Между ненавистью и смертью

Когда Аннатар исчез, оставив их вдвоем в кузнице, эльфийка схватилась за голову от отчаяния. Лучше бы Подгорный король и правда ненавидел ее, как и других эльфов. -Пойдем, - коротко сказала она Торину, когда смогла справиться с собой, -Нужно обработать твои раны. -Ангвен... - тихо окликнул ее гном, пока они поднимались в башню. -Мы не можем! - не оборачиваясь, воскликнула нолдо, -Не можем пожертвовать целым миром ради друг друга! С этим Кольцом Саурон в одночасье захватит все Средиземье. Ты совершил ошибку, придя сюда за мной. И еще большую ошибку - предложив Врагу сделку. Сделку! Ему! Да он здесь в полной власти - он слышит наши мысли, ведает наши чувства. Нам не победить! -Ты слышала, - твердо ответил Торин, - Я сделаю все, что ему нужно, если взамен он сдержит слово и отпустит тебя. Ты спасла меня и я не дам тебе погибнуть здесь! -Он никогда не отпустит никого из нас! - горестно воскликнула нолдо, - Ты пришел в ловушку, Торин! -Я отправился бы за тобой...И в самую черную бездну! - ответил Подгорный король, вспоминая ее саму, бесстрашно бросившую эти слова Саруману в лицо, - Ради меня ты совершила невозможное - я отплачу тебе тем же. Вот же упертый гном. Истинный король, будь оно все неладно... -Думаешь, что любишь меня, но на самом деле тебе до сих пор не дает покоя этот проклятый долг! - вспылила Ангвен, вскочив и отбросив в сторону полотно, которым аккуратно протирала кровоподтеки на его спине, - Ты весь белый свет готов поставить под угрозу, только бы избавиться от чувства, что ты что-то там задолжал эльфу, не так ли?! Торин порывисто поднялся на ноги, их взгляды скрестились точно клинки. Ангвен первой не выдержала и отвела глаза - разумеется, она так не думала, но гномье упрямство и ее собственный страх заставили ее сказать такое. Она тут же пожалела о своих словах, но вместо извинений только отвернулась, обхватив себя руками. -Так вот, что ты думаешь... - гневно проговорил Подгорный король, направляясь прочь из комнаты. -Постой! - голос эльфийки немного смягчился, -Твои раны... -Какая разница! - отмахнулся Торин, -Ты ведь все равно решила, что мы оба должны сгинуть здесь, не так ли? Иного выхода, кроме как сдаться и ждать своей участи, у нас нет! -А по-твоему мы должны поступить как два труса: пожертвовать нашими домами и нашими семьями, чтобы спастись самим?! -Кого ты защищаешь?! У тебя же нет никакой семьи! И даже твои сородичи нос воротят, а ты все равно думаешь, что ты всем должна! -Как ты смеешь! - в глазах эльфийки против ее воли блеснули слезы: Торин ударил по больному да так, что ни возразить, ни отвернуться, - Пусть у меня никого нет! Но в Арде много тех, кому я никогда не пожелаю такой судьбы и такого властелина как Саурон. Подгорный король услышал, как надломился ее голос, точно сфальшивила флейта - и замер на пороге, не зная, как ему поступить - не то утешать ее, не то оставить в покое. Что делает с ними обоими это проклятое место... -Как насчет Эребора? - глухим от сдерживаемых рыданий спросила Ангвен, присев на край кровати -Разве мы не должны сберечь его, не позволив Врагу стать сильнее? Она в отчаянии спрятала лицо в ладонях. Словно вся эта гора, Ородруин, на ее плечах - а у нее нет сил, нет больше никаких сил, чтобы выдержать такой груз. -Это не твоя забота, - возразил Торин настолько мягко, насколько смог, будучи рассерженным на нее, -Думаешь, без тебя его некому защитить?! Я прогнал из него дракона - и не отдам его Врагу. Ангвен подняла голову. В глазах ее все еще стояли слезы, но взгляд Подгорного короля пылал яростью и отвагой, поэтому язык у нее не повернулся сказать: "Ты не сможешь справиться с ним!". -Ты сказала, что у тебя никого нет, - продолжил Торин с горечью, - Но я пришел сюда за тобой. Я есть. Если только ты сама не желаешь быть одной. С этими словами он вышел из комнаты и отправился вниз по лестнице сам не зная, куда - и почти не разбирая дороги. *** Смятение Ангвен достигло предела, следующие полчаса она горько плакала. Собственная слабость сводила ее с ума. Это ведь невозможно: придумать и воплотить такой невероятный план, найти такой исход всей этой истории, в которой Враг не получит свое Кольцо, а они живыми покинут Мордор. Нет выхода! Нет надежды... Еще одно новое чувство поразило ее, незнакомое ранее: теперь она знает, что такое лицемерие. Сколь яростно она ни доказывала Торину, что он не имеет права жертвовать ради нее всей Ардой, сколь ни требовала от себя быть твердой, она сама не могла, не смела пожертвовать им - даже ради спасения целого мира. Но...Как же так, как так - она ведь нолдо, и Аннатар - непримиримый враг ее, неужели она покорится, станет помогать ему?! А если нет...