Обратная сторона

      Шаг к пропасти иногда ничтожно мал. Возможно, Кибом заигрался, позволив тщеславию одержать над собой верх, хотя он упорно уверял себя, что просто не пасовал перед трудностями.       Это было первое громкое дело. Не многие решались браться за процессы, связанные с Истинными парами, и лишь единицы одерживали верх. Утром следующего дня заголовки газет пестрели его фотографиями. Раньше это здорово погладило бы его самолюбие. Да что там! В прежние времена Кибом бы по потолку бегал от свалившегося на него внимания, считая это самой большой заслугой своей жизни, но сейчас, пока взгляд скользил по передовице оставленной со вчерашнего дня газеты, им владело двоякое чувство: глубокое удовлетворение теснило маниакальное желание скупить весь тираж, облить бензином и поджечь. Наивная мысль, но что только не придёт в голову в приступе паники? Он оставил прошлую жизнь и построил новую с нуля не для того, чтобы так глупо проколоться. Вырвавшийся из нутра нервный смешок был больше похож на хрип раненого животного. Кибом закусил костяшку указательного пальца, приводя себя в чувство, но тревога, разливающая адреналин по венам, никуда не делась.       «Кибом, не будь идиотом. Он не знает, кто ты, — уговаривал его здравый смысл. — Он видел тебя мельком, издалека. Прошло много лет. Наверняка, он даже не помнит, как ты выглядишь. Ты ведь и сам порядком подзабыл детали его внешности».       Оставалось надеяться, что новость не выйдет за пределы Сеула, но призрачная надежда рухнула в тот же день, когда вечером позвонил папа из Тэгу, сетуя на то, что узнает об успехах сына из бульварной прессы, а не от него самого. Упрёк достиг цели. Они проговорили почти полчаса. Невероятно долгих полчаса. Кибом ненавидел врать, тем более родителям. Его заедала совесть, но он был рад хотя бы тому, что ни в газете, ни в репортаже не всплыла его половая принадлежность, а то вопросов возникло бы на порядок больше.       Кибом сжал в руках злосчастный клочок бумаги, желая зашвырнуть его в урну, когда в кабинет, едва не поднимая пыль со столов, ворвался Тэмин. Так неожиданно, что Кибом потерял бдительность и не успел включить режим недотроги.       — Ты мой адвокат дьявола! — оглушил его омега и, нисколько не стесняясь проходящих мимо кабинета сотрудников, обхватил его за плечи, разрушая гнетущую атмосферу своим жизнерадостным видом и радуясь победе Кибома куда больше его самого, а когда тот расцепил его руки и опустился на место, бесцеремонно плюхнулся ему на колени. — Никак не налюбуешься?       Кибом удостоил газету ещё одним брезгливым взглядом. Он её так и не выбросил.       — Хватит на мне виснуть. На Минхо своего так запрыгивай. — Ки демонстративно поморщился, выпутываясь из цепких объятий, хотя не так уж неприятны они были. Его уже давно никто не обнимал, и это подзабытое чувство что-то согревало внутри. — Всё! Кыш! Ты мне своей костлявой задницей все коленки отсидел.       — Боишься, отгоню потенциальных претендентов? — понимающе протянул омега и демонстративно поёрзал, устраиваясь удобнее.       — Вот ещё! — неубедительно фыркнул Кибом, наконец немного расслабляясь. — Да кто ж поведётся на твой суповой набор?       — Есть, знаешь ли, желающие. — Нисколько не обидевшись, Тэмин ненавязчиво помахал перед носом Ки рукой, демонстрируя аккуратное парное колечко. Позёры, что с них взять.       — У бедолаги просто нет выбора. — Видя, как взгляд юного коллеги задорно заблестел, Кибом закатил глаза. — Только не начинай свои разговоры о вашей большой и светлой любви.       — А ты меньше завидуй, Ки-хён. — Тэмин проказливо показал язык. Он всё-таки спрыгнул с колен коллеги и без зазрения совести пристроил свой зад на его столе, измяв половину документов и чудом не опрокинув стаканчик с недопитым кофе.       Кибом обречённо вздохнул, откидываясь на кресло и прикрывая глаза.       — Чего кислый такой? — вернул себе внимание омега.       — Не знаю. — Ки тяжело вздохнул, сильнее запрокидывая голову и пряча усталое лицо в ладонях. — Мне чего-то не хватает.       — Хорошего траха тебе не хватает.       — Ты не мог бы повторить громче, а то вдруг кто-то не расслышал? — шикнул Кибом, проклиная привычку Тэмина не закрывать за собой дверь. — По губам сейчас схлопочешь!       Краем глаза он отметил самодовольные усмешки услышавших реплику коллег-альф. Раньше он был бы только рад их вниманию и с удовольствием пофлиртовал с ними, купаясь в море внимания и лестных комплиментов, но теперь, когда приходилось скрываться, обходил их десятой дорогой, в особенности тех, кого уже успел отшить за время работы здесь.       — И с документов моих слезай! — Кибом шлепнул неугомонную омегу по филейной части, но того, похоже, грозный тон коллеги совсем не пугал. Он весело спрыгнул со стола и плюхнулся на своё кресло, тут же включая вентилятор и подставляя лицо под струю воздуха.       — Может, сходим куда-нибудь после работы, отпразднуем? — жмуря глаза, предложил Тэмин. — Мы пахали как проклятые последние два месяца. Имеем полное право расслабиться.       — Сегодня даже не пятница, до зарплаты далеко и, кроме того, я на машине…       — Пофиг. Завтра же тебя не будет. А на следующей неделе ты скажешь то же самое. Знаю я тебя, Ки-хён! — Тэмин без энтузиазма включил компьютер, с тоской оглядывая приютившуюся на краю стола кипу бумаг.       Кибом не хотел пить. Сейчас следовало быть осмотрительнее, чем прежде. Напиться накануне течки — не лучшая идея. К тому же, гормональные препараты, которыми он забивал фон, с алкоголем не ладили, приводя не к самым приятным последствиям. Он всегда заблаговременно брал отгулы под предлогом съездить к родителям и, закидавшись таблетками, отсиживался дома. Надо было поступить так и на сей раз и не вестись на уговоры Тэмина, но… Эта победа в какой-то мере принадлежала и ему тоже. Было бы эгоистично зажать проставу.       — Мне опять весь вечер придётся смотреть на ваши с Минхо лобызания, чувствуя себя третьим лишним? — Смиряясь со своей участью, Кибом вздохнул и потянулся к своему стаканчику с остывшим кофе.       — Если хочешь, могу попросить Минхо кого-нибудь привести для тебя, — предложил Тэмин. Кибом едва не поперхнулся не вовремя сделанным глотком. Он покраснел, но цепкий взгляд не позволял отвести глаза.       — Спасибо, но обойдусь без благотворительности, — проглотив ком в горле, буркнул он, и чуть ослабил узел галстука, чувствуя, как тот душит его.       — Ну серьезно, хён! — Смазливая физиономия Тэмина снова показалась из-за монитора. Подперев щёку рукой и забавно щуря глаза, будто пытаясь что-то припомнить, он задумчиво протянул: — Я ведь, кажется, за всё время знакомства ни с кем тебя не видел.       — Потому что я прихожу сюда не личную жизнь устраивать, — отмахнулся Кибом, но омега его не слушал.       — Если так подумать, я ведь даже без понятия, кого ты предпочитаешь. Тебе нравятся беты или?.. — он не договорил, слегка сведя брови, хмурясь, будто пытался что-то припомнить.       — На работе я предпочитаю работать, чем и тебе не мешало бы заняться. — Кибом указал на захламлённый стол младшего коллеги.       — Блин, «работать», «работать»… Всю работу не переделаешь! — фыркнул тот и в надежде уставился на Ки. — Так я не понял, мы идём куда-нибудь вечером?       — Сначала с текучкой разберись, а там посмотрим.       — Хорошо-хорошо! — радостно откликнулся Тэмин, уже понимая, что его взяла, и куда охотнее придвинул к себе кипу бумаг, но неожиданно он что-то вспомнил и вытащил мобильник из кармана. — Только сначала Минхо напишу.       Кибом тяжело вздохнул, не удержав улыбку. Впрочем она быстро погасла.       Ки был предельно осторожен и избирателен в выборе партнеров. Как правило, это были беты (они не оставляли запаха и с ними было проще), никак не связанные с его работой и кругом знакомств. Только секс. Без имён и контактов. Но даже это он позволял себе так редко, что и сам уже успел забыть, когда у него кто-то был в последний раз. Теперь же, после того, как его лицо засветилось в СМИ, вовсе не знал, рискнул бы попробовать снова. Но Кибом понимал, что с каждым отказом его отмазки звучат всё глупее. Однажды ему придётся согласиться на жест доброй воли Тэмина и пойти с кем-то на свидание, хотя бы для того, чтобы отвести подозрения — его одиночество уже бросалось в глаза.

