Между ненавистью и смертью

Ангвен не спала. Небо на востоке заалело по-летнему рано, но на склонах Одинокой горы все по-прежнему пребывало в покое. В золотистом росчерке рассвета обозначились далекие-далекие очертания Железных холмов, над степью замерла предутренняя дымка и только со стороны Дейла ветер нес звуки и запахи просыпающегося затемно города. Она поправила сползающий с камня плащ, на котором сидела. Зацепила рукавом метелки высокой травы и тут же со смешком тряхнула ладонью, смахивая капельки росы. По письму, прижатому камушком к соседнему валуну с видом деловым и независимым шествовал жук. Эльфийка сдула его в траву и взгляд ее нечаянно вновь упал на убористую вязь тенгвара: Гэндальф не приедет. Он писал, что крайне встревожен их с Торином злоключениями в Мордоре, безмерно гордится их героическим освобождением из лап Врага, сердечно поздравляет их обоих со свадьбой, но у него есть дела на Западе. Как только он с ними расквитается - немедля будет под сводами Горы, чтобы взглянуть на них и на Кольцо, а также услышать всю историю из первых уст. "Покуда не тревожься, дитя мое", - писал он в самом конце, - "Да будет мир вам обоим, и легкая корона на пушистой твоей голове!". В странном оцепенении Ангвен дождалась, пока совсем просветлело. Волнение ее нарастало понемногу, волнами: то сжимало сердце радостным возбуждением и ужасом, то исчезало без следа. "Сегодня", - чуть слышно шепнула она, - "Сегодня...". Точно в ответ ее словам из-за горизонта брызнул первый солнечный луч, окатив склоны Одинокой горы невесомым золотом. Ветер ожил, усилился. Ангвен как по сигналу вскочила на ноги, подхватила плащ с письмом и побежала к смотровой площадке, оттуда - вниз, к своим покоям. В ее комнате поверх покрывала, по-детские положив под щеку сомкнутые ладошки, крепко спала Тауриэль. Накануне эльфийку сморила суета девичника и бесконечные хлопоты молодой матери - и она уснула, едва успев пообещать, что проболтает с Ангвен до самого утра. Неподалеку, на софе, раскинувшись во всем своем великолепии, лежало свадебное платье: темно-синий шелк, расшитый серебром и драгоценными камнями, на рукавах - неизменные бубенчики, призванные отпугнуть все зло, на талии - цельнокованная пряжка в виде молота, увитого цветами. Символ Махала и Йаванны. Ангвен посмотрела на платье с опаской: оно было вопиюще, возмутительно королевским и казалось абсолютно чужим. Тихонько насвистывая, она спустилась в кухни, где было тихо и пусто - и пахло разнообразной снедью, уже готовой к пиру. Даже не верилось, что накануне здесь царил такой бедлам и накал страстей, какой не снился и Битве Пяти Воинств. Сейчас возле печей всего две гномки в окровавленных фартуках колдовали над каким то десертом. Эти героини кухонного воинства тоже не сомкнули глаз всю ночь. Их фартуки оказались залиты не кровью, а ягодным соком. Увидев Ангвен, они ахнули и налетели с вопросами: почему она не спит, почему она пришла одна, где вся ее свита и чего ей, в конце концов, угодно. Невесте было угодно позавтракать, но вся посуда, все печи да и вообще все до единой поверхности были заняты праздничными разносолами. И потому предсвадебный завтрак получился у Ангвен походным: они с кухарками, которые тоже проглодались к рассвету, сидели на ковре у камина, уписывали бутерброды с холодным мясом и остатками какого-то соуса из котелка и болтали о всяческой романтике. -Как ты вышла замуж, Тули? -Он поймал меня за юбку, когда я пыталась выскочить от него в окно! За кольчужную юбку. А окно было в дозорной башне! Ангвен расхохоталась. Ей ужасно нравился этот завтрак: спокойный, без всяких церемоний, в компании, которую она считала