Крылья

Я не знала, сколько мы так стояли. Руки Эрена крепко обвили мою талию, и мне пришлось привстать на носочки, чтобы ему не приходилось приподнимать меня. Зафиксировать свое положение я смогла, обняв его за шею. Наверное, это был мой первый поцелуй, но даже если и не первый, то точно тот, который я запомнила. Джагер был до невозможности теплым, и все мои переживания отступили. Все было как в моем сне – только я и он. Я не обращала внимания ни на что, только ветер изредка заставлял ежиться, а тучи все сгущались, и буря становилась все сильнее. Так пролетали мгновения, одно за другим они парили в воздухе и растворялись в пустоте. Но Эрен оторвался от моих губ так же неожиданно, как и поцеловал. Посмотрев на меня, Джагер заправил прядь моих волос за ухо и улыбнулся, продолжая обнимать меня за талию. Сейчас в его глазах расплывалась огненная бирюза, и все дурное настроение улетучилось в один миг. — Идем в штаб, холодает, — парень отстранился, но потом взял меня за руку и снова потянул за собой. Идти назад было необычайно легко, несмотря на грязь, а когда мы зашли в замок, так тепло, охватившее меня, стало еще сильнее. А я все улыбалась, как самая настоящая влюбленная дурочка. — Эрен... — Не говори ни слова, — шепнул Джагер и, отпустив меня, куда-то убежал. Я осталась одна посреди коридора, растерянно озираясь по сторонам. Повеяло цветочным запахом, будто бы из моих снов, и я поняла, что это проснулся мой верный помощник – подсознание. Все-таки решив отправиться в комнату, я ускорила шаг. Астры там уже не было, наверное, она ушла еще получасом ранее. Оно было даже к лучшему, потому что она смогла, наконец, нормально отдохнуть в тишине и покое. И вне переживаний. Сменив одежду на то, в чем я обычно спала, я улеглась в теплую постель и укрылась мягким одеялом. А под музыку бури, я, наконец, смогла уснуть.