***

      После очередной кружки пива, Кибом подумал, что идея Тэмина не так и плоха. Возможно, он слишком сильно загнал себя. И морально, и физически. Сейчас, сидя на диванчике в их любимом пабе и лениво наблюдая за происходящим вокруг, он понимал, насколько все эти годы ему не хватало обычного человеческого общения, давно в его окружении не появлялись люди, с которыми ему было действительно приятно проводить время, даже невзирая на возможность разоблачения. И не так уже сильно раздражали брачные игрища неугомонной парочки напротив.       Поначалу Кибом отнёсся к появлению Минхо с долей недоверия, как и к прочим альфам (в особенности большим и атлетически сложенным), видя в них явную угрозу. Но тот, к его удивлению, оказался неплохим малым. Он был добрым, общительным и располагающим к себе, и не принять его оказалось невозможно. Впоследствии Ки был даже рад его компании, это имело свои плюсы. Купаясь в смешении их с Тэмином запахов, он радовался, что они перебивают его собственный даже лучше, чем таблетки или парфюм. Плотоядных взглядов в его сторону явно поубавилось, что не могло не радовать.       После очередного тоста, пропущенного Кибомом мимо ушей, Тэмин вдруг подсел к нему, как всегда, без предупреждения врываясь в личное пространство.       — Мино, сфотографируй нас, — заголосил он почти на ухо коллеги, привычно обхватив его за шею.       Тэмина нельзя было назвать внимательным, но Кибома всегда настораживало, когда он утыкался носом в его шею, боялся, что среди запахов туалетной воды и уходовых средств почует его собственный. Но в этот раз он не стал по обыкновению выворачиваться из захвата омеги: быстрее сделает фото — быстрее отстанет.       Тэмин был очень тактильным и ничуть не стеснялся тискать Кибома на виду у всего офиса или даже на глазах своего альфы. Кибом первое время опасался, что Минхо однажды не выдержит и придушит его где-нибудь в тёмном переулке. И хоть тот не выносил свою ревность напоказ, порой он слишком сердито сопел и бросал красноречивые взгляды на всех проходящих мимо альф и даже бет, если те позволяли себе пялиться на Тэмина чуть дольше положенного. Но почему-то Минхо не видел угрозы в нём, Кибоме. По прошествии времени Ки всё чаще ловил на себе его заинтересованные взгляды, нежели ревнивые. Заинтересованные не как в сексуальном объекте, а как в человеке, представляющем для него непостижимую загадку. Однако какие бы предположения ни бродили в его красивой голове, Минхо предпочитал тактично держать их при себе. Как и многое другое, что не касалось футбольных разногласий.       Вот и сейчас Кибом видел этот заинтригованный изучающий взгляд за камерой. Но стоило уличить Минхо в рассматривании — тот тут же отвёл глаза. Альфа привычно тепло улыбнулся, протягивая свой мобильник желающему посмотреть получившееся изображение Тэмину. Омега переполз на своё место и неловко прихватил телефон, тут же чуть не выронив его из рук.       — Здорово получилось. — Он посмотрел на Кибома, ещё раз на фотографию и снова на Кибома. — Такое чувство, что ты намного красивее меня.       — Я просто фотогеничный.       — Ты для меня самый красивый. — Минхо приобнял Тэмина за плечи и притянул ближе. — Не в обиду, Кибом.       — Да чего уж там. — Тот пожал плечами и отвёл взгляд.       Альфа уже что-то нашёптывал Тэмину на ухо, слегка касаясь его губами. Щёки того слегка заалели, а глаза задорно замерцали, хотя тут, скорее всего, виноват алкоголь. Они были хорошей парой, и оставалось только радоваться их счастью, но подобные нежности каждый раз заставляли Кибома острее чувствовать своё одиночество. Эти двое были в своём мире, куда ему дороги нет. Иллюзия причастности рассеялась.       — Ну всё, я погнал. А то у меня на зубах уже сахар поскрипывает. — Кибом выбрался из-за стола, пока представшее перед глазами зрелище не стало слишком слащавым, и чуть не упал, запнувшись за ногу Тэмина. Как бы он ни старался чётко контролировать количество вливаемого спиртного, похоже, всё равно перебрал. Либо же тело перед течкой ослабло, что он срубился с пары кружек. Его штормило, и ноги стали ватными.       — Хён, да ты на ногах еле стоишь! — Тэмин тут же выкарабкался из объятий своего альфы и подскочил ему помочь. — Проводить тебя до дома?       — Не надо. Вызову такси.       — Уверен? Тебе опасно разгуливать по улицам в таком состоянии.       — Он прав. — Минхо встал у младшего за спиной, в поддержку прихватив его за плечо. — Уже поздно, а ты слишком привлекателен для беты.       — Вот-вот! Ты хоть замечал, как на тебя альфы пялятся? — продолжил омега. — Разве что на собственных слюнях не поскальзываются! Даже меня так глазами не трахают, — выдал привыкший быть в центре внимания Тэмин, кажется, недоумевая от собственных слов.       — Ты — другое дело. От тебя Минхо несёт за километр. Хотел бы я взглянуть на дурака, рискнувшего переступить ему дорогу, — усмехнулся Кибом.       — Не переводи стрелки! Ты меня понял.       — Понял. Спасибо за заботу, но я доберусь сам.       Уже стоя на улице в ожидании такси, Тэмин снова завёл свою шарманку:       — Ты только поосторожнее. Я читал недавно, что в городе маньяк какой-то объявился.       От этих слов Кибому стало не по себе. Нет, у него не было дурных предчувствий или догадок. Мало ли психов на земле? Но от просочившегося воспоминания о пронзительном взгляде вдоль позвоночника пробежал холодок.       — Мне от машины до подъезда несколько метров. Ничего не случится. А ты, — Кибом умилённо потрепал Тэ по легкомысленно-светлой макушке, радуясь, что наконец подъехало такси, — читай поменьше криминальной хроники.       — Бывай. — Минхо, кажется, был согласен со своей половинкой, но переубеждать Кибома не стал и просто протянул руку для рукопожатия.       — Только отпишись, как доедешь, ладно? — сдавшись, напоследок попросил Тэмин.       — Ладно. Только потом без упрёков, что своими смсками отвлекаю вас от чего-то важного. Удачного вечера!       Скрывшись с глаз друзей, Кибом откинулся на сиденье. Он стащил с себя галстук, расстегнул верхнюю пуговицу и прикрыл глаза, жадно вдыхая сладкий и густой как кисель вечерний воздух. Было душно и жарко, мелкие капельки пота скатывались за воротник новой рубашки. Омега догадывался, что виной тому не только выпитое спиртное и резко подскочивший столбик термометра — он уехал вовремя. Его начинало лихорадить. Необходимо быстрее вернуться домой, закидаться таблетками и, надеясь, что ещё не поздно, попытаться заснуть.       Кибом всю дорогу про себя поторапливал едва тащившееся такси, однако по приезде выбираться из машины не торопился. Он ощущал мимолётное, почти осязаемое, беспокойство. Стало неуютно. Собственный подъезд казался неприветливым, зияющим провалом. Во дворе стояла мёртвая тишина, даже собаки не лаяли. Тёплый, как парное молоко, воздух обволакивал. Необычайно вязкий, тягучий, наполненный запахом цветов, он что-то прятал от Кибома, сбивал с толку. Тонкая ниточка аромата йода и озона то всплывала на поверхность с лёгким дуновением ветра, то бесследно растворялась, теряясь среди сотен других ароматов летней ночи. Ки принюхался, тревожно озираясь, и, задавливая в себе глупые параноидальные мысли, прибавил шагу, будто призрак этого запаха преследовал его по пятам.       Подъезд встретил его темнотой. На первом этаже света не было — перегорела лампочка. Второпях он споткнулся, растянувшись на лестнице. Коленку пронзило острой болью, и Кибом покатился бы кубарем, если бы не успел зацепиться за перила.       — Зараза, — прошипел он, ощупывая ногу и чувствуя, как дорогой костюм пропитывается кровью. — Хорошо хоть голову не расшиб.       Стоя в лифте, он устыдился собственной пугливости. Пока тот медлительно отсчитывал этажи, Кибом нащупал в кармане ключи и машинально теребил их влажными пальцами. Коленка досадливо ныла. Это всё Тэмин виноват и его запугивания! Из-за него Ки стал вести себя как дебил. Ки криво улыбнулся и судорожно выдохнул, чувствуя, как отпускает скрутившее мышцы напряжение и унимается нервный колотун внутри.       После темноты подъезда и полумрака лифта свет на этаже резко ударил по чувствительным глазам, заставляя щуриться. Не сразу сориентировавшись, Кибом, прихрамывая, направился к своей двери, предвкушая, как врубит комп и непременно накатает Тэмину сообщение обо всём, что он думает и о самом Тэмине и его идиотских страшилках.       Но он не дошёл.       Кибом замер на середине шага, когда знакомое пугающее чувство толкнуло его в грудь. Улыбка застыла на лице, и раньше, чем он почувствовал запах, увидел или почуял что-то, по коже прокатилась знакомая волна вибрации, а из-за спины всплыл незнакомый глуховатый голос:       — Как же долго я искал тебя.