подходящей для себя. Но, как и все хорошее, он закончился слишком быстро. В коридоре послышался топот, хлопнула дверь и в кухню влетели как фурии Руна и взъерошенная спросонья Тауриэль. -Вы не видели тут...?! А! Дуриновы штаны! Вот ты где! - напустились они на невесту, -Мы с ног сбились! Уже половина Эребора на ушах стоит! Подумать только - нареченная короля пропала в день свадьбы! -Храни меня Махал! Союз гнома и эльфа - что может быть страшнее?! - отшутилась Ангвен, -А я, пожалуй, прикинусь хоббитом: не желаете ли сперва позавтракать, прежде чем издеваться надо мной? -Некогда! И тебе тут быть не следует! На пиру хоббитом прикинешься, если платье не треснет, а пока за нами, живо! "Вот ведь!" - со смехом подумала Ангвен, поднимаясь на ноги, - "Через несколько часов я буду их королевой. И что же? Эльфы ходили бы по струнке и называли "миледи" или "госпожой"! А для них я как была подругой, так и остаюсь, причем подругой, влипающей в очередную историю!". *** В ее покоях уже царил настоящий тарарам. Кто-то приволок огромное зеркало и перегородил им пол-комнаты, кто-то вместо ларца с выбранными заранее свадебными драгоценностями притащил дубовый сундук, полный пыльных шлемов и подшлемников. Дис в наполовину зашнурованном платье ругала этих умников на чем свет стоит. Взволнованные гномочки на всякий случай разложили на кровати с десяток комплектов накладных усов и бород - и жарко спорили об их пригодности: Смауга такие "ценности" не интересовали, а вот моль - очень даже! Между ними красовался бочонок вина с корявой надписью "Девишнику от мальчишника", в который врезались все носящиеся туда-сюда, но убирать его с дороги никто не спешил - вместо этого прикладывались к чарке и бежали дальше воодушевленные. Свежевымытую невесту, невзирая на толпы свидетелей, безжалостно вытряхнули из привычных штанов и рубашки и принялись упаковывать в роскошнейшее темно-синее платье. Какие-то бессовестные советчики предложили примотать ей подушку к бедрам, чтобы, как они выразились, "королевский зад внушал хоть какой-то трепет". Ангвен наотрез отказалась внушать трепет своим задом. В следующий миг в комнату совершенно бесцеремонно вломились Балин и Двалин. Судя по их виду, они всю дорогу о чем-то спорили. -Там гости! - воскликнул старший брат, - Целая делегация эльфов из Золотого Леса! -Быть не может! - Ангвен так резко развернулась к нему, что кусок платья едва не остался в руках помогавших ей одеться гномок. Подтверждения не требовались: балансируя, как с шестом, Балин удерживал в руках расшитое золотом, серебром и жемчугом знамя Лотлориэна. -Вот! - сказал он сварливо - Просили передать вам. Какой-то господин по имени Халдир настаивает, что согласно вашим традициям невеста должна преподнести жениху знамя своего дома... -Тогда уж, - перебил его грозный Двалин, - И нашу традицию надо соблюсти! Он вышел вперед, протягивая Ангвен на вытянутых руках здоровенную секиру в свой рост, усеянную драгоценными камнями. Невеста на всякий случай попятилась, представляя, как будет выглядеть с секирой и штандартом наперевес. -Ступайте, - Дис мягко выпроводила братьев, - Ей еще целый сундук фамильных драгоценностей на себе таскать. Унесите все в тронный зал и поставьте на видном месте и то и другое. Ларец с украшениями как нельзя кстати отыскался, но Ангвен была ему не слишком рада. Она еще с примерок помнила, как под тяжестью одного только ожерелья у нее подогнулись колени. В полном комплекте брони она чувствовала себя лучше, чем в этих драгоценностях, но ради Торина и словом не обмолвилась о том, как ей тяжело. Время до церемонии неслось слишком быстро. Королевская свадьба, будучи не только