***

Проснулась я от того, что солнечные лучи полезли мне прямо в глаза. Кто-то раскрыл занавески, точнее, куски старой ткани, и теперь полупрозрачный свет лился прямо в окно. Я вздохнула и села на кровати. Спина сильно болела после вчерашней вылазки, да и руки с ногами – тоже. Потянувшись, я встала и огляделась вокруг. В комнате ничего не изменилось, здесь все так же было пусто. Отыскав взглядом форму, я натянула ее на себя и, забыв про сапоги, пошла на улицу. Во дворе еще никого не было. Трава поблескивала от росы, дул легкий ветерок, и солнце переливалось всеми оттенками золотого. Обстановка вокруг была такой умиротворенной, что я улыбнулась и прикрыла глаза. Неизвестно откуда полилось журчание реки, становясь все громче и громче, чувствуясь все ближе. Следом я услышала чириканье птиц и учуяла аромат цветов. Мне стало так спокойно, так легко, что я зажмурилась от удовольствия, жалея, что за моей спиной не было крыльев. Послышались тихие шаги, и я уже хотела отвлечься, чтобы увидеть эти зеленые глаза, но один тихий голос разрушил всю идиллию: — Что, прохлаждаемся, Белл? У тебя тренировка через пять минут. Бегом привести себя в человеческий вид. Я резко распахнула глаза и обернулась. Капрал стоял позади и смотрел на меня своим типичным безразличным взглядом, но в нем читалась явная угроза. Оглядев себя, я поняла, что стою на траве босиком, что рубашка вся помялась, а ремни так и подавно были не затянуты. — Есть, сэр! — воскликнула я и убежала, внутри проклиная себя за такие забвения. По пути мне попалась Астра. Подруга посмотрела на меня и робко сказала: — Эмма, привет... Ты... Уф... — Знаю. Я не подумала. Лечу исправлять. Увидимся, Астра! — я забежала за угол, искренне надеясь, что не встречу кого-нибудь еще. Слава Богу, мне повезло. Увидев себя в отражении, я чуть не заорала от ужаса, как в тот раз, на задании. Мои светлые волосы торчали во все стороны, глаза, которые все были какого-то мутно-голубого оттенка, стали еще мутнее, так как под ними пролегли синяки, а губы потрескались. Я стала усиленно исправлять этот ужас. Кое-как умывшись и расчесав свои волосы расческой, которая по счастливой случайности оказалась рядом, я помчалась в комнату, чтобы переодеться и обуть сапоги. Делать все быстро меня подгоняла мысль о капрале, который не любил непунктуальных людей, а потому мог вручить мне еще одно наказание, помимо сегодняшней уборки и сегодняшнего дежурства по кухне. Наконец, я вернулась обратно. Ривай осмотрел меня снова и на этот раз кивнул. Отцепив свой привод, командир протянул мне его, а я удивленно уставилась на мужчину. — Белл, не тупи. Сначала ты еще раз должна показать мне, на что способна. Я кивнула и, зацепив устройство пространственного маневрирования, подошла ближе к деревьям и взмыла ввысь. Появилось чувство свободы и легкости, прямо как в тот раз, когда мы показывали это капралу впервые. Я зацепилась тросом за соседнее дерево и сделала в воздухе широкий круг, поднимаясь как можно выше, а потом отцепилась и почувствовала, как падаю, как меня со скоростью потянуло куда-то вниз, но снова закрепила тросы и двинулась дальше. Маневрирование никогда не отнимало у меня много сил и энергии, наоборот, мне казалось, будто воздух сам звал меня к себе. Кроны зеленых деревьев мелькали в воздухе, а я все вертелась и вертелась. Наткнувшись взглядом на капрала, я поняла, что он считает это пустой тратой времени. Тогда, разогнавшись на всей скорости, я опять как можно выше взмыла в воздух, выхватила клинки и, спикировав вниз, со всей силы нанесла удар по дереву. Неплохой кусок древесной коры слетел со ствола. Ривай подошел ко мне. — Хватит. Теперь я вижу перед собой Эмму Белл, не подчиняемую собственным подсознанием. Это хуже, но уже неплохо. Подучиться стоит. А теперь смотри, — капрал протянул руки, и я отдала ему УПМ, приготовившись наблюдать. Мужчина был будто бы ураган – я не успевала следить за тем, как он перемещается, как бьет клинками по воздуху, как вертится, и, в конце концов, у меня просто закружилась голова. Капрал спустился вниз. — Для начала тебе предстоит разучить прием закручивания спиралью в воздухе. Про себя это умение я обозвала совсем небрежно - «ураган», но участливо кивнула, еле как оправившись от головокружения. Ривай объяснил мне, что сначала нужно попробовать делать это не на такой большой скорости и высоте, какие практикует он, и что необходимо понять сам принцип приема. Я, снова получив привод, закрепила тросы, повиснув между деревьями, а потом стала разворачивать корпус влево-вправо, чтобы привыкнуть к этому ощущению. Наконец, когда взгляд Ривая, прожигающий насквозь, стал словно разочарованным, я со всей силы крутанулась вокруг себя. Забыв взять контроль передвижения на себя, я силой вращения выдернула один из тросов и полетела прямо в другое дерево, впечатавшись прямиком в него. Сила удара была немаленькая, и голова стала болеть еще больше. — Белл, подкидывай себя в воздух. Контролируй привод. Иначе ничего не выйдет. Я кивнула, а потом стала пытаться еще раз. Все заканчивалось одним и тем же – я прилетала в дерево раз за разом, и так до тех пор, пока из носа не пошла кровь. Капрал протянул мне чистый платок со словами: «Отстираешь и отдашь». Опять кивнув командиру, я вытерла кровь и решилась на еще одну попытку. «Подкидывай себя в воздух, летай!» — пыталась уговорить я саму себя, но все получалось крайне плохо. По забывчивости я вдруг поднялась на большую высоту, закрепила трос и крутанулась, чувствуя, что меня утягивает влево. Только перед самой землей успев зацепиться, я избежала болезненного падения. Ривай, наблюдавший за мной все это время, снова подал голос: — Неплохо. Принцип почти поняла. Следующая тренировка вечером. И привод сними. Я прокашлялась, сняла УПМ и отдала хозяину, после вдруг спросив: — Капрал, а почему вы дали мне свой привод? Потому что я забыла свой? — Нет, — мужчина потер шею, зачем-то оглядываясь, а потом дополнил. — Это все идея аномальной. Она сказала, мол, психическое воздействие, так как твое подсознание контролирует все процессы в твоем теле. Привод же мой. Ты видела, как я управляюсь с ним. Очк… Ханджи показалось, что будет лучше, если я дам тебе свой УПМ. Теперь шагом марш на построение, а потом на кухню. — До свидания, капрал, — я улыбнулась, зная, что не получу улыбки в ответ, а потом, отойдя чуть дальше, уже тише сказала: — Спасибо.

***

Все тело болело просто ужасно. После тренировки и пяти часов готовки и уборки, я была совсем никакая, а потому плелась в свою комнату. Время было около шести, а это означало, что вскоре мне опять предстояло идти на тренировку с капралом. «И откуда только у него силы столько берется на то, чтобы тренироваться?» — подумала про себя я, рухнув прямо на кровать. Хотелось только спать. Времени на отдых у меня было совсем мало – всего-навсего пятнадцать-двадцать минут, и не более того. Тут дверь в мою комнату тихо приоткрылась, и я с трудом повернула голову, ожидая увидеть кого угодно, но только не… Свою собственную старшую сестру. Диану. За то время, которое мы не виделись, она отрастила волосы и набрала мышечную массу. Форма гарнизона шла сестре, как никому другому, и она приветливо улыбалась. Я только понятия не имела, как Диану пропустили в штаб разведки. — Привет, что ли, Эмма. — Привет, — я слабо улыбнулась. Диана присела рядом и погладила меня по спине. В детстве мы не очень сильно ладили, а потом Диана вдруг захотела податься в кадеты. Ей было семнадцать, и она ранее была в одном отряде с Эреном, Микасой и другими. А я, недолго думая, побежала по стопам сестры, тоже веря в чистую свободу. — Как дела? Как первая вылазка? Я слышала о твоих успехах, мне рассказали. Я помотала головой и, перевернувшись по-другому, уложила голову сестре на колени. Теперь мне стало намного легче, пусть и не физически, но морально, а это имело воздействие на мой организм. Я закрыла глаза и представила, как мы снова дома, как все хорошо, и мне стало до боли спокойно. Усталость отступила на второй план, все страхи ушли назад, и передо мной сейчас стояло только спокойствие. И ощущение, что все вернулось на свои места. Жаль, что тогда я не понимала, что это только иллюзия...