Между ненавистью и смертью

Пусть рухнут в бездну Тьма и Свет, Любовь единственный обет - Она закон для тех, кто ей принадлежит!...(с)

-Торин! - ахнула эльфийка, вглядываясь в темноту. Быть может, это очередные видения, навеянные коварным Врагом?..Это ведь не может, не может быть правдой! Гном бессильно повис на цепях, прикованный к каменной стене. Торс его украшали живописные кровоподтеки, а единственный оставшийся на нем элемент гардероба — штаны — посерели от каменной крошки. -Ты что тут делаешь?! - не своим голосом спросила Ангвен. -Тебя спасаю. Неужели не видно? - мрачно хмыкнул он, с трудом поднимая голову. Сердце упало — так ответить мог только Подгорный король. Вообще-то, язык квенья не менее богат витиеватыми ругательствами, чем кхуздул. Главное, чтобы повод был подходящий. Вот как сейчас! Все предыдущие неприятности эльфийки были просто репетицией по сравнению с нынешним полным ambar-metta и полнейшей haccanna Moringotto! Изрыгая проклятия, нолдо попыталась освободить Торина от оков, но куда там — цепи толщиной в ее запястье обвивали его руки, переплетаясь сами с собой, и росли, кажется, прямо из горы. Рукавом своей рубашки Ангвен вытерла пострадавшему лицо. Растерянная, перепуганная, она не сразу заметила, как пристально Торин на нее смотрит. Время для выяснения отношений было, мягко говоря, не подходящим. А место - тем более. -Как...как ты сюда попал? Неужели тебя тоже пленили во время боя? -Нет. Я пришел сюда по своей воле. Один. Вернуть то, что принадлежит мне. Ангвен поразило то, насколько Торин Дубощит всегда уверен в себе: даже в таком плачевном положении, не имея возможности пошевелиться, он не допускал и тени сомнений, что уйдет отсюда сам - и ее заберет. -Как безрассудно...Неужели драконий недуг может быть так силен?.. - в отчаянии пробормотала Ангвен, склонив голову. -Да что же это за напасть! - вспылил Торин, - Тебе не приходит в голову, эльф, что я мог просто тебя полюбить?! Повисла долгая пауза. Подгорный король смотрел прямо на нее, окровавленный, обездвиженный цепями, с этим признанием на устах. -Но я же... – Ангвен в растерянности позабыла все разумные слова, - Я не... -Что?! Что ты "не"? Отвечай мне - ты сбежала, потому что не чувствуешь того же и наша близость была оскорбительна для тебя? - Вовсе нет! - запротестовала эльфийка, отчаянно краснея, - Но ведь… - Тогда послушай. Я никогда не любил ни одну женщину, в моей жизни было слишком много иных занятий - скитаний, войн, борьбы за мой народ. Я уделял внимание совсем другим вещам. Но весь мой мир ожил и засиял, когда появилась ты. Я не ведал ранее такого горя и такой радости. И я не знаю, когда мой долг перед тобой превратился в это чувство, но клянусь, или ты будешь моей королевой - или никто! Все золото, все драгоценности Арды я бросил бы к твоим ногам, будь ты со мною, - пылко произнес он на одном дыхании. Оглушенная, ошеломленная этим признанием, Ангвен ни слова не могла вымолвить. Она никогда не думала, что так полюбит Торина - и никогда не верила, что ее любовь может оказаться взаимной. И вот теперь, в этом краю, где тьма, что хуже смерти, она так счастлива - и так несчастна одновременно. Едва она об этом подумала, в без того мрачной кузнице сгустилась тень и голос, отражаясь от каменных сводов, произнес: -Вам удалось меня удивить... Ваше Величество, Король-Под-Горой...Я даже надеяться не мог, что ко мне явится не просто глупый правитель, а полный безумец. Тень сгустилась, трансформировалась и обернулась призрачной устрашающей фигурой Врага. Ангвен машинально встала перед Торином, закрывая его собой - бессмысленный и глупый жест. -Твой отец, Торин Дубощит, Траин точно так же заявился в Дол Гулдур. Наугад. Я думал, от него можно добиться хоть сколько-нибудь проку, как от потомка Дурина, но в результате он просто повредился умом, "спятил" - так говорят у вас?! Жалкое создание! Ты ведь не такой? -Зачем ты забрал ее?! Отпусти эльфийку, бери взамен меня - тогда и разберемся, такой я или нет! Все вокруг разразилось громовым хохотом. -Разберемся? Ты пришел ко Мне со своей гондолинской щепкой, по ошибке именуемой клинком, и диктуешь свои условия? Ты не только глуп, но и наивен, как дитя... Тень Артано скользила перед ними, подбираясь все ближе и ближе. -Но я рад. Само провидение привело вас обоих сюда. И вы не покинете Саммат Наур, покуда вы не сделаете того, что мне нужно. Ты великий кузнец, Торин, сын Траина, и магия рода струится в твоей крови, подобно пламени дракона. А ты, Лауренналь... Я вижу в твоем сердце неистовое мрачное желание подчиниться моему приказу, изведать мои умения. Вместе мы создадим его — великий артефакт, великое Кольцо, что будет сильнее прочих. Аннатар коротко взмахнул рукой и цепи, удерживавшие Торина, истаяли в воздухе. Тот обессиленно упал на колени, но тут же поднялся и сделал пару шагов вперед, властно отодвинув Ангвен. - Сделка! - объявил Торин, - Я хочу заключить с тобой сделку, Владыка Тьмы. Все, что ты просишь — в обмен на нее, - Подгорный король небрежно махнул рукой себе за спину. - Узри же, нолдо, - прогрохотал в ответ Саурон, расплываясь в безумной ухмылке - Свою великую любовь, что назначил за тебя цену — высокую, да. Но не слишком. На лице Торина не дрогнул ни один мускул. Ангвен, напротив, набросилась на него, кипя от гнева: - Что ты делаешь, безумец?! Ты погубишь все! Всех! Ради своей прихоти! - Я не нанимался, - мрачно ответил Подгорный король, глядя исподлобья, - В спасители мира, в отличие от вас, эльфов. Мне безразличны ваши войны, тьма и свет. И я сказал, что пришел за тобой — и если такова цена, то я готов платить. - Ты ничего не знаешь о мире, Торин Дубощит! - с горечью возразила эльфийка, - Твой Эребор падет под властью этого Кольца и ты не сможешь защитить свой народ! - Довольно! - раздался голос Артано под сводами пещеры, - Я принимаю условия сделки, Торин, сын Траина. Но тебе придется убедить нолдо...или сломать ее...В любом случае, она должна оказать нам содействие. А после — можешь забирать…То, что останется.