Прошлое нельзя изменить

Первый день осени я встретил на новом месте работы. Ввиду моего состояния здоровья Ниго Лас-Тиш сделал для нас с Альмиртом исключение, так что в академию мы прибыли на месяц позже остальных преподавателей и сотрудников учебного заведения. За это время мы с Альмиртом не то чтобы подружились, но научились сосуществовать на одной территории, не раня друг друга неуместными замечаниями, упреками и ссорами. Должен честно сознаться, зачинщиком почти всех размолвок был я. Вернее, мои слова и недоверие к человеку, заботившемуся обо мне, совсем как тогда, на корабле, когда Альмирт вез меня к себе домой. Из-за чего? Да все из-за того же: мне все еще трудно было поверить, что у него нет на меня каких-то планов. Но время шло, постепенно я начал ходить самостоятельно - хотя сначала и пришлось пользоваться палочкой, - а отношение темного ко мне не изменилось. Никаких предложений, порочащих меня или мою честь, от него не поступало, так же как приказов или просьб. Он даже не делал намеков на то, что я должен быть ему благодарен за излечение, а когда я срывался на него по какой-нибудь глупейшей причине, Мирт смотрел на меня очень грустным, но таким понимающим взглядом, что мне становилось не по себе, и уходил. Но уходил ненадолго. Это выглядело странно, но как бы ни была велика его обида, темный неизменно появлялся рядом в положенное время, чтобы сделать массаж, пригласить к столу или просто пожелать спокойной ночи. Поначалу такое поведение, по моему мнению, нетипичное для темного мага, бесило, потом просто раздражало, затем заставило задуматься, а в конце нашего совместного проживания в доме - зауважать бывшего противника. Он стойко сносил все удары, продолжая раз за разом возвращаться, чтобы получить новую порцию недоверия и ехидных замечаний. Да, порой я намеренно выводил его из себя, а иногда это выходило само собой. Когда что-то не получалось, я частенько срывал на нем свое дурное настроение. Иногда мне даже казалось, что мы поменялись местами: что именно он светлый, а я темный, не дающий ему спокойно жить. Потом я, конечно, смеялся над собой, а Альмирт все равно был рядом, искупая свое былое предательство безропотным служением. Чем дольше мы жили под одной крышей, тем спокойнее я становился, постепенно привыкая к присутствию темного рядом. Позже, когда я узнал, что комната, в которой я жил с самого первого дня в этом доме, принадлежала раньше Альмирту, я попытался съехать, но он, ни слова не сказав, забрал мои скудные пожитки и вернул их в комнату, а сам ушел, оставив меня на три дня хозяином в своем доме. К тому времени я уже вполне сносно мог ходить, в том числе и по лестнице, так что в его услугах не нуждался, а вот, не видя эту темную личность, заскучал. Правда, восторга от его возвращения не выказал, но и о смене жилья больше не заговаривал: неловко как-то стало, сам не понимаю отчего. Юршан с супругом наведывались к нам еще дважды, а когда мы отправились в Таару, то остановились на пару дней у них, так что с сыном светлого целителя и темного мага-воина я познакомился довольно близко. Мальчишка оказался тем еще постреленком, действительно очень похожим на Айтори, только светлые ясные глаза ему достались от Юршана. А еще мальчик был удивительно умен. Мало того, что он уже читал книги - детские, конечно, такие, в которых картинок было больше, чем слов, - так он еще и в шахматы умел играть. И не просто переставлял фигурки, а вполне по-взрослому обдумывал свои ходы, что оказалось для меня полной неожиданностью. Не то чтобы я был великим игроком, но проиграть ребенку пяти лет… Нет, такого позора я еще не испытывал. Вот что значит недооценить противника. Все следующие разы я был предельно сосредоточен, так что выиграть у меня ему больше не удалось, хотя две партии он все же умудрился свести к ничьей. Ох, чувствую, что этот ребенок оставит свой след в истории нашего