ритуалом, но и контрактом сильно отличалась от обычной. Здесь не было ни таинственного поиска самоцветов в глубинах Горы, ни поединка на определение главы семьи - попробовал бы кто усомниться в авторитете короля! Вместо этого Ангвен предстояло пройти древнее испытание, подробности которого содержались в строжайшей тайне. -Королева должна доказать свою преданность народу, которым она будет править, - торжественно объясняла Дис, -И то, что она достаточно умна и отважна, чтобы привести его к процветанию. Не волнуйся, милая, от тебя никому не нужно доказательств, ты наш счастливый случай!..И все же мы должны соблюдать ритуалы, это наше наследие. Но сколько Ангвен ни пыталась намеками и догадками выведать у принцессы хоть какие-нибудь подробности загадочного "испытания", дело заканчивалось ничем. Теперь же она стояла перед зеркалом, прекрасная, как никогда в жизни, величественная и блистательная, точно звезда на темно-синем небосклоне. Дис только что со щелчком закрепила на ее запястье последний браслет и сделала несколько шагов назад, чтобы полюбоваться результатом своих трудов. Ангвен легко поклонилась ей, прижав правую ладонь к сердцу. Легкий звон наполнил комнату. Она выпрямилась, изящно расправив плечи, и улыбнулась немного неуверенно, оглядев присутствующих. Эта нежная, благодарная улыбка на устах королевы так потрясла их, что все они склонились перед ней, а особо впечатлительные - упали на одно колено. Ангвен вспыхнула до корней волос, но не пошевелилась до тех пор, пока в комнате снова не воцарилась уже привычная суета. Все неуловимо изменилось: она была готова - и вот-вот должно было случиться... Ей принесли записку на кхуздуле. Онемевшими от волнения руками, Ангвен вскрыла ее и прочла: "Твоя корона легка как твоя красота и тяжела как жизнь, которую ты сохранила. Приди одна. Ничему не противься. Приди и правь всем, как правишь моим сердцем. Т". -И что же?...- изумилась она, поднимая взгляд на Дис, - Что все это значит? -"Приди одна", - перечитала принцесса, заглянув в послание, - Означает, что тебе нужно в одиночестве без свиты пройти по Эребору. "Ничему не противься". Это приказ, значит, что если кто-то пожелает тебя остановить - да будет так. Ты не должна сопротивляться, даже если кто-то напугает тебя или пожелает зла. Доверься своему народу. Если они признали тебя королевой, каждый из них скорее умрет, нежели позволит кому-то на тебя напасть. -И часто невесты королей не доживали до своей свадьбы? - мрачно полюбопытствовала Ангвен, -Что если у меня полно врагов? Что если никто не успеет или все поленятся меня спасать? -Доверься, - просто ответила Дис, -Ты поймешь, что это правильно. Тебе быть их госпожой долгие годы, но сегодня побудь в их власти. -Хорошо. Но куда мне идти? -В чертог Трора. Выбери путь, какой считаешь нужным. Но обойди как можно больше залов и коридоров - окажи им честь. -Так я пойду? - Ангвен неуверенно шагнула к двери, растеряв по пути остатки величия. -Будь счастлива, моя любимая сестра, - Дис догнала ее и снова обняла так же крепко, как было когда она узнала, что она - невеста Торина, - О, нет, молчи. Я знаю - ты будешь счастлива! Потому что я всем сердцем жажду этого! В глазах у принцессы блеснули слезы, она легонько подтолкнула Ангвен к выходу и в следующий миг тяжелая дубовая дверь разделила их. *** У покоев невесты в дозоре стояли воины в сверкающих латах. Они остались недвижимы, когда она подошла, но прежде, чем она удалилась - поприветствовали ее так, как приветствовали Короля-под-Горой. Ангвен судорожно вздохнула, кивнула им в ответ и двинулась дальше как зачарованная. Все ходы, переходы, залы и лестницы превратились в