негромко сказала Доун и, закинув на плечо винтовку, взялась за рацию: - Гленн, отбой. Все могут оставить позиции и заняться делами. Отправь кого-нибудь за парнями, приехавшими из Мейкона – пусть их проводят обратно во двор, - услышав «принято», она переключила канал: - Ноа, вы с Розитой остаетесь на крыше. Ваша вахта закончится, как положено – в шесть. И, наконец, третий канал: - Рик… - Ну, наконец-то! - Рик, подожди, послушай… - Да. - Оставайтесь пока на месте. Выдвинетесь через полчаса, как только байкеры уедут. - Да ёпт!.. Понял! У вас порядок там?.. - Да. Все в норме. Парни привезли раненую женщину, попросили помощи и получили ее. Сейчас соберутся и уедут. Один из них останется здесь, пока раненой не станет лучше. Из динамика рации донесся вздох невыразимого облегчения: - Уф-ф-ф… Хорошо, я понял. Через полчаса свяжусь с тобой. Отбой. Доун закрепила рацию на ремне и подошла к Дэмиену, как ни странно, трепавшемуся о чем-то с Абрахамом. При виде нее оба замолчали, но лицо мейконца уже не было столь замкнутым и высокомерным, как раньше. - В общем, так… Абрахам, сейчас сюда спустятся их парни и, как только наш гость переговорит с ними, проводи его на третий этаж – там есть свободная комната в правом крыле, - пусть устраивается. - Ладно, - усмехаясь в усы, проворчал здоровяк. – Значит, типа дружим?.. - Типа да, - без энтузиазма отозвалась Доун, глядя, как из здания выходят мейконцы. Мимоходом взгляд ее упал на так и сидящую возле машины Мишонн. Доун вздохнула, едва заметно покачав головой, и поманила рукой стоявшего у ворот Энтони: - Проводи ее в комнату, Энтони, и позови к ней кого-нибудь из женщин. Лучше всего – Кэрол. - Хорошо, мэм, - кивнул мужчина и, подойдя к Мишонн, осторожно тронул ее за плечо: - Как ты? Можешь идти?.. Женщина подняла голову и, проведя ладонью по лицу, встала, опираясь на его руку: - Спасибо, Энтони… Доун устало смотрела ей вслед и думала о том, что каждый из укрывшихся за стенами и периметром Грейди все равно ходит по краю… *** Красный закатный свет вливался в окно, словно густой кленовый сироп, окрашивая серые стены и белый потолок палаты в странные оттенки – изменчивые, неверные, тревожные. Раздвинутые жалюзи на окне колыхались и постукивали, подобно сухим ветвям саксаула, обожженного ветрами пустыни, навевая тоскливые видения… Кэрол сидела на кровати, подтянув колени к самому подбородку и обхватив их руками, и смотрела на спящую подругу. Изможденное лицо, покрытое синяками и ссадинами, исцарапанные руки, изодранная, заляпанная грязью и кровью одежда... Что ей довелось пережить за эти двое суток?.. Она ничего не успела рассказать. Не успела ни поесть, ни умыться, ни сменить превратившуюся в лохмотья одежду. Дойдя до кровати, она просто упала лицом вниз и отключилась. Кэрол, вернувшись с ужина, осторожно стянула с нее ботинки и, заметив, как зябко подруга обхватила во сне собственные плечи, накрыла ее снятым со своей постели покрывалом. Женщина понимала, что Мишонн, скорее всего, проспит до самого утра, и нет никакого смысла дожидаться непонятно чего, но сон тоже не шел, и она просто сидела, не думая ни о чем, следя за прихотливой игрой теней на потолке и стенах. Когда послышался негромкий стук в дверь, она поначалу решила, что ей почудилось, но через некоторое время стук повторился. Кэрол тихонько сползла с кровати и, шлепая по полу босиком, приоткрыла дверь. - Рик?.. Что случилось?.. - К счастью, ничего, - устало произнес шериф, привалившись плечом к косяку. – Просто спросить хотел, как она… - Спит, - оглянувшись на свернувшуюся калачиком подругу, прошептала Кэрол. Потом, улыбнувшись, добавила: - Карл три раза прибегал уже – все переживал, что она даже не поела. - Ага, - кривовато усмехнулся Рик, - а тут еще и меня принесло… Кэрол смотрела на него и видела, как много седины за последний год появилось в его волосах, как отчетливы стали морщины на высоком лбу и в уголках серо-голубых глаз, как измотали его последние несколько дней, и как тяготит и пугает будущее, вновь внезапно ставшее непредсказуемым. - Если хочешь побыть с ней, я могу пока пойти к Саше – Тара все равно на дежурстве, и ее кровать свободна, - негромко сказала она, шире открывая дверь. Рик с подозрением взглянул на нее, но так и не увидел ни тени насмешки на ее лице. - Ты серьезно?.. Кэрол кивнула и посторонилась, пропуская его в комнату. Потом взяла кофту, книгу и полотенце и направилась к двери. На пороге обернулась и шепотом произнесла: - Если проснется и захочет пить – вода в бутылке возле тумбочки, стакан на столе. Дверь тихонько скрипнула, закрываясь и отрезая маленькую комнату, утонувшую в закатных лучах от всего остального мира…