мира, не зря же боги наделили его таким даром. В Таару мы прибыли вечером, в последний день лета, и первым, кто встретился мне за воротами академии, оказался Иллирой Тиар, мой бывший командир. Я как раз спешился и повел Бурелома к конюшням, которые указал нам привратник, как он вышел мне навстречу из небольшого здания, расположенного справа от ворот академии. Я замер, внимательно разглядывая его и размышляя, подаст он мне руку, здороваясь, или обольет презрением, а вот Иллирой не задумывался. Вышедший из самых низов, он никогда не отличался дворянской спесивостью и если радовался чему-то или кому-то, так всегда от души. - Лирис, неужели ты?! – закричал Иллирой, едва наши взгляды встретились, а в следующее мгновение он уже был рядом, обнимая так крепко, что даже приподнял меня над землей. – Лирис, а я тебя искал, когда мы с севера вернулись. От нашего отряда после того похода меньше четверти осталось, да и я ранен был, контузило крепко, чудом выкарабкался. И главное, добро бы в бою, так нет, под камнепад попал. Даже столичных целителей подключили, чтобы на ноги меня поставить, тебя все искал, спрашивал, а ты как сквозь землю провалился вместе со слугой своим. Как его звали, Ченч? Я кивнул. Говорить пока не пытался: горло отчего-то сжалось, не давая нормально произнести ни слова, только сердце в груди радостно трепетало от встречи с боевым товарищем. - Ну вот, я в лечебнице провалялся добрых четыре месяца, а как на ноги встал, попытался вас отыскать, а мне сказали, что ты отправлен куда-то на лечение, и больше ничего никто не знал. Я даже весточку в твой замок посылал, думал, может, там найду тебя, но оказалось, что в вашем замке уже давно никто не жил. Так где ты пропадал, бродяга? И изменился ты, не то чтобы сильно, но, если бы не Бурелом, ни за что бы не узнал. Никогда раньше Иллирой не был столь словоохотлив, а тут сразу столько вопросов, и каких… Врать я не умел никогда, а рассказать правду мне было неловко, вернее, стыдно, но… Лучше так, чем он потом узнает все от кого-то другого. Только не здесь. - Так, тут разговаривать не совсем удобно, - мой бывший командир огляделся, видимо, тоже решив перенести разговор в другое место и время, – давай, как стемнеет, встретимся в «Бешеном зайце». Это рядом, тебе каждый дорогу покажет. И кстати, спасибо тебе за рекомендацию. Этот темный, магистр Ниго, когда нашел меня и сказал зачем, я его чуть взашей не вытолкал. Остановился только потому, что он на тебя сослался. Ты себе не представляешь, как я тогда удивился, а теперь я даже рад, что ты обо мне не забыл. Ну, побежал я, не пропадай. Жду в «Бешеном зайце»! – последнюю фразу Иллирой уже прокричал на ходу, махнув мне рукой. Оставшись в одиночестве, я все же дошел до конюшни и определил Бурелома в указанное стойло. Альмирт как раз уходил, уже расседлав своего коня, так что задержался возле меня ненадолго, только чтобы объяснить дорогу в административный корпус. Он ни словом не обмолвился о моем сослуживце, ничего не спросил, просто с каменным выражением лица пошел по своим делам, а мне вдруг захотелось его догнать, что-то пояснить, но… чего ради я буду за ним бегать? Он слово свое сдержал: целителя нашел, помог встать на ноги, работу опять же с его подачи я получил, так чего еще надо? Буду теперь жить своим умом, а Альмирта поблагодарю, как случай подходящий выпадет. В административном корпусе мне не пришлось искать магистра Ниго, он сам попался мне на входе в сопровождении двух магов. - О, сэр Лирис, замечательно, что я вас встретил. Знакомьтесь: светлый маг Парилий Родий и темный маг Данид Кри-Зарг - кураторы. По вопросам, касающимся студентов и учебы, если возникнет такая необходимость, обращайтесь к ним; по всем остальным вопросам – ко мне. Господа, это наш начальник охраны, сэр Лирис Арсин фон Эргор. С магами мы вежливо раскланялись, после чего они ушли, а магистр Ниго повел меня знакомиться