живой коридор. Гномы смотрели на нее во все глаза, многие - в полном молчании, некоторые - называли ее имя, но кто ее чествует, она не понимала. Все силы Ангвен уходили на то, чтобы просто двигаться вперед, не трястись, удерживать спину прямой и иногда улыбаться. Что-то падало ей под ноги, кажется, золотые монеты - она не присматривалась, просто старалась не споткнуться. Казалось, вся Одинокая Гора замерла вместе с ней и трепетно следит за ее походом. От страха у Ангвен дрожали колени и это очень мешало. Неожиданно от толпы отделился гном, чья длиннющая седая борода хорошо запомнилась ей. Это был Нордри, тот самый инженер, отказавшийся переносить водяную мельницу. Лицом он был так же суров, как и тогда, но молчал - он просто поравнялся с Ангвен и предложил ей руку так, чтобы она могла опереться. Она почти незаметно улыбнулась ему и положила сверху свою ледяную ладонь. Гном прошел с ней несколько коридоров и Ангвен почувствовала, как тугой узел в груди немного ослаб. Рядом с ней и Нордри то и дело возникали другие гномы, причастные к происшествию на Келдуине, они горячо приветствовали ее, кто-то пускался следом, но отставал. Наконец и ее спутник остановился и отступил с поклоном, позволяя ей двинуться дальше одной. Ей стало заметно проще. В одной из галерей к ней привязалась Су, в кучеряшках и бороде которой красовались ярко-розовые и желтые цветы. -Миледи, миледи! Пожалуйста, можно я немного пройду с вами! - взмолилась она полушепотом, -Ну, пожалуйста! -Идем, конечно, - согласилась Ангвен, и та сунула ей в руки небольшой букетик, сильно потрепанный, видимо, от волнения. Су дошла с ней почти до самого чертога. Ее смутила целая толпа ювелиров, преградившая Ангвен путь. Гномочка юркнула за какой-то гобелен и будущая королева едва сдержалась, чтобы не последовать за ней. Мастера церемонно раскланялись и окружили ее плотным кольцом, не желая отпускать и не давая другим желающим подойти поближе. На пороге чертога Трора кто-то из кузнецов возмутился этим вопиющим нахальством и полез вперед: -Чегой это ты двери ей открывать будешь?! А ну дай мне! Да я видел ее, когда она первый раз молот в руки взяла! Завязалась небольшая потасовка. Поэтому когда двери чертога наконец распахнулись, первой на пороге возникла живописная пара из кузнеца и ювелира, которые мутузили друг друга. За ними несколько представителей их благородных профессий пытались растащить внезапно образовавшуюся свалку. И только потом, внешне все такая же спокойная, величественная и сияющая, вошла Ангвен. И Торин, который стоял и ждал ее здесь с короной в руках, застыл от восхищения. Он был покорен ею снова, хотя еще минуту назад думал, что полюбить сильнее эту женщину уже невозможно. Он считал ее шаги на пути к нему и любовался румянцем прекрасного смущения на ее лице. Наконец, Ангвен очутилась напротив него. Подгорный король был готов сам броситься к ее ногам с пылкими словами любви, но заставил себя лишь кивнуть. Она опустилась на колени и Торин бережно возложил на ее голову корону, а затем, даже не дав ей опомниться, прижал ее к себе и крепко поцеловал. -Я клянусь...- с трудом отстранившись от него, задыхаясь, Ангвен попыталась вернуться к прерванной церемонии, - Клянусь... Ее шепот угас, когда она встретилась взглядом с Торином. -Моя королева, - властно улыбнулся он, -Помолчи. И снова поцеловал ее: долгим, нежным поцелуем - полным невысказанного счастья, такого огромного, такого всепоглощающего, что в это было трудно поверить. Она поняла, что наконец пришла и ее долгое путешествие завершено. Позади них с грохотом, высекая искры из камня, сползли по стене и рухнули секира и эльфийский штандарт.