Она бродила по темной комнате и мрачные видения часами преследовали ее. Страшные легенды ранних эпох - о Маэдросе, что был прикован за запястье к скалам Тонгородрима, о Финроде Фелагунде, что сразился с Врагом на Песнях Силы, но проиграл - и сгинул от ран в плену у Саурона... В памяти невольно всплыли слова, которые она пропела медленно и печально, наблюдая образы в темноте: Он в песнь свою вплетал слова Прозрения и волшебства, Предательства, разоблаченья, Уничтоженья, принужденья, Являя скрытое – на свет. И дрогнул Фелагунд. В ответ Он пел о доблести, борьбе, О стойкой верности судьбе, О развенчаньи обольщений, О смене перевоплощений, О вызволеньи из силков, Об избавленьи от оков. Так песня с песней спор вели, И нарастал, и гас вдали Напев, тревожа эхо скал. И Фелагунд в мотив вплетал Узор видений: трели птиц Над Нарготрондом; свет зарниц, Вздох моря, тихий плеск волны О берег дальней стороны, Где тонет в блеске золотом Бессмертный край, эльфийский дом. Но мрак сгущался. Пала мгла На Валинор, и кровь текла, Пятная берег и пески. То нолдор, чести вопреки, На родичей войной пошли И захватили корабли. Донесся ропот черных крыл. Закаркал ворон. Волк завыл. В морях раздался скрежет льдов. Им вторил стон и звон оков В темницах Ангбанда. Вдали Взметнулось пламя. Потрясли Раскаты грома своды скал — И Финрод, побежденный, пал.* -И пал Эрегион, мой милый дом... - печально добавила Ангвен, вспоминая о своем лорде, Келебримборе, что под пытками так и не выдал Врагу три эльфийских кольца - и был казнен, пронзенный тучей стрел. Какую судьбу Враг изберет для Короля-под-Горой, когда они не подчинятся?..И будут ли сложены песни потом - слабое утешение для тех, кто его любил? Глаза застилали слёзы — Ангвен уже не различала очертания комнаты. Горе топило ее и плескалось вровень с потолком. В конце концов, она уже не эльф, а просто слабая смертная, и дух ее не так стоек как у истинных Перворожденных...Что она может? Сразиться и победить? Но как? -"Я пришел сюда за тобой. Я есть"...- повторила она в темноту спальни, - Лучше бы ты ненавидел меня, Торин. Лучше бы у тебя совсем не было сердца... "Может статься, ты получишь то, чего желаешь. Но принесет ли это счастье или много боли - это будущее сокрыто", - припомнила она также слова леди Галадриэль. Нет сомнений, Нэрвен увидела это - увидела Мордор, и черные склоны Ородруина, и эту башню в своем чудесном зеркале. Но что еще увидела она, если позволила Ангвен уехать вот так, напутствовав ее лишь фразой: "Не бойся"?.. Чувство времени совсем оставило ее в этом краю, где небо вечно затянуто непроглядным облаком пепла, изрыгаемым Роковой горой. Казалось, в метаниях она провела целую ночь, но в самом деле, настало ли уже утро? А может, перевалило за полдень? Она вновь вспомнила о Торине. Нужно отыскать его, накормить и напоить, а еще наконец перевязать его страшные ссадины и раны - похоже, его сильно избили, когда он попал сюда. О, Эру! Что за ужасная доля у него. Сколько испытаний принесли ему этот проклятый дракон и Азог Осквернитель! И когда он уже был счастлив в своей Горе, появилась она и все испортила - ее он полюбил вопреки традициям своего народа, своему положению и даже против своей воли - а она сбежала. А затем и вовсе попала в плен. Он отправился за ней в Мордор. В Мордор! И здесь она не нашла для него ни слов любви, ни поддержки, ни благодарности. В ее мрачных видениях раскаленный металл соприкоснулся с кожей на чьей-то спине и раздался крик, который она легко узнала. -Торин... -Прими свою судьбу, нолдо, - заглушил ее мысли голос Врага. -Мы клялись, - из последних сил шептала она, - Мы шли за Фэанаро и клялись ему... -Нет его больше! Как нет и Сильмариллей. Но ты есть! Ты последняя из кузнецов нолдор, кто не уплыл из Серебристой гавани и не был убит мною. Ты не обучена, но великий дар, с которым творил Феанор, великое благословение, данное Келебримбору — все это наследие твое. Все это заключено в твоей крови. И потому... Я заставлю тебя. -Нет... -Так знай, что смерть Торина Дубощита не будет быстрой и легкой! И быть тебе виновницей и свидетельницей гибели Подгорного короля. Ангвен остановилась, точно налетев на стену. Сжала кулаки в ужасе, боясь снова расплакаться или потерять сознание. И он погибнет здесь? Погибнет - даже не узнав, что любим. Даже не изведав этого простого счастья. В одночасье внутри нее точно прорвало плотину, необходимость сказать Торину, сказать все, что должна была уже давно, рассказать о своих чувствах, душила ее. Эльфийка заметалась по комнате, собирая в корзину какую-то еду, вино, бинты. "Я люблю тебя!" - стучало у нее в висках, - "Эру, я так люблю тебя! Делай что хочешь, поступай как пожелаешь со всеми мирами, только знай, как сильно я тебя люблю". Она замерла на пороге комнаты, распахнув дверь. Как быстро она сдалась! Считанные минуты назад уверенная в том, что никогда не уступит врагу, сейчас она думала только о том, чтобы спасти своего возлюбленного. Ох, Элентари, разве это сейчас важно?! Решение было принято. -Я согласна, - прошептала она в сумрак каменной лестницы, -Я согласна, Аннатар. Ты победил. И пала Тьма. ____________________ * - «Лэ о Лейтиан», отрывок, перевод С. Лихачёвой.