с территорией, рассказывая, что и где искать, а также куда бежать в случае чего. Вообще-то академия представляла собой огромный, обнесенный забором кусок леса, по которому почти хаотично были раскиданы жилые и учебные здания, а также всевозможные крытые павильоны, в которых молодые маги должны были отрабатывать практические занятия. То здание, возле которого мы встретились с Иллироем, оказалось казармой, где будут жить мои подчиненные, там же располагалась и моя комната, так что я поспешил оставить в ней свои вещи. Их хоть и было немного, всего один вещевой мешок, но не таскаться же мне с ним по всей академии. Магистр Ниго, правда, предлагал мне поселиться в преподавательском общежитии, но я благоразумно отказался: нечего мне там делать, да и с Альмиртом лишний раз встречаться… В мои обязанности входило обеспечение ночного покоя академии, при этом магистр Ниго проинформировал меня, что вся территория учебного заведения накрыта мощнейшим куполом, так что проникнуть в нее минуя ворота практически невозможно. А если кто-то все же сможет прорвать магическое заграждение, то сработает звуковое и световое предупреждение, так что к месту прорыва сбегутся все. - Тогда зачем вам ночная стража? - все же решился я задать вопрос. - Порядок охранять. Студенты ночью должны находиться в своих комнатах, а на ночную отработку выходить только в сопровождении преподавателя. Ваша задача - разгонять студентов, пожелавших вдали от чужих глаз выяснить отношения, устроить посиделки или заняться еще чем-нибудь. В общем, будете отлавливать учеников по кустам и провожать их до комнат. - Это значит, вам нужна нянька с мечом? Но ваши студенты меня, как и моих людей, в бараний рог скрутят. - Не скрутят. И вам, и вашим подчиненным, их, кстати, будет двенадцать, выдадим амулеты, предохраняющие от любых магический воздействий. Я лично буду их подзаряжать раз в месяц, так что никто из студентов вам ничего не сделает напрямую, а мечом вы и сами владеете, иначе не получили бы рыцарские шпоры и цепь. Пойдемте дальше. Я покажу вам столовую, а также нашу лечебницу. На всякий случай. Да уж, его «на всякий случай» меня очень обрадовало, особенно та невинная интонация, с которой эта фраза была произнесена. Но знаете, я вдруг почувствовал, как во мне просыпается азарт охотника, выслеживающего добычу. В последний раз я чувствовал себя настолько живым и нужным, когда получил задание найти артефакт. Душа просто пела в предвкушении работы. А опасность… она как приправа к мясу - только обостряет аппетит. Экскурсия по академии длилась без малого три часа. Пока мы ходили от здания к зданию, я мысленно размечал территорию на участки и планировал, как лучше пустить парные патрули, чтобы за меньшее время они могли охватить большую площадь. Когда мы с магистром вновь оказались у ворот, закончив обходить территорию, я спросил о расположении «Бешеного зайца». - А-а, это бар, причем неплохой. Вы проезжали мимо, когда направлялись сюда. Он находится на въезде в город, так что не заблудитесь. На этом мы и распрощались. В казармах, куда мы заглянули совсем недавно, уже находились трое воинов, вот с ними я и поспешил познакомиться поближе. Магистр Ниго хоть и представил меня им как будущего командира, но их имена все же спросить лишним не будет. Все трое моих первых подчиненных оказались уроженцами темной империи, но при более близком знакомстве я не почувствовал в них никакого неприятия или ненависти к себе. На откровенный вопрос, согласны ли они служить под командованием светлого рыцаря, все трое ответили утвердительно. - Война окончена, - сказал самый старший из них, глядя мне прямо в глаза. – Надо учиться жить в согласии, так почему бы не начать прямо сейчас, а старые счеты надо оставлять в прошлом, иначе жизни не будет. Мне невольно вспомнились похожие слова, сказанные когда-то Миртом. Вопрос в том, многие ли смогут принять эту точку зрения, если всего год назад они стояли друг против друга с мечами в руках и готовы были биться до последней капли крови? Именно в этот момент я понял, что подобрать воинов для охраны академии будет не так-то просто. Поговорив еще немного со своими подчиненными и рассказав им кое-что о себе, я не заметил, как наступил вечер. Только когда ударил гонг, созывающий на ужин, я вспомнил о назначенной в «Бешеном зайце» встрече. Иллирой уже ждал меня, заказав нехитрый, но сытный ужин. Перед ним стояла кружка пива, а вот для меня бывший командир заказал морс. От того, что он помнил мои предпочтения, у меня на душе потеплело. Мы пожали друг другу руки, после чего принялись за ужин, неторопливо беседуя. Иллирой рассказывал мне о себе, а я слушал и внутренне трясся при мысли, что вот сейчас я тоже должен буду рассказывать. А о чем? О своем позоре? - Ну а ты как живешь? – вполне закономерный вопрос бывшего командира заставил меня вздрогнуть. Соврать? Не умею я врать. Рассказать только часть правды? Но это равносильно лжи и недостойно рыцаря. - Лирис? Все нормально? – Иллирой положил мне руку на плечо. – Ты побледнел. Если не хочешь, можешь не рассказывать ничего. Его великодушные слова заставили меня устыдиться собственной трусости. Лучше уж сразу, одним махом обрубить и не мучиться. - Четыре года назад меня тайно вызвали в башню Совета светлых магов. Верховный магистр лично встретился со мной, чтобы дать задание: найти и доставить в столицу светлый артефакт огромной мощи. При этом мне надлежало хранить все в строжайшей секретности и никому не рассказывать о цели моего путешествия. Я был так горд, что миссию поручили именно мне. Так счастлив… Я рассказал все: и о самом путешествии, и о предательстве Мирта, оказавшегося темным магом. О том, как второй раз встретился с Верховным магистром и какое наказание он наложил на меня за то, что отдал артефакт в руки врага. Рассказал, как выживал, оставшись калекой, о Ченче и о том, как в моей жизни вновь появился тот самый маг, нашедший для меня целителя и выходивший меня, так и не потребовав ничего взамен. Я рассказал все, а когда закончил говорить, сидел, не в силах оторвать взгляд от столешницы: я просто боялся увидеть в глазах командира презрение. - Какой же ты, Лирис, еще ребенок, хоть и оставил треть жизни позади, - голос Иллироя звучал тихо и… по-доброму. – Знаешь, почему выбрали именно тебя для этого задания? Потому что никто из наших магов, входящих в Совет, просто не смог бы достать этот артефакт. Светлыми у них были разве что одежды. Когда ты появился в моем отряде, я долго присматривался к тебе. Ты истинный светлый рыцарь. Познав грязь и боль войны, ты так и не научился ненавидеть и по-настоящему мстить, не потерял чистоту души. При всем этом у тебя внутри есть стальной стержень, который никому не удалось сломать. Да, ты немного наивный, верящий в правое дело светлой империи, но именно это подкупило меня, когда мы встретились. Ты для меня стал кем-то вроде младшего брата, за которым так хочется присматривать, чтобы его не обидели, сорвав с глаз розовую пленку, через которую он видит мир. Не уберег. Не уследил. Не смог. Я слушал Иллироя и никак не мог поверить, что это не сон и не бред. Он не осуждал меня, а поддерживал! Или… Ох, я совсем запутался и чувствовал себя ребенком, не выучившим свой урок. - По-хорошему, тебя посылать надо было не в одиночку, а в сопровождении десятка крепких ребят, да магов еще пару-тройку дать для прикрытия. Но Совет не пошел на это, потому что кто-нибудь вполне мог воспользоваться артефактом без них, и это стало бы крахом Совета светлых магов. Политика – вещь еще более грязная, чем война, и ты попал именно в ее жернова. Я очень рад, что ты выжил и сохранил себя, а что касается твоего Альмирта… Ты можешь меня не понять и даже отвернуться, но я скажу, что на его месте поступил бы так же. Разве что я не стал бы пользоваться всякими ухищрениями вроде яда, а нанес бы один удар в сердце. Удар милосердия. Я всегда вас учил, что своих бросать нельзя, но, окажись я перед подобным выбором, он был бы прост: жизнь одного человека для мира никогда не перевесит жизни многих, даже если этот человек - твой сын, брат, супруг, отец. Ради них я мог бы пожертвовать собой, но жертвовать другими не имею права. Предать родное существо, чтобы спасти пусть нескольких, но совершенно чужих людей - это самый страшный выбор. Это я тебе как командир говорю, не один раз посылавший ребят на смерть. Не дай тебе боги однажды оказаться на таком вот перепутье. Подобный выбор не раз ломал и более крепких людей, а скольких еще сломает… никто не сможет предсказать. Эти слова заставили меня задуматься. Крепко задуматься. Вот войди сейчас кто-нибудь и скажи мне, что Иллирой послужит причиной новой войны и его надо убить сейчас, пока еще есть такая возможность, но в честном бою мне против него не выстоять, смог бы я поднять на него оружие? Нет у меня ответа. И наверное, не будет. Собой жертвовать легче, чем кем-то родным, – в этом он прав. Я бы вызвал его на бой и погиб с честью, но если моя смерть будет означать, что с лица земли сотрут и мой родной город, и поселения, в которых живут люди, никогда меня не видевшие, то как быть тогда? Стоит ли моя честь их жизни? - Пойдем-ка, - хлопок по плечу вывел меня из задумчивости. – Мысли – вещь хорошая, но полночь скоро, отдыхать пора. - Да, конечно, - я послушно поднялся и пошел за ним на выход, и тут в голове у меня всплыла одна мысль: - Иллирой, может, лучше тебе занять мое место? Ну, я имею в виду, что ты более опытный командир и лучше меня разберешься в том, как организовать охрану и все такое. На это предложение Тиар расхохотался, запрокинув голову: - Э нет, ты уж сам поработай, а я лучше буду учить молодые дарования, как не зарезать себя собственным мечом и с какой стороны нужно браться за арбалет. Если будет нужно – приходи, всегда помогу советом или делом, а командовать я больше не хочу. Навоевался. И знаешь, прими от меня совет: научись оставлять прошлое в прошлом. То, что нельзя изменить, нужно отодвинуть в сторону, чтобы оно не мешало идти вперед. Не забыть, нет. Забывать нельзя, если не хочешь снова наступить на те же грабли, но и позволять ему затмевать будущее тоже не дело. На этом разговор закончился. Мы вернулись в академию и разбрелись по своим комнатам, но уснуть я не смог. Проворочавшись около часа, я вышел наружу и побрел куда глаза глядят. Звезды и луна освещали мой путь, легкий ветерок шевелил волосы, а аромат леса заставлял забыть о дневных проблемах. Я долго гулял, плутая между деревьями, пока моего слуха не коснулся шорох: в высоких кустах кто-то был. Настороженно замерев, я подкрался ближе и остановился, не зная, как реагировать на увиденное: один из моих подчиненных целовал тихо постанывающего молодого мага. Ниго сегодня представлял мне его как преподавателя по растениеводству, а вот имя… нет, имя я не запомнил. Я бы и самого мага не запомнил, если бы не приметные очки в роговой оправе. Маг запрокинул голову и тихо простонал, пока губы воина скользили по его горлу, а я вдруг впервые за четыре года почувствовал себя мужчиной, а не… бесполым обрубком. Тихо отступив, я удалился, так и оставшись не замеченным целующейся парочкой. Вернувшись к себе, я лег на койку и спустил штаны. Понадобилось сделать всего пару движений рукой, чтобы получить разрядку, а перед глазами в тот момент предстал улыбающийся мне Альмирт, с мокрыми волосами и каплями воды, стекающими по телу. Именно таким я увидел его четыре года назад, когда мы купались в озере. Почему именно сейчас я вспомнил о нем? Наверное, я все еще что-то чувствую к этому человеку. Как такое может быть после всего, что он сделал? Не знаю. Я уже ничего не знаю. - Я буду просто жить, отодвинув в сторону прошлое